– И что, теперь ты уедешь в Скагеррак? – с тревогой спросил Рагнар после того, как мы вернулись в дом.

– А ты не хочешь этого? – лукаво улыбнувшись, спросила я.

– Не хочу, – набычился мой муж, словно ребенок, у которого собираются отнять любимую игрушку. Все-таки я была небезразлична Рагнару. И, не скрою, было приятно чувствовать это моим женским сердцем…

– Мне придется съездить в Скагеррак, – уже серьезно произнесла я. – Но не одной.

– А с кем? – удивленно приподнял брови мой муж.

– С тобой, – усмехнулась я. – И с нашим войском. К счастью, Гуннар не сжег Скагеррак, да и вывез-то из него вместе со своими союзниками всего лишь треть наших запасов. Но и это существенное богатство, которое нам совершенно ни к чему терять.

– Не понимаю, что ты задумала, – покачал головой Рагнар.

– Узнаешь, – загадочно улыбнулась я.

…Этой ночью мы спали обнявшись, и – что уж тут скрывать – это было чудесно! Да, мы хотели друг друга, но я чувствовала, что уже нельзя… И Рагнар своим звериным чутьем это почувствовал. Вроде бы недавно пришли ко мне признаки беременности, но я ощущала, что ребенок уже толкается во мне. Пока еще робко и неуверенно, но вполне ощутимо…

– Ты родишь уже весной, – проговорил Рагнар, нежно гладя мой живот. – У медведиц беременность длится от шести до восьми месяцев, но берсеркам по рождению достаточно провести полгода в утробе матери. Я помню, что отец рассказывал, как он испугался, когда я родился шестимесячным. Но, едва появившись на свет, я зарычал и попытался укусить повитуху за то, что она меня чуть не уронила. И тогда отец понял, что со мной все в порядке.

– Уже весной… – прошептала я. – Так быстро…

– Мы с тобой другие, – произнес Рагнар. – Не такие, как остальные люди. Но бояться этого не нужно, потому что я всегда буду рядом с тобой и с нашим ребенком.

«Всегда ли?..» – когтем царапнула по моему сердцу мысль.

Где-то в глубине моего сознания ворочалась тень, оставшаяся от воспоминания о моей прошлой жизни. Был ли Рагнар Кожаные Штаны верен своей Лагерте? Одна ли жена была у него или несколько? Я же точно знала это раньше…

Но нет.

Как только я пыталась прикоснуться своей мыслью к этой тени, она ускользала от меня, словно призрак, которого на самом деле просто не существует. Ну да. Наше будущее еще не настало, и я просто не могу помнить того, что еще не произошло…

Что ж, даже если в моем времени и знали о том, что Рагнар бросил свою Лагерту – или же она оставила его, – теперь все в моих руках! Я не та робкая девочка, в чье тело впихнула меня судьба. А это значит, что будущее нашей семьи теперь зависит от меня! И я, подобно разъяренной медведице, готова грызться за него хоть с самими норнами! И наплевать, что они там наплели в процессе своего рукоделия! Сплетут что-то не то – так теперь я знаю дорогу в Мидгард, где ошиваются эти девы. И коль что не так, клянусь бородой моего отца О́дина, этим рукодельницам не поздоровится!

Придя к такому решительному выводу, я уснула с улыбкой на лице в объятиях своего мужа – и утром проснулась с чувством, что я выспалась так замечательно, как не высыпалась никогда в жизни!

– Прекрасное ощущение, не правда ли? – улыбнувшись, спросил Рагнар, наблюдая, как я сладко потягиваюсь после сна.

– Не то слово! – промурлыкала я.

– Это сейчас твое тело привыкает к силе медведицы, – пояснил мой муж. – И она ему нравится!

– Такое не может не нравиться! – отозвалась я, чувствуя, что запросто могу пробежать километров пятьдесят или же под настроение воткнуть в пол меч – и сломать его голыми руками.

– Будь осторожна с этой силой, – приземлил меня Рагнар. – Уже сейчас ты можешь призвать силу медведицы, просто представив, что ты – это она. Но ты видела, что было со мной, когда я злоупотребил этим даром. Да, в обычной жизни ты уже сильнее любой обычной женщины Норвегии, да и многих мужчин тоже. А в состоянии берсерка никто, даже самый сильный викинг не сможет противостоять тебе – если, конечно, он сам не умеет призывать силу медведя или волка. Такой дар кружит голову и может стать причиной смерти, если использовать его слишком часто, не давая телу восстановиться.

– Да, я помню, – вздохнула я. – У нас говорят, что у любой медали есть и обратная сторона…

– У вас – это где? – не понял Рагнар.

– Неважно, – отмахнулась я, осознав, что проговорилась. И поспешила сменить тему беседы: – Милый, нам пора. Солнце уже взошло, и у нас сегодня слишком много дел для того, чтобы тратить время на пустую болтовню.

– А что за дела-то? – спросил мой муж, поднимаясь с кровати. – Ты так ничего и не рассказала!

– Скоро все узнаешь, – улыбнулась я.