Тейдан стоял напротив окна. Его комната располагалась ближе всего к верхним уровням, откуда открывался прекрасный вид на обыденную жизнь вне дворцовых стен. Но юноша смотрел не на роскошные террасы, где струились фонтаны с подсветкой, а сады спускались каскадами…
Тейдан никогда не был на нижних уровнях, зато успел наслушаться от другой прислуги достаточно: они рассказывали такие истории, что у Дариона волосы вставали дыбом, а Равилла касалась кончиками пальцев лба, губ и солнечного сплетения в качестве жеста защиты от зла. «Дикие биоманты превращают людей в растения», — шептали служанки. «Запрещенные культы выкачивают свет из живых», — на полном серьезе заявляли работники кухни. «Там хозяйничают хемоманы — управляют запахами, могут заставить тебя сделать что угодно», — боязливо сообщали придворные маги.
Вот уж чему Тейдан верить не собирался, так это испуганному шепоту прислуги, наслушавшейся историй от аристократов. За свою жизнь ему пришлось повидать слишком много ужасов, чтобы запросто принимать на веру все эти истории. Особенно после сегодняшнего стрима, где ни один звонящий не подтвердил, но и не опроверг слухи.
«Здесь происходит что-то странное… Есть ли мне вообще дело до этого?» — Тейдан устало наклонил голову, и повернулся вполоборота к комнате, куда возвращался каждую ночь. Привычно зажигал кристаллы на стенах, в отличие от покоев принца, требующих самостоятельной активации. А затем сидел за столом, постоянно читая новости и различные статьи в интернете.
Он опустился в кресло с высокой спинкой, обитой темно-синим бархатом, и закрыл глаза. Всего на секунду. Голова шла кругом из-за количества вопросов, требующих его внимания. Ощущение чужого присутствия прокатилось по телу легкой волной волнения. Вместо того, чтобы мгновенно выхватить припрятанный клинок, Тейдан медленно поднял веки.
Шицы стояла у книжного шкафа, прислонившись спиной к корешкам древних фолиантов, что стало весьма редким явлением в мире технологий. Шкаф с ними просто появился в один из дней — вероятно, распоряжение королевы. Уж точно не ее мужа, которому юноша пришелся совсем не по вкусу.
— Господин, — Шицы склонилась в привычном поклоне.
— Входить без стука — дурная привычка, — ровно произнес Тейдан.
— Прошу прощения, но я не могу позволить себе показываться в коридорах, — ответила Шицы, не поднимая головы. Достаточно тихо, с долей вины. Выдержав поклон еще немного, она распрямила спину и сияние кристаллов выхватило из полумрака ее тонкие черты, совсем не сочетающиеся с должностью и навыками.
— Докладывай. Ты что-то узнала?
Шицы подошла к юноше, протягивая ему тонкую информационную пластину.
— Как и всегда — все, что смогла. И немного больше.
— Насколько больше?
— Столько, что мне пришлось удалить часть буфера, чтобы уместить данные.
Тейдан провел по пластине пальцем. Она засветилась: ряды имен, дат, цифр побежали по поверхности, сменяя друг друга, складываясь в схемы, графики, диаграммы. Фэрроу смотрел на них несколько секунд, затем поднял взгляд на Шицы.
— Докладывай коротко и по делу.
Шицы выпрямилась. Заправила за ухо прядь, выбившуюся из прически — единственное движение, выдающее волнение. За столько лет, проведенных вместе, Тейдан успел запомнить каждую ее привычку. Каждый незначительный жест, от которого та еще не отучилась.
— Дом Серебряного Листа, — начала она. — Глава — лорд Алдрик Альторан. Член Совета Лордов, куратор программы стабилизации нижних уровней. Формально — один из самых влиятельных верданов в королевстве.
— Формально? — переспросил Тейдан.
— Верно, — подтвердила Шицы. — Фактически — он и его семья контролируют все финансовые потоки, связанные с нижними уровнями. Бюджет программы стабилизации завышен в три раза. Реальное финансирование — в десять раз ниже заявленного. Пришлось подключить хакеров для проникновения в базу данных, однако, им не удалось обойти систему безопасности чтобы остаться незамеченным. Мы получили исключительно поверхностные документы, где нет никаких доказательств, но, сравнив их с действительностью, некоторые выводы напрашиваются сами собой. Полагаю, Кир имеет доступ, или сможет его получить.
Тейдан кивнул. Он ожидал чего-то подобного после всех подозрений товарища.