Вновь приземлившись, на этот раз вполне удачно, я осмотрелся. Трибуны Хогвратса и куча смазанных лиц.

— Гермиона, я в Хогвартсе, — сказал я.

— Поняла. Тогда я возвращаюсь.

— Гермиона.

— Да.

— Спасибо за поддержку.

— На то и нужны друзья.

Дальше острить на эту тему я не стал, так как ко мне подбежал невероятно счастливый мистер Бэгмен, и буквально на буксире потянул меня к трибуне. Но я увидел мадам Помфри, и показал ей свою окровавленную руку. Та сразу всё поняла. Дождавшись, когда на мою руку наложат первичную повязку, Бэгмен всё же утащил меня на трибуну, чтобы всем продемонстрировать победителя.

Министр Фадж торжественно вручил мне Кубок Огня и мешочек с тысячей галлеонов. Далее, с кислыми лицом, меня поздравила мадам Максим. А вот Каркарова не было. Очевидно, тёмная метка проявилась, чем просигналила о возрождении Волан-де-Морта. Так что неудивительно, что после бурных аплодисментов и вспышек колдокамер, ко мне подошёл обеспокоенный Дамблдор, и увёл в свой кабинет.

Разговор с ним у меня сразу не задался. Нет, ну, правда. У тебя есть вопросы? Ну, так задай их, а потом дождись ответа. Зачем сразу применять поверхностную легиллименцию? Я, конечно, сразу показал ему порно ролики с жёстким сексом, которые я видел в прошлой жизни. И этим здорово смутил старика. Затем вежливо поинтересовался, что если он хочет, то я могу ещё показать. Тот извинился, а дальше я рассказал всё как есть.

Далее, Дамблдор «обрадовал» меня тем, что я, по его мнению, присутствовал при возрождении Волан-де-Морта. А потому, мне нужно удвоить осторожность. Заодно напомнил, что до своего совершеннолетия я могу быть в безопасности лишь у Дурслей.

Я не менее вежливо напомнил, что я, вообще-то эмансипироан. Директор вернул подачу. Да, эмансипирован. Но сейчас мы говорим не о законах, что принимают люди. А о заклинании, что Дамблдор наложил на дом моих кровных родственников. Заклинание «Защиты крови» будет работать до тех пор, пока мне не исполнится семнадцать лет.

А вот дальше произошёл интересный для меня момент. Дамблдор попросил никому не рассказывать о том, что произошло на кладбище. Сказал, что о возрождении Волан-де-Морта, он расскажет сам. После чего отпустил праздновать мою победу.

И теперь мне интересно. Значит ли это, что Дамблдор решил сделать из меня безмолвного свидетеля, на которого полетят все шишки? Но дальше додумать эту мысль я не успел. Так как на меня набросилась Гермиона, и вновь попыталась задушить в своих объятиях.

И вот наступил пир во имя победителя Турнира Трёх Волшебников. Колин Криви и его брат Джастин выпытывали из меня мельчайшие подробности. Ну, а я и рассказывал о том, как прошёл лабиринт. Кого видел. Какие заклинания применял.

Колин ловил каждое моё слово, при этом с вожделением смотрел на Кубок Огня. Он сейчас стоит на каменном подиуме перед столом, где сидят профессора. Там его хорошо видно всем студентам, и всем профессорам. Между прочим, на редкость красивая вещь. Уверен, что он бы занял самое видное и почётное место в зале славы Хогвартса. Вот только там ему не бывать. Ведь этот кубок выиграл я, а не школа.

И вот, в своём рассказе, я дошёл до места, где пламенем опалил морду огромного арахнида.

— Знаешь, Колин, честно говоря, я не хотел брать Кубок Огня и становиться победителем. Нет, правда. Я уже герой магического мира. И честно говоря, от этой славы больше проблем, чем пользы. Кубок Огня, победа, вечна слава, мне всего этого ненужно.

Судя по лицам Гриффиндорцев, для них это было откровением.

— Тогда зачем взял? — Спросил один из студентов.

— Это из-за арахнида. Я отогнал его от себя огнём. Но он вновь на меня набросился. И чтобы спасти свою жизнь, я был вынужден схватить кубок.

