Лиза

Я подхожу к краю крыши и недоуменно смотрю вниз. Он что, спрыгнул? Что за фокусы с исчезновением?

— На тебе куртка Германа, — замечает Миша.

Я оборачиваюсь к парню и попадаю под вопрошающий взгляд.

— Да, — поправляю края кожаной косухи, — стало прохладно, Гера накинул её на плечи.

— И где он? — озирается Титов.

Хихикнув, я пожимаю плечами:

— Без понятия. Исчез.

Выходка Заславского веселит меня, а вот Миша хмурится.

— Что вы делали вдвоём на крыше?

— Я вышла подышать свежим воздухом, он уже был здесь. Ни о чем особенном мы не разговаривали, просто смотрели на звезды.

— Смотрели на звёзды? — переспрашивает Миша.

— Угу.

— Как романтично, — цедит сквозь зубы парень.

— Скажи, красиво? — поднимаю я голову к небу.

— Охренеть, как красиво, — раздраженно подтверждает Титов, сверля меня недовольным взглядом.

— Отчего ты бесишься? — негодую я.

На мой вопрос мужские глаза расширяются, словно обескуражены или попали под открытое издевательство.

— Моя девушка зависает на крыше с бывшим и любуется звездным небом, — разжевывает Миша, активно жестикулируя от переполняющих эмоций.

— Ясно, — поджимаю губы. Меня напрягает его тон общения. — Ты ревнуешь?

— Да, Лиз, — выпускает острый взгляд Тит, а за ним обвинение: — Ты даёшь повод.

Необоснованная претензия задевает за живое, я открываю рот в возмущении, но вместе слов заглатываю прохладный воздух, чтобы остудить пыл, который перешел на меня от Титова.

— Какой повод? — требовательно спрашиваю я и максимально сдержанно стараюсь объяснить ситуацию: — Мне стало не по себе, я захотела уединиться от шумной толпы и вышла на крышу. Я не назначала тайное свидание с Заславским, встреча вышла случайной. В чём я виновата? Я стою и рассказываю тебе, как всё было. Ты мне не веришь?

— Просто странно, — по-прежнему хмуро смотрит на меня Миша.

— Как есть, — обиженно дергаю плечом и отворачиваюсь.

Его недоверие и претензии вымораживают. Закрываю глаза и дышу носом в попытке успокоиться. Выяснение отношений — последнее, чем я хотела бы разнообразить этот вечер.

— Просто скажи мне, что ты его больше не любишь, — сломленно говорит Миша. Вздохнув, он приближается ко мне и обнимает со спины. Склоняет голову к моему уху, отодвигает носом прядь волос и шепчет: — Скажи, что ты только моя.

От его слов моё сердце начинает неспокойно стучать. Волнение охватывает грудь. Я выпускаю судорожный вздох и сдавленно отвечаю:

— Я его не люблю. — Сглотнув, облизываю губы и разворачиваюсь к Мише. Искренне смотрю в его глаза. — Я твоя. Ты мне нужен. И я хочу, чтобы между нами было доверие. Хорошо?

Он кивает, чуть улыбается и рукой притягивает к себе. В его объятиях становится гораздо теплее. Наши носы соприкасаются, а следом за ними губы. Мы целуемся, примиряя обиды и ревность.

Отлипнув от Миши, я признаюсь:

— Хочу домой. Устала.

— Отлично же веселились, — возражает парень.

— Да. Но это не моя компания. Чувствую себя чужой.

— Глупости. Ты со мной. Мои друзья — твои друзья.

— Они мне не друзья, Миш. И они не обязаны принимать меня в свой круг.

— Кто вызывает претензии? Сейчас поговорим с ними.

— Никто. Успокойся, — прошу его.

Еще разборок не хватало, в которых я останусь крайней. Я не собираюсь ссорить его с друзьями. Навязываться в их компанию тоже не буду. И впредь буду осторожна при разговорах с лицемерными девчонками, которые потеряли моё доверие.

— Просто я вымоталась. Поеду домой. Ты оставайся дальше веселиться.

— Уверена?

— Угу.

— Не обидишься? — внимательно всматривается в глаза Миша, чтобы выявить подвох.

— Нет, конечно, — уверяю я и даже хмыкаю на его подозрения.

— Ладно, — кивает парень и достаёт телефон из кармана. — Вызову тебе такси.

Мы возвращаемся в дом, я снимаю куртку с плеч и взглядом ищу Заславского. Его нигде нет. Оставляю косуху в прихожей, прощаюсь с Ясей и её подружками. Они как ни в чём не бывало улыбаются мне, даже уговаривают остаться, но я мысленно посылаю их к чёрту, а вслух вежливо благодарю их за теплую компанию и обещаю от души повеселиться с ними в следующий раз. Играю с гадюками по их же правилам.

