В рамках лабораторных опытов жертв заражали разными видами бактерий и наблюдали за происходившими в организме подопытного изменениями с целью изыскания наиболее эффективных возбудителей инфекционных болезней, а следом проводили на зачастую еще живом подопытном вивисекцию для исследования каждого органа. По мнению экспериментаторов, проведение опытов непосредственно на живых людях ускоряло разрешение стоявшей перед Отрядом задачи изыскания самых активных средств бактериологической войны, а также способов наиболее эффективного распространения для массового заражения людей. Изучалась также подверженность разных людей разным инфекционным болезням.
По свидетельствам Кавасимы Киоси, занимавшего должность начальника первого отдела, а затем четвертого, ежегодно от опытов по заражению острыми инфекционными болезными в лабораторных условиях умирало не менее 600 человек. После того как зараженные подопытные погибали от инфекции тела, их сжигали в крематории. Кавасима Киоси на Хабаровском процессе утверждал, что за пять лет его службы в Пинфане с 1940 по 1945 год через фабрику смерти Отряда № 731 было пропущено не менее 3000 человек, уничтоженных путем заражения смертельными бактериями, а сколько погибло ранее – остается неизвестным [54]. В Библиотеке Конгресса в Вашингтоне хранится комплект из трех рассекреченных документов Отряда № 731, каждый из которых занимает более ста страниц и переведен с японского на английский. В этих документах содержатся подробные клинические записи о ежедневном развитии различных патогенов в организмах беспомощных заключенных, над которыми проводили эксперименты японские врачи [55].
В книге «Marutas of Unit 731: Human Experimentation of the Forgotten Asian Auschwitz» Дженни Чан приводит сохранившиеся отчеты о результатах экспериментов с рядом патогенов на группах заключенных: никто из которых не выжил. У каждого патогена были особенности, интересующие исследователей с точки зрения наносимого урона: скорость распространения, диагностики и возможности лечения в полевых условиях. Объединяло их одно – все патогены были смертельными.
Сибирская язва – особо опасная инфекционная болезнь сельскохозяйственных и диких животных всех видов, а также человека, вызываемая бактерией Bacillus anthracis. Болезнь протекает молниеносно, сверхостро, у человека преимущественно в карбункулезной (т. е. кожной) форме. Встречаются также орофарингеальная (или ангинозная – поражает горло и миндалины) и гастроинтестинальная (поражает желудочно-кишечный тракт) формы. Характеризуется интоксикацией, развитием серозно-геморрагического воспаления кожи, лимфатических узлов и внутренних органов; протекает в кожной или септической форме.
Кожная сибирская язва, известная также как инфекция скрытого носителя, проявляется, когда попадает на кожу, и является наиболее распространенной формой (более 90%).
Исследованием сибирской язвы в качестве бактериологического оружия занималась группа Ооты первого отдела. В качестве оружия разрабатывалась не сама бактерия сибирской язвы Bacillus anthracis, а ее споры, которые легко распространяются и вызывают инфекцию не только при попадании на кожу, но и при вдыхании, проглатывании или введении с помощью инъекций. В воздухе споры сибирской язвы обнаружить непросто: их диаметр составляет несколько микрометров. При вдыхании они могут проникать глубоко в легкие. Попав туда, споры размножаются в крови, попадают в лимфатические узлы и вырабатывают токсины, которые приводят к смерти. Симптомы после заражения напоминают гриппоподобное заболевание, за которым следует стремительная фаза тяжелой острой дыхательной недостаточности, шока и в конечном счете смерти.
Возбудитель сибирской язвы, по мнению военных специалистов, представляет всемирную угрозу, как опаснейшее бактериологическое оружие. Разрушительное воздействие сибирской язвы на крупный город может быть сравнимо с ядерным оружием. Исследователи патогена создали математическую модель крупномасштабной атаки с использованием спор сибирской язвы в крупном городе (1 кг спор сибирской язвы в городе с населением 10 миллионов человек), которая учитывает рассеивание спор, зависимость реакции от возраста, динамику развития заболевания, а также сроки и организацию медицинского вмешательства. Согласно результатам этой модели, с наиболее эффективной медицинской помощью, погибнет более 100 000 человек [56]. Неудивительно, что Исии выбрал сибирскую язву в качестве бактериологического оружия.