— То есть, ты просто сбежал?

— Верно! Я сбежал. Иначе тот арахнид просто убил бы меня. Я же говорю, мне не не нужна была эта победа. Но я победил, потому что хотел жить. Забавно, правда? Только я не понял, чего это вы все такие хмурые? Во-первых, я хоть и выступал против Хогвартса, но я всё ещё ученик этой школы. Более того, я Гриффиндорец.

— Ты не Гриффиндорец.

— О! — Удивился я. — Кто это у нас такой храбрый. Ну-ну, покажись. Почему это я не Гриффиндорец?

— Потому что ты украл у нас победу Хогвартса! — Буквально выкрикнул старшекурсник с нашего факультета.

И тут я заметил, что голоса студентов в зале начали стремительно смолкать.

— Да как ты смеешь, — начала возмущаться Гермиона.

— Нет, нет, Гермиона, — сказал я. — Помолчи. Пусть выскажется. Я хочу послушать. Итак, почему ты говоришь, что я украл Кубок Огня?

А дальше я услышал следующее. Пока я участвовал в возрождении Волан-де-Морта, а потом вёл душевный разговор с Дамблдором, до студентов дошли обрывки информации, и они быстро сделали вывод:

Виктор Крам напал на Флер Делакур и вывел её из состязания. Разумеется, Седрик Диггори не мог пройти мимо. Он храбро и благородно вступился за девушку, и победил Крама. В результате, два чемпиона вышли из соревнования. Всё, что оставалось сделать Седрику, это прийти к центру лабиринта, и взять Кубок Огна. Но его там уже не было.

Кто взял? Гарри Поттер. Но Гарри Поттер не должен был участвовать в турнире. Это все знают. И если бы не Гарри Поттер, то победителем турнира стал бы Седрик. А вместе с ним и Хогвартс! А Поттер эту победу у всех просто украл.

Я посмотрел на Седрика и, судя по его лицу, для него это тоже было новостью. Потом я глянул на Малфоя. Увидев его довольную улыбку, у меня появилось ощущение, что я знаю, от кого пошли такие слухи. Но, тут Седрик встал с места, и сказал:

— Гарри, не слушай его.

— Подожди, Седрик, — я тоже встал со своего места. — Кто ещё считает, что я украл у Хогвартса победу? Ну, чего молчите. Не стесняйтесь, поднимите руки?

— Я считаю, — Малфой с наглой улыбкой поднял руку.

Вслед за ним руки подняли студенты Слизерина. Полным составом. Руку стали поднимать многие студенты Гриффиндора. Почти все студенты Когтеврана. И как не странно, многие студенты Пуффендуя, чему Седрик тоже был удивлён

— Очень хорошо, — сказал я.

Это голосование меня не просто обозлило. Моё тело буквально задрожало от бешенства. Меня реально начало стрясти, словно я голый стою на морозе. Я вышел из-за стола, и подошёл к столу, где сидели профессора. Встав напротив Дамблдора, я сказал:

— Профессор, вы нашли человека, который бросил моё имя в кубок?

— Нет, Гарри, — виновато улыбнулся Дамблдор. — К сожалению, нам это не удалось.

— Хорошо. Тогда скажите, я честно победил в этом турнире?

— Да, Гарри. Ты победил честно.

— Мадам Максим. Я честно победил в этом турнире?

— Вне всяких сомнений, Гарри. Ты честно победил.

— Профессор Дамблдор. Этот кубок принадлежит мне?

— Да.

— Я могу его взять, и делать с ним всё, что захочу?

— Да, Гарри. Этот Кубок Огня — твой.

— Хорошо.

Я достал кошелёк с призовыми деньгами, и положил рядом с Кубком Огня. После чего обратился к студентам:

— Я не хотел участвовать в Турнире Трёх Волшебников! Мне не нужна была эта победа! И мне не нужен этот Кубок Огня! Вы хотите, чтобы я вам это доказал?! Тогда забирайте его! И заберите деньги! Но я хочу, чтобы вы запомнили этот день! Сегодня вы меня предали! Для вас эти деньги и этот Кубок, оказались важнее, чем Гарри Поттер. Когда в Англию и в Хогвартс придёт Волан-де-Морт, меня на помощь не зовите. А этот кубок и деньги, пусть будут вам напоминанием о вашем предательстве.