Миша провожает меня до ворот, возле которых уже ожидает такси.

— Пока, детка, — чмокает меня в губы. — Отзвонись, как доедешь.

— Угу, — улыбаюсь я. — А ты много не пей, чтобы глупостей не натворить.

— Окей, — посмеивается парень. — Не обещаю, но постараюсь, малышка.

— Тогда до завтра, — дарю еще один прощальный поцелуй.

Титов рассоединяет руки, которыми обвивал меня, и я иду к машине.

Открываю заднюю дверь и с облегченным вздохом, что скоро окажусь дома, сажусь на пассажирское сиденье.

— Добрый вечер, — здоровается со мной водитель, когда я захлопываю дверь.

— Не поняла — смотрю в сторону на парня, который сидит напротив.

Машина трогается с места, а я с широко распахнутыми глазами сканирую фигуру Заславского: облокотившись на панель, он лениво переводит взгляд с окна на меня. Вместо ответа вопросительно рассматривает моё лицо и молчит.

— Зачем ты сел в мою машину?

— Я вызвал такси и еду домой, — сухо отвечает он и отворачивает голову в сторону.

— Как? Но — недоуменно хлопаю ресницами. Подаюсь вперед к водителю. — Простите, вы к кому приехали?

Заславский сдавленно ржёт над моим тупым вопросом.

— Я приехал на адрес, уважаемая, — отвечает мужчина. — Что-то не так?

— Я планировала ехать одна, а не с этим молодым человеком, — бросаю колкий взгляд в Геру. Его усмешка меня раздражает.

— В чём проблема, Лиз? Я тебя напрягаю? — не без сарказма интересуется он.

— Мне не нравятся твои фокусы. То ты неожиданно исчезаешь, то появляешься, как кролик из шляпы.

— Та-дам! — подыгрывает парень и посмеивается. — Расслабься. Нам в одну сторону. Сэкономим.

— Ты умеешь экономить? — Скосив на него глаза, я складываю руки на груди. Целый час в одной машине с ним — нелёгкое испытание для нервной системы.

— Как видишь, — пялится на меня парень, в то время как я разглядываю обивку сиденья перед собой, скукожив губы от недовольства.

— Я желаю ехать в приятной тишине, а не под твою болтовню, — каверзно отвечаю и показательно отворачиваюсь от него.

После такого резкого замечания Заславский замолкает. Из динамика доносится спокойная негромкая мелодия. Плавный ход машины убаюкивает. Через полчаса езды я прикрываю глаза, навалившись на спинку сиденья.

Гера

Лиза засыпает, и её голова медленно, но верно склоняется набок. Чуть придвигаюсь к ней, чтобы подставить своё плечо. Почувствовав опору, она притирается щекой к кофте и причмокивает губами во сне. Я тихонько улыбаюсь, глядя сверху на милое лицо. Ангел во плоти, когда не фыркает, не язвит, не выпускает иголки против меня. Понимаю, я заслужил от неё подобное отношение, но как же я соскучился по её нежности. Мне становится чертовски приятно от простого прикосновения. И пусть оно неосознанное, но вызывает во мне тёплую ностальгию по моментам, когда девушка засыпала на моей груди, а я бережно охранял её сон. Наверное, я не должен вообще думать об этом, но в голове всплывают картинки наших объятий. Как ни пытался, я не смог вычеркнуть их из памяти.

Склоняюсь к светлой макушке и вдыхаю аромат женских волос. Она пахнет по-прежнему вкусно, каким-то полевым цветком, который требует много света и не терпит грубого обращения. Пользуясь моментом, затягиваюсь еще пару раз, сходя с ума от наслаждения. Внутри меня что-то трещит по швам, сильно натягивается, причиняя боль. Думаю, это мои чувства, которые насильно связал канатом. Они сопротивляются, пытаются вырваться, но я жестко пресекаю попытки побега. Самоконтроль — дело сложное, а рядом с Лизой, кажется, нереальное.

Зацепляю пальцем прядь её волос и тихонько накручиваю вокруг фаланги. Задумчиво смотрю на девушку и тяжело вздыхаю. Утыкаюсь затылком в подголовник и, сглотнув, опускаю веки. Моё сердце болит — уж не знаю, по какой причине. Может, следует обратиться к врачу, потому что в груди сильно щемит, аж ребра стискивает. Не могу глубоко вдохнуть, сразу колет. Я пытаюсь не замечать одолевающий недуг, отвлекать себя делами и чем угодно, лишь бы не загоняться. Надеюсь, что само пройдет. Только вот в последнее время прихватывает всё сильнее. Особенно когда остаюсь наедине со своими мыслями, в которых постоянно витает Лиза. Я слишком часто думаю о ней. Неприлично часто. Даже когда в моей постели другая. Это реально мучает и напрягает. Какое-то наказание.

