Глава 16

Англия, давно позабытый год

– Не могу поверить, что это случилось со мной! – воскликнула Ребекка, негодующе всплеснув руками. – Как я могу произвести нужное впечатление, если платье будет испачкано в муке? А запах… – Она закатила глаза к потолку. – Даже сейчас мне хочется переодеться, хотя я провела в кухне не более получаса. Ты молчишь потому что тебя все устраивает? – Ребекка с раздражением уставилась на Кэри. – Я в это не поверю, так и знай. И вообще, выполнять сумасбродные желания графини должна ты, а не я. Мое внимание сейчас направлено совсем в другую сторону! И почему граф Корфилд столь трепетно относится к нашей десятиюродной тетке? Он ей разрешает абсолютно все. Когда я выйду за него замуж, я… – Она осеклась и добавила спокойно: – Не стоит говорить так раньше времени, я знаю.

Кэри сидела на кровати, вытянув ноги вперед, и наблюдала за Ребеккой. «Ты забыла сморщить нос, – мысленно напомнила она, – а это великое упущение».

– Наверное, я не боюсь испачкать платье мукой, – сказала она, не сомневаясь, что ее ответ вызовет новую бурю негодования.

– Конечно! Оно же стоит в пять раз дешевле моего! Между прочим, малиновое платье мне сшила всем известная София Колеман, я пять месяцев ждала своей очереди.

– Тогда просто не надевай его, когда пойдешь готовить, – резонно предложила Кэри, изображая святую невинность.

Ребекка сжала кулаки и вновь попыталась успокоиться. Иронию в словах она не услышала, да и вообще совет пролетел мимо ушей – она думала о том, как выкрутиться из этого состязания, но понимала, что это невозможно.

– Пусть готовит Дора, а я постою рядом.

– Но Барбара будет смотреть и запоминать, а потом расскажет Джульетте Дмитриевне, что рыбу приготовила твоя горничная, – напомнила Кэри и села ровнее. Она не звала к себе Ребекку, та пришла без приглашения. Пришла, а уходить не собиралась. А под подушкой лежал дневник, и очень хотелось поведать ему о «сумасбродстве» графини.

– Где ты собираешься взять рецепт?

– В какой-нибудь книжке. Джульетта Дмитриевна сама предложила это.

– Замусоленные страницы и пыль, – простонала Ребекка, но тут же выпрямила плечи и посмотрела на Кэри холодно: – Ты уверена, что граф Корфилд тебя совершенно не интересует?

– Уверена. – Она ответила быстро, но в сердце кольнуло.

– Ты заметила, как он на меня смотрит? – Сменив тему, Ребекка расслабилась, ее красота вновь вспыхнула.

– Честно говоря, не обращала внимания… – В сердце кольнуло повторно.

– А ты посмотри. Я на верном пути. Вот только эта ужасная готовка рыбы… Рыбы, понимаешь? Она ужасно воняет, уж лучше бы графиня захотела картошку.

– Наверное, картошка для нее – это слишком просто.

Кэри спрятала улыбку, подалась вперед, поставила локти на колени и подперла щеки кулаками. Уолтер Эттвуд будет пробовать эту самую рыбу, а значит, нужно постараться и приготовить ее очень хорошо. Но какая разница? Зачем?

– О чем ты думаешь? – с беспокойством спросила Ребекка. – У тебя сейчас такое лицо…

– О рыбе, – почти честно ответила Кэри.

– Я сейчас же разыщу Дору и отправлю ее в кухню искать подходящий рецепт. Надеюсь, она умеет читать! Я могу сказать ей, чтобы она захватила твою горничную… Как ее зовут?

– Люсинда.

– Они могут вместе…

– Нет, спасибо, не нужно, – все еще находясь в каком-то странном, полумечтательном состоянии, ответила Кэри.

Отказом Ребекка осталась недовольна. Если бы Люсинда и Дора отправились в кухню вместе, то потом можно было бы узнать, что станет готовить соперница. С одной стороны, состязание – несуразная глупость, с другой – категорически нельзя занимать вторую позицию.

– Как хочешь, – ответила Ребекка и наконец-то покинула комнату.

Дверь закрылась. Кэри сразу же взяла дневник и устроилась за столом.«Сегодня графиня Бенфорд объявила о состязании. Мне предстоит приготовить рыбу…» Она поняла, что пропустила рассказ о том, как Джульетта Дмитриевна познакомила их с «самым главным местом в этом доме» и каким увлекательным оказалось это знакомство, без сожаления зачеркнула оба предложения и начала заново.

