Асмадей

Эта девчонка злила меня каждый раз, когда мы сталкивались. Неблагодарная, мы могли вообще не возвращаться в эту деревню и не помогать. Хоть бы спасибо сказала. Хотя, сказала, но почему-то всем остальным, кроме меня! Хотела позлить? Так вот она преуспела! Видеть ее не желаю!

Но, как и в прошлый раз, уйти нам не дали, на этот раз ангелы. Их-то за каким Цербером принесло?

То, что у них тоже виды на нашего седьмого члена команды, меня удивило. Но по мере их рассказа некоторые вопросы находили ответы.

«Если она действительно дитя Главы Совета ангелов, а Измаил доказал это более, чем убедительно, впрочем, он за это еще ответит, то понятно, почему ее отправили в другой мир, а не просто к полукровкам, — размышлял демон. — Вероятнее всего эта магия и помешала поставить клеймо, лишавшее полукровку возможности объединяться в семерки. Оставить среди демонов ее все равно не могли, впрочем, как и у ангелов. Магия магией, а младенца все же легче убить, чем взрослого. Значит, кто-то из родителей, вероятнее отец, запечатал магию ребенка и