6 недель спустя…

Кортни

Наслаждаясь нежностью и теплом крошечного свертка у меня на груди, я гладил ее мягкие волосики. Моя ладонь все еще была почти вдвое больше головы Уиллоу. Ей было почти два месяца, но она по-прежнему казалась меньше моей старой ловушки кетчера. И при этом у нее не выпало ни волоска из тех рыжих кудряшек, с которыми она появилась на свет.

Роды у Дилан прошли точно так же, как и все у нее. Она была совершенно спокойна и уверена в себе от начала до конца. А я, наоборот, был на грани нервного срыва, пока первый пронзительный крик Уиллоу не разнесся по родильной палате. Хотя я испытал огромное облегчение уже оттого, что этот момент все-таки случился в больнице. Какое-то время Дилан была твердо настроена рожать дома. Но моя девочка понимала, как я переживаю, поэтому в итоге мы оказались в лучшей родильной палате, какую только можно было купить за деньги. И о матери с ребенком хорошо позаботились профессионалы. А наша весьма нетрадиционная семья ждала в приемной, вместо того чтобы помогать принимать плаценту, с чем, по мнению Дилан, Шей вполне справилась бы.

С того самого момента, как врач впервые положил мне на руки эту малышку, отпускать ее стало почти невозможно. Дилан, как всегда, была моим спокойствием среди хаоса. Она не тревожилась, когда Уиллоу капризничала, и лишь улыбнулась и кивнула, когда я вернулся домой с самым дорогим монитором дыхания, чтобы наконец спать по ночам.

Энцо сдержал слово и закончил дом всего за несколько дней до рождения Уиллоу. В нашей спальне появились стены, так что эту проблему я вычеркнул из списка поводов для тревоги. Но недавно Гугл открыл мне глаза на чересчур многое из того, что может пойти не так с новорожденным. Если бы не Дилан, я бы уже несколько раз съехал с катушек.

Уиллоу открыла свои все еще голубоватые глаза и попыталась сфокусироваться на мне. Ее тонкие губки сложились буквой «о», и она тихонько заплакала.

— Тш-ш, папа здесь.

Я начал покачиваться из стороны в сторону, и она уткнулась в мою футболку и снова задремала.

Продолжая плавно двигаться, я гладил ее по голове и оглядывал улицу за окном. Завтра вид на эту самую улицу станет чуточку другим. Когда мы с парнями выбрали сегодняшний день, я не понимал, что из-за Уиллоу и начала сезона «Revs» время пролетит так быстро. Работа в «Revs» оказалась куда более значимой, чем я мог представить. И сколько бы Беккет ни доставал меня каждый день, этот человек стал одним из моих лучших друзей.

— Скучаешь по временам, когда можно было вылезти в окно и сбежать отсюда? — спросила Дилан у меня за спиной.

Во время ремонта Энцо с бригадой установили на окна кованые решетки. Снаружи они вписывались в общий вид улицы, но это еще и означало, что мои вылазки за бургером для Дилан в полночь закончились несколько месяцев назад. Теперь в полночь я помогал ей, пока она кормила Уиллоу.

— Нет, просто поражаюсь, как быстро наступил этот день.

Я оглянулся через плечо, и сердце сжалось от нежности. Сколько бы времени ни прошло, я все равно не переставал удивляться, что могу назвать эту женщину своей. Ее рыжие кудри торчали во все стороны, одно обнаженное плечо было прижато к дверному косяку. Майка и легинсы. Босые ноги и зеленый лак на ногтях. И она все равно была прекрасна.

— Бекс наконец-то расскажет Лив о плане, который вынашивал месяцами, да? А я прослежу, чтобы она узнала все подробности. — Дилан хихикнула.

Эта женщина никогда не уставала выводить Беккета из себя. А теперь еще и Энцо. Не знаю, как Роуэну удалось избежать ее подначек, потому что мне точно не удалось.

Ее улыбка была широкой и сияющей, она будто освещала всю комнату.

— Не могу дождаться, когда увижу, чем все закончится.

Я усмехнулся. Вскоре после того, как я сделал Дилан предложение, я начал присматриваться к таунхаусу в нашем квартале. Цель была не в том, чтобы разлучить женщин. Они поклялись растить детей вместе, и я хотел уважать это. Но в доме не осталось ни одной свободной спальни, а мы с Дилан и Уиллоу могли делить эту маленькую комнату лишь до поры до времени. Лиаму тоже нужно было собственное пространство. Поэтому я узнал, что происходит с домами напротив и по соседству, чтобы найти что-то подходящее для нашей маленькой семьи и при этом остаться рядом с нашей большой.

Я сказал агенту из «Миллер Эстейтс», что мне плевать, сколько это будет стоить, лишь бы моя семья осталась на этом квартале. Когда соседи намекнули, что, возможно, готовы продать дом, показалось, будто все наконец складывается. Пока какой-то идиот не начал задирать цену. Когда моя ставка втрое превысила рыночную стоимость, я все-таки проговорился. Начал материться при Беккете из-за всей этой ситуации и только тогда узнал, что мы с ним торговались друг против друга.

Босс уже тайно купил таунхаус с дальнего края и хотел еще и тот, что посередине. Его план состоял в том, чтобы поселить всех женщин в отдельных домах. Оказывается, он работал над этим месяцами. Просто забыл сказать мне. Потом он едва не провернул то же самое с Роуэном. Но Роуэну повезло: к тому времени, как он появился, Беккет уже усвоил ценность общения.

— Поверить не могу, что Беккет собирается переезжать сегодня и до сих пор не сказал Лив.

Дилан уже хохотала в голос, подходя ближе.

Я обнял ее свободной рукой, и Уиллоу пошевелилась у меня на груди. Она распахнула маленькие глазки и заерзала, почувствовав рядом маму. Дилан придвинулась еще ближе и поцеловала нашу дочь в лоб. Ничто в мире не казалось правильнее, чем держать их обеих в своих руках.

— Когда ты так смеешься, ма, я начинаю переживать. — Лиам подошел к Дилан с другой стороны. — Какой хаос ты сейчас устроишь?

— Не я. На этот раз это все Бекс.

Она подняла голову, ее золотистые глаза засияли от улыбки.

Лиам встретился со мной взглядом поверх ее головы. Поначалу к нему было трудно найти подход, но теперь мы отлично работали в команде, заботясь о двух наших девочках.

Уиллоу снова заерзала у меня на руках.

— Я возьму ее, а ты иди.

Лиам шагнул ко мне и ловко забрал сестру на руки.

— Я ненадолго. Энцо просто хочет еще раз пройтись с нами по дому, — объяснил я им.

