Глава 20. Снова ОН

Катя Кошкина

–Сава, мы опоздаем на взвешивание!

–Да я иду! Иду!

–Савелий, машина ждёт!

Запихиваю сына на заднее сиденье такси. Пристегиваю и ставлю рядом сумку с формой.

Сама падаю на переднее кресло.

–Спортивный клуб? – Уточняет водитель.

–Да, и побыстрее, пожалуйста, – прошу его. – А то мы опаздываем.

Ужасно просто!

Как вообще я с вечера не обратила внимание на объявление тренера, что соревнования перенесли в другое место?

Хотя, почему как? Вот вообще неудивительно!

Естественно вечером после всего пережитого меня накрыло истерикой. Проплакавшись, я пыталась разработать какую–то защитную линию поведения.

От родственников, от бесконечных задач по работе, от Самсонова…

Это усталость? Может быть. Я уже приобрела к ней иммунитет. А может быта, я действительно просто бесхарактерная.

Я согласна. Только отвалите! Вывожу, как умею. Нет у меня сил воевать. Мне бы выспаться.

Мне бы его забыть… Не видеть, не знать!

Хоть увольняйся, черт возьми!

Прикрыв глаза, чтобы не текли слёзы, я снова вижу перед собой губы Андрея. Руки… И он так близко!

Я боюсь. Очень сильно боюсь сдаться. Боюсь, что за вчерашним предложением на ужин, за его неожиданным появлениями стоит что–то больше чем обстоятельства и вежливость!

–Мам.… – трогает меня за руку сын. – Ты чего?

–Чего? – Оборачиваюсь.

–Ты так часто дышала, я подумал, что тебя тошнит. Ну… как меня иногда.

С улыбкой сжимаю ладошку Савелия.

–Нет, сынок. Просто не выспалась.

Мы забегаем в спортивный центр, успев поймать судейский состав буквально за пять минут до начала жеребьевки.

–Кошкин Савелий Андреевич! – Выпаливаю, снимая с сына курточку.

Поднимаю глаза и…

Чувствую, как лицо немеет, потому что передо мной снова находится причина бессонной ночи.

Самсонов! Снова ОН!

Это что? Наваждение? Я сошла с ума?

Но Андрей очень реален. И судя потому, что он в форме судьи, его нахождение здесь вполне законно.

–Здравствуйте… – кивает он нам с едва заметной улыбкой. – Тоха! Прими ещё одного чемпиона! Раздеваемся до трусов.

Стараясь спрятаться за толпой родителей, жду сына. Сердце трепыхается запертой в клетку птицей.

–Здравствуйте, Максим Сергеевич, – киваю нашему тренеру, который заходит в раздевалку со стопкой спортивных книжек на подпись.

–О! Кошкины! Приехали! Страховку не забыли?

Отдаю ему документы.

Савелий выбегает ко мне в коридорчик с поясом от кимоно.

–Мам, завяжи! Болтается…

–Давай…. – приседаю.

–Эй! Это что за новости? – Слышу раскатистое над головой.

Вздрагиваю и встречаюсь взглядом с Самсоновым.

–Боец! Ты чего это? Сам пояс завязывать не умеешь? Ну–ка! Иди, учиться будем!

–Да потом… – пытаюсь протестовать.

Но Савелий уже бежит к Андрею.

Возле списков спортсменов суета. Я пытаюсь найти расписание боев сына и номера ковров.

Родители так шумят, что у меня начинает болеть голова.

–Так, прошу у всех тишины! – Перекрикивает толпу наш тренер. – Сейчас все родители оставляют детям вещи, воду, забираюсь всю еду – не дай Бог увижу! И уходят на трибуны! Всем ясно!? Иначе мы сегодня не начнем.

Повозмущавшись, родители подчиняются.

Я занимаю удачное место прямо возле бортика балкона, откуда хорошо видно все четыре ковра, но абсолютно не рассмотреть столики судей.

Никаких вариантов зрительных контактов!

Случайно столкнулись – бывает. Это просто твоя психика, Катя, постоянно пытается накрутить глубоких смыслов.

–Синий пояс Маликов. Красный – Кошкин!

Вызывают Савелия на татами одним из первых.

На несколько положенных для этого минут, превращаюсь в «я ж мать». Мне кажется, что я даже чувствую все удары, которые попадают по моему ребёнку!

Соперник Савелия постарше. Худой, жилистый и уже явно опытный.

Сын проигрывает ему по очкам с треском. Даже с такого большого расстояния я вижу, что Сава чуть не плачет. Обняв за плечи, ему что–то объясняет тренер.

Не выдержав, срываюсь вниз.

Ну какая мать усидит, когда ее ребёнок так расстроен?! Первый бой!

Протискиваюсь сквозь толпу таких же беспокойных родителей в дверях зала и чувствую, как меня кто–то дергает в сторону за большую ширму с рекламным баннером.

–Что? Андрей?

Выдыхаю возмущенно.

–Я чуть не упала!

–Ты куда собралась? – Смотрит он на меня строго.

–Там Сава проиграл… – оглядываюсь на зал.