А еще она лезет в мои сны, и, как назло, в них она любит меня, доверяет как прежде. Мы купаемся в беззаботной ласке или же, напротив, занимаемся горячим сексом. Это сумасшествие. Точно, я сошёл с ума, и мне нужен психотерапевт. А еще я мазохист, потому что таскаюсь на все мероприятия, где будет она. Внутренности переворачиваются от ревности, когда я вижу, как она целуется с Титовым. Да, она уже не моя, но. Черт возьми! Я никогда не умел делиться. Меня не покидает мысль, что Лиза назло мне встречается с Мишей. И что их отношения — не больше чем игра или показательное выступление. Но порой они так натурально нежничают, до тошноты, что я начинаю уверяться в их искренности. И это еще больше угнетает.

Я не хочу, чтобы она встречалась с кем-то из моего окружения. Каждый, кого я знаю, сломает её. Ей подойдёт кто-то совсем другой, желательно с иной планеты, где я точно не буду наблюдать за тем, как же она счастлива без меня. Да, я тот ещё эгоист. Я не могу её отпустить, напоминаю о себе, провоцирую на эмоции, от которых, как вампир, подпитываюсь. Её равнодушие прикончило бы меня раз и навсегда. Я бы исчез из её жизни, но она реагирует на меня ярко, как и прежде. Не знаю, на что я надеюсь, но... В груди тлеет надежда, что несмотря на обиду она не остыла, думает обо мне и видит сны, похожие на мои. Я мог бы попытаться вернуть Лизу, но... Я никогда не бегал за девчонками. Это унизительно. Ой, да кого я обманываю? Даже если бы я встал на колени перед ней, эта девочка чисто из принципа послала бы меня на хер. Она больше мне не верит. Я всё сломал. Мне нечего ей предложить. Она хочет любви до гроба и серьёзных отношений. А я сплошное разочарование в её сказочных представлениях об идеальном парне. Приобняв Лизу рукой, я касаюсь губами её макушки и после прислоняюсь щекой. Тихое посапывание ласкает уши и вызывает легкую улыбку. Прикрыв глаза, я расслабленно выдыхаю и проваливаюсь в полудрему. Так и едем до общежития. — Лиз, просыпайся, — хриплю я, когда такси добирается до места назначения. Ласково вожу пальцем по розовой щечке, потому что девушка не слышит. Её веки начинают дрожать, носик морщится, Лиза поднимает с моего плеча голову и протирает ладонями лицо. Сонно смотрит на меня, потом в окно. — Приехали, — говорю я. — Угу, — прочищает горло и обращается к водителю: — Сколько я должна? — Я расплачусь, как доеду до дома, — останавливаю её копошение в сумочке. — А как же экономия? — припоминает девушка. — В следующий раз, — отвечаю с улыбкой. Я выхожу из машины следом за Лизой, чтобы размять кости и проводить её взглядом до подъезда. Она слишком долго топчется возле железной двери. Ей не открывают. Растерянная девушка набирает кого-то в телефоне, нервно покачивается на месте и потом с ругательством стучит по двери. Но это ничего не меняет. Со стоном бессилия она разворачивается и идёт ко мне. — Что такое? — спрашиваю я, стараясь не улыбаться, хотя сильно хочется. — Охранники, походу, спят. Не открывают двери, — расстроенно говорит она. — Ты время видела, гулёна? Ночь на дворе. — И что мне теперь делать? — взмахивает руками, и те безжизненно припечатывается к бедрам. — Поехали ко мне, — предлагаю идею, от которой внутри загорается огонёк. — Ага, щас! — сразу возражает она. — Ну нет так нет, — пожимаю плечами. — Я поехал. Пока. Разворачиваюсь и иду к такси. Неспешно так, давая время на раздумье красотке. Раз, два, три, четыре, пять... — Гера, — доносится робко сзади. Замираю возле распахнутой двери и растягиваю губы как Чеширский Кот. Усмирив улыбку, поворачиваюсь к Лизе. — Что? Она шагает ко мне и неловко сминает губы. — Ладно, — шмыгает носом. — Можно к тебе? — Дай подумать. — Вытягиваю губы и стучу пальцем по подбородку. — На гостей не рассчитывал, но...Хорошо. Так и быть. Ловлю искры из зелёных глаз и довольно улыбаюсь. — Прошу, — галантно распахиваю перед Лизой двери. — Не вздумай ко мне приставать, — предупреждает она, замирая возле меня. — Упаси боже, — закатываю глаза. Хмыкнув, она погружается в салон, и я закрываю за ней двери. — Попалась, — ликую от прекрасного стечения обстоятельств.