Кир скользнул ладонью чуть выше, чувствуя, как сквозь плотную ткань бьется чужое сердце в бешеном темпе, таком же, каком колотилось его собственное. Казалось, воздух в комнате нагрелся до аномально жаркой температуры, отчего каждый новый вдох не позволял насытиться кислородом.

Кир подвинул Вейну ближе к столу, поменявшись с ней местами, и та уперлась бедрами в ребро мебели. Он оперся ладонью на столешницу позади нее, практически вынуждая ту занять место документов на краю. Ее тонкие руки обвили его шею, не позволяя отпрянуть ни на секунду. Пальцы скользили по затылку, по шее, по плечам — везде, куда могли дотянуться. Опустились вниз по его мускулистой груди, прощупывая под рубашкой каждую мышцу.

Кир навис над Вейной, и та слегка откинулась назад, опираясь на свободную руку. Но на столешницу так и не села, продолжая упрямо стоять, несмотря на то, что ноги практически подкашивались.

Они чуть отпрянули просто чтобы перевести дыхание и посмотреть в бессовестные глаза друг друга. Вейна слегка прикусила его губу, словно в шутку, не позволив снова поцеловать себя. А Кир и не пытался этого сделать. Ее глаза горели самым настоящим огнем, тем самым, какой он видел у самого себя в отражении после особо удачных турниров.

— Ты не вердан… — она провела языком по его губе, собирая остатки своей помады, и ее дыхание обожгло кожу юноши. — Я так и знала… — она прошептала это так тихо, что Кир едва разобрал слова. Но он расслышал. И почувствовал, как сердце пропустило удар.

— Как и ты, — хмыкнул Кир, подавшись назад, но не отстраняясь слишком сильно. — Думаешь, я позволил тебе поцеловать себя просто потому что захотелось? Уровень самомнения понизь, — несмотря на отчетливую насмешку, во взгляде юноши читалось исключительно любопытство, какое возникало у него весьма редко.

— И зачем же тогда? — спросила Вейна, словно не догадывалась об ответе. Ее голос прозвучал слишком хрипло, а в горле сильно пересохло.

— Сжалился над проигравшей, — Кир взял ее за подбородок, приподнимая голову и заставляя смотреть себе в глаза. — Не смей отводить от меня взгляд, раз собралась разоблачать. Решил дать небольшую подсказку на будущее. Фору, так сказать. И заодно подтвердил свои догадки о тебе.

— Наглец, — прошептала она совершенно беззлобно. Без тени обиды, зато с явно считывающемся восхищением.

— Знаю, — Кир усмехнулся без явного злорадства.

Его длинные пальцы скользнули по тонкому запястью Вейны, стягивая перчатку и касаясь губами тыльной стороны ладони будто бы в шутку. С долей небрежности. Он сделал пару шагов назад, позволяя девушке отпрянуть от стола.

— Вернуть не хочешь? — Вейна протянула руку за перчаткой.

— Не-а, — хмыкнул Кир, заталкивая ее в карман. — Должно же у меня остаться на память хоть что-то о неуловимой тени? Одного поцелуя мало чтобы ты стала действительно незабываемой…

— И как тебя друзья терпят? — она покачала головой.

— С большим трудом и неимоверным счастьем.

— Ответь на один вопрос, — Вейна провела пальцами по волосам, поправляя немного растрепавшуюся прическу. — Что будет с Ярели?

— Что, подставила подружку и переживаешь теперь? — Кир приложил ладонь к груди, изображая удивление. Театрально вздохнул. — А я думал, у тебя каменное сердце…

— Банальное любопытство, — Вейна удержалась от заката глаз. Она вообще не представляла, как тот может быть настолько противоричивым.

— Попрошу отца отправить ее на пожизненное. Казнь — это слишком просто. Пусть мучается всю жизнь и каждый день вспоминает, что пыталась сделать. Ей предстоит провести в камере все отмеренные судьбой циклы с осознанием, что никто не придет за ней и никто не поможет. Никогда. И она сама выкопала собственную могилу, когда согласилась на твой план посадить меня на трон.

— Как ты жесток… — Вейна обняла себя за локти, но в ее глазах не было осуждения. Скорее, искреннее восхищение.

— Я хочу, чтобы она раскаялась за то, что пыталась убить моего брата, — тон Кира прозвучал жестче. — Пусть все знают: тот, кто посмеет тронуть мою семью и моих друзей, поплатятся за это. И такая расплата покажется им хуже смерти…

— Какой же ты занимательный юноша, — Вейна провела пальцами по шее, и на коже проступили светлые полосы. — Мы скоро встретимся… И тогда тебе не победить.

— Это мы еще посмотрим, — Кир скрестил руки на груди. — Запомни одно: не смей вредить моему окружению и моему народу. Или я уничтожу тебя.

Вейна натянула улыбку, полную предвкушения. Ее тело замерцало тысячами серебряных и золотых переплетений с вкраплениями алых искр, и она исчезла в ослепительной вспышке телепортационных лучей.