Ага, так я тебе и сказала. Не хватает ещё за столом обсуждать мои семейные дрязги. Впрочем, не за столом тоже нельзя.

— Стас, — укоризненно покосилась на сына Лидия. Павел же вообще не обращал внимания на происходящее, как и Карина, — оба уже были увлечены своими греческими салатами.

— А что такого? — пожал плечами парень, не отрывая от меня испытующего взгляда. — Я же помню нашего соседа, дядю Володю. Почему я не могу поинтересоваться его судьбой?

— Папа дома остался, — откликнулась Карина, старательно работая челюстями. И тут же добавила: — Мам, ешь уже. Салат вкусный. Или ты не хочешь? Тогда давай я съем.

— Нет уж! — воспротивилась я и опустила голову. Наваждение сразу схлынуло — и если до этого момента я чувствовала себя бабочкой, пойманной в сачок необычайно синего взгляда, то стоило перестать смотреть на Стаса, как это прекратилось.

Гипнотизёром ему надо быть, вот что. Глазами сверкнёт, маятник поставит — и всё, клиент поведает свои секреты. Потом можно шантажировать.

— А где ты учишься? — зачем-то поинтересовалась я, вновь поглядев на Стаса. Тот уже начал есть свой салат, но прервался, чтобы ответить.

— В институте уже, не в школе, — ответил парень, чему-то усмехнувшись. — Третий курс закончил. На геймдизайнера.

Я чуть было не воскликнула: «На кого, на кого?!» — потому что даже не представляла, что он мог такое ответить. Хотя казалось бы: чего удивительного? Если на свете есть геймдизайнеры, значит, должны быть и учебные заведения, где их готовят.

— Представляете, Лера, он сам настоял, — то ли пожаловалась, то ли погордилась Лидия, улыбнувшись растерянной мне. — Мы-то хотели обычный физтех, ну или медицинский. А Стас упёрся рогом — хочу геймдизайн, и всё тут.

— Здорово, — восхитилась Карина. — Я тоже хочу что-то подобное. Правда, я комиксы больше люблю, чем компьютерные игры.

— Комиксы — это тоже хорошо, я с них и начинал, — абсолютно серьёзно ответил Стас, и Карина посмотрела на него как голодный на кусок мяса. — С них и с иллюстраций к любимым книгам. Потом уже стал пробовать компьютерную графику. Даже мультфильм собственный сделал.

— О-о-о!

Всё, это любовь. Хорошо, что Карине ещё слишком мало лет, чтобы влюбиться. Или в самый раз? Не знаю, не уверена. Я-то впервые влюбилась, когда мне было шестнадцать. И это было настолько разрушительное и тупое чувство, что я заранее боюсь за дочь.

Да-да, средневековые договорные браки начинаешь лучше понимать, когда сам становишься родителем. Уж лучше так, чем вся та глупость, которую я творила в шестнадцать. Хорошо, что без незапланированных беременностей получилось! И без взаимности. Сия безумная любовь могла бы разнести планету, если бы была взаимной.

В общем, оставшийся обед прошёл в увлекательной беседе между Стасом и Кариной, у которых оказалось много общего из-за любви ко всему, что касалось иллюстрирования. Парень немного рассказал, чему и как его учат в институте, и по глазам дочери я видела: кажется, она нашла себе компанию на время этой поездки. Бедный Стас!

И бедная я. Только бы обошлось без влюблённостей!

Мне и развода с мужем хватает для полного счастья.