Распространение спор сибирской язвы производилось двумя способами: распылением и через заражение домашнего скота.
Перед капитуляцией Отряд № 731 уничтожил практически все отчеты, свидетельства и документы, но часть информации сохранилась. Ниже приведен отчет, описывающий реакцию подопытных на заражение сибирской язвой. В исследовании было задействовано около 30 подопытных, но не было никаких заметок об их именах, поле, этнической принадлежности или какой-либо другой идентификации, только возрастной диапазон – от 20 до 30 лет. Но мы можем сделать вывод по упоминанию яичек, что все подопытные были мужчинами. А также что все инфицированные сибирской язвой в исследовании продержались в живых 2–4 дня. Согласно отчету, результатами заражения являлись следующие изменения:
Ѣ
Больше остальных возбудителей Сиро Исии интересовала чума – болезнь, унесшая миллионы жизней, опустошившая города и наводящая ужас на людей.
Чума – это тяжелая инфекционная болезнь, вызываемая бактерией Yersinia pestis (чумная палочка), которая передается через укусы блох, зараженных грызунов или через контакт с кровью или тканями больных животных и людей. Чума может протекать в трех формах: бубонной, септической и легочной, которые зависят от пути проникновения инфекции. Вне зависимости от формы заболевание протекает с исключительно тяжелым общим состоянием.
Бубонная чума характеризуется появлением бубонов – увеличенных и болезненных лимфатических узлов обычно в паховой, подмышечной или шейной областях. Септическая чума возникает, когда бактерии попадают в кровь и вызывают токсический шок. Легочная чума развивается, когда бактерии попадают в легкие и вызывают тяжелое воспаление, сопровождающееся кровохарканьем. Легочная чума является самой опасной формой, так как может передаваться от человека к человеку через капли слюны при кашле или разговоре.
Чумная палочка
В настоящее время использование чумы в качестве оружия массового поражения считается неэффективным из-за возможностей диагностики, лечения и профилактики, но так было далеко не всегда. Чума – один из самых «популярных» агентов биологической войны, имеющий исторические корни. Еще в Древнем Китае и средневековой Европе погибших от нее лошадей и коров использовали для заражения источников питьевой воды противника. Так же поступали гунны, турки и монголы. В Средние века жертв бубонной чумы использовали для биологических атак, часто перебрасывая фомиты[10], такие как зараженные трупы и экскременты, через стены замков с помощью катапульт. Тела привязывали к пушечным ядрам и стреляли в сторону города. В 1346 году во время осады Каффы (ныне Феодосия, Крым) атакующие татары использовали в качестве оружия тела монгольских воинов Золотой Орды, умерших от чумы [57]. До середины XX века подобных случаев в истории войн было не мало по всему миру.
Так что и японцев интересовала чума как агент бактериологической войны: она быстро распространяется, вызывая эпидемии, легко культивируется и быстро убивает. Возбудитель чумы устойчив к низким температурам, хорошо сохраняется в мокроте, хотя при температуре 55°C погибает в течение 10–15 минут, а при кипячении – практически мгновенно. Ворота инфекции – поврежденная кожа (при укусе блохи, как правило, Xenopsylla cheopis[11]), слизистые оболочки дыхательных путей, пищеварительного тракта, конъюнктивы.
При укусе зараженных чумными бактериями блох у человека на месте укуса может возникнуть папула или пустула, наполненная геморрагическим содержимым (это кожная форма заболевания). Затем процесс распространяется по лимфатическим сосудам без проявления лимфангита. Размножение бактерий в макрофагах лимфатических узлов приводит к их резкому увеличению, слиянию и образованию конгломерата («бубона»).
С точки зрения эффективности бактериологического оружия важно, что развивается чумная бактериемия (наличие бактерий в кровотоке). В результате больной человек сам становится источником заражения контактным или трансмиссивным путем. Однако важнейшую роль играют «отсевы» инфекции в легочную ткань с последующим развитием легочной формы болезни. С момента развития чумной пневмонии от человека к человеку воздушно-капельным путем уже передается именно легочная форма болезни – крайне опасная, с очень быстрым течением с коротким инкубационным периодом 2–6 дней.