– Думала ли я, предполагала ли я… – тихо произнесла Кэри и коротко улыбнулась. Еще несколько дней назад ее беспокоило и интересовало совсем другое. То есть абсолютно! Весь мир крутился вокруг Чарльза Лестона, а вот теперь предстоит взять рыбу, обсыпать ее солью… – М-м-м… и что еще с ней сделать?

Она представила себя рядом с плитой, среди изобилия кастрюль и сковородок, среди помидоров и больших пучков свежей зелени. Она представила себя точно такой же, как и графиня, и даже в том же платье, что и она… Представила и схватила перо, вдохновенные строчки заторопились, заспешили лечь на плотную бумагу. Через несколько минут Кэри устало, с чувством глубокого удовлетворения откинулась на спинку стула. Теперь, когда стояла последняя точка, она могла подумать о том, где взять рецепт и как справиться с задачей.

«Можно спросить Люси… Но разве она умеет готовить?.. Наверное, что-то умеет, но сложность в том, что Джульетту Дмитриевну не удивишь отварной рыбой!» А ее нужно удивить или порадовать. И графа Корфилда тоже…

– Нет, радовать его вовсе не обязательно, – ворчливо произнесла Кэри. – Но пусть тоже удивляется.

«А если он посмеется?» – дрогнуло в груди.

«Над чем же?»

«Над рыбой, конечно. Над той самой рыбой, которую ты неумело приготовишь».

«А я возьму да и приготовлю умело!»

«Неправильно думать, что это легко».

Кэри закусила губу, заложила руки за спину и шумно вздохнула.

«Я сейчас пойду в библиотеку, найду подходящую книгу и почитаю ее. Рецепты хороши тем, что в них есть четкость».

– Раз, два, три, положите муки столько-то, налейте воды столько-то.

В одном любовном романе, который она читала втайне от Дафны два года назад, были приведены рецепты. Не целиком, для примера, но не важно. В общем, справиться можно… Если постараться. Кэри почувствовала, как первые ростки азарта проклевываются в душе. Она торопливо вышла из комнаты, спустилась на первый этаж и направилась к библиотеке, но решила выпить чаю и свернула в столовую.

Уже горели свечи, и от них на стены и пол падали бледные дрожащие тени. Здесь было столько слуг и колокольчиков, что Кэри в этом огромном доме не чувствовала себя потерянной. Стоит позвонить, и через секунду обязательно кто-нибудь появится.

В кресле у окна, укутанная пледом, сидела Джульетта Дмитриевна и читала довольно толстую книгу. На малом столике стояли фарфоровая чашка с блюдцем и прозрачная вазочка с печеньем. Графиня сделала глоток, перевернула страницу и заметила Кэри.

– Наверное, тебе тоже захотелось чая с рассыпчатым ванильным печеньем, – предположила она, отыскала в складках пледа колокольчик и позвонила. – Мне в Англии всегда холодно. Не знаю почему.

– Я в детстве тоже любила укутываться пледом. – Кэри села рядом. – Только чтобы целиком – с головой и ногами.

– Представляю, как уютно ты себя чувствовала. Угощайся, сейчас принесут чай.

Очень скоро появилась экономка. Она тут же ушла и лично принесла на небольшом круглом подносе еще одну чашку. Кэри с наслаждением сделала первый глоток и протянула руку к печенью. Джульетта Дмитриевна казалась необыкновенно загадочной, взгляд так и тянулся к ней. Даже появилось желание прикоснуться на секундочку и проверить: настоящая она или нет. На ней было то же серое платье, что и днем, и та же прическа, вот только на пальце опять сверкал массивный перстень с изумрудным камнем.

– Правда, он очень необычный? – спросила Джульетта, уловив внимание Кэри.

– Необыкновенный.

– Мне его подарил один отважный мореплаватель. – Карие глаза графини вспыхнули. – Ладно, я скажу тебе правду. Не мореплаватель, а пират. Обожаю, когда меня захватывают в плен! К сожалению, это было всего однажды. – Она помолчала, изучающе глядя на притихшую Кэри, а затем засмеялась.

Кэри прыснула от смеха тоже. Ей пришлось быстро поставить чашку на столик, чтобы не облиться. Они смеялись и смеялись, но в душе была твердая уверенность: Джульетта Дмитриевна сказала правду, именно пират подарил ей перстень!

На пороге столовой появилась экономка.