–И что? Я видел. – Дергает Андрей бровью. – Платочек ему несешь? Или увезти хочешь есть картошку фри?

–А почему ты так со мной разговариваешь? – Огрызаюсь, среагировав на его обвиняющий тон. – Да, я считаю правильным оказать ребёнку поддержку.

–Ты сейчас ему можешь оказать только медвежью услугу и навсегда сделать мямлей, закрыв дорогу в спорт. Парень жив и здоров. С ним тренер, товарищи, рядом медицинский работник. Он защищен как никогда и должен сам прожить поражение, вывести опыт, научиться работать со страхом! А иначе – отдай его на вышивание!

–Вот только тебя я не спрашивала, куда мне отдать ребёнка! – Фыркаю.

Вот ещё указывать мне будет, как сана воспитывать! Нарисовался – не сотрешь!

Но осторожно выглядываю из–за баннера, ища взглядом сына.

–Вон! Савелий твой уже забыл о проблеме! – Комментирует Андрей. – Балуется. Не расти парня «кастрированным мужиком». Если не можешь разобраться, как поступить, то мне напиши. Тренеру. Да любому другу, которому доверяешь.

–Я никому не доверяю! А поучить воспитывать имею права побольше тебя! – Сжимаю губы и вздергиваю подбородок. – Но тут вынуждена признать, что ты прав. Это.… эмоциии.

–Ладно… – Отпускает Андрей мою руку. Пойду работать. А то за бумагой вышел…

Из пяти проведенных боев, Савелий неожиданно выигрывает три. При чем все каким–то очень интересным приемом, от которого в восторге все – от трибун до судей.

Я же почти в обмороке от того, на сколько дети могут быть подлыми в спорте! Более того, я не верю, что это из их голов. Нет. Скорее всего их научили не очень чистоплотные тренеры.

Постепенно я начинаю разбираться в логике. За толчок в живот положен штрафной был, но зато потом, пока соперник дезориентирован и испытывает боль, с ним можно делать, что угодно!

Неспортивное поведение! Но что ты им скажешь? Зато побеждают!

Сын же лихо дергает очередного засранца за ногу и, видимо, чуть перебарщивает, потому что ребёнок с ускорением летит вперед, плашмя разбивая себе о татами лицо.

Крик, шум, медики…

Наш тренер сцепляется с тренером травмированного мальчика. К ним подходят судьи, родители.

Сбросив обувь, тоже бегу по коврам.

–Технику надо ставить детям! А не хитрожопость! – Прессует наш тренер соперника.

–У тебя сколько мировых призеров? Ноль? А у меня шесть! – Не останется тот в дрону. – Поэтому, засохни!

–Двое ваших чемпионов лишены титулов за банальный гоп–стоп с угрозами, – обрывает его строго Самсонов. – Вы угрожали семьям противников! Ещё двое лишены за обнаруженный в крови допинг. Остальные с титулами, но выхватили такую обратку от разозленных беспределом соперников, что один теперь никогда не сможет драться с отслоением сечатки, в второй подал в суд на противника. А что все замолчали? – Оглядывает Самсонов коллег и родителей. – Я здесь не просто так стою. И всегда нахожусь в контексте работы. Выношу на судейский совет переложение об исключении команды «Серые гризли».

–Ты ответишь, Самсон! – Шипит мерзкий тренер.

–Мамочка… – пробирается ко мне сын.

От эйфории победы во взгляде не осталось и следа. Боится. Что не прав.

–Все будет хорошо, – прижимаю к себе сына.

–Если Гризли выбыли, то у нас осталось три финальных боя, и объявим награждение. Коллеги?

Мужики немного мнутся.

–Не слишком лихо?

–Действительно. Господин главный судья, дети же готовились…

–Нет, – сжимает зубы Андрей. – Если хочется беспредела и крошеных зубов, это в профессиональный ММА. А у нас здесь половина офицерского состава города! Держите достоинство, господа! И выбирайте правильных тренеров. Да, Гурьев? Ты же тоже не там начал? Не туда и пошел..

–Ты ответишь, Самсон… Клянусь.

–Легко, – едва не смеётся ему в лицо Андрей. – Но только на ковре. Хоть сейчас выходи. Можешь на мне все свои заготовки протестировать.

Разворачивается, замечая нас с Савелием.

–Оо, чемпион будущий!

Треплет моего сына по макушке.

–Андрей… постой! – Перехватывает его какой–то взрослый мужчина.

–Василий Семенович! Рад встрече…

Уходят.

–Эта тварь сглотнет свой базар, – слышу тихое рычание за спиной.

Оборачиваюсь и вижу того самого неприятного тренера. Разговаривает с кем–то из судей.

–Мам… я молодец? – Заглядывает мне в лицо Савелий. – Или меня тоже дисква… – не может выговорить. – выгонят короче.

–Ты у меня самый лучший! – Улыбаюсь и порывисто обнимаю. Дрался сегодня как Лев! Ждём награждения.И пойдём, наконец, кокао попьем. Согласен?

–Да! И булочку с сосиской !

–Договорились.