Еще одна особенность заболевания, «полезная» для создателей бактериологического оружия: первые дни человек может чувствовать себя вполне удовлетворительно и не знать, что уже является опасным для других, перенося чуму.
Для создания более сильных штаммов сотрудниками Отряда № 731 изготавливалась сыворотка из крови уничтоженных в ходе опытов жертв. К 1945 году Исии добился невероятных результатов: он создал штамм чумной бактерии, который по вирулентности превосходил исходный примерно в 60 раз. По утверждению японских исследователей, их творение своего рода абсолютно эффективное оружие массового поражения с естественным природным распространением. Лабораторные исследования чумы проводили разными способами: заражение происходило через блох, инъекции и пищу. Инъекцию чумы напрямую вводили в кровь или угощали подопытных жертв пирожками с начинкой из чумных бактерий, а следом, на «десерт» – пропитанными бактериями паратифа дыней или арбузом.
Исследования проводились одновременно на группах подопытных разного возраста. В отчете о проведенном заражении количество испытуемых составило 57 человек в возрасте от детского до 80 лет. Среди жертв присутствовали как мужчины, так и женщины. В этом исследовании описывалось распространение чумы посредством блох среди местного населения в июне 1940 года в Ноане и Синке (в настоящее время Чанчунь). Семеро из жертв чумы были японцами, проживавшими в Синке в то время. В отчете также говорится, что Синке не мог быть заражен в течение некоторого времени, хотя по отчету сложно понять, было ли заражение города чумой желаемой целью. Город в конечном счете заразили чумой, возникшей в регионе Ноан, которая в итоге распространилась на Синке из-за отсутствия иммунитета у горожан.
Выживаемость испытуемых, согласно отчету, была низкой, а срок жизни составляла от 2 до 5 дней, и только трое прожили 12, 18 и 21 день. Предположительно, отчет был создан по результатам аутопсии тел, собранных после заражения, и содержит следующие данные о последствиях чумы.
При проведении экспериментов по заражению подопытных чумой жизнь жертв значения абсолютно не имела в отличие от жизни бактерии – ее надо было сохранить, чтобы увеличить количество патогена.
«Работы по вскрытию зараженного чумой нужно было проводить очень быстро, чтобы спасти бактерии, потому что эти бактерии в 60 раз сильнее первоначальных. Как только человека вскрывали, каждый бросался к своему органу, словно волк на мясо, и начинал работу. Прежде всего нас интересовали легкие. Мы их вынимали, резали ножницами и использовали для размножения новых бактерий», – рассказал бывший сотрудник Отряда № 731 Синодзука Есио.
На протяжении веков брюшной тиф был неизменным спутником войн, землетрясений и других катастроф, унося больше жизней, чем ранения. Еще до выделения причин болезни многие врачи понимали связь между тифом и загрязненной пищей или напитками, но не было ясно, как именно она переносится. Зато уже давно было ясно было, что она смертельна и мгновенно распространяется. Именно это впоследствии заинтересовало разработчиков бактериологического оружия.
Брюшной тиф – острая циклически протекающая кишечная инфекция, вызываемая бактериями Salmonella Typhi с фекально-оральным типом передачи заболевания. Путь передачи – преимущественно водный, но возможны пищевой (через кефир, сметану, молоко, йогурт, фарш и т. д.) и бытовой пути передачи. Бактерии брюшного тифа довольно устойчивы во внешней среде: в пресной воде водоемов они сохраняются до месяца, на овощах и фруктах – до 10 дней, а в молочных продуктах могут размножаться и накапливаться [58].
После заражения тифом симптомы развиваются в течение 8–14 дней: у больного наблюдается нарастающая лихорадка до 40°C, слабость, головная боль, потеря аппетита, возможно появление характерной розовой сыпи на животе и груди. Появляются нарушения стула (запор или диарея), боли в животе, увеличиваются печень и селезенка. В тяжелых случаях развивается «тифозный статус» – оглушенность, сонливость, бред, галлюцинации и заторможенность. Без лечения наступают такие осложнения, как перфорация кишечника, кишечное кровотечение, инфекционно-токсической шок, сепсис и поражения других органов. Затем в 10–15% случаев наступает смерть.