— Я просто хочу быть рядом, когда Беккет расскажет тете Делии о своем плане. Ему так прилетит. — Лиам покачал головой.

— Лиам. — Дилан легонько шлепнула его по свободной руке.

— Пучок уже заплатил сегодня за пять ругательств. Что изменит еще одно? — Лиам пожал плечами.

Я сдержал смешок и придал лицу серьезное выражение.

— Подавай сестре пример получше.

— Я на все сто уверен, что все плохие слова Уиллоу выучит от тебя и тети Делии. — Лиам сел на подоконную скамью и поудобнее устроил сестру у себя на груди. — Но иди. Уиллоу со мной.

Я быстро поцеловал Дилан и пошел искать остальных парней.

Кай и Финн кричали на телевизор из комнаты в конце коридора, а я поспешил вверх по лестнице. Наверху я прошел мимо близнецов. Они шептались так, словно что-то замышляли, но в этом не было ничего необычного.

Я вышел через парадную дверь, взволнованный сегодняшним днем, но и немного грустный. Потому что каким бы безумным ни был этот дом, мне нравилось жить всей нашей большой семьей под одной крышей.

Беккет

Гэвин: Как называют умную утку?

Я: Я снова в этом не участвую.

Брукс: Ржу. Да ладно, Бек. Мы сегодня помогаем тебе переезжать. Можешь хотя бы подыграть.

Я: Нет.

Эйден: Уткосающий?

Эйден: Умнутка?

Эйден: Умник в штанишках.

Брукс: Что ты вообще понимаешь в этих шутках?

Гэвин: Мудрый крякер.

Брукс: Ржу.

Я: Девочки будут здесь с минуты на минуту. Можете уже притащить свои задницы сюда, чтобы не испортить сюрприз?

Гэвин: Ты хотел сказать — свои уткины хвосты?

Я вздохнул и провел ладонями по лицу. Почему я решил, что позвать братьев помочь с переездом — хорошая идея?

— Делия, скорее всего, охренеет, когда узнает, что ты это сделал, — предупредил Энцо.

Я посмотрел на мужчину напротив и задумался, как, черт возьми, вообще пережил целый год в этом доме. Еще более странно, что мне даже удалось получать от этого удовольствие. Осталось всего несколько часов.

— Не-а, Делия будет счастлива, что ей больше не придется терпеть этого великовозрастного ребенка, — поддел меня Кортни.

— Просто помни: я все еще твой босс, Пучок.

Он ухмыльнулся.

— Ха, ты бы умолял меня остаться, если бы я решил уволиться.

И ведь это правда. Не то чтобы я собирался ему об этом говорить. Нанять Кортни генеральным менеджером «Boston Revs» стало одним из лучших моих решений. К тому же он мне правда нравился. Засранец.

Роуэн ухмыльнулся с таким видом, будто уже готов присоединиться к этой травле Беккета. Они втроем слишком часто на ней катались, на мой вкус.

Да, я люблю, когда все устроено определенным образом. Да, я одержим своей женой. Да, я случайно знаю, что потрясающе хорош. Но зачем им постоянно это мусолить?

Финн ввалился на кухню и вскинул голову, оглядывая нас всех. Его волосы уже полностью отросли, а за последние пару месяцев он вытянулся сантиметров на тридцать. Лив плакала, когда он отдал Адди все свои пачки, заявив, что они больше не смотрятся с его новым ростом. Не стану врать — было немного больно осознавать, что Хак взрослеет. Иногда я ловил себя на том, что смотрю, как Кортни ходит по дому с Уиллоу на сгибе руки. И думаю, каково это — держать крошечного ребенка, который принадлежит мне. С моими детьми я такого не испытал, и в последнее время все чаще хотел ребенка от Лив.

— Просто запомните, — сказал я, включая образ директора, который обычно оставляю для офиса, — это была моя идея. Не хочу, чтобы вы все ворвались сюда и сделали вид, будто это вы исполнили их мечты.

Роуэн рассмеялся.

— Мы бы не посмели.

Энцо закатил глаза.

— Почти уверен, ты разнес их мечту о мамской коммуне, когда заставил Лив выйти за тебя.

Кортни шумно втянул воздух.

— Скользкая тема, мужик.

Я метнул в Энцо убийственный взгляд, но он лишь пожал плечами. Я был должен ему за то, что он провернул весь этот ремонт так быстро и тайно, и он это знал. Теперь мне придется нанять его задницу строить новый тренировочный комплекс.

— Че они обсуждають, Босс?

Обычно у Финна не было проблем со словами, но, когда он нервничал, то иногда добавлял лишние звуки. Я опустился на одно колено перед сыном и решил сказать всю правду. Мы остались последними мужчинами в нашем доме — слава богу, — и я хотел быть с ним честным.

— Помнишь, мамы съехались все вместе, потому что им не нужен был мужчина, чтобы растить детей? Им были нужны только они сами. — Я повторил слова, которые так часто слышал от Делии.

Финн кивнул, торжественно сжав губы.

— Ну, одна за другой они поняли: мужчина им по-прежнему не нужен, но они счастливы, что нашли тех, кто любит вас всех. Потому что чем больше любви, тем лучше, правда, Хак?

Мой сын широко улыбнулся.

— Больше любви — самая лучшая любовь, Боссмен. Особенно от тебя.

Он кинулся мне на шею и едва не сбил меня с ног. Этот ребенок был просто чертовски лучшим.

— Взаимно, Хаклберри Финн. Так вот, пока все мамы находили свою версию «больше любви», у меня появилась идея.

— Ой-ой, Босс. Тетя Делия не любит твои идейки.

Я ухмыльнулся. Почти уверен, со временем эта ей понравится.

— А что, если я скажу тебе: пока все гадали, почему за последний год все наши соседи съезжают, причина была в том, что я покупал их дома?

Финн сморщил нос.

— Глупо как-то. У тебя и так слишком много домов. Мамочка все время говорит, что это расточительство.

Я фыркнул. Моя чертова жена до сих пор не понимает, сколько у меня денег. И как мне нравится тратить их на нее.

— Дома не только для меня. Они для всех нас. Тетя Дилан и дядя Кортни переезжают по соседству.

Я кивнул в сторону Пучка, и тот кивнул в ответ.

— Мы переедем в дом по другую сторону от них. А потом дядя Роуэн и тетя Шейла будут жить по другую сторону от нас. Все в ряд.

— А все дети будут жить здесь, с тетей Делией и Энцо? — Финн придвинулся ближе и перешел на шепот.

— Нет.