Сказав это, я покинул Большой зал.

И снова я сижу в Выручай комнате. Довольно скоро сюда пришла Гермиона.

— Садись рядом, — велел я, и активировал «Сквозное зеркало». — Сириус, Гермиона пришла. Рассказывай.

Ну, он и рассказал. При этом он не знал, радоваться или бояться. Ведь из котла вылез гибрид человека и гориллы. Теперь он внешне могуч и волосат. Но в этом то и проблема. Говорят, что в последние годы Тёмный Лорд был вспыльчив и жесток даже к собственным союзникам. И если он, даже будучи человеком, был не подарок, то что же он может начать творить теперь, когда он чисто физически стал наполовину зверем?

А вот я выразил версию, что в таком виде Волан-де-Морт не осмелится показаться своим союзникам. Думаю, что он проведёт повторный ритуал. Ведь у Крауча-младшего осталась вторая рука. Вот только прежнюю внешность Тёмный Лорд не сможет вернуть. Ведь для этого нужна кость отца. Хотя, могут быть и иные пути к тому, чтобы вернуть своё привычное тело. Но по любому, мы выиграли время для того, чтобы подготовиться.

Тут Сириус сообщил, что получил от Дамблдора письмо, где сообщалось о восстановлении Ордена Феникса. И Сириус думает вновь вступить в него. Заодно, нужно поделиться с Дамблдором о том, что мы сделали, и что Сириус видел. Ведь именно сейчас эта информация может оказаться весьма ценной.

Я же был резко против. Я не доверяю Дамблдору хотя бы на основании того, что в ночь убийства Поттеров, за мой пришёл безоружный Хагрид, а не Дамблдор. Но я признал, что Сириус тоже прав. Вместе нам будет проще выжить. Точнее, им проще. Так что я дал Сириусу добро, но предупредил, чтобы сам думал, что Дамблдору можно сказать, а что, нет.

Заодно я напомнил Сириусу о нашем прошлогоднем разговоре. Ничего не выбрасывать из дома Блэков на Гриммо, 12. НИЧЕГО! Ему не нравиться какая-то вещь? Пусть всё складывает на чердаке. Это очень важно. Когда я приеду летом — расскажу о своём очередном пророческом сне.

Когда мы распрощались с Сириусом, Гермиона спросила:

— Гарри, как ты?

— Знаешь, даже если бы это я бросил своё имя в кубок, они не имели право говорить, что я украл победу у Хогвартса. Я это победу заслужил.

— Я знаю, Гарри, — поспешила сказать Гермиона.

— А я ведь вообще хотел его разбить. Вот прямо там взять этот Кубок Огня, и на глазах всех разбить об каменный постамент. Но, в последний момент я подумал. На него ведь наложили целую кучу всяких заклинаний. Вот я разобью его, а он возьмёт и взорвётся стеклянными осколками. И останусь я без глаз. Даже если студенты потом осознают и пожалеют о своих словах, мне от этого легче не стане. Я буду вынужден остаток жизни провести во тьме. И ради чего? Чтобы что-то доказать этим неблагодарным? Да пошли они.

— Мне жаль, Гарри.

— Мне тоже.

— Что думаешь делать дальше?

— Учиться, — мгновенно ответил я. — То, ради чего я и пришёл в Хогвартс. Учиться. Я хочу изучить те знания, что может дать эта удивительная комната. А что думаешь делать ты?

— Я тоже хочу изучить знания, что хранятся в этой комнате.

— Значит, нас уже двое. И нам будет не так скучно. Однако, нам нужно подумать о том, как защитить твоих родителей. Ведь в прошлом Тёмный Лорд убивал не только маглорождённых, но и их семьи.

— Да, верно. Я поговорю с ними.

— И не тяни с этим. Прямо завтра с утра напиши им письмо, и в общих чертах опиши ситуацию. Скажи прямо, что им нужно уезжать из страны. Вопрос в том, куда они захотят переехать. Пусть подумают. Через месяц начнутся летние каникулы, и ты вернёшься домой. Вот тогда и поговорите более подробно.

