Лиза

— Стой! Ты совсем чокнутый? — зажмурившись, визжу я. — Мы сейчас врежемся!

— Не ссы, детка!

Гера смеётся и сильнее раскручивает магазинную тележку. Подземная зона парковки наполняется шумом нашего безудержного веселья.

Честное слово, порой Гера ведёт себя как тронутый умом. Дуреет на глазах. Как будто ему не двадцать один, а лет десять. Озорства полные штаны. И я, что уж таить, в такие минуты тоже превращаюсь в проказницу, которая подхватывает все сумасшедшие идеи.

Сама ведь села в эту тележку. Теперь до хрипоты срываю голос, поджилки трясутся на крутых поворотах, от всплеска адреналина захватывает дух. Взбудораженная кровь приливает к мозгу, транслирует в нём яркие вспышки. Сердце кувыркается от феерии чувств.

Мы дикошарые безумцы. Окрыленные, беспечные и счастливые.

— Вылезу — тебе капец, — смешливо угрожаю, запрокинув голову.

— И я тебя люблю, — хохотнув, чмокает меня Гера. — Сиди и не рыпайся. У-у-у

Он принимается меня качать, как мама младенца в коляске. Оба прыскаем со смеху.

— Тренируешься, папаша? — подкалываю я.

— Эм-м Рановато как-то. Или я чего-то не знаю?

Он останавливает тележку и озабоченно заглядывает в мои глаза. Его шальное выражение лица вмиг становится серьезным. Я специально молчу, создавая напряжение.

— Расслабься, — посмеиваюсь и хлопаю парня по плечу.

— Фух, — сбрасывает семь потов бедолага. — Так, поехали покупать презервативы.

Гера направляет тележку к входу в ТЦ.

Я смеюсь над ним, и в наказание мой нос попадает в цепкий захват мужских пальцев.

— Ай

— Хватит ржать.

— Но ты такой забавный. Видел бы ты своё лицо, — пародирую его.

Проявляя терпимость к одностороннему веселью, он везёт меня в супермаркет. Я болтаю свисающими ногами и ловлю взгляды мимо проходящих людей. В планах купить продуктовую корзину голодающему студенту. Это обо мне. У меня реально в холодильнике мышь повесилась.

Гера тормозит возле прилавка с овощами и фруктами. Пока он набирает всё по пакетам, я выбираюсь на свободу. Тихонько тараню его тележкой сзади.

— Ой, простите, — пищу.

Усмехнувшись, парень поворачивается ко мне и демонстративно сжимает в ладонях два огурца.

— Ты какой размер предпочитаешь: длинный или короткий? Колючий или гладенький?

Его глаза игриво блестят.

— Дурачок, — смущенно опускаю ресницы и выхватываю из руки длинный огурец.

— Ну всё понятно, — сверкает улыбкой Гера.

Обмениваясь обоюдными смешками, мы заполняем тележку совсем нескромными наборами.

— Я ж столько не съем, — останавливаю Заславского, когда он берёт второй контейнер с ягодами. — Ты видел, вообще, сколько стоит сейчас клубника? Атас!

Мои глаза ползут на лоб от ценника, а Герману фиолетово.

— Съешь. Это свежие витамины, чтоб не болела. Поняла? — Его ладонь мягко припечатывается к попе. — Пошли дальше.

Забота в его исполнении дарит приятные ощущения. Не смею спорить и с благоговейной улыбкой иду с ним под руку мимо холодильников. Тележка постепенно пополняется молочной продукцией, мясом, рыбой, яйцами и снеками для перекуса.

— О, Лиз, привет, — навстречу нам попадается Никита, первокурсник с физмата, с которым занимаюсь английским.

— Привет, — вежливо улыбаюсь.

— Сегодня всё в силе? Придёшь?

— Конечно.

— Окей, — подмигнув, он проходит мимо.

— Это кто? — смотрит ему вслед Герман, как будто пристреливает.

Следом переводит хмурый взгляд на меня.

— Выдыхай, Гера, — успокаиваю, чувствуя от него дикое напряжение. — Это мой ученик.

— Вот этот бугай двухметровый?

— Ну да. Я же тебе говорила, что у меня занятие сегодня вечером.

— Да, но ты забыла сказать, что с альфа-самцом.

Я смеюсь, а Заславский пышет недовольством.

— Ты ревнуешь? — приподнимаю брови.

— Я переживаю, — поправляет он.

— Ты ревнуешь, — поддакиваю и расплываюсь в улыбке.

Его бесит моя весёлая физиономия.

— Короче, отменяй занятие и скажи, что отныне занимаешься только с детьми.

— Не буду.

— Лиза, — выдавливает он, как будто я испытываю последние крохи его терпения.

— Уймись, Герочка. У него девушка есть. Мы из одной школы. Я знаю его чуть ли не с первого класса.

— И?

— И то, что ты слишком остро реагируешь на парней рядом со мной.

— Мне было бы спокойнее, если бы их вообще не было.

— Изолировать и запереть меня в башне мечтаешь? Не выйдет.

Заславский криво усмехается на издёвку. Держа руки на поясе, он протяжно вдыхает носом, перезагружая свои мысли.

— Окей, — поднимает ладони вверх, — нет проблем. Кстати, я планировал изучать итальянский. У меня есть знакомая красотка с прекрасными знаниями языка, буду практиковать с ней.

— К чему ты мне это говоришь? — выгибаю бровь, хотя отлично понимаю, что это попытка вызвать во мне ответную ревность.

— Чтоб ты была в курсе, с кем я пропадаю по вечерам и не отвечаю на звонки.

— Ну ладно, — дергаю плечом.