Я покачал головой, и меня вдруг накрыла волна нервов. Он расстроится из-за того, что придется уехать от других детей? Я не думал, что он будет против, но, может, стоило лучше все обдумать.

— Близнецы останутся здесь. Айсмен поедет с тетей Шей. Лиам и малышка — с тетей Дил. Ты, Винни и Адди поедете со мной.

— То есть мы все равно будем жить на одной улице?

Я кивнул.

— И нам не придется делить игровую?

— У тебя будет своя комната и своя игровая, — пообещал я.

— А тетя Дилан все равно будет присматривать за нами после школы?

Я рассмеялся.

— Когда сможет, конечно.

— И нам больше не придется пить зеленые напитки тети Шей?

— Нет.

Его лицо озарила самая яркая улыбка.

— Босс, ты самый лучший!

Он снова бросился на меня, и на этот раз повалил меня на пол.

Я закрыл глаза и впитал этот момент. Брал все, что мог, потому что не был уверен, что остальные отреагируют на новость так же радостно.

План готовился уже год. Я постепенно скупил каждый дом в квартале. Так что я не только нашел каждой маме мужчину благодаря своим превосходным навыкам свахи, но и обеспечил каждую домом. Потому что Лив любила своих подруг и хотела, чтобы они были счастливы. А я сделал бы все, лишь бы моя Ливи была счастлива.

Когда все три дома стали моими, парни быстро выкупили их у меня. Им нужно было хоть как-то поучаствовать. Один человек не может делать вообще все. И, полагаю, если спросить их, они заявили бы, что сами проделали всю работу, когда влюбляли в себя своих женщин. Хотя, честно говоря, они и близко не отдавали мне и моим способностям свахи должного.

Все парни закатывали глаза, скрестив руки на груди. Я их игнорировал и смотрел только на своего уже не такого маленького парня.

— Я правда самый лучший, Хак. Теперь у всех мам свои дома и свои мужчины. Нам с тобой больше не придется быть мужчинами в их домах. И все это благодаря мне.

Я был собой весьма доволен.

— Ты что сделал?

Голос жены громыхнул у меня за спиной, и я окаменел.

У трех придурков передо мной на лицах расплылись самодовольные ухмылки.

— Это сделали мы все.

Я поднялся на ноги и развернулся к жене.

На ее лице не дрогнул ни один мускул, губы сжались в ровную линию, руки были скрещены на груди.

— Это не та история, которую ты только что рассказал нашему сыну, — укорила она.

— Да, Босс, врать нельзя, — добавил Финн.

Кортни рассмеялся.

— Да, Босс, обязательно расскажи ей всю правду.

На лестнице появилась Дилан.

— Какую правду?

Я вздохнул. Вот черт меня дернул открыть рот.

— Семья, идемте. Пора на общее собрание.

Глаза Финна загорелись, и он помчался к вентиляционной решетке в гостиной. Даже после всех ремонтов в этом доме крикнуть в воздуховод все еще было самым простым способом привлечь внимание всех жильцов. У меня на мгновение защемило в груди, когда все дети потянулись в комнату. Их громкая болтовня, улыбки и смех наполнили пространство так, как могли только они.

Появился Лиам, и Кортни тут же забрал у него дочь и опустился на диван. Дилан села на мягкий подлокотник рядом с ним и начала корчить смешные рожицы их малышке, которая только недавно научилась улыбаться.

Уинни устроилась рядом и издавала глупые звуки, надеясь перетянуть часть внимания малышки на себя. Адди сразу забралась на колени к Лиаму и стала теребить его наушники, пока он без умолку тараторил с близнецами. Те одним глазом смотрели на него, а другим — на меня. Ждали, когда я не выдержу. Именно тогда с языка срывались ругательства, и мне приходилось платить им. Такого давно не случалось, но иногда все еще бывало. Интересно, они сегодня чувствовали запах моего страха?

Роуэн и Айсмен сидели на полу и рассматривали пару коньков, на которые Айсмен уже давно пускал слюни в телефоне Роуэна. А Шейла и Делия прислонились к стене и шептались друг с другом. Ливи была единственной, кто смотрел только на меня. В ее лице смешались любопытство и тревога. Когда она оторвала от меня взгляд и оглядела нашу семью, закусив нижнюю губу, я понял, что она разрывается.

Потому что именно этим были эти люди.

Нашей семьей.

Но переезд в собственные дома ничего не изменит. Эти женщины по-прежнему будут ужинать вместе и жаловаться друг другу за бокалом вина, когда мы будем вести себя как идиоты. И по-прежнему будут спихивать детей на нас по четвергам, пока сами собираются на книжный клуб.

Я прочистил горло, вдруг осознав, что это наше последнее общее собрание. По крайней мере, такое, когда мы все еще живем под одной крышей. Ливи подошла ко мне, сжала мою ладонь и мягко улыбнулась.

— Спасибо, — прошептала она, и голос чуть дрогнул. Ее карие глаза, которые всегда были моей слабостью, наполнились слезами.

Я притянул ее ближе.

— Ради тебя — что угодно, Ливи. Всегда.

— Мы пришли! — объявил Гэвин, появляясь в прихожей.

Похоже, этот парень вообще не знал, что в двери принято стучать. Следом за ним вошли Брукс и Эйден, оба с довольными ухмылками.

Лив улыбнулась, переводя взгляд на моих трех братьев.

— Беккет только что рассказал нам о своей гениальной идее. О той самой, благодаря которой мы, мамы, влюбились. А теперь, оказывается, еще и переезжаем в собственные дома.

Брукс прикрыл рот кулаком и рассмеялся.

— Так вот как он это преподносит?

Я бросил на него взгляд.

— А ведь ты был моим любимым братом.

Его плечи затряслись, пока он пытался сдержать смех.

— Погодите еще, — сказал Кортни с дивана. — Теперь, когда он влез в жизнь каждого из нас, вы, парни, следующие.

Эйден ухмыльнулся и выпятил грудь.

— Попробуйте. У меня уже есть девушка.

Кажется, вся комната мысленно застонала от этого заявления. Джилл была просто ужасна.

Гэвин улыбнулся.

— Почему утка перешла дорогу?

— Чтобы пойти за коровой? — предположил Эйден.

Лив фыркнула, а дети захихикали.

— Он ужасно шутит.

Их улыбки заставили меня с нетерпением ждать будущего. И да, я был бы не против, если бы моим братьям повезло так же, как всем нам. Они заслужили это. Семью. Любовь.

— Нет. Потому что, мать вашу, она там живет, — гордо заявил я. — А теперь за дело. Если кто-нибудь из вас, уткоумники, разобьет посуду во время переезда, я надеру вам утиные задницы.