— Да, я так и сделаю.

— А пока послушай о том, какая мне пришла идея. Даже если Тёмный Лорд захватит Англию, мы с тобой сможем жить в Лондоне, но при этом продолжать учиться в Выручай комнате…

На следующий день Дамблдор попытался вернуть мне тысячу галлеонов, которую я получил за победу в турнире. Но я отказался принимать деньги.

— Волшебники Англии взяли свои «тридцать серебряников», — сказал я. — Отныне, я им ничего не должен. Это они мне должны. Мои родители рисковали моей жизнью, а потом и сами погибли. И это ради того, чтобы вот эти жадные до славы волшебники, могли жить свободно.

Деньги попыталась вернуть МакГонагалл. Но я был непреклонен. Отныне волшебники Англии сами по себе. Директор попытался переслать деньги в мой детский сейф. Вот только я уже написал письмо Крюкохвату, и объяснил ситуацию. И наложил категорический запрет брать эту тысячу галлеонов. Так что Дамблдор просто предупредил меня, что мои деньги будут храниться в его рабочем столе. Если они мне понадобятся, мне нужно будет просто сказать. На этом мы и разошлись.

Французы и болгары поняли суть нашего конфликта, но попросили рассказать подробности. Ну, я и рассказал. Заодно рассказал о том, что стал невольным участником возрождения неизвестного мага. Кто он, я не знаю. Но Дамблдор подозревает, что возродился Волан-де-Морт. Это объяснило болгарам то, куда делся Каркаров. После этого репутация студентов Хогвартса в глазах наших гостей упала ниже плинтуса.

После финала турнира, последний месяц учёбы для меня особо ничем не отличался от предыдущих. Ведь с того момента, как кубок выбросил моё имя и я стал независимым чемпионом, я стал предателем Хогвартса. Единственное, во время уроков или приёма пищи, я стал сильнее ощущать неприязнь от студентов Хогвартса.

Как и раньше, я и Гермиона перемещались по коридорам Хогвартса в режиме «стелс». Ведь мы не хотим, чтобы о Выручай комнате узнали посторонние. Как и раньше, мы проводим в ней большую часть времени.

Опасность, которая нависла над родителями Гермионы, дали ей дополнительный стимул к учёбе. А ведь она и раньше из учебника нос не отрывала. Нужно будет присмотреть за девушкой, и поговорить с ней на эту тему. Мозгам тоже нужно давать отдыхать. Однако, сейчас действительно, вопрос жизни и смерти. Нужно срочно обезопасить Грейнджеров. Подчёркивая особо. Срочно!

Если Сириус вновь войдёт в Орден Феникса, там обязательно узнают о том, как мы «пошутили» в ночь возрождения Волан-де-Морта. Значит, об этом узнает и сам Тёмный Лорд, и возжелает мести. Он не может отомстить мне? Значит, нужно нанести удар по моим близким, или друзьям. А кто у нас Гермиона? Маглорождённая? Так тут сам Мерлин велел сделать то, что Пожиратели Смерти очень любят делать.

Так что я предложил Гермионе следующее. Я выкупаю у её родителей их долю стоматологической клиники, и ставлю его на баланс недвижимости рода Поттеров. Думаю, что Крюкохват найдёт ему применение. Даже если я прогорю, не важно. Главное убрать Грейнджеров из страны. Также я выкуплю их дом.

Далее. С помощью мантии невидимки, волшебной палочки и легилименции, а если потребуется, то и с помощью "Империо", я и Гермиона сделаем для её родителей новые магловские документы. Причём, легальные.

И наконец, родители Гермионы покидают страну. В Америке они покупают себе дом, складывают в него памятные вещи. А дальше, им имеет смысл попутешествовать и посмотреть мир. Деньгами на путешествие я их обеспечу.

Жалобный «вяк» Гермионы, я безжалостно задавил:

— Я не могу спасти своих родителей. Позволь мне хотя бы попытаться спасти твоих. Кроме того, с чего ты решила, что я дам вам свои деньги просто так?

