Четыре

Джейд

Я не сводила глаз с Уайатта, пока он пересекал гараж, возвращаясь к своим инструментам. Кажется, он собирался менять масло. Когда я была маленькой, отец пытался научить меня разбираться в моторах и прочем железе, но я всегда предпочитала сидеть где-нибудь рядышком, уткнувшись носом в книгу.

Кое-какие азы я знала, но до эксперта мне было как до луны.

Голова все еще шла кругом от избытка информации об оборотнях, но, кажется, общая картина начала потихоньку складываться. Мы с Уайаттом теперь завязаны друг на друге — по крайней мере, на ближайшее время. Эту мысль я переварила.

При этом энтузиазма по поводу обретения родственной души у него было куда меньше, чем я ожидала. Сама я никогда не состояла в серьезных отношениях, так что чувствовала скорее неуверенность, чем неприязнь. Мой характер частенько отпугивал мужчин. Им подавай милых и жизнерадостных, а я, хоть и была вполне добродушной, отличалась чрезмерной напористостью и целеустремленностью. В делах сердечных эти качества обычно работали против меня.

Но у Уайатта выбора не было. По словам Эбби и Финна, его волк уже меня укусил, что делало связь с его стороны неразрывной. А если моя волчица его отвергнет, он, как они утверждают, умрет. Так что, к лучшему или к худшему, если я не хотела брать на себя смерть сексуального механика, нам обоим нужно было найти способ ужиться.

Я наблюдала за его работой. Движения Уайатта были отточенными: он без малейших колебаний подставил домкрат и поднял машину на пару футов. Наконец я пошла по его следам через весь гараж. Когда я подошла, он не поднял головы и не оторвался от дела, так что я просто обошла его и пристроилась на закрытый ящик с инструментами. Холодный металл обжег кожу бедер.

Мышцы на плечах Уайатта перекатывались, когда он придвинул поддон для масла.

— Похоже, выхода из этой ситуации нет, — сказала я.

— Угу.

Минута прошла в тишине. Он либо был из неразговорчивых, либо просто не хотел болтать со мной. Оба варианта меня бы не удивили. Раз уж он не горел желанием развивать беседу, я решила начать с самого неудобного.

— Эбби сказала, что тебя однажды отвергли. Полагаю, это значит, что у тебя уже была пара, — произнесла я.

— А ты не любишь ходить вокруг да около, верно? — спросил он, не оборачиваясь.

— Не особо.

Он взял подкатную лежанку и, оттолкнувшись ногами, закатился под автомобиль.

— Да, была у меня пара.

— И что там за история?

Он ответил не сразу. Я умела ждать, тем более что наблюдать за его движениями было довольно любопытно. Наконец он выбрался из-под машины, откинул капот и, принявшись за работу там, заговорил:

— Коринн выросла человеком в том же городе, где и я. В поселениях оборотней человеческих женщин немного. Мы ведь всегда рождаемся мужчинами.

Я нахмурилась и мысленно сделала пометку. Когда займусь изучением биологии оборотней, надо будет выяснить, почему так происходит.

— Мы были ровесниками, она фактически росла в нашей стае. Мы с Коринн и Эйданом всегда были вместе. Никакой романтики. Мы с Эйданом ждали своих пар, а Коринн надеялась, что ее выберет какой-нибудь оборотень. Мы и подумать не могли, что станем парой, пока это не случилось.

Я вскинула брови.

— Сколько вам было?

— Едва исполнилось восемнадцать. Мы только закончили школу. Зашли в закусочную выпить коктейлей после долгого рабочего дня, и мой волк решил, что она — его. Укусил ее прямо там. Мы были настолько наивны, что пару часов это казалось гребаной сказкой. Она перекинулась обратно у меня в квартире, мы были в восторге.

— Пока восторг не прошел.

— Именно. — Он продолжал копаться в машине.

Я ждала.

— В ту ночь я ее поцеловал. Это было… неприятно. Словно целуешь сестру. Если бы она у меня была, — добавил он.

Я поморщилась.

— Фу.

— Следующие несколько недель мы пытались заставить себя привыкнуть. Не вышло. Никакой химии. То крошечное влечение, что было вначале, быстро испарилось. Через месяц мы решили завязать с поцелуями и просто попробовать жить вместе как пара. Спать в одной постели и все такое.

Я поморщилась еще сильнее.

— Полагаю, из этого тоже ничего хорошего не вышло.

— Не вышло.

— М-да.

— Еще через месяц мы разъехались по разным комнатам. Надеялись, что это поможет вернуть искру, но нет. Мы жили так, избегая разговоров об этом, около десяти месяцев.

Мои брови взлетели вверх.

— Это тянулось почти год?

— Угу.

— Ебать.

— «Ебать» там точно не было.

Я фыркнула.

— И чем все кончилось?

— Еще паршивее, чем началось, если можешь в это поверить.

— Ох.

— Однажды вечером я пришел домой, она ждала в моей комнате. Сказала, что хочет попробовать поцеловаться еще раз. Я не горел желанием, но согласился. Не мог же я отказать своей паре, когда она хочет меня поцеловать.

— Вообще-то мог, но продолжай.

— Мы поцеловались. Мне даже показалось, что я что-то почувствовал. Искру. Это длилось пару минут, пока она наконец не отстранилась. Она плакала. Сказала, что не может так больше, и извинилась. В итоге ее волчица взяла верх и ушла. Отношения были жалкими, но когда связь оборвалась, боль была невыносимой. Я думал, не выкарабкаюсь.