Глаза близнецов вспыхнули.

Вот дерьмо.

— С тебя тысяча, Босс!

Энцо

День переезда. Он наступил куда быстрее, чем я ожидал. Когда несколько месяцев назад Беккет посвятил меня в свой план, я, честно говоря, не думал, что у него получится. Но никогда не стоило сомневаться во влюбленном по уши миллиардере.

Мои бригады быстро отремонтировали пустующие дома, а с парнями оказалось легко работать. Беккет хотел все самое дорогое. Кортни и Дилан пришли уже с готовым видением — конечно же, самым безопасным и самым эклектичным дизайном, какой я только видел. А Роуэн предпочитал классический стиль. Для парня, который не занимался реставрацией исторических домов, я закончил четыре всего за несколько месяцев.

Делия восприняла новость лучше, чем я ожидал. Если кто и переживал сильнее всех, так это дети. По крайней мере, до тех пор, пока я не показал им внутренние двери, соединяющие три дома из четырех. Теперь, когда тайное стало явным, мы могли установить последнюю дверь, которая соединит наш дом с соседним. Современная система внутренней связи, чтобы все могли общаться, тоже стала серьезным доводом.

Очень скоро они уже носились по домам как сумасшедшие, выбирали места для шалашей и научных экспериментов и спорили, на какой кухне будут лучшие перекусы.

Что неудивительно, эта семья превратила переезд в вечеринку — с танцами, пиццей и очень слезливыми тостами от мам. Они смешивали фирменные коктейли за огромной барной стойкой, которую Беккет установил в своем домашнем кабинете.

Когда малышей уложили спать, а взрослые стали фотографироваться на память об этом особенном дне, я поднялся на террасу на крыше и разжег огонь. Я чувствовал усталость и счастье, но больше всего мне было любопытно, как мои девочки привыкнут к дому, где станет гораздо тише. У нас с Делией все было еще таким новым, и она осторожничала. Но я впитывал каждую частицу этого пути. Я ждал сорок лет, чтобы найти ее, так что медленный темп меня совсем не тревожил. Теперь я здесь. И никуда не уйду.

Я откинулся на спинку, вытянул ноги к огню и глубоко вдохнул. Через несколько минут послышались шаги.

Появились остальные парни. На Кортни в какой-то сложной намотке спала Уиллоу, а Беккет держал большую бутылку виски «Хэнэси».

Они придвинули стулья к огню, и Роуэн раздал пластиковые стаканчики.

— За день переезда, — сказал Беккет, поднимая стакан.

Мы чокнулись и выпили, глядя на городские огни перед нами.

— Ты хорошо справился, Красавчик, — сказал Беккет.

— Чистая правда, — добавил Кортни, нежно поглаживая Уиллоу по голове. — Ты все провернул.

— И сумел укротить Медузу, — сказал Беккет, салютуя мне стаканом. — Многие мужчины послабее пытались и потерпели неудачу.

— Подбирай слова, — резко сказал Кортни. — Мой друг хотел сказать, что ты влюбился в потрясающую женщину. Черт, мы все влюбились.

Я почесал бороду, пряча улыбку, и покачал головой. С этими двумя всегда было весело.

— Это сила таунхауса, — сказал я.

Все согласно пробормотали что-то в ответ, и мы откинулись на спинки, наслаждаясь виски и прохладным ночным воздухом.

— Как думаете, какие у меня шансы заставить Делию выйти за меня? — спросил я.

Роуэн и Беккет рассмеялись, а Кортни посмотрел на меня с жалостью.

— Тебе еще долго идти, — сказал Беккет. — Наберись терпения. Я был влюблен в Лив двенадцать лет, прежде чем добился, чтобы она вышла за меня.

— Некоторым из нас не пришлось ждать так долго, — поддел его Кортни, хотя взгляд у него смягчился, когда он посмотрел на Уиллоу. — Беременность очень ускорила для меня процесс.

Беккет наклонился и шлепнул его по затылку.

— Это мать твоего ребенка, Пучок. — Он покачал головой. — Не слушай его. С Медузой нужно играть вдолгую. Просто радуйся, что ты тот счастливый засранец, которого она выбрала, и держись изо всех сил.

Та еще у нас была компания. Угрюмый миллиардер, тревожный кетчер, тусовщик-звезда хоккея и я, ворчливый подрядчик. Но каждый из нас нашел свой путь в эту необычную семью.

Я всегда буду благодарен им за то, что они привели меня сюда и поддерживали Делию и близнецов, пока я не появился.

Нам всем пришлось пройти через чертову уйму дерьма, чтобы оказаться здесь, и от этого момент становился еще слаще. Эти парни были для меня куда больше, чем друзья.

Они были семьей.

Дилан

3 года спустя…

— Есть кто? — позвала я, закрывая за собой дверь.

В доме стояла слишком непривычная тишина.

Даже спустя три года я все еще ждала хаоса, стоило открыть эту дверь. Поэтому тихое звучание классической музыки, кажется Пуччини, на мгновение заставило мой мозг споткнуться.

Я на цыпочках прошла мимо ряда ячеек. Мимо больших грязных ботинок «Тимберленд» Энцо, стоявших в отделении с его именем, и футбольных бутс Колетт рядом с ними. Хотя сейчас здесь жило меньше детей, прихожая выглядела именно так, как Делия всегда мечтала: полная пальто, рюкзаков и обуви.

— Есть кто-о-о? — Я широко развела пальцы и прикрыла ими глаза, ступая на черно-белый клетчатый пол кухни.

— Дилан, я полностью одет, — прогремел Энцо с другого конца комнаты.

Когда я опустила руки, он стоял, прислонившись к стойке у дальней стены кухни, скрестив руки на груди.

Кухня была такой же роскошной, как и в день, когда ее закончили. Главной звездой этой комнаты оставался огромный остров из черного кварца: со встроенными холодильными ящиками для детских перекусов, винным шкафом и стульями вдоль одной стороны.

— Хотя, раз твои пальцы ничего не закрывают, ты и сама это видишь.

— Я бы не хотела пропустить такой отличный вид на твою задницу, — поддразнила я.

Его щеки тут же порозовели.

Этот большой мужественный мужчина все еще смущался из-за того раза, когда я застала их с Делией за тем, как они наслаждались своим огромным островом во всех лучших смыслах.

Наверное, мне стоило догадаться постучать: близнецы ночевали у нас, чтобы сыграть с Кортни в долгую и обстоятельную партию «Риска». Но Фиби забыла ретейнер, так что, пока они раскладывали игру, я сбегала за ним. И получила полное представление о заднице Энцо.