Далее, я рассказал вторую часть плана. Грейнджеры будут путешествовать по миру. Смотреть на всё, что только можно будет посмотреть, и слушать всё, что вызывает интерес. Ну, и фотографируют пусть побольше. Далее, они будут писать как можно более подробный отчёт. В магловской почтовом отделении Лондона у них будет почтовый адрес до востребования. Вот туда они и будут пересылать свои письма.

Время от времени Гермиона будет приходить на почту, и забирать их посылки. После чего передаст их мне. Это позволит сбить Пожирателей Смерти со следа родителей Гермионы. А вот Гермиона будет в курсе того, где они были, но уже уехали. Так что даже если почту перехватят, это Пожирателям Смерти не поможет.

Ну, и наконец, главное. Когда мне и Гермионе придётся бежать из Англии, я хочу хоть немного знать о стране, где нам придётся жить и прятаться. Осталось придумать способ обратной связи, что бы найти их. Но, такой, чтобы не засветить родителей Гермионы.

Всё это я сказал Гермионе. Пусть передаст моё предложение родителям. И главное! Пусть «давит» не на то, что она спасает их жизни. А на то, что это её родители своей поездкой спасают свою дочь. Эта поездка по миру нужна не им, а Гермионе. Ведь они будут смотреть города и страны, куда со временем будет вынуждена бежать их дочь.

Вот и закончился этот учебный год. Гермионе очень понравились все мои идеи.

Первая — убрать её родителей из Англии.

Вторая — сделать убежище в виде летающего диска, палатки с расширенным пространством, и защитными артефактами, установленными вдоль края диска.

Третья — купить два Исчезательных шкафа, и установить связь между нашим будущим убежищем и Выручай комнаты Хогвартса.

В пользу это идеи говорит ещё одна вещь. Ещё вопрос, когда появится этот Волан-де-Морт, чтобы захватить власть. Но у нас уже сейчас, в летние месяцы, будет доступ к книгам Выручай комнаты. Правда, не в этом году, а на следующий. Ведь Исчезательный шкаф нужно ещё привести, и установить в Выручай комнате.

Тот сломанный шкаф, что стоит тут, я решил не чинить, а уничтожить. Так сказать, во избежании. Но лишь после того, как у нас на руках будет для него замена. Вдруг, нам действительно придётся его починить.

Последнее, что мы сделали, это отнесли две клетки с нюхлерами к мадам Помфри. Хагрид любезно предоставил нам две особи для экспериментов. Я ему прямо сказал, что хочу попробовать на них новое «диагностирующее» заклинание, которое придумал сам! Но я хочу быть уверен, что оно не причинит вред. Вот и хочу понаблюдать

Мы с Гермионой создали несколько десятков накопителей для информации. Девушка до сих пор ходит под впечатлением от моих неразумных трат. Ведь с нанесением рун на накопители не было проблем. Проблема была в материале. Это даже было забавно. Гермиона убитым голосом сказала, что такие накопители информации делают из чистого алмаза. А я деловым голосом переспрашиваю:

— Какой у алмаза должен быть размер? Форма? Огранка? Цвет? Чего? Я же сказал, что у меня есть доступ к сейфам рода Поттеров. А мои предки в прошлом были неплохими артефакторами. У нас там много чего лежит.

А когда мы в процессе создания испортили пару первых крупных бриллиантов, Гермиона вообще была в панике. Пришлось пригрозить, что если она не успокоиться сама, то я её поцелую. Но вернёмся к нюхлерам. Тем самым животным, что в каноне могли найти в земле золотые монеты.

На первую особь я наложил одно «сканирующее» заклинание. А вот на второе наложил, чуть ли не с сотню. Это чтобы так сказать, усугубить. Что бы убедить мадам Помфри помочь нам с обследованием животных, пришлось рассказать ей о моём новом «диагностирующем» заклинании. Мадам Помфри мне не поверила, но животных проверила и подтвердила, что с ними всё в порядке.

За день до отъезда из Хогвартса, я зашёл к профессору Снейпу, и прямо спросил:

— Профессор Дамблдор утверждает, что Тёмный Лорд — возродился. Вы его видел? Вы, лично, видели Волан-де-Морта?

