Лайл

Я не думаю, что кто-то из нас был готов к вызову Аурелии. Переданному через Минни, не меньше. Я сразу же звоню тигрице по видео, и она отвечает с виноватой улыбкой.

— Извините, мистер Пардалиа. — Она пожимает плечами. — Аурелия сказала мне написать вам, где встретиться с ней сегодня вечером, и все.

— Она ничего больше не сказала? — стараюсь не звучать недоверчиво.

— Нет.

Мардук вставляет голову в разговор. — Я полагаю, она инициирует скрытые маневры сегодня вечером, друг-лев. Я был бы настороже.

— Всегда настороже, — бормочет Ксандер рядом со мной.

— Особенно, — многозначительно говорит Мардук, — поскольку ваши собственные маневры против определенного василиска несколько ночей назад. Возмездие ожидается, не так ли?

Коса выдыхает через нос по другую сторону от меня, но я быстро говорю: — Клуб Веном — это змеиное логово, верно? Что мы о нем знаем?

Мардук поглаживает свою темную бороду. — Это место всеобщего разврата, однако известно, что там собираются высшие члены двора Мейса Нага. Мы думаем, что они используют клуб как прикрытие для обмена и деловых встреч с другими змеями. — Мардук колеблется. — Это единственное известное место, кроме Жемчужины джунглей, которое посещает Мейс Нага.

— Он устраивает там оргии? — взволнованно говорит Дикарь. — Я думал, он безбрачник.

— Безбрачный, — поправляю я.

— Не оргии, — серьезно говорит Мардук. — Но он проводит там собрания членов своего двора. Делает объявления и тому подобное.

— Я вижу кое-что интересное. — Ксандер указывает на карту с подсветкой на своем телефоне. — У них есть свои собственные методы связи, но в этой области наблюдается повышенный интернет-трафик. Они готовятся к чему-то. Это должно означать, что сегодня вечером будет объявление.

Мы с Косой обмениваемся мрачными взглядами. — Почему она не сказала нам заранее? — бормочу я после того, как попрощался с кланом Деви. — Почему она хочет удивить нас?

— Мы можем только догадываться, — говорит Коса. — Но я уверен, у нее есть на то причины. Ксандер, поехали.

— Что бы вы без меня делали? — говорит дракон, снимая пиджак.

— Лайл пронес бы нас по воздуху, — говорит Дикарь, ласково толкая меня плечом. — Не так ли, Лай?

Ксандер гримасничает. — Ты мог бы держаться за его гриву, полагаю. Как далеко, думаешь, ты сможешь?

— К счастью, нам не нужно это проверять, — резко отвечаю я. — Дикарь, тебе понадобятся ботинки, это клуб.

— У змей вообще нет ног! — протестует он, но взволнованно бежит вниз по лестнице.

К 9 вечера мы приземляемся на любимом участке травы Ксандера на окраине города. Руфус и некоторые из волков Косы привезли две машины, и мы садимся в одну, пока они берут другую. Мы не собираемся входить в змеиное логово без подкрепления снаружи. Коса всегда заботился о своих делах без лишней силы, но в этом случае огромное количество людей, которое привлекает Клуб Веном, заставляет нас опасаться ловушек.

Прежде чем сесть в машину, Руфус протягивает Косе что-то, чего я не вижу, но мой брат-акула забирается на заднее сиденье до того, как я успеваю спросить. Я сажусь за руль, и Дикарь запрыгивает на пассажирское сиденье, пристегивая себя и Юджина на место, прежде чем Ксандер успевает туда попасть.

Поездка тихая и напряженная. Мы все в состоянии беспокойства. Когда наша Регина что-то скрывает, это заставляет моего бешеного льва быть настороже, и хотя цепи, которые его связывают, давно сняты, иногда я чувствую призрачное ощущение звона цепей. Это усилилось после нашего пребывания в поместье Коллекционера, вероятно, потому что мои воспоминания о нашем пленении там сведены к мрачной тьме. Это был единственный способ, которым заклинание могло работать. Ксандер был откровенен о том, что произошло, восстанавливая наши воспоминания, но мне не нравится, что я не помню вещи. Это слишком напоминает мне о другом времени.

Я чувствую, как лапы моего льва сжимают руль поверх моих рук, и к тому времени, как мы въезжаем в большие огни города, напряжение, исходящее от всех нас, подобно патоке в воздухе. Ксандер ведет меня на частную парковку, и Руфус выходит встретить нас, его тело напряжено. Дикарь хлопает его по спине, передавая Юджина. — Я крикну, если будет какая-то змеиная херня, — говорит он. — В остальном не волнуйся.