— Но ты выжил. Очевидно.

— Выжил. Весь следующий день провел в лесу, борясь со своим волком, а потом притащился обратно в квартиру. И застал ее с Эйданом на диване — они вовсю кувыркались, а на телах красовались одинаковые метки пар. Судьба свела их в тот же день. Оказывается, она изливала ему душу по поводу нашей неудавшейся связи большую часть года. Я прихватил немного налички, ключи от байка и уехал. Не оглядываясь.

— Ого. Все и впрямь оказалось еще хуже.

— Угу.

— Как давно это было?

— Лет одиннадцать назад, плюс-минус.

— Давненько. Чувствуешь, что отпустил ситуацию?

Он замолчал на мгновение. Я ждала, что он скажет «нет». Что он до сих пор злится или жалеет, что не нашел способа все наладить с Коринн.

— В тот миг, когда я уехал, я почувствовал, как гора свалилась с плеч. Я никогда не возвращался в родной город и ни разу не пожалел об отъезде.

Надо же. Это был куда более достойный ответ, чем я надеялась услышать. С другой стороны, в чем-то это было даже хуже. Он явно не хотел новую пару, и это обещало стать проблемой.

— Почему ты не возвращался?

Он пожал плечами.

— Было бы чертовски неловко.

— Логично. Родители все еще там?

— Да. Они так рады, что я пережил отвержение, что никогда не просили меня вернуться. Сами приезжают ко мне каждый год. Я думал о том, чтобы навестить их, и мне бы хотелось, но я знаю, что Коринн и Эйдан обязательно заглянут. Я не могу сказать, что рад за них, или что хочу их видеть, так что проще держаться подальше.

— Неудивительно. Она тебе изменила. А он был соучастником. Ситуация дерьмовая со всех сторон, но измена есть измена.

— Она не изменяла.

— Джонс, я мало что знаю об оборотнях, но в мире людей это называется эмоциональной изменой.

Он замолчал. Надеюсь, я не разбередила старые раны и чувства, которые он давно оставил в прошлом.

— Наверное, в этом что-то есть, — наконец произнес он. — Но сейчас это уже неважно.

Он отошел от двигателя и снова закатился под машину. Вернувшись с поддоном, полным масла, он пересек гараж и скрылся за одним из автомобилей. Я видела его силуэт через окна дальней машины, так что моя волчица не начала бесноваться. Впрочем, я еще не видела доказательств того, что она слетит с катушек, если Уайатт скроется из вида.

— Нам с тобой лучше просто остаться друзьями, — сказал он, и его голос эхом разнесся по огромному гаражу.

Мои брови взлетели вверх.

— Это еще почему?

— Ты не искала пару. Я тоже. Если мы останемся друзьями, никто не пострадает.

— Джонс, предполагается, что после того, как моя волчица тебя укусит, у нас будет куча секса. По-твоему, это похоже на дружбу?

— Друзья могут заниматься сексом.

— Я не сплю с друзьями. Когда ты в последний раз трахался с кем-то из своих? — парировала я.

Его молчание стало ответом.

— Я тоже не в восторге от этой магической связи, но, по-моему, еще слишком рано решать, какими будут наши отношения. Мы же друг друга совсем не знаем.

— Ты уже знаешь о моем прошлом больше, чем любой из парней в моей стае. — Уайатт направился ко мне, уже без поддона.

— Прошлое — это лишь малая часть человека. Я не знаю, что ты любишь делать. Или есть. Какое у тебя чувство юмора, если оно вообще имеется. Как ты относишься к людям.

Он выглядел слегка обескураженным моим ответом.

— Тебе стоит попробовать вымыть мазут из волос. Не знаю, не испортит ли он их.

Уайатт сменил тему вместо того, чтобы обсуждать свои мысли или чувства. Интересно. Я не ходила вокруг да около, а вот он, похоже, любил этот маневр.

— Меня больше беспокоит, как это скажется на моих сосках, — заявила я, оттягивая ворот футболки и демонстративно заглядывая внутрь.

Когда я подняла глаза, он был красный как рак и пялился на мою грудь. Он быстро отвел взгляд, но недостаточно быстро. Возможно, Уайатт не чувствовал влечения к первой паре, но ко мне его тянуло. И это само по себе было весьма многозначительно.

Я пересекла гараж, проходя мимо него к двери в дом.

— Могла бы и не надевать это, — бросил он. — Я мог бы найти тебе чистую футболку.

— Я не боюсь капли мазута.

— Почему? — в его голосе послышался интерес.

— Я выросла в гараже, почти таком же, как твой. Мой отец был механиком. У тебя есть средство для мытья посуды? Надо отмыть волосы. — Я скользнула в дом, быстро осматриваясь. Плитка под дерево теплого светло-коричневого оттенка, стены нейтрального цвета в тон. Никакого декора или картин, мебели минимум.

Проходя мимо кухни, он прихватил средство для посуды.

— Гостевая ванная там, но мой душ гораздо просторнее, — сказал Уайатт, указывая на комнаты.

В гостевой было бы безопаснее, но, учитывая, что он уже пытается навязать мне «просто дружбу», кажется, подталкивать его придется мне самой. Так что я направилась прямиком в его ванную.