Добавление алебастра придало составу молочно-белый окрас. Я схватила справочник по свойствам камней и с облегчением выдохнула. Так и должно быть. Теперь нужно помешивать по часовой стрелке до полного растворения.

Предупреждение масты Софии о последствиях тревожило, и сильно. Но внутри все кричало, что алебастр — лучший вариант, и я не могла противиться настойчивой тяге, сделать все по-своему. Пришлось с головой уйти в работу, чтобы не обращать внимания на поджатые губы хозяйки аптеки и ее неодобрительный взгляд.

Кипящий масляный состав я сняла с горелки, процедила через мелкое металлическое ситечко и остудила частичкой магии. Получился белесый экстракт.

— Готово, — объявила я и поднесла к масте Софии металлическую миску с полученной смесью.

— Раз уверена в выборе минерала, то соедини с основой и добавь магию, — с безразличием отозвалась хозяйка аптеки.

Я отыскала вазелиновую основу в склянке на стеллаже, добавила часть в экстракт и принялась тщательно вымешивать деревянной лопаткой. Мазь быстро густела, становясь белоснежной.

При мысли о Маэле и его ране внутри зародилось тепло. Мурашки поползли по коже. Магия заструилась по рукам и обозначилась зудом пальцев.

— Напитай мазь целебной силой, заживи рану, укрепи организм, — приказала я и отпустила тонкой струйкой поток энергии.

Сиреневые искры сорвались с кончиков пальцев, впитались в белую смесь и подарили мази колдовское сияние. Я залюбовалась процессом и не заметила, как хозяйка аптеки оказалась за моим плечом.

— Теперь все будет зависеть от того, поможет ли твое средство среднего порядка дракону. В твоих интересах, чтобы все сработало, как положено. А иначе…

От брошенных прохладным тоном слов, я вздрогнула и развернулась к масте Софии, рассчитывая услышать угрозу до конца. Но призрачная старушка растаяла в воздухе, так и не огласив последствия.

Меня затрясло. Еще одной встречи с Толиком я не вынесу. Прежняя жизнь и так сделала меня чересчур мнительной и тревожной. Если аптека продолжит насылать жуткие видения о бывшем, я совсем умом тронусь. Это слишком жестоко.

Но мой новый дом был всего лишь магическим местом и явно не знал жалости. Умолять бесполезно, торговаться или угрожать бессмысленно. Единственный выход — сделать так, чтобы мазь подействовала. И я добьюсь этого, чего бы мне ни стоило заживить рану стража.

Глаза я открыла все в той же гостиной, где выпила обучающее снадобье. За окном пламенел закат. Дракона на этот раз рядом не оказалось. Только две чашки с остывшим чаем и тарелка, полная бутербродов, выдавала, что страж дожидался меня, рассчитывая вместе перекусить. Неясное беспокойство зародилось в душе, и я позвала:

— Маэль, ты здесь?

Тишина стала мне ответом. Может, дракон занят и просто не слышит. Желудок напомнил о себе голодным спазмом. Я наскоро проглотила пару бутербродов, запила их прохладным чаем и поспешила на поиски стража.

В торговом зале царили чистота и порядок. Ни намека на присутствие дракона. В кухне и спальнях его тоже не оказалось. Куда же пропал Маэль? Может, вышел за продуктами, например? А я себе уже надумала всякого.

Но интуиция буквально вопила, что со стражем беда, и нужно продолжать поиски. На всякий случай я заглянула в ванную и ахнула. Дракон лежал на каменном полу и стонал от боли, находясь в забытьи.

— Вот черт! — Я бросилась к стражу, упала возле него на колени и принялась ощупывать.

Влажный лоб пылал, как в первую ночь здесь. Пульс зашкаливал. Грудь высоко поднималась и опадала при дыхании. В центре чернела рана, источая тяжелый запах. Казалось, состояние Маэля стало еще хуже, чем до того, как я дала ему отвар от лихорадки.

Что же делать? А вдруг страж умрет? Я ведь понятия не имею, как без него обходиться. В ушах зашумело, перед глазами поплыло. Так стоп. Если продолжу в том же духе, то свалюсь рядом с драконом. Нужно действовать, а не паниковать.

Я сосредоточилась на серебряной пряжке брюк Маэля и принялась глубоко и размеренно дышать. Концентрация на отвлеченном от ситуации предмете помогла, и я сумела собраться. Поднялась с пола и поспешила в спальню.

Хорошо бы перенести стража на кровать, но об этом оставалось только мечтать. Такого огромного мужчину мне не поднять. Даже пытаться не буду. Я собрала одеяла и подушки, обложила дракона, стараясь укрыть от тянущего с пола холода. Как только Маэль оказался в более адекватных условиях, я спустилась в мастерскую.

Здесь меня дожидалась металлическая миска с белой мазью. До нее обязательно дойдет дело, но сначала необходимо избавить стража от лихорадки. Я повязала передник и начала готовить отвар с добавлением бирюзы.

Как я и подозревала, действие жаропонижающего средства не могло длиться долго. Все же первопричина высокой температуры — заражение темной магией. Но пока моих знаний и умений хватало лишь на симптоматические средства.

Так что я сварила отвар, остудила и напитала магией. Перелив готовое снадобье в склянку, я прихватила миску с мазью и поднялась на второй этаж. Дракон метался в бреду, обливаясь потом, и стонал:

— Нет! Не смей, Дафна, не надо…

О ком это он? Хотя какая разница, если страж вот-вот погибнет? Я села рядом с драконом, отмерила столовой ложкой порцию отвара и влила в приоткрытый рот. Поддержав голову Маэля, я дождалась, когда он проглотит лекарство, и дала ему еще две ложки. Сиреневое сияние вокруг сухих губ обозначило действие магии.

Страж затих. Кожа вернула привычную бледность без болезненной синевы. Я выдохнула и украдкой смахнула капельки пота со лба. Теперь дело за раной. Сняла с дракона рубашку, подвинула миску с мазью и нанесла толстый слой на чернеющую поверхность груди. Сиреневое свечение охватило зону повреждения и угасло.

В глубине души я надеялась, что заживляющая мазь моментально справится с задачей, и дракон придет в себя. Но в реальности все оказалось гораздо сложнее. Жар спал. Маэль дышал ровно. Пульс отбивал спокойный ритм. Вот только дракон не открывал глаза, а его страшная рана не спешила затянуться.

В памяти всплыло предупреждение хозяйки аптеки. Если не добьюсь положенного эффекта, наступит расплата. Я будто воочию увидела скабрезно ухмыляющуюся физиономию Толика и похолодела. Нужно срочно найти способ помочь стражу.

Краем глаза я отметила, что чернота в ране чуть-чуть поредела, будто нехотя отступая. Значит, есть шанс все исправить. Приготовить другое средство я уже не успею. Придется работать с тем, что есть.