Упырь

«Битва окончена,» — сказал я детям Змеиного Двора, жавшимся к перевернутому джипу. «Всем пора по домам.» И какая же это была неразбериха. Вокруг нас дымились трупы зверей и транспортных средств. Жаль только, что среди них не было Мейса. Я мог бы отказаться от его трупа, но это была малая цена за то, что я обрел.

«Генерал Упырь, что нам делать?» — закричал один из них, с ужасом глядя на Дикаря, стоящего рядом со мной с его нелепыми украшенными стразами очками на лбу. Он выглядел как безумный летчик с этой штукой, а переноска Юджина, все еще пристегнутая к его груди, делала это еще хуже. Как это создание стало моим братом по связям… ну, к сожалению, я понял, что в этом есть смысл.

«Не обращайте на него внимания,» — сказал я, указывая на волка. «Но не разговаривайте с ним, он кусается.» Дикарь издал драматичный чавкающий звук в их сторону, и один из младших детей всхлипнул.

Я тяжело вздохнул. «Вас никогда не должны были сюда посылать. Мы найдем автобус и отвезем вас обратно в город. Если у вас есть живые родители, они смогут вас забрать.»

«Мои родители были призваны,» — сказала старшая девочка, глядя на дымящийся хаос поля со слезами на глазах.

«Мы подсчитаем погибших и найдем вам жилье. Не волнуйтесь.» Девочка посмотрела на меня так, будто я сошел с ума. И я согласился. Кто-то другой справился бы с этим бесконечно лучше.

Каким-то образом Дикарь взял на себя инициативу и шагнул вперед. «Я уверен, вы голодны, да? Я тоже! А вы знали, что у нас есть горгулья, которая плюется горячим шоколадом в столовой?» Раздались удивленные возгласы, на что Дикарь серьезно кивнул.

«Эй, я думал, это тюрьма для бешеных?» — спросил один из более проницательных мальчиков. «Мы туда не пойдем!»

«На самом деле, это больше похоже на школу-интернат для непослушных детей,» — сказал Дикарь, снимая очки. «У нас есть занятия, и мороженое всегда в наличии. И если попросить вежливо, Бастьен, горгулья из общежития анимусов, расскажет вам грязные анекдоты.»

«Мне нужно в туалет,» — пожаловался маленький ребенок.

«О, нельзя делать это на полу, иначе будут неприятности,» — сказал Дикарь, протягивая руку ребенку. «Я покажу вам, где туалет. Все могут идти.»

«Ты ударил меня игрушечным пистолетом,» — обвиняюще сказал ребенок.

«Да, и ты жив, не так ли?» — гордо ответил Дикарь.

«Наверное.» Она взяла его за руку, и все они направились к воротам академии. Шестое чувство учителя Лайла сработало, и он поспешил присоединиться к Дикарю, чтобы вести детей внутрь. Я последовал за ними, потому что змеи все еще были моей ответственностью в моих глазах, и я не доверял Дикарю настолько, насколько мог его бросить. К тому времени, как они добрались до туалетов у столовой, Лайл выстроил их в колонну по одному, и дети послушно ждали своей очереди под нашим наблюдением.

Когда Лайл убедился, что никто ни на кого не нападает, он повернулся ко мне. «Я пойду, посмотрю, что с едой.» Меня смутила его потребность сообщить мне об этом так, будто я был его персоналом, но он ушел, направившись к кухне. Я уставился ему вслед, нахмурившись.

В моей голове раздался панический голос моей Регины. «Где ты?»

«С Дикарем.»

«Что?» — воскликнула она. «Что ты делаешь?»

«Ты беспокоишься о том, что я делаю с ним? Или о том, что он делает со мной?»

Голос Дикаря присоединился к нашему разговору. «Мы все вместе ходим по-маленькому. Эй, Эш теперь в общем чате? Я думал, мы подождем хотя бы неделю, Регина.»

«Ходите по-маленькому вместе?» — голос Аурелии был недоверчивым.

«То, что Дикарь пытается сказать,» — пояснил я, «это то, что мы привели змеиных детей в туалет. Дикарь и я наблюдаем снаружи. Я не хожу по-маленькому с Дикарем, Регина.»

Дикарь отвернулся от наблюдения за детьми и прищурился на мое открытое лицо. «Где ты учился? Ты используешь много сложных слов.»

Я оскалил клыки на волка. «Мейс Нага любил, чтобы его генералы были образованными. Мы ходили в школу-интернат, похожую на эту.»

Один из детей начал громко плакать. «Черт!» — воскликнул Дикарь. «Что нам делать?»

Я подавил вздох, подошел к малышу и погладил его по голове. «Все хорошо. Мы скоро отправим тебя домой, малыш.»

«Они видели смерть Мейса,» — сказал мне Дикарь, скрестив руки. «Теперь им всем понадобится терапия, как и мне. И теперь, когда ты в стае, ты тоже пойдешь на терапию. Лайл заставляет нас всех это делать.»

«Мне не нужна терапия,» — сказал я. «Мой василиск работает не так, как ваши слабые виды.»

Я почувствовал, что моя Регина стоит позади меня, еще до того, как учуял ее запах. Глаза Дикаря засветились, когда он увидел ее, идущую по коридору. Ребенок, которого я гладил, обхватил руками мою ногу, и я не мог пошевелиться, ожидая, пока Аурелия подойдет ко мне.