– Вы меня звали?

– Нет, – покачала головой графиня. Марселина кивнула и растворилась в воздухе. – Я вижу ты хочешь меня о чем-то спросить. Не стоит смущаться, и уж тем более не нужно бояться меня. Задавай свой вопрос.

Кэри немного поерзала в кресле, а потом все же осмелилась.

– А почему вы пригласили нас? И почему написали такие странные письма? Я думала, вы…

– …очень старая?

– Да…

Джульетта Дмитриевна улыбнулась, подтянула плед и расслабленно наклонила голову набок.

– Я буду откровенна с тобой. – Она вздохнула. – Я больна, я тяжело больна. И моя болезнь называется – смертельная скука. Всю жизнь я борюсь с ней, иногда даже побеждаю. Но она возвращается, и наша с ней битва начинается заново. Я не могу есть и спать, если не придумаю, как мне от нее избавиться хотя бы на время. Я хожу ночами из угла в угол до ноющей боли в ногах, раздражаюсь, принимаюсь изобретать новые блюда, падаю в пучину отчаяния или становлюсь совершенно неподвижной и превращаюсь в придорожный пучок травы. А уж если в этот момент я нахожусь в Англии, то… – Джульетта Дмитриевна приподняла брови. – О, бедный Уолтер! – Она изобразила нарочитое сочувствие. – Ему, конечно, приходится терпеть больше всех. Скука меня съедает по маленькому кусочку и каждый раз празднует победу. Мне не удается победить ее на долгий срок. Но я не могу допустить ее торжества, и поэтому наша дуэль длится уже сорок два года – всю мою жизнь. Вот поэтому я написала эти письма и пригласила вас, – последнее предложение она произнесла с той легкостью, с которой обычно намазывала паштет на кусочек хлеба, делала глоток вина или убирала за ухо прядь волос.

Совершая вторую попытку добраться до библиотеки и найти нужную книгу, Кэри продолжала разговаривать с графиней. Но только мысленно. Она пожаловалась на Дафну (хорошенько пожаловалась, от души) и Эллис Кеннет, рассказала всю правду о Чарльзе Лестоне и доверилась в том, что не хочет уезжать отсюда. И дело было вовсе не в роскоши, окружающей ее, а в том…

– Добрый вечер, мисс Пейдж, – раздался спокойный голос графа Корфилда.

Кэри вздрогнула, отдернула руку от книжной полки и развернулась. Эттвуд сидел за столом перед кучей бумаг. Справа лежал раскрытый огромный атлас, слева – возвышалась модель трехмачтового военного корабля. Маленькие пушки тянулись по борту, веревочные лестницы устремлялись вверх, а паруса были раздуты, как обычно бывает при хорошем попутном ветре. Отложив перо, Эттвуд поднялся со стула.

Кэри быстро взяла себя в руки.

– Добрый вечер. Я зашла, чтобы выбрать книгу. Теперь мои мысли заняты поиском рецепта. – Она добавила деловитости, чтобы сразу стало ясно – ей совершенно некогда. Но неловкость медленно и верно стала сковывать тело, а волнение отозвалось дрожью в груди. Она рассердилась и вспомнила, что малоприятная сцена с Чарльзом Лестоном состоялась тоже в библиотеке, и отчего-то рассердилась на Эттвуда, будто он был в этом виноват. Совершенно запутавшись, поймав его цепкий взгляд, она закусила губу и повернулась к полкам.

– Не нужна ли вам моя помощь? – раздалось за спиной. И на этот раз в голосе графа не присутствовала ирония. – Поверьте, я здесь неплохо ориентируюсь.

«А вот теперь посмеивается, – определила Кэри. – Конечно, «неплохо»! Это же ваш дом».

– Пожалуйста, подскажите, где стоят книги, в которых могут быть рецепты. – Она старательно сохранила ноту деловитости.

– Полагаю, вас интересуют рецепты приготовления рыбы.

Кэри обернулась, подтвердила свою догадку – в его глазах смех! – и вновь посмотрела на книги.

– Совершенно верно, – ответила она и отчего-то улыбнулась, но он видеть этого не мог.

За спиной раздались шаги, Эттвуд подошел совсем близко. Сердце сжалось, и стало страшно. «А как же правила приличия? – быстро подумала Кэри. – Не стоит девушке находится столь долго наедине с мужчиной… Особенно если уже зажгли свечи…» Но она не совершила ни одного движения в сторону двери.

