Когда Ярели выскочила из комнаты и застучала высокими каблуками, Стелла выглянула из-за поворота. Стоило девушке скрыться из виду, она быстро юркну в чужую комнату. Тейдан же спокойно прошел следом, совершенно никуда не торопясь.

— Фу, блин, — Стелла кашлянула. Тяжелый, сладкий аромат духов пропитал практически все помещение, отчего захотелось открыть окна. Она бегло окинула взглядом пристанище сумасшедшего модельера: вокруг золото да серебро, множество шкафов с одеждой, манекены с пышными платьями, целая куча коробок с украшениями. Причем не шкатулок, а именно коробок.

— Справишься? — Тейдан скрестил руки на груди, оставшись стоять близ двери. Словно собирался врезать любому случайно вошедшему.

— Да. Я привыкла работать в рамках месяца, но чуть дальше тоже промотать смогу, хоть и с натягом. Четкость пропадет.

Стелла вышла в центр комнаты и подняла руки. Провела пальцами по воздуху, словно нажимала на невидимые клавиши или дергала за тончайшие струны реальности.

Сначала появились едва уловимые глазом тени, отчего Тейдану показалось, словно пора сходить к окулисту. Затем проступили полупрозрачные силуэты, скользящие вдоль помещения практически бесформенной дымкой. Они метались из стороны в сторону, подобно ускоренной перемотке. Пока Фэрроу наблюдал за призрачной вакханалией, Стелла видела в каждом прерывистом движении память. Ее глаза улавливали куда больше деталей. Уши слышали неподвластное чужому слуху. А голова начинала кипеть от звучания звонкого голоса в голове, ставшего эхом для Тейдана, но несущем смысл для Стеллы.

Ар-Вин продолжала прокручивать время. Видела Вейну, их посиделки, слышала разговоры и смех. Слышала слезы и переживания. Слышала тихий шепот, не предназначенный для чужих ушей… И вдруг щелкнула пальцами.

— Нашла, — Стелла шумно выдохнула.

Недалеко от двери стояло два силуэта: абсолютно нечетких, размытых, но этого было достаточно чтобы узнать в них Ярели. Когда второй женский силуэт передал девушке небольшой пузырек, та моментально метнулась в коридор.

Стелла и Тейдан отправились следом за ней, добираясь до самих Хрустальных садов. Они поднялись по полупрозрачным лестницам на самые верхние террасы, куда обычно не заходил никто, кроме садовников. И то те поднимались без особого энтузиазма, и понять их можно — лифтов тут нет.

Наверху рос небольшой лес, таящий в себе живописную поляну с цветами. Карликовые деревья с серебряной листвой издавали не шелест, а мелодичный звон при дуновении ветра. Именно около одного из таких деревьев остановился силуэт — у самого дальнего, затерявшегося в чаще. Он отличался толстым крючковатым стволом, а меж коры виднелось небольшое узкое дупло.

Стелла махнула рукой, и воспоминание растаяло дымкой по ветру. Тейдан, не обронив и слова, подошел к дереву, поправляя кожаную перчатку. Он сунул внутрь руку, и, пощупав неровные стенки, вынул небольшой продолговатый пузырек из темно-синего стекла с серебряной крышечкой.

— Скорее всего именно Вейна принесла ей яд… — Стелла рассматривала небольшую емкость, а у самой мурашки по коже бежали. — Жаль, доказать это не получится.

— Она носит перчатки, ее отпечатков тут не будет, — Тейдан убрал флакон в карман. — Идем к судмедэксперту. Думаю, к вечеру он сделает заключение.

* * *

Стук в дверь прозвучал подобно кратковременному спасению от бумаг. Кир бросил недоброжелательное «Войдите», а сам с долей нежелания повернулся в кресле в сторону двери. В помещение вошел мужчина в строгом серебристом тонком пальто, чем-то отдаленно напоминающем медицинский халат. В руках он держал нефритовую пластину с открытым отчетом.

— В Чьих Жилах — Исток, — он приложил ладонь к солнечному сплетению и поклонился. — Результаты готовы. — Яд во всех чашках идентичен, это тенесорб — крайне редкое вещество.

— Подробнее, — коротко бросил Кир.

— Тенесорб блокирует фермент, ответственный за синтез аскорбата. Поскольку витамин С синтезируется в печени специальным ферментом, блокировка происходит именно там: яд подавляет его активность. Его также называют «ядом для аристократов», поскольку действует исключительно на ослабленный организм, питающейся исключительно очищенной пищей.