— Это случилось один раз. Два года назад. Кстати, Кортни пригрозил переломать меня пополам за то, что я светил задницей. А ты все равно постоянно это вспоминаешь, — пробормотал он.

Челюсть у него была сжата, а ярко-желтая аура мутнела темными разводами. Сегодня он был явно напряжен. Хорошо, что Кортни отправил меня сюда, чтобы его успокоить. Я все еще оставалась главной успокаивающей силой в семье, хотя Роуэн тоже уже неплохо справлялся.

— Это смешная история. — Я хихикнула. — И Кортни строит из себя собственника, но на самом деле ему нравится знать: когда я говорю, что у него лучшая задница, я видела достаточно, чтобы быть уверенной в результатах своего исследования.

Он издал звук, похожий на кашель, фырканье и смех одновременно, и я восприняла паузу в разговоре как знак. Вытащила из сумки ткань и принялась раскладывать кристаллы на стойке перед ним.

Я надеялась, что из них выйдет забавная центральная композиция для огромного острова. И, на мой взгляд, они отлично подошли бы к причудливым подвесным светильникам под потолком.

— Что это? — спросил он, пока я доставала один кристалл за другим.

— Зависит от того, кто спрашивает. — Я переложила агат и цитрин и подняла взгляд.

Он приподнял бровь.

На всякий случай я положила по краям еще два аквамарина.

— Делии мы скажем, что они повышают выносливость и тестостерон. Усиливают сексуальную энергию и все такое.

— Чт… а, м-м. — Он сглотнул. — Бе-е.

Энцо моргнул и провел рукой по темным волосам.

Хм. Кажется, мое объяснение навело его на мысль, будто Делия недовольна их сексуальной жизнью. Бедняга. Сегодня он и так был сплошным комком нервов.

— Не думаю, что это был английский. — Я покачала головой. — Не волнуйся. Делия более чем довольна всеми оргазмами, которые ты ей даришь. Она рассказала нам про ваши развлечения на крыше той ночью. — Я многозначительно пошевелила бровями. — Риск быть пойманными заводит. Она сказала, что ты…

— Нет. — Он покачал головой и потер шею сзади, пока его щеки краснели.

Он так зажимался, когда речь заходила о его сексуальной жизни.

— Мы не будем это обсуждать.

— Ладно. — Закатив глаза, я забралась на один из многочисленных барных стульев у острова и подогнула под себя одну ногу. — В любом случае Корт скажет Беккету, что Лив попросила меня принести их для него.

Наконец Энцо расслабился и хмыкнул.

— Пытаетесь довести Беккета до сердечного приступа в День благодарения?

— Его очередь стать жертвой розыгрыша. — Я перекинула длинные волосы через плечо.

— Три года прошло, а эти двое все еще не угомонились? Даже дети уже от этого устали.

Дети перестали участвовать в розыгрышах два с половиной года назад. Все они были готовы жить дальше, тогда как мой дом и дом Лив все еще иногда превращались в поля боя. Фальшивые змеи, двери, обмотанные пленкой, пакетики горчицы на сиденьях унитазов, пропавшие машины и подоткнутые коротко простыни — все благодаря нашим нелепым мужьям.

— Зато Лив этот розыгрыш оценит. Мы обе знаем, что Беккет всю ночь будет доказывать: никакая дополнительная выносливость ему не нужна. Везучая сучка. — Я наклонилась вперед и оперлась предплечьями о черную кварцевую поверхность. — Ну что, показывай товар.

Мужчина не шелохнулся, хотя глаза у него едва заметно расширились.

— Да ладно. Я знаю, что кольцо у тебя с собой.

— Тс-с. — Он подвинулся ближе, глядя на меня круглыми глазами.

Я не понимала, почему он на меня шикает. Когда я написала Делии и спросила, могу ли зайти и начать готовить тыквенные мартини, она ответила, что идет в душ. У нас было еще как минимум десять минут.

Теперь, когда правило шестиминутного душа больше не действовало, эта женщина не торопилась ни черта.

— Кольцо, — повторила я.

Со вздохом он вытащил его из кармана темных джинсов.

Бриллиант сверкнул в свете подвесных ламп. Кольцо было роскошным. Этот мужчина точно знал свою будущую жену.

— Она его полюбит, — заверила я.

— Я не уверен насчет плана предложения. — Он резко выдохнул. — А вдруг ей не понравится? Вдруг она скажет нет?

Именно поэтому я и пришла. Чтобы его успокоить.

— Вот поэтому у меня есть план. — Я кивнула. — Винни принесет краски, и я попрошу ее нарисовать сердечки на окнах в столовой.

— Сердечки? — Он моргнул.

— Да. Для атмосферы. Ну знаешь, любовь витает в воздухе и все такое. — Я раскинула руки и крутанулась на стуле. — И раз Винни два года подряд получала Бостонскую премию молодых художников, поручим это ей. К тому же ей понравится.

К большому огорчению Беккета, Винни перешла от браслетиков дружбы к прекрасным пейзажам. Ее работы привлекали внимание еще до того, как она закончила среднюю школу. Я не могла дождаться, чтобы увидеть, как дальше раскроется ее талант.

— Я не уверен…

— А потом, — перебила я его.

Конечно, он не уверен. Поэтому я здесь.

— У меня есть вот это. — Я вытащила огромный пакет светящихся в темноте звезд. — Попрошу близнецов заняться потолком.

Он опустил взгляд на пакет пластиковых звезд разных размеров.

— Потолком?

— Да, пусть покроют его созвездиями. Ты же не можешь делать предложение где-то, кроме как под звездами. И кто лучше воссоздаст правильное зимнее небо, чем твои будущие ученые НАСА? Так что все три девочки будут создавать атмосферу.

Было невероятно видеть, как дети находят себя и при этом остаются близкими. Хотя мы больше не жили под одной крышей, дети часто переходили из дома в дом. Иногда ужинали у меня, а потом шли к Энцо и Делии на вечер игр. Быть соседями по-настоящему оказалось лучшим из двух миров.

Энцо все еще не выглядел убежденным насчет лучшего способа сделать Делии предложение, поэтому я продолжила.

— Я отправлю Лиама за розами.

— Почему это я иду за розами, ма? — Лиам вошел из прихожей, неся Уиллоу на спине.

Ее клубнично-светлые волосы касались его плеча, пока она выглядывала из-за него. Он вернулся домой из Северо-Восточного университета прошлой ночью. И, черт, как же приятно было, что он рядом.

— Здорово, брат. — Лиам протянул Энцо кулак.