– Где-то здесь была такая книга, – произнес Эттвуд, сделал еще шаг и протянул руку к верхней полке. Теперь их разделяло крошечное расстояние. Кэри затаила дыхание и запоздало поняла, что против воли поднимает голову. – У вас есть опыт в приготовлении блюд, мисс Пейдж?

– Да! – решительно соврала она, разглядывая тот самый подбородок, который когда-то посчитала мужественным. К сожалению, это определение не потеряло свою силу. Кэри сжала губы и опустила голову. Главное – не разрешать графу Корфилду подшучивать над ней. Пусть не думает, будто она маленькая и глупенькая.

– Отлично, значит, вам не составит труда победить в этом состязании.

– Конечно.

– Кэролайн. – Голос графа стал тише. – Скажите правду. Вы когда-нибудь готовили?

– Да, – повторно соврала она и отошла левее, чтобы не стоять так близко к графу и не сбиваться с нужного настроя. «Я не умею готовить – это правда, но всегда же можно научиться. И я научусь. Вот только найти бы что-нибудь не слишком сложное, но при этом особенное!» – Вы сомневаетесь в моих словах? Почему? – с вызовом спросила Кэри. – Моя семья не слишком-то богата, – с удовольствием напомнила она, демонстрируя равнодушие к этой теме. – И иногда я помогала… м-м… Моя мачеха вообще считает, что современная молодая леди должна уметь все.

– Я видел вашу мачеху, Кэри, – задумчиво ответил Эттвуд и не стал продолжать эту тему. Потерев гладковыбритую щеку ладонью, он отошел вправо, разделив расстояние между ними еще больше и взял с полки книгу. – Посмотрите эту, возможно, что-нибудь подойдет.

Он не двинулся с места, ожидая, когда она приблизится. Это было не слишком-то галантно, но он стоял и смотрел, как она идет к нему. Маленькие шажки и вздернутый нос. Эттвуд улыбнулся.

«Чему он улыбается?» – рассердилась Кэри и взяла книгу.

– Большое спасибо. – Она кивнула и направилась к двери, но он осторожно взял ее за локоть. Осторожно, но показалось, будто никакая сила не сможет разогнуть эти пальцы, если сам граф того не захочет.

Он отпустил ее руку почти сразу.

– Не смею вас задерживать, Кэри. Я лишь хотел добавить, что верю в вас и не сомневаюсь, рыба в вашем исполнении будет бесподобной.

В его глазах танцевали искры-смешинки.

– Называйте меня, пожалуйста, мисс Пейдж, – сухо ответила Кэри и, вздернув нос еще выше, зашагала к двери. Около лестницы она продолжала думать об Эттвуде. Ей очень хотелось научиться точно определять, где он шутит, а где нет! Почему, почему в его присутствии она каждый раз теряет самообладание? Это обязательно нужно исправить! В следующий раз она будет еще более сдержанна. Обязательно. Но ей бы хотелось… Да, хотелось бы еще раз поговорить с ним. Вот так, без посторонних. «Лишь для того, чтобы понять, что у него на уме», – объяснила себе Кэри.

– Ты вышла из библиотеки, я видела. – Ребекка вынырнула из Розового зала и прищурилась. – Что ты там делала?

– Искала книгу, – просто ответила Кэри и продемонстрировала свою добычу.

– Ты не видела графа? Я нигде не могу его найти.

«Наверное, сейчас он сидит за столом перед атласом и кораблем… – Кэри перечеркнула красивую картинку, на которую в ее воображении еще падал свет от свечей, и закончила мысль иначе: – Да, сидит. Сидит и трет свой мужественный подбородок!»

– Нет, я его не видела, – ответила она и стала подниматься по ступенькам в свою комнату.

Но в душе Ребекки скользнуло недоверие и беспокойство, дождавшись, когда Кэри окажется на втором этаже, она быстро пошла в сторону библиотеки. К огромному облегчению и счастью, Дора пообещала приготовить рыбу с картошкой и заверила, что вкуснее ничего не бывает, а значит, можно не озадачиваться поиском рецептов. Главное – украсить блюдо. Вроде там все режется тоненько и перемешивается… Ребекка сморщила нос, понимая, что запачкаться все же придется, и увидела… И увидела, как Уолтер Эттвуд, граф Корфилд, выходит из библиотеки.

– Я так и знала, – прошипела она. – Я так и знала. Эта простушка ведет свою игру… Что ж, ты пожалеешь об этом, Кэролайн Пейдж.