Она всегда была прекрасна, но когда она была уставшей от битвы, с грязью и кровью на теле, она была потрясающим созданием из моих снов. Я не мог удержаться и поднял руку, все еще в перчатке, и провел по ее щеке. Ее глаза, покрасневшие, но горящие новой надеждой, впились в мои глаза так, как она знала, мне нравится. «Ты в порядке?» — тихо спросила она.

Я посмотрел на свои руки и решил снять перчатки навсегда. Она смотрела, как я стягиваю их и кладу в карман. «Я в порядке только тогда, когда ты в поле моего зрения.»

Она криво улыбнулась мне. «Не начинай смягчаться, Эш.»

Мои клыки выдвинулись при этих словах. Мое новое имя. Было ли это началом новой жизни? «К сожалению, я все тот же человек, Регина.»

Дети столпились вокруг нас, глазея на это откровение, многие из них были слишком малы, чтобы пользоваться социальными сетями. Она улыбнулась им всем. «Кто хочет есть? У нас уже готовятся бургеры и картошка фри.»

Дети были нерешительны и сбиты с толку, но Дикарь начал болтать о том, какая вкусная еда в академии, и они без проблем пошли с нами в столовую.

Моя Регина была рядом со мной всю дорогу, и я не мог не наслаждаться ее близостью. Ее непринужденность и как…

Это поразило меня, когда я вошел в столовую, — мне не нужно было покидать ее. Мне не нужно было возвращаться в Змеиный Двор и выполнять приказы Мейса. Никогда больше. Прошло так много времени с тех пор, как я знал свободу, что я пытался понять ее очертания.

«Эй, это же змеиный отброс?»

Я лениво посмотрел на группу мужчин, сидящих за столом. Они выглядели как верные звери Косы, вызванные из его различных форпостов, чтобы помочь в битве. Это были лишь первые из многих ненужных вопросов, которые, я был уверен, последуют.

Я уже собирался ответить, чтобы они бежали, но моя Регина зарычала на них. «Здесь дети.»

«На нем форма генерала змеев, леди Костеплет,» — сказал зверь-кошка.

«Последний оставшийся в живых,» — сказал другой.

«Теперь мы все на одной стороне,» — сказала Аурелия. «Если у вас есть —»

«Есть проблема?» — голос Косы прорезал зал, и группа visibly выпрямилась. Акула вошла через входную дверь, оглядывая комнату и находя свою Регину. На его рубашке была свежая кровь, капли на лице, и внезапный ветер охладил воздух, когда большая белая акула приковала взгляд к своим зверям.

«Мы… Мы просто говорим, сэр,» — сказал зверь-кошка, — «что генерала змеев нельзя пускать сюда.»

Взгляд Косы упал на меня, а затем на его людей. «Вы должны знать, что Эш — мой брат по стае. Вы должны уважать его так же, как меня, Дикаря, Лайла и Ксандера.»

Мужчины замолчали. Давно мертвая часть меня высунула свою сонную голову из пещеры и сонно огляделась. Улыбка моей Регины была самодовольной, когда она взглянула на меня, затем грациозно направилась к детям у горгульи с горячим шоколадом.

Ксандер, теперь в тренировочных штанах и без рубашки, возился с кофеваркой, а Лайл вышел из кухни в фартуке, неся в обеих руках корзины с картошкой фри, только что из масла. Дикарь издал радостный возглас, и Стейси, стая Юджина и стая Деви ответили ему радостным возгласом из задней части зала.

Нимпины носились по комнате, радостно чирикая. Моя Регина вернулась ко мне с чашкой в руках. Она протянула ее мне с усталой улыбкой. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как я нашел ее сидящей в моем старом доме. Казалось, прошла целая жизнь с тех пор, как я наблюдал за ней из тени, всегда одинокий в своей тьме. Но теперь я мог быть на виду.

Я принял чашку, наши пальцы соприкоснулись. Она слишком долго не убирала руку. «Возможно, к этому придется привыкнуть,» — сказала она. «Но я думаю, они тебе понравятся. Мы все такие же сумасшедшие, как и ты.»

Ксандер нахмурился, глядя на свое отражение в кофеварке. Я пробормотал: «Понравится — это сильное слово, Регина.»

Я указал на дракона, и Аурелия обернулась, чтобы посмотреть на него, ахнув. Коса, Дикарь и Лайл тоже обернулись, чтобы посмотреть на дракона. Потому что на его шее метка истинного больше не была черной как смоль, а вновь обрела свое небесное сияние. Я позволил теням отступить от своей собственной шеи — старая привычка многих лет. Свет, должно быть, привлек внимание Ксандера, потому что он тоже посмотрел на меня. Я жестко кивнул ему.

Ксандер поставил кофеварку и потянулся к наушникам, осторожно вынимая их. Я прищурился на него, наблюдая за золотыми шарами в поисках признаков безумия Берсерка.

Но оно не пришло. Дракон глубоко вздохнул, и его плечи опустились, словно с него сняли огромный груз.

Глаза Аурелии наполнились слезами, когда она просияла ему.

Ксандер посмотрел на свою Регину, и между ними произошло что-то личное, в его глазах вспыхнули крошечные разноцветные огоньки, похожие на опалы. А затем все вернулись к своим делам, и я смотрел на них со странным чувством в груди. Всего на одно крошечное, бесконечно малое мгновение я позволил той тайной части себя, спрятанной в его пещере, поверить, что мы не совсем одиноки.