О лабораторных опытах по заражению тифа рассказал сотрудник Фурунчи:
«…Примерно в начале 1943 года я впервые принял участие в опытах по заражению тифом людей, содержащихся в тюрьме 731-го отряда, по указанию начальника отдела № 1 Табеи. Я приготовил один литр подслащенной воды, которую заразил бактериями тифа, вода была роздана примерно 50 заключенным китайцам, насколько я помню, военнопленным, причем только некоторым из них до этого была сделана противотифозная прививка» [59].
Таким образом, исследовали не только течение болезни, но и надежность прививки.
Сап – опасная бактериальная инфекция, передающаяся человеку от непарнокопытных животных (главным образом лошадей, мулов, ослов, которые в свою очередь заражаются через корм или воду). Она протекает с образованием специфических гранулем и абсцессов (сапных узелков) и проявляется язвенным ринитом и лимфаденитом, гнойно-некротическими поражениями кожи.
Возбудитель сапа – бактерия Burkholderia mallei, которая в воде и почве сохраняется до двух месяцев, а в выделениях больных животных и трупах – две-три недели. Заболевание передается по воздуху, через пищу и воду, при контакте с больными и зараженными животными и предметами, на которых есть бактерии. Заболевание может протекать в двух формах: клинической (острой), при которой летальность доходит до 100% и хронической с летальностью 50%.
Бактерия Burkholderia mallei
В истории войн сап как агент биооружия тоже использовался не раз: в период активного использования лошадей в армиях различных стран мира из-за относительно небольшого количества необходимых для заражения бактерий и высокой смертности как среди животных, так и людей. Поэтому и Отряд № 731 рассматривал сап в качестве бактериологического оружия и использовал для заражения местности пастбищ и животных на приграничных территориях.
Острая форма у человека имеет инкубационный период от одного до пяти дней, характеризуется быстрым подъемом температуры тела до 38–39°C, головной болью, резкими болями в мышцах и суставах. В месте проникновения возбудителя возникает выраженно окрашенная папула, которая позднее переходит в типичные для болезни множественные язвенные поражения. Первыми страдают кожа и слизистые, а при развитии заболевания – внутренние органы (причем наиболее часто легкие), а также мышечные и костные ткани. При проведении диагностики выявляется пневмония, а также глубокие абсцессы с гнойным расплавлением тканей. В качестве осложнения сапа могут возникать пневмосклерозы, абсцессы легких и головного мозга, а также гнойный менингит. В острой форме болезнь протекает несколько недель, в хронической – до трех лет. После мучительной болезни наступает смерть [60].
Ниже приведен отчет об исследовании сапа и реакции подопытных на заражение. Судя по нему, количество объектов исследования было 21 человек. У всех разное время выживания, но в основном в пределах двух месяцев. С момента заражения некоторые жили 4–12 дней, в то время как другие – до 15–25 дней, а оставшиеся немногие держались от 25 дней до месяца. Один подопытный прожил три месяца. Нет никаких данных об этнической принадлежности, имен или иных данных для идентификации жертв, кроме возраста – от 20 до 30 лет – и пола. Все были мужчинами.
В отчете описаны процедуры рентгеновского облучения после заражения подопытных сапом и дальнейшая вивисекция. Во время вивисекции исследовали все органы, которые могли оказаться затронуты инфекцией, и сделан подробный отчет по каждому органу каждого подопытного. Такие данные возможно было получить, только препарировав подопытного до его смерти – за несколько дней или недель до того, как болезнь достигла финальной, летальной, стадии.
Ѣ
Дизентерия – ряд инфекционных заболеваний, вызываемых бактериями рода шигелл, с фекально-оральным механизмом передачи, характеризующихся тяжелой диареей с кровавым стулом, сопровождается коликами, тошнотой и рвотой.
Болезнь издавна известна как «служанка войн», поскольку эпидемии дизентерии сопровождали многие войны с древних времен, иногда приводя к большему числу жертв, чем непосредственные боевые действия [61]. Об эпидемиях дизентерии во время военных кампаний известно еще со времен Древней Греции. Во время Гражданской войны в США примерно каждая четвертая смерть происходила из-за дизентерии. Наряду с гриппом и брюшным тифом дизентерия играла важную роль в Первой мировой войне, в ходе которой у солдат были плохие санитарные условия, и инфекция передавалась фекально-оральным путем или через зараженную еду и воду. Дизентерия часто упоминается как основная причина поражения в Дарданелльской операции. Во Второй мировой войне смертность от дизентерии значительно снизилась, чему поспособствовали, кроме всего прочего, антибиотики. Тем не менее примерно от 40 до 50% немецких и итальянских частей были поражены дизентерией. Она в значимой степени поражала в основном те войска, где гигиена продолжала оставаться на низком уровне [62].