— Энцо нужны розы для Делии.

Лиам поморщился.

— Ты что, опять какую-то хрень натворил?

— О-о. Банка за ругательства! — укорила его Уиллоу таким мягким и всегда нежным голосом.

Она заболтала ногами, пока Лиам не поставил ее на пол. Потом она метнулась в сторону коридора, выкрикивая имя Колетт. Наверное, собиралась донести на брата. В любую минуту ему на телефон должен был прийти запрос на оплату.

— Нет, Энцо ничего не испортил. Но нам нужны розы, чтобы Финн выстрелил ими из игрушечного бластера, когда Делия войдет в комнату. — Я сложила руки на груди.

— Понятно. — Лиам усмехнулся. — Конечно, именно так мы и поступим. А у Финна еще есть тот бластер? В последний раз, когда я был здесь, у него начался новый период с одеждой. Он все еще так одевается? Это, блин, довольно смешно.

Я кивнула. Мне нравилось наблюдать, как Финн меняет один безумный наряд на другой. С возрастом он не растерял свой блеск.

— Лив сказала, что найдет его, — заверила я Лиама. — Пока будешь ездить за цветами, можешь захватить из мастерской краскопульт и фиолетовую краску?

Два года назад Лиам и Кортни уговорили моего отца переехать в Бостон, и, когда он переехал, они втроем открыли мастерскую по реставрации классических автомобилей. У Кортни было одно условие: Лиам не будет работать там полный день, пока не получит диплом колледжа. Кортни по-прежнему руководил бейсбольной командой Revs, и большую часть дней это занимало его с головой. Но они оба заезжали помогать папе так часто, как могли.

— Я не уверен насчет этого плана. — Энцо прочистил горло.

Потом он повернулся к моему сыну.

— Почему ты сегодня не привел свою девушку?

— Сейчас мы обсуждаем, как выстрелить в Делию розами, а ма просит принести краскопульт с работы. На ужин в День благодарения. — Лиам склонил голову набок. — Я всех вас люблю, но не уверен, что Майя уже готова увидеть это безумие, которое я называю семьей, и не сбежать.

— Майя меня любит. — Я закатила глаза. — Иди за цветами.

Усмехнувшись, Лиам направился к передней части дома.

— Оплачу свой штраф через Venmo Кортни.

Конечно, оплатит. Хотя Кортни и не заметит. Он постоянно пополнял банку за ругательства. Он все еще ругался грязнее всех в доме. Или, может, Делия. Между ними двумя каждый из наших детей мог бы получить докторскую степень на деньги из этой банки.

— На чем я остановилась? — Я постучала оранжевыми ногтями по стойке.

— Ты как раз собиралась объяснить, зачем для моего предложения нужен краскопульт. — Энцо распластал ладони по кварцу, будто готовился к удару.

— Что? — Я махнула на него рукой.

Краска нужна была мне, чтобы Лиам исправил крошечную отметину, которую я случайно оставила на машине Кортни. Если я не разберусь с этим как можно скорее, мой бедный муж расплачется.

— Это для другого. Зачем мне краскопульт для предложения?

Он фыркнул так, словно был доведен до предела.

— Даже не представляю, откуда у меня могла взяться такая мысль.

Ах, значит, он решил меня поддразнить? Я попыталась не улыбаться, но видела, как темнота в его желтой ауре рассеивается, а сквозь нее проступает яркое золото.

— Нам понадобятся хоккейные клюшки для тебя.

Его глаза расширились.

— Хоккейные клюшки?

Я приподнялась на коленях.

— Вот что мы сделаем. Я попрошу Роуэна и Кая сказать, что они забрасывают кубики льда в бокалы с мартини на столе. Я уже поговорила с ними, чтобы они принесли клюшки. — Я сделала паузу и для драматичности приподняла одну бровь.

— Забрасывать лед в столовой?

— Нет. — Я покачала головой.

Это было бы нелепо.

— Они забросят кольцо в бокал Делии, а когда она посмотрит вниз, все малыши запрыгнут на стол и закричат: «Выходи за него!»

Энцо уставился на меня с отвисшей челюстью. Спустя мгновение он пошевелил ею, будто собирался что-то сказать, но потом закрыл рот и покачал головой.

— И знаешь, что она ответит?

Он моргнул.

— «Что с вами, блядь, не так, раз вы решили, что Дилан должна это планировать?» Да. — Он провел рукой по лицу. — Именно это она и скажет.

Я рассмеялась.

Наверное, так и было бы, но я имела в виду другое.

— Нет, она скажет да. Потому что ты ее скопа.

— Ее скопа?

— Это же та птица, которая швыряет в людей дохлую рыбу? — Кортни вошел в комнату, обнял меня за плечи и притянул к себе.

— Почему я птица, которая швыряется дохлой рыбой? — спросил Энцо, переводя взгляд с Кортни на меня.

— Можешь быть лебедем, вороном, омаром или кем-то еще из существ, которые выбирают пару на всю жизнь. Потому что я пытаюсь сказать: не важно, как ты сделаешь предложение. Даже если воспользуешься любой из моих идей. Хотя я на самом деле не думаю, что тебе стоит. — Я вздохнула и провела кулоном из розового кварца по цепочке. — Дело не в том, как. Дело в том, кто. — Я улыбнулась ему. — И поверь мне, Энцо. Ты ее человек. Все, чего она хочет, — провести с тобой вечность.

— Ага, — вставил Кортни. — Когда любишь кого-то, хочешь этого человека навсегда.

Он опустил губы к моему уху.

— Даже когда она царапает твою машину и пытается заставить своего ребенка ее прикрыть.

Я поморщилась.

— Ты видел?

Кортни приподнял бровь.

— Минет за боль и страдания?

Он одарил меня сияющей улыбкой.

— От такого я никогда не откажусь, Светлячок.

Он поцеловал меня, и, как всегда, у меня внутри все подпрыгнуло. Захотелось раствориться в нем.

Почти четыре года спустя моя жажда этого мужчины ничуть не ослабла. Если что, стала только сильнее. Как и наши отношения.

Вселенная подарила мне лучшего партнера на свете. И каждый день я чувствовала себя благословленной.

Я обвила руками его шею и крепко прижалась к нему.

Но Кортни отстранился и усмехнулся, глядя на меня сверху вниз.

— Потом, Светлячок.

Затем он посмотрел поверх моей головы на Энцо.

— Ты уже три года часть этой семьи. Никто из нас не сомневается: твоя девушка закрепит это официально одним маленьким словом.

Энцо вздохнул, но его губы тронула улыбка.

