Очки были отличные — как раз то, что я люблю. Терпеть не могу очки, которые закрывают только сами глаза, а по бокам, сверху и снизу — дырки, куда проникает вездесущее солнце. Нет уж, если защищаться, то по полной программе, и очки Стаса в этом плане оказались идеальными.

— Тебе идёт, — усмехнулся парень, отгораживаясь от солнца ладонью. И только в этот момент, рассмотрев благодаря очкам заинтересованный взгляд Стаса, я сообразила, что он легко и непринуждённо перешёл на «ты». Я, в общем-то, не возражала, всё-таки он уже не маленький мальчик, а я не бабушка, но тем не менее наглость парня впечатляла. Хотя дело не только в наглости — я в принципе не понимала, зачем ему это. На теплоходе больше двухсот туристов. Конечно, не все его возраста, но Стас мог найти себе и более подходящую компанию. Прям сейчас мог бы и начать, а не подходить ко мне.

Впрочем, заморачиваться по этому поводу я не собиралась. У меня отпуск! Я слишком много фантазирую в течение года — в эти четырнадцать дней я вообще не намерена предаваться размышлениям. Буду гулять, читать чужие книжки и любоваться на воду и берег. И никаких мыслей почему и зачем. Хочет мальчик со мной поболтать — пусть. Какая разница, по какой причине?

— Спасибо, — поблагодарила я, рассматривая окружающее пространство. — И вообще отличные очки, цвет почти не искажают. А какая фирма?

— Могу дать ссылку, — тут же предложил Стас и полез в карман джинсов за телефоном. — Диктуй номер, сброшу в мессенджер.

Ловко. Не прошло и пяти минут диалога, а мы уже телефончиками обмениваемся. И очками, да.

Тьфу на тебя, Лера! Что за пошлые мысли? Не думаешь же ты, что у Стаса к тебе может быть романтическо-физический интерес? Это глупо.

Отставив в сторону все сомнения, я продиктовала парню свой номер и через полминуты получила ссылку на очки. Правда, в наличии их уже не было, но у этой фирмы оказалось множество похожих моделей.

Какое-то время, пока я листала каталог, мы стояли молча, ни капли не тяготясь этим молчанием. Потом я убрала телефон и вновь огляделась.

Мы покидали водохранилище и очень медленно начинали приближаться к более узкой части канала. За нашими спинами в это время заработало судовое радио, и мужской голос экскурсовода по маршруту начал рассказывать историю строительства этой части канала.

— Каждый раз как первый, — пробормотал Стас, и я с любопытством покосилась на него. Красивый всё-таки парень — высокий, статный, и эти светлые волосы в сочетании с синими глазами вовсе обалденно смотрятся. Сейчас Стас стоял в профиль, и я могла вдоволь рассмотреть его нос — идеальный, с небольшой горбинкой возле переносицы.

— Ты о чём?

— О том, что много раз слушал всю эту историю, но она почему-то очень легко забывается. И в следующий раз слушаю то же самое как впервые.

— Совсем ничего не помнишь? — удивилась я.

— Ну почти. Помню, что через час Икшинский шлюз. Который первый, но, на самом деле, шестой, потому что нумерация идёт от Волги.

— А я про остров Любви помню. Но мы его уже проплыли, он ещё до Клязьминского водохранилища был.

— Про что? — переспросил Стас, поворачиваясь ко мне, и посмотрел настолько требовательно, что не ответить было невозможно.

— Про остров Любви.

— Это прям название такое? — улыбнулся парень, сверкнув весельем во взгляде. — Серьёзно?

— Серьёзно. Посмотри на карте.

— А почему он так называется, ты помнишь?

— Не очень отчётливо, но да. Якобы туда сбежали двое политических заключённых во время строительства канала имени Москвы. Их после открытия водоходства должны были отправить в разные лагеря, вот они и решили скрыться на острове. За ними, конечно, пришли, но никого не нашли — заключённые словно в воздухе растворились. А спустя некоторое время проплывающие мимо острова начали рассказывать, что видели на берегу два призрачных силуэта — мужчина и женщина в объятиях друг друга.

— Романтично, — заключил Стас после недолгого молчания. — Но насколько это правда?

— А что, ты сомневаешься? — Я несколько раз подняла брови и многозначительно поиграла ими. Парень фыркнул и покачал головой.

— Нисколько. Особенно если там сейчас свадьбы проводят.

Молодец, сообразительный парень.

— Именно, — кивнула я, и мы улыбнулись друг другу.