— Вам не стоит об этом беспокоиться, — таков был его ответ.

Может, Волан-де-Морт запретил ему говорить о его возрождении? Может ему запретил Дамблдор? А может Снейп просто козёл! Но, мне то нужно знать. Тёмный Лорд заменил своё тело мутанта на человеческое? Или нет?

Платформа девять и три четверти.

Сдав Гермиону на руки её родителям, я сел в машину Вернона, и отправился в их дом. На следующий день я вызвал такси и отправился в Лондон на площади Гриммо, 12. Правда, этого дома я не нашёл.

— Гарри.

Нет, я знал, что где-то здесь Сириус ждёт меня под мантией невидимкой. Но, даже зная это, я чуть не подпрыгнул. Всё же та ночь, когда Волан-де-Морта возродился, сильно повлияла на меня. Тем временем в воздухе появилась рука, которая держала клочок бумаги.

— Читай.

«Дом Сириуса Блэка находится по адресу: «Лондон, площадь Гриммо,12»».

— Теперь мысленно повтори то, что запомнил.

Стоило мне мысленно повторить, как два дома раздвинулись, а между ним появился ещё один. А у меня в голове лишь одно желание: «Хочу уметь так же!»

— Пошли. Только, Гарри, там, в коридоре, висит портрет моей покойной матери. Так что веди себя тихо и постарайся её не разбудить.

Так я и оказался в доме Блэков.

Некоторое время спустя.

— Я так понимаю, у тебя был очередной вещий сон? — Сказал Сириус.

— Да, и он напрямую касается очередного крестража Волан-де-Морта… и твоего брата.

— Что? Регулуса? Ты что-то знаешь о нём?

— Я, нет. Но я знаю, кто знает. Сириус, скажи, в этом доме живёт домовой эльф?

— Да. Кикимер. Мне его позвать?

— Да, позови.

— Кикимер! Иди сюда!

Вместо того, чтобы телепортироваться, к нам прошаркал домовой эльф. Необычайно старый и измождённый домовой эльф. И по тому, как он себя вёл с Сириусом, мне было очевидно, что у этого эльфа не всё в порядке с головой. Сириус с ожиданием посмотрел на меня. А я посмотрел на домового эльфа.

— Кикимер, ты знаешь, кто я? — Домовой эльф посмотрел на меня с призрением. — Я — Гарри Поттер. Я сын Джеймса и Лили Поттер. Крёстный сын твоего хозяина Сириуса Блэка. А ещё я являюсь дальним родственником для Сириуса.

— Зачем Вы говорите это бедному и несчастному Кикимеру?

— За тем, что во мне есть кровь Блэков! — Прорычал я. — Её немного, но она есть! И я не потерплю от тебя неуважения! А теперь, Сириус, пусть он расскажет тебе о том, как погиб его хозяин и твой брат, Регулус Блэк.

— Что? Кикимер! Ты что-то знаешь? Говори немедленно всё, что тебе известно!

Довольно скоро перед нами на столе лежала «злая вещь». А вот я скривился.

— Сириус, у тебя есть какая-нибудь шкатулка для хранения особо опасных артефактов. А то я чувствую серьёзную атаку на мои ментальные щиты. Видать, за эти годы он здорово отожрался.

Сириус поспешил выполнить просьбу, после чего мы вернулись к разговору.

— Ты хочешь отдать его дементору? — Спросил меня Сириус.

— Да. А сейчас, позволь дать тебе совет. Пусть Кикимер расскажет твоей матери тоже, что и нам. Да, это картина и всё такое. Но она мать Регулуса. Может это заставит её изменить своё отношение к магу-полукровке, который поставил на руку её сына рабское клеймо. А потом стал причиной его гибели. И ещё. Раз Кикимер был в той пещере, может он сможет перенести тебя туда же?

— Зачем?

— Забери лжемедальон, и отдай его Кикимеру. Этим ты почтишь память о своём несчастном брате. Ведь перед смертью он понял, какому монстру служил, и попытался его остановить. Да и для Кикимера это важно.

Всё это я говорил в присутствии Кикимерм. Надеюсь, это поможет нам наладить с ним отношения.

