Стены из полированного камня переливались перламутровым свечением, ловя отблески далеких звезд, проникающих сквозь кристаллические своды. От каждого легкого шага по полу разбегались серебряные паутинки переливающейся энергии, вмиг тонущей в густоте неизвестного материала.

Эл'Кайрэн Квел'Нор-Ран прекрасно знал, что опаздывает, но совершенно не торопился. Его широкие черно-фиолетовые одежды, расшитые туманностями, развивались от каждого легкого движения. Галактики рождались и умирали на складках ткани, повинуясь неведомым ритмам.

Он прошел через высокий стрельчатый проем, оказываясь внутри огромного зала, выполненного в форме ротонды: ее колонны уносились вверх до бесконечности в само космическое пространство. Стоило Эл'Кайрэну ступить на пол из полированного обсидиана, пятиметровые каменные двери закрылись за ним самостоятельно.

В самом центре, высоко над головой, парили кресла из чистейшего золота. Каждое из них удерживалось нитями энергии, уходящими в космическую бесконечность. Стоило сделать шаг выше, под ступней появилась полупрозрачная ступенька, и молодой мужчина, не теряя присущий ему грации, поднялся до своего места.

Марварон Мирранд-Ман, сидевший в кресле слева от Эл'Кайрэна, поднял посох и ударил им о пол. Звук от удара дерева, не знавшего ни огня, ни времени и помнящего рождение вселенной, разнеслось по залу.

— Собрание Архитекторов объявляю открытым, — произнес Марварон практически шепотом. Несмотря на это, слышали его абсолютно все четко и отчетливо. Черные глаза-щелочки скользнули по всем присутствующим, останавливаясь на самой важной фигуре среди присутствующих. В привычно-спокойном прищуре словно читалась просьба наконец-то взять на себя свои прямые обязанности.

Лиаран Аверисс поймал на себе его взгляд и слегка наклонил голову вбок. Он сидел в своем кресле с таким видом, словно нашел идеальный баланс между грацией и усталостью. И на спокойном лице не отражалась на одна эмоция.

— Давайте начнем, — стоило ему произнести слова одобрения, Марварон расслабил сутулые жилистые плечи. — Архитектор Теней, — мягкий голос юноши отразился от стен, ударив по ушам Эл'Кайрэна. Он подался вбок, подпирая голову ладонью. Длинные волосы цвета рассветных лучей соскользнули со струящейся широкой накидки, переливающейся от золотисто-персикового до глубокого фиолетового оттенка. — Прошу Вас.

Губы Эл'Кайрэна растянулись во всем привычной, мягкой полуулыбке, едва заметной, но хорошо ощутимой. Он повернул голову в сторону Архитектора Гармонии. Края парящей, не завязанной ленты, плотно прилегающей к глазам, взметнулись от легкого движения.

— Благодарю Совет за оперативность, — несмотря на размеренность и неспешность, в голосе молодого мужчины чувствовалась отчетливая насмешка. — Семь дней назад по стандарту галактического цикла[1] Безликий Созерцатель украл планету Вирон.

Меж креслами зажглось изображение целого флота, окружившего зелено-голубую планету. Картинка приблизилась к мостику, окруженному силовым полем. Там, в гордом одиночестве, стоял высокий мужчина. Его голову неизменно скрывал шлем из непробиваемого затемненного стекла, в котором отражался процесс телепортации планеты.

— Патрульный отряд Безгласных Клинков нес службу в секторе Актур-семь, — продолжил Эл'Кайрэн. — Стандартный облет по маршруту «Гамма-Девять». Всего два корабля. Они не смогли противостоять Созерцателю, но засняли процесс телепортации Вирона. К сожалению, телепортационный след отследить не получилось.

Лиаран чуть подался вперед, рассматривая изображение. Из-за смены положения и попадания света накидка отлила тревожным багрянцем, и на мгновение всем показалось, что его глаза теплого янтарного цвета сверкнули молочным оттенком.

— Кажется, он смотрит на нас, — тихо произнес Лиаран. Практически шутливо, словно тема собрания — пустяк. — Похоже, ему было совсем все равно, что его снимают.

[1] Стандартный галактический цикл (СГЦ) привязан к периоду вращения эталонного пульсара в нейтральной зоне Вселенной. Его длительность — 26 часов.