— Мы все должны быть настороже. — Я бросаю на волка неодобрительный взгляд. — У них было достаточно времени, чтобы сделать больше ядовитых пуль.

Руфус кивает. — Мы будем на месте, как и обсуждалось, и Клюв уже в воздухе со своими совами. Мы будем готовы к эвакуации, если понадобится. — Дикарь фыркает и тянется в свой рюкзак, вытаскивая кусок разноцветного блестящего материала.

— И что это, блядь, такое? — давится Ксандер.

— Мои штаны! — говорит Дикарь, встряхивая их. — Видишь? Мы идем на рейв, Ксандер.

— О, прости, — Ксандер закатывает голову так, что это намекает на закатывание его отсутствующих глазных яблок. — Я не знаю, почему я не взял свои.

Дикарь хмурится. — Мы могли бы быть в одинаковых!

— Это подходит, — говорит Коса, протягивая полную маску. Она черная с опалесцирующим отливом. Дикарь мгновенно хватает ее и надевает с хихиканьем.

— А где моя? — бормочет Ксандер.

— Мы слишком заметны. — Коса протягивает другую маску Ксандеру, на этот раз с подсветкой и красными X над глазами. — Тебе придется снять рубашку, Ксандер. Большинство людей не знают, что у тебя больше нет семейных татуировок, и, возможно, немного сутулься.

— Нам тоже стоит разделиться, — замечаю я, дергая за свой хвост. — Что? — Я таращусь на ужасный лаймово-зеленый парик, который Коса протягивает мне. — Надеюсь, ты шутишь.

— Мне нужно оставить рубашку, потому что мои татуировки слишком заметны, — отвечает Коса. — И твои волосы тоже очень заметны. Тебе нужно их закрыть, и я предположил, что краска для волос — не вариант.

Дикарь косится на меня, пока я беру зеленый парик и маску клоуна. — Я помогу тебе, — взволнованно говорит он, потянувшись к моей резинке для волос. Я позволяю ему, думая о своей Регине. — Ради Аурелии, — бормочу я себе под нос.

После того как мой брат-волк натягивает на меня парик, мы оцениваем друг друга. Коса одет в драматичную черную мантию с капюшоном и маску-крик, длинное белое лицо и открытый рот заставляют меня вздрогнуть. Ксандер теперь только в черных штанах и светящейся маске. Я завязываю зеленые волосы в длинную косу, потому что не хочу больше с ними возиться, и снимаю пиджак, оставляя белую рубашку и подтяжки. Это оставляет меня с жуткой маской клоуна, что мне вполне подходит.

Дикарь останавливает нас, чтобы сделать фото, прежде чем мы попрощаемся с Руфусом и направимся вниз по улице, расходясь по парам. Ксандер достает косяк, когда следует за мной, чтобы подойти к клубу с южного конца улицы. К тому времени, как мы выстраиваемся в очередь в Клуб Веном, очередь тянется по дороге, и мы слышим, как музыка пульсирует изнутри. Мы окружены змеями, все одеты в совершенно безумные рейв-наряды и все в различных мрачных масках.

Дикарь бормочет взволнованный монолог в наши головы, чтобы мы знали, чего ожидать внутри, к тому времени, как мы с Ксандером достигаем входа с клыкастой аркой.

*«Там мужчина в стрингах!»* — радостно говорит Дикарь. *«И, о, смотри, Коса, там блестки на анаконде, скользящей по барной стойке!»*

Музыка становится только громче. *«Кто-нибудь, вызовите службу спасения рептилий»,* — бормочет Ксандер в моей голове. *«Ты когда-нибудь был в клубе, Лайл?»*

Был период в моей жизни после Убежища Ульмана, когда я бродил по улицам, большую часть времени бездомный и сбитый с толку своей анимой. В те времена, до моего заключения, я *действительно* бродил по клубам раз или два. *«Моей аниме нравился шум»,* — признаюсь я. *«Ее притягивало к ним».*

Ксандер фыркает в моей голове. *«Я должен был догадаться».*

Бас вибрирует сквозь мои ботинки, пока Ксандер платит десять долларов за вход в затемненное пространство за ним. Я сразу замечаю Дикаря и Косу в углу, в основном потому, что Дикарь уже танцует, как сумасшедший, у передней части, где установлена большая сцена, тяжелые черные шторы задают тон для чего-то интересного.