Портрет Вальбурги Блэк выслушала рассказ Сириуса и Кикимера. А узнав о том, что случилось с её любимым младшим сыном, она захотела поговорить со мной. Всё же я сын Поттеров. А мы, как-никак, родня. Портрет матери Сириуса оказался не столь криклив, как это было написано в книгах о Гарри Поттере. Хотя, тут ещё не было гостей Сириуса.

Леди Вальбурга попросила меня рассказать о себе. Ну, я и рассказал. О-о-о, как она «плевалась»! Заодно поведал о моих выводах, относительно Дамблдора. О том, что он, руками Тёмного Лорда и руками Дурслей, решил убрать ещё одного конкурента, на звание сильнейшего волшебниках, о котором будет написано на страницах истории. Ну, и рассказал о своих пророческих снах. В том числе и тот, где Сириус Блэк будет убит Беллатрисой Лестрейдж. Да, шокированы были оба.

— У меня есть надежда, что это будущее можно изменить, — сказал я леди Блэк. — Ведь я смог спасти Гермиону Грейнджер.

— Я очень на это надеюсь. — Сказала леди Блэк и, наверное, впервые в своей нарисованной жизни, посмотрела на Сириуса с беспокойством.

— К вопросу о Гермионе Грейнджер. Леди Блэк…

— Называй меня тётушкой, — улыбнулась, она. — Всё же мы семья.

— Благодарю, для меня это честь, — прогнулся я. — Так вот, тётушка, эта Гермиона Грейнджер очень необычная девушка. И у меня на неё есть определённые планы. Да, она маглорождённая, но по магической силе она превосходит чистокровных магов. Даже таких как Драко Малфой. Но интересно даже не это. У неё уникальная память. Она запоминает всё, что видит и слышит. Она может дословно пересказать содержимое прочитанных книг чуть ли не слово в слово. Нет такого заклинания, которым она не могла бы овладеть. Она самая талантливая волшебница нашего поколения. А возможно, в будущем, и этого тысячелетия. И как минимум одна её дочь унаследует её талант. Я «ВИДЕЛ» это. А потому я хочу, чтобы Вы пообещали мне. Если я приведу в этот дом Гермиону Грейнджер, Вы не будете оскорблять и унижать её.

— А если я откажусь дать такое обещание?

— Я немедленно покину этот дом, и больше никогда не покажусь тут.

— Теперь я ещё больше хочу познакомиться с этой девушкой. Хорошо, я даю тебе своё обещание. Но, если она не подойдёт тебе, может, ты уступишь её моему оболтусу?

— Мама! — Взвыл Сириус.

— Не советую этого говорить Гермионе. У неё крепкий кулак, да и бьёт она очень больно, — сказал я, демонстративно потирая свою челюсть. — А теперь, тётушка, если Вы не против, мне необходимо отправиться в Гринготтс. Я хочу закончить то, что не сумел сделать Ваш сын Регулас, и тем самым отомстить за его смерть. В конце концов, мы родня.

В этот же день я отправился в банк Гринготтс. Увидев очередной крестраж, Крюкохват разочарованно покачал головой.

— Мистер Крюкохват, — сказал я. — В знак уважения к вашему народу, я хочу поделиться с вами информацией.

— Я слушаю Вас, мистер Поттер.

— Насколько мне стало известно, Тёмный Лорд — возродился. Рано или поздно, он захватит власть в магической Англии. И когда это произойдёт, он придёт к вам. Ведь деньги, это власть. А Волан-де-Морт не делиться власть. Так вот, когда он захватит ваш банк, я уверен, что народ гоблинов захочет отплатить ему той же монетой. Ходят слухи, что в сейфе Беллатрис Лестрейдж хранится некая чаша, которая тоже является крестражем Волан-де-Морта. Вот я и подумал. А как поведёт себя дементор, если его кто-то запустит в её сейф? Собственно, говоря, это всё, что я хотел Вам сказать. Надеюсь, что Вы услышали меня.

— Мы услышали Вас, мистер Поттер, и благодарим за информацию.

— Теперь я хочу обсудить вот что. Допустим, я хочу купить в магловском мире долю в стоматологической клинике. Скажите, это возможно?