Поджав губы, с постным лицом рассматриваю прилавки.

Этот гад все-таки добился своего. Потеряв настроение, молча иду на кассу. Гера катит тележку следом.

Пока стоим в очереди, Заславский тянется за пачкой презервативов, которые удачно устроились в прикассовом прилавке.

— М-м, тоже на занятие пригодится? — ёрничаю, сложив руки на груди.

На парня не оборачиваюсь, но слышу его смешок в спину.

— Если только с тобой.

— Увы, не светит, — вздыхаю.

— Не разгоняйся. — Его ладонь хватает меня за талию.

— Я в полном порядке, — вырываюсь из его объятий.

Стреляю в него взглядом, сигналя, что лучше ко мне не приставать, иначе покусаю.

Расплатившись за покупки, Заславский катит тележку с пакетами на парковку, где стоит машина. Я, насупившись, иду рядом. Стараюсь выветрить из головы неприятный разговор, но осадок всё ещё горчит.

Загрузив продукты на заднее сиденье, Гера садится за руль и первым делом тянет руку к моему колену. Я дергаюсь, как от электрошока.

— У-у, нервная, — гогочет он и заводит двигатель.

Только выезжаем с парковки, как ему звонят. Он ставит на громкую связь.

— Ты как? В субботу по плану выезд в пять, — напоминает ему друг.

— Ага. Отлично.

— Лиза с тобой будет?

— Разумеется.

— Никуда я не поеду, — фыркаю я.

Геру не особо колышат мои эмоциональные всплески, он дальше обсуждает с другом предстоящую поездку. Они с компанией условились на выходных арендовать внедорожники и устроить экстремальные заезды по бездорожью.

Наша ссора снижает энтузиазм куда-то ехать с Герой. Пока я думаю только о красотке со знаниями итальянского. Я вроде умом понимаю, что парень специально травит намёками, но в груди всё равно неприятно царапает.

ТЦ находится недалеко от общежития, так что мы быстро добираемся до него. Гера выгружает пакеты и поднимается со мной в комнату. В лифте мне хочется придушить его за то, что он слишком веселый.

— Чё такая злая? — смешливо интересуется. — Красная, как помидорка.

На его придурковатую улыбку я обхожусь убийственным взглядом и красноречивым молчанием.

Когда заходим в комнату, Заславский ставит пакеты на пол и разувается.

— Я тебя больше не задерживаю, — прочищаю горло.

— Я сам задерживаюсь, — закрывает задвижку на двери.

— Для чего?

— Для разборок с одной обидчивой особой.

— Я не обиделась, — хмыкнув, по-деловому встряхиваю волосами. — Просто сейчас буду занята.

Отворачиваюсь от него и прибираю со стола вещи.

— Да мне пох, — грубо отзывается Гера.

Рывком разворачивает меня и вжимает телом в край стола.

— Для меня всегда свободная, — вкрадчиво произносит.

Толкается лбом в мою упрямую головушку и плавит взглядом. Руками по обе стороны купирует ходы отступления.

— Руки убери, — стреляет глазами на ладони, которыми сдерживаю его напор.

Прикусив губу, по-прежнему сопротивляюсь. Гордо смотрю в его полыхающие глаза. Ух, как злится. Он супергорячий, между нами искрит так, что сердце экстренно наращивает обороты.

— Да срать мне на итальянский. Я пошутил, ясно? — рычит в губы.

— Ха. Ха, — изображаю смех робота. Наигранно закатываю глаза. — Очень смешная шутка. У тебя талант юмориста.

Мужская ладонь хватает меня за подбородок и останавливает кривляние.

— Ревнивая сучка, — с потаённым обожанием выдыхает Герман.

Впивается в мои губы каким-то яростным поцелуем. Словно наказывает. Усмиряет. Подчиняет. Его дерзкий толкающийся язык обжигает огнём. Тело сразу охватывает жар.

Гера легко подхватывает меня и усаживает на стол. Сам располагается между раздвинутых ног. Мнёт бедра и лезет ладонями под футболку. Я спускаю стон, когда его пальцы сжимают соски, а зубы впиваются в нижнюю губу.

— Ты единственная, кого я по-настоящему хочу и люблю. Записывай на подкорку, — опаляет горячим дыханием мою кожу, на которой сразу вскакивают сотни мурашек.

Он облюбовывает шею кусающими поцелуями, вызывая приятную мелкую дрожь во всем теле. В его жарких объятиях я становлюсь мягким податливым пластилинчиком. Обвиваю его торс ногами и целую в ответ.

Когда мужские пальцы касаются ширинки на моих джинсах, я на пару секунд включаю рассудок.

— Лера может прийти в любой момент.

— Тройничок хочешь? — дергает бровями Заславский.

Прицокнув, шлепаю его по груди за тупые шуточки.

— Если нет, то не будем терять время.

Он ловко избавляет меня от одежды и приспускает свои штаны.

Я сглатываю при виде возбужденного члена, как в первый раз. Внизу живота поджимается, когда смотрю на то, как Гера натягивает на свой внушительный агрегат презерватив.

Он заходит в меня уверенным толчком, и я с истошным вздохом падаю спиной на стол. В секунду становится так жарко, словно по венам разлили раскаленную лаву. Горю и срываю стоны. Страстно сжав бедра, Гера врывается в меня, раз за разом пронзая тысячами острых импульсов. Я задыхаюсь от удовольствия. Принимаю на максимум его член и кайфую от мужской силы. Гера попросту выбивает из меня все обидки, напоминая импульсивным сексом, кто тут "папочка".

Расшатанный стол — единственная проблема, которая останется после горячих разборок. Но это мы точно как-нибудь переживём.