Бар занят с левой стороны, кишит извивающимися телами. Девушка только в черных стрингах и маске Женщины-кошки скользит мимо меня. Отвращение пронзает мое тело, и я отворачиваюсь от нее к Ксандеру. Дракон замечает это, и я просто знаю, что он усмехается под маской, но я указываю большим пальцем на бар и направляюсь туда.

Алкоголь — всего лишь предлог, конечно, но Ксандер опрокидывает свой виски, как будто он ему нужен. Это змеиной крепости, и для его большого тела это будет эквивалентно воде, но к моему удивлению, он присоединяется к толпе, прыгающей в такт музыке. *«Надо выглядеть соответствующе»,* — кричит он в моей голове. *«Директор танцует?»*

Внезапно Дикарь появляется из ниоткуда и хватает меня за руку, втягивая в толпу. Это транс-версия *Paint It Black,* и под анонимностью маски я поддаюсь. Мой лев мурлычет под ритм, под электричеством в воздухе и под запахом, который витает на грани хаоса.

Мгновения спустя, ровно в 10 часов, ритм меняется.

Быстрый темп переходит во что-то более медленное. Толпа настроена на эту перемену, почти как будто ожидая ее. Здесь теперь втиснуто больше людей, и они движутся в покачивающемся, скручивающемся движении, больше похожем на слэм-яму. Ксандеру и мне легко подстроить наши движения, а впереди Дикарь тоже движется в такт, тонкий слой пота на его мускулистой спине ловит стробоскопические огни над нами. Голос Косы скользит в групповой чат, хотя я не вижу его. *«Я насчитал шесть генералов змей на ярусах позади вас».*

Адреналин снова вскипает в моей крови, и я незаметно оглядываюсь, когда музыка превращается в *Angel* группы Massive Attack, замедляя сцену еще больше. *«А где седьмой?»* — размышляю я.

Все поворачиваются к сцене, как раз когда Дикарь издает сдавленный звук. Змеи направляются к специально отведенной яме, которую я теперь вижу перед сценой. Они сбрасывают свою скудную одежду и костюмы, прежде чем обратиться и войти в массу змеиных тел. Нас увлекает вперед пространство, созданное ими, когда они обращаются, и в клуб за нами входит больше людей. Яма быстро заполняется одними змеями, и я вижу, что более чем несколько пытаются совокупляться.

*«Змеиная оргия»,* — говорит Ксандер с обреченностью.

Но затем черная штора за сценой колышется, и я хватаю Ксандера за руку—

Как раз перед тем, как полностью выросший василиск выползает из-за штор.

Более чем несколько людей кричат и улюлюкают от волнения, когда Упырь встряхивает шипами своей головы, которые почти достигают потолка. На его глазах черная повязка из теней, защищающая толпу от смерти его взгляда, и он возвышается над нами, черная чешуя его тела блестит под золотыми огнями, направленными на него. Его змеиное тело, кажется, бесконечно, твердые мышцы соединяются с остальной частью его на сцене. Он такой же большой, как дракон. И даже без крыльев и конечностей создается отчетливое ощущение колоссальной, мифической силы.

Мы все видим это одновременно. Обнаженная женщина на его спине, ее голые ноги верхом на нем, грудь и живот прижаты к черной чешуе. Шум толпы стихает до шепота, когда они видят Аурелию. Ее лицо и спина покрыты блестящей, прозрачной черной вуалью. Вуаль вставлена во что-то, что можно описать только как высокую черную диадему, и она падает, закрывая ей глаза и нос, оставляя только красные накрашенные губы и белые заостренные клыки для нас. Вуаль достаточно длинна, чтобы ниспадать вокруг ее плеч, соблазнительно струясь до нижней части спины.

Я чувствую себя как во сне, потому что это не может быть моей реальностью. Аурелия — известная личность в более широком сообществе. Они видели видео и газетные статьи много раз, и вся Академия Анимус знает, как она выглядит. Ее тело отличительно. Все существа мифических орденов такие. И если она только немного повернется, уникальные шрамы на ее животе будут видны. Ее лицо *едва* скрыто тканью.

Аурелия выглядит как темная невеста василиска, и все мое тело напрягается, когда я воспринимаю послание, которое посылается. Моя Регина скалит на нас зубы, явный шипящий звук наполняет воздух, к которому присоединяется шипение змей, кишащих под нами. Она прижимается щекой к телу василиска, приподнявшись и скаля на нас собственные клыки. Его длинный хвост защитно обвивается вокруг нее, прежде чем он издает шипящий, рычащий звук, который пробегает по моей коже.

Это заявление.

Это *была* ловушка в конце концов. Только не того типа, который мы ожидали.