В XX веке улучшились санитарно-бытовые и жилищные условия, в результате чего заболеваемость дизентерией среди гражданского населения снизилась, но зато теперь болезнь рассматривали как потенциальное бактериологическое оружие из-за высокой заразности. Предполагали, что дизентерия уже не приведет к массовой гибели солдат противника, но может надолго вывести армию из строя. Поэтому логично, что и исследователей Отряда № 731 она интересовала.
Дизентерия особенно заразна в условиях военных действий, где санитарные нормы вряд ли могут полноценно соблюдаться, а бактерия при этом довольна живучая. К тому же заразившийся человек сразу становится источником заражения для окружающих. Возбудители дизентерии очень хорошо выживают во внешней среде. В зависимости от температуры и влажности они могут сохраняться от 3–4 суток до 1–2 месяцев, а иногда и больше. При благоприятных условиях шигеллы могут размножаться в пищевых продуктах, таких как салаты, винегреты, вареное мясо, фарш, вареная рыба, молоко, молочные продукты, компоты и кисели.
Заболевание начинается быстро. Вначале возникает синдром общей интоксикации, который характеризуется повышением температуры тела, ознобом, жаром, разбитостью, потерей аппетита, головной болью и снижением артериального давления. Поражение желудочно-кишечного тракта проявляется болями в животе. Изначально они являются тупыми и охватывают весь живот, но со временем становятся более острыми, схваткообразными и сконцентрированными в нижней части живота, чаще слева. Боли обычно усиливаются перед актом опорожнения кишечника.
Холера – молниеносное заболевание, способное убить человека за сутки. Его возбудитель – бактерия Vibrio cholerae – один из рекордсменов по числу устроенных пандемий. Как правило, причиной становятся зараженные продукты или неочищенная питьевая вода. Болезнь характеризуется фекально-оральным механизмом заражения, поражением тонкого кишечника, водянистой диареей, рвотой, быстрой потерей организмом жидкости и электролитов с развитием различной степени обезвоживания вплоть до гиповолемического шока и смерти [63].
Бактерия холеры
Распространению инфекции способствуют нарушения санитарных норм, грязь, плотность населения. И это же все делает болезнь привлекательной для использования в качестве бактериологического оружия. К тому же бактерия холеры довольно живуча.
• В фекалиях при достаточной влажности и отсутствии солнечного света бактерии Vibrio cholerae живут до 150 дней.
• В выгребных ямах – свыше 100 дней.
• В почве – до 60 дней.
• На фруктах и в сливочном масле – до 30 дней.
• Достаточно хорошо выживают в условиях низких температур и заморозки.
• В проточном водоеме сохраняют жизнеспособность до нескольких месяцев, в сточных водах – до 30 часов.
Бактерии Vibrio cholerae использовали при диверсионных операциях: контейнеры с холерой (и также тифом) отряды пехоты бросали в колодцы и источники, из которых брали воду мирные жители, повстанцы и китайские солдаты. А уже оттуда болезнь должна была быстро распространиться по естественной цепочке заражения.
Заражали в экспериментальных целях не только заключенных, но и растения. Бывший сотрудник свидетельствовал:
«Одна группа Отряда экспериментировала, заражая семена пшеницы и арбуза тифом и холерой, а затем проращивая их, чтобы определить, как болезнь сохраняется в культурах. Я слышал, что целью было посадить семена, переносящие болезни, на вражеской территории» [1].
Паратиф А – острое инфекционное заболевание, сходное по клиническому течению с брюшным тифом. Вызывается кишечными бактериями рода Salmonella. Заражение происходит с помощью фекально-орального механизма пищевым, водным или бытовым путем. Для паратифа А более характерен водный путь заражения. Источником передачи бактерий может быть только человек, который инфицирован (включая и бессимптомных бактерионосителей). Причем он становится заразным уже с первых дней заболевания и остается переносчиком даже спустя 2–3 недели с момента выздоровления.