– В этом всё дело! – во весь голос заявил Юрка посреди урока.

Все на него уставились. А Лидия Яковлевна, конечно, сразу же вызвала к доске. Но Юрке повезло – мел кончился.

– Одна нога здесь, другая там, – сказала Лидия Яковлевна.

Юрка выбежал из класса.

«Там» его другая нога гуляла долго. Когда обе ноги снова встретились, до конца урока оставались секунды. Юрка пристроил у доски новенький брусочек мела и улыбнулся во весь рот.

Грянул звонок.

На перемене я спросил:

– Ты что имел в виду? Что за дело, какое?

– Ты о чём? – не понял Юрка.

– Ну когда ты крикнул на весь класс: «В этом всё дело!» В чём в этом?

– Ах, да! – он почесал за ухом. – Какая-то интересная мысль мне пришла. Забыл, какая.

– Ничего себе – забыл! Ты в тот момент как будто открытие сделал. Я прямо вздрогнул от твоего голоса. Вспомни!

– Не получается, – Юрка покачал головой.

– Как можно забыть! – рассердился я. – Если ко мне мысль приходит, я её до вечера не забываю.

– Так то одна, – возразил Юрка. – А у меня их знаешь, сколько сразу?

– Сколько?

– Три. Или пять. Когда как.

– Подумаешь! – хмыкнул я. – Что толку, если ты их в голове не держишь!

– Важные держу, – не согласился Юрка.

– Ну и о чём важном ты на уроке думал?

– Вызовут или не вызовут.

– Тоже мне – важная мысль! Она у всех в голове.

– Погоди. Это одна только мысль. Ещё я думал о том, развалится ли школа, если на неё метеорит упадёт.

– Наша не развалится, она кирпичная. А двести третья развалится. С неё уже и так штукатурка сыплется.

– Ну, не знаю, не знаю… Ещё я думал, кем Лидия Яковлевна была в прошлой жизни.

– И кем?

– С уверенностью сказать не могу. Скорее всего, кроликом.

– Кроликом?

– Она, когда морщится, носом вот так поводит, – Юрка засопел и смешно задвигал ноздрями.

Я засмеялся и сказал:

– Выдумки это всё про прошлую жизнь. Ты что, правда в это веришь?

– Конечно, верю. От фактов не уйдёшь.

– От каких таких фактов?

– Недавно по телику фильм шёл. Про Моцарта. И как музыка заиграла, Пират сначала заскулил, а потом залаял прямо в экран. На рок и всякую попсу он так не реагирует. Просто ложится и уши лапами закрывает.

– Ну и о чём это говорит?

Юрка понизил голос:

– Я подозреваю, Пират был когда-то композитором Сальери. Тот Моцарту страшно завидовал и даже, говорят, отравил его. Это я уже потом узнал.

Мне стало как-то не по себе, что дома у Юрки живёт отравитель Моцарта. Я даже забыл, о чём мы спорили. Но Юрка сам напомнил:

– Так, это третья была мысль. Четвёртая ко мне пришла, когда уборщица зачем-то в класс заглянула и снова закрыла дверь. Помнишь?

– Нет, не помню.

– Есть примета: если кто-то на что-то решился, а потом передумал, другие могут ни за что ни про что пострадать.

– Ты ещё и в приметы веришь?

– Гляди, гляди! – вдруг закричал Юрка, тыча пальцем в окно.

Я обернулся. На улице бушевала настоящая метель. Жестяной подоконник шевелился и громыхал под порывами ветра.

– Я же говорил! – ликовал Юрка. – А я без шапки пришёл! А ты сомневался!

– Ну, а пятая, пятая мысль какая? – не сдавался я.

– Не помню… Слушай, Вадька, ты сегодня придирчивый какой-то. Вспомню – скажу.

И тут я подумал: чего это я в самом деле к Юрке придираюсь? Он же уникальных способностей человек! Столько мыслей сразу к нему приходит! Мне гордиться им нужно. Не у каждого есть такой друг. В этом всё дело!