— Да тише ты! — услышала я громкий шёпот.

— Морти?

Мой друг вышел на свет. Обычно дурашливый и весёлый, сейчас он был как никогда серьёзен.

— Твоё счастье, что тебя никто не услышит.

— Н-надеюсь.

Я вздохнула с облегчением. Он меня напугал!

— Что ты здесь делаешь? — тихонько спросила я.

— Честно? — Морти замялся. — Я… ну, понимаешь, я… слежу за тем, чтобы никто из наших не кинул монетку в фонтан. А ты что тут делаешь?

Я сглотнула. Что ему сказать? Что я во сне хожу?

Морти прищурился с подозрением.

— Уж не надумала ли ты участвовать в Играх?

Мне надоело врать близким друзьям. Поэтому я просто кивнула. Морти выглядел ошарашенным.

— Ты в своём уме?

— Морти, умоляю. Мне очень нужно, это вопрос жизни и смерти!

— Да что, тролль тебя подери, случилось? — Он насупился.

— Я не могу сказать, я обещала. Но поверь, мне правда нужно в этом участвовать.

— А ты уверена, что…

— Это единственный выход.

Морти начал нервно массировать лоб.

— Я думал, мы доверяем друг другу.

— Это не моя тайна. Не только моя.

Сердце сжалось от сожаления. Не люблю врать — тем более близкому другу. А молчание — тоже форма лжи.

— Послушай, если тебе угрожали, то не беспокойся, монетку уже кто-то кинул, — сказал Морти.

— То есть?

— Видишь, вода под статуями светится? Она загорается после того, как первая монетка брошена в фонтан. А теперь посмотри, что творится под Неридой.

Скульптуру снизу освещал голубоватый свет.

Только не это. Выходит, меня ещё и могут не избрать!

Морти взял меня под руку.

— Пойдём, я провожу тебя до общежития.

Я вырвалась.

— Я всё решила, не путайся под ногами.

Не думала, что могу быть настолько жёсткой.

— Ты с ума сошла? Да тебя весь факультет возненавидит! Они тебе жить не дадут!

— Да я и так не жилец.

Брови Морти поползли вверх.

— Ирен, я хочу тебе помочь.

— Я сказала — отстань от меня!

— Не кричи, а то он услышит…

— Это вы обо мне, я так понимаю.

Я вздрогнула и обернулась. Аварис подкрался к нам неслышно, будто вор, и теперь глядит на нас с нескрываемым злорадством.

— Мортимер Морасс. Я так и знал, что это ты замешан в срыве открытия Игр. А вот от тебя, Белаква, не ожидал.

Я сглотнула.

— Мы не собирались делать ничего плохого с фонтаном, — твёрдо ответила я. — У вас нет повода нас наказывать за то, что случилось на открытии.

— Но я всё ещё могу вас наказать за нарушение комендантского часа.

Аварис оскалился как волк, загнавший добычу в угол.

— Не самое удачное место для встречи парочек.

— Что? — Я аж опешила от такой наглости. Да как он смеет?!

— Мы друзья, — заявила я, — нам не нужно прятаться.

Морти в это время будто язык проглотил. Толку от него ноль.

Ладно. Сейчас или никогда.

— Я хочу участвовать в Играх четырёх стихий.

Эти слова вырвались на одном дыхании. Аварис тут же переменился в лице. От былой спеси не осталось и следа.

— Так вот оно что… Теперь многое встало на свои места. А Мортимер, я так понимаю, мешает вам исполнить божественную волю?

Морти сглотнул.

— Я просто тут… в качестве моральной поддержки.

— Не держи меня за дурака. — голос Авариса заскрипел. — Я прекрасно понимаю, зачем ты здесь на самом деле. Даю тебе пять минут, чтобы исчезнуть, иначе я выпишу тебе наказание за нарушение комендантского часа.

Морти ссутулился и, не глядя на меня, пошёл в сторону выхода. Я повернулась, чтобы последовать за ним, но проректор меня окрикнул.

— Белаква! Разве ты уже бросила монету?

Я развернулась.

— Нет.

— Тогда воспользуйся своим шансом, не стесняйся.

Тени по его лицу зловеще плясали от отблесков ламп. Он аккуратно взял меня под руку и потянул к фонтану. От его прикосновения было жутко, но у меня больше не было сил сопротивляться.

— Минуточку…

Аварис увидел, как светится вода под статуей Нериды.

— Кто-то уже бросил монетку.

Он улыбнулся. В его глазах заиграл огонёк нездорового азарта.

— Ну что ж, Белаква, тебе ещё придётся побороться с другим водником для того, чтобы быть избранной в Игры. Удачи.

Аварис ушёл довольно быстро и так же бесшумно, как и появился.

Огры болотные! Что, если боги выберут для участия Игр не меня? Тогда у моей семьи не останется шанса. А Морти? Вдруг он обидится на меня и сдаст всему факультету? Тогда можно смело отчисляться. И заказывать себе гроб, потому что после отца я буду следующей в очереди на тот свет.

Отчаяние захлестнуло меня с головой и брызнуло предательскими слезами. Душа разрывалась на части. Я упала на колени.

— Нерида! Прошу! Выбери меня для Игр! Мне нужно спасти свою семью! Мой отец невиновен!

Я достала монетку из мешочка, который часто носила на поясе. Поднесла её к губам и прошептала:

— Хочу исцелить свою семью от чёрного проклятья.

С этими словами я бросила монетку в фонтан. Щемящее чувство одиночества и беспомощности накрыли меня с головой, как волна в шторм. Я больше не пыталась сдержать слёзы, я давилась рыданиями. Всё расплылось перед глазами. Так, мне надо собрать себя в руки, вытереть лицо…

Что это?

Невероятно.

Из глаз Нериды лилась вода. Статуя словно… плакала? Не мерещится ли мне это? Быть не может. А вдруг это знак? Неужели богам не плевать на простых смертных?

Я немного постояла, любуясь статуей. Пора возвращаться. Удивительно, но мне стало легче.