— Понятия не имею, почему весь этот бред меня успокоил, но успокоил.

— О, это кристаллы. От них идет сплошная спокойная, позитивная энергия. Поэтому я их и принесла. Чтобы ты расслабился.

Энцо фыркнул от смеха, а Кортни поцеловал меня в макушку.

Четыре года назад я бы не поверила, что вселенная приготовила для нас столько счастья. Но мы были здесь. И, черт возьми, нам, четырем девчонкам, невероятно повезло.

Делия

Ах, этот шум. Я по нему скучала.

С тех пор как все разъехались по своим домам на нашей улице, здесь стало странно тихо. Не постоянно, потому что Энцо соединил дома, чтобы дети могли бегать между ними. Так что время от времени у нас случались безумные игры в прятки. Но чаще всего здесь были только мы четверо.

Он нанял рабочих, чтобы установить внутренние двери между первыми этажами наших домов. А еще систему связи, с которой детей стало легче находить.

Мне не хватало беспорядочного уюта и того, как я постоянно спотыкалась о дротики от игрушечных бластеров и спортивный инвентарь. Остальные жили в новых домах уже два года, но время, проведенное всеми нами под одной крышей, казалось другой жизнью.

Сегодня мы с Энцо и близнецами принимали гостей, ужин в честь Дня благодарения у нас дома. Волшебный стол, который Кортни так щедро подарил мне, когда переехал, по-прежнему стоял здесь и собирал нас всех вместе. За эти годы он видел больше ужинов, праздников, домашних заданий и турниров по настольным играм, чем можно сосчитать.

Каждая семья должна была принести что-то для нашего пира. Как лучшему повару в семье, Роуэну поручили индейку. Дилан приносила свое знаменитое картофельное пюре, а Фиби приготовила семь разных пирогов. Когда она поняла, что выпечка — это кухонная наука, то всерьез ею увлеклась. А мама Энцо учила ее всем семейным рецептам ДиЛука.

После занятого утра с уборкой, готовкой и быстрым сексом с Энцо на чердаке мне отчаянно нужен был душ. Потом я спустилась вниз и обнаружила подруг на кухне. Они уже смешивали партию тыквенных мартини к празднику.

Сердце согрелось, когда я увидела их всех здесь. Мы все еще собирались по четвергам на встречи книжного клуба, а Беккет все еще созывал воскресные семейные собрания. Но иногда, когда в доме становилось слишком тихо, я скучала по ним.

— Где дети? — спросила я, принимая бокал, который протянула мне Лив.

— Беккет забрал их к нам. Играют в покер.

Слегка ошеломленная, я едва не выплюнула мартини.

— Отлично. Учим детей азартным играм.

Она пожала плечами.

— Я удивлена, что они еще не умеют.

Я подняла бокал.

— Туше.

Дилан посмотрела на меня с восторгом. Так она выглядела, когда что-то знала. Дилан умела хранить тайны, когда хотела, но сейчас, кажется, пыталась передать мне какое-то сообщение. Она положила что-то на стойку и подтолкнула ко мне, накрыв предмет ладонью.

Я приподняла бровь.

С веселой улыбкой она высоко подняла руку. Я опустила взгляд на то, что она оставила.

Блестящий камень.

— Это розовый кварц, — сказала она. — Он открывает сердечную чакру. Положи в карман.

Я поставила бокал с мартини и оттянула пояс легинсов. Сегодня День благодарения, и это моя одежда для еды, большое спасибо.

— У меня нет карманов.

— Засунь в лифчик. Так даже лучше. В левую чашку, для лучшего результата. — Она отпила мартини и окинула меня оценивающим взглядом поверх края бокала, накручивая на палец рыжий локон.

Я посмотрела на Лив, потом на Шей. У обеих лица были одинаково растерянные. Очевидно, они понимали происходящее не больше меня.

— Просто сделай, — предостерегла Шей. — Иначе она следующий час будет приводить доказательства эффективности кристаллов.

Я кивнула.

Это правда. Дилан приписывала безопасное и быстрое рождение Уиллоу кристаллам. Хотя на самом деле это, скорее всего, была заслуга врачей Бостонского медицинского центра. Не то чтобы кто-то из нас снова стал об этом говорить. Спор того не стоил.

— Раз уж мы заговорили о сердечных чакрах, — неловко сменила тему Лив, — ты все еще собираешься осуществить свой план?

Я кивнула, прижимая ладонь к животу, где вспорхнули бабочки.

— Я так счастлива, — выпалила я.

С тех пор как Энцо появился в моей жизни, я стала делать это чаще. Со временем я смирилась. И даже приняла это.

— Я хочу сделать все официальным.

Нам понадобилось три года, чтобы прийти к этому, и все это время он был со мной невероятно терпелив. При его поддержке я преодолела одни из самых серьезных испытаний в моей жизни. Наконец научилась доверять, открываться и принимать помощь. Впустить этого мужчину в свою жизнь, доверить ему своих детей — лучшее решение, которое я когда-либо принимала.

Каждый день он приносил в нашу жизнь смех, любовь и поддержку. И сегодня вечером я собиралась сделать ему предложение.

Энцо иногда поднимал эту тему, осторожно проверяя, готова ли я подумать о браке. Поначалу я резко пресекала разговор, но за последние несколько месяцев постепенно пришла к состоянию, когда знала без сомнений: я готова.

Я не хотела взваливать на него тяжесть предложения. Он и так столько для меня сделал. После тридцати восьми лет на этой земле я наконец почувствовала желание полностью связать себя с другим человеком. Поэтому приняла эти чувства и, как с любым испытанием, составила план.

Близнецы были целиком за. Они приняли его в семью и ни разу не оглянулись назад. Да и как иначе? Он говорил на их любимом языке науки и отвез их во все научные музеи восточного побережья. Они обожали ездить с ним на стройки и всегда возвращались домой с дикими историями о том, что видели. Теперь, в одиннадцать, они стали еще любопытнее к миру, а Энцо с радостью принимал и поощрял их вопросы. И тратил немало времени на исследования, чтобы ответить на каждый.

Они уже не раз высказывали свое мнение о моем статусе отношений с Энцо. Правда, они изо всех сил пытались уговорить меня спланировать выездную свадьбу в пустыне Атакама в Чили, где лучше всего в мире наблюдать за звездами. Так что у них был свой корыстный интерес.

Когда мы договорились вместо этого добавить ее в список поездок на каникулы, мы придумали план. Кольцо было идеей Колетт. Оно было сделано из отполированного бетона — идеального материала для моего надежного, трудолюбивого мужчины. Мужчины, который строил небоскребы и наши отношения с самого фундамента.

Обе девочки были в полном восторге, что предложение делаю я. Кто вообще сказал, что это мужская обязанность?

Поскольку я знала, что он предпочел бы что-то скромное, план был такой: близнецы сегодня ночуют у Винни. Когда все разойдутся, я отведу его на крышу, зажгу огонь и под зимними звездами попрошу его жениться на мне.

Я посмотрела на подруг, на людей, которые были рядом со мной во всех взлетах и падениях, и сердце наполнилось так, что, казалось, вот-вот лопнет.

— Я вас люблю, — сказала я, раскрывая руки.

Одна за другой они присоединились ко мне в маминых групповых объятиях. Я глубоко вдохнула. Все будет хорошо. Этот вечер будет идеальным.

— Я не прерываю собрание шабаша? — спросил Беккет, входя на кухню в прихватках с подсолнухами и неся накрытое блюдо. — Я принес начинку. Хорошую. Не из пакета.

— Мы как раз заканчивали. — Лив поспешила освободить место на стойке. — Ты уже закончил развращать детей?

— О да. Они вытрясли из меня куда больше, чем я ожидал. Кажется, близнецы научили Финна считать карты.

С этого и началось безумие. Мы все засуетились на кухне, доделывая последние дела. Булочки отправились в духовку, подливка уже готовилась. Вскоре появился Кортни с Уиллоу на плечах, а остальные дети шли следом, будто за ним, как за крысоловом, шел сам Тор. Всегда собранный и всегда любимый детский великан, он поставил их накрывать на стол, и они взялись за дело без жалоб.

Это была настоящая командная работа.

Но где Энцо?

Я заглянула в кладовую, но там было пусто. Зато нашла стопку сервировочных блюд и отнесла их на кухню.

— Ты ищешь Энцо? — Колетт возникла рядом со мной.

Я кивнула.

— Мы видели, как он несколько минут назад поднялся наверх, — сказала Фиби, закусив губу так, что у меня зазвенело внутреннее чутье.

Они что-то задумали?

— Да. Тебе, наверное, стоит проверить крышу.

Крышу? Какого черта он делает на крыше? Мы, на минуточку, принимаем ужин в честь Дня благодарения, и мне нужна его помощь на кухне.

Я потащилась вверх по лестнице, поправляя странный камень, который Дилан настояла засунуть мне в лифчик. Я правда думала, что влияние Кортни уменьшит эту эзотерическую хрень, но вместо этого он полностью ее принял. Кетчеры вечно такие суеверные.

Когда я проходила мимо нашей спальни, меня осенило. Если он уже на крыше…

Оглянувшись через плечо и убедившись, что путь свободен, я сунула руку в заднюю часть ящика с нижним бельем и вытащила маленькую коробочку. Потом засунула ее в лифчик рядом с кристаллом. Я отклонялась от плана, и сердце колотилось как бешеное, но я не замедлилась, поднимаясь по лестнице. Мой план был тщательно продуман и надежен. Но прямо сейчас меня будто тянули вверх невидимые силы. И я знала: кольцо мне понадобится.

В ту секунду, когда я распахнула дверь, меня накрыла волна головокружения.

Вся терраса на крыше была заставлена свечами. Газовый очаг тоже горел. А Энцо стоял посреди открытого пространства, бледный и вспотевший.

— Что…

Прежде чем я успела сформулировать вопрос, он опустился на одно колено.

— Делия. — Он взял меня за руки и посмотрел снизу вверх. Его темные глаза блестели.

— Что ты делаешь?

Мой тон вышел резче, чем я хотела, но я была потрясена, восхищена и немного напугана.

Он растерянно нахмурился.

Я выпила всего половину тыквенного мартини. У меня что, галлюцинации?

— Эм, думаю, мы оба знаем, что я делаю.

— Нет, — отрезала я.

Его лицо мгновенно вытянулось.

Сердце ухнуло в груди. Какого черта происходит?

— Ты не можешь делать мне предложение. Я собиралась сделать предложение тебе!

— Что? — Он встал и запустил руки в волосы. — Ты собиралась сделать предложение мне?

Я скрестила руки и коротко кивнула.

— Да. Я феминистка. Почему я не могу сделать предложение?

— Потому что это делаю я. Я здесь, у меня есть кольцо, и я уже стою на одном колене.

У меня перевернулся живот, хотя одновременно накатила волна раздражения.

— Не надо мне по-мужски объяснять предложения, пещерный человек.

Он вздохнул и шагнул ближе.

— Я, блядь, люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. Так что предложение сделаю я, Принцесса. Смирись.

— Как романтично, — съязвила я, закатив глаза.

Он запрокинул голову, словно просил у Бога терпения. Когда снова посмотрел на меня, вдохнул, потом медленно выдохнул и расслабил плечи.

— Я давно это планировал. Близнецы решили, что День благодарения подойдет идеально. Я придумал целую речь о благодарности, благословениях и о том, что ты лучшее, что случалось со мной в жизни.

От его слов мой мозг завис.

— Близнецы? — Я покачала головой. — Надо было догадаться. Они и с моим предложением помогали.

Я полезла в лифчик за кольцом.

— Что это?

Я уронила розовый кварц на пол.

— Кристалл Дилан. Подожди.

Я снова порылась и вытащила коробочку с кольцом, потом открыла ее и протянула ему.

— Девочки помогли его выбрать.

Он громко рассмеялся, и смех эхом отразился от почти голых деревьев. Потом он сунул руку в карман. Когда вытащил ее, в пальцах у него был самый роскошный бриллиант.

— Они и мне помогли выбрать это.

Я не смогла сдержать смех. Маленькие засранки. Конечно, они все это подстроили. Энцо, все еще громко смеясь, раскрыл руки и притянул меня к себе.

— Я просто хочу жениться на тебе, Принцесса. — Он приподнял мой подбородок. — Когда угодно. Где угодно. Как угодно.

— То же самое. — Я притянула его к себе и поцеловала. — Я готова, Энцо.

Его большое тело заслонило меня от холодного воздуха. Не то чтобы я замечала холод. Я любила этого мужчину, и мы собирались провести жизнь вместе.

Четыре года назад мы с подругами въехали в этот дом измученные, сломленные и одинокие. И вместе построили по-настоящему прекрасную жизнь. Семью. Эта потрепанная, необычная семья помогла нам залечить раны и заставила расти. Я добралась до этого последней, но этот мужчина научил меня, что я способна на куда большее, чем когда-либо представляла.

И я всегда буду ему за это благодарна.

Перевод ТГ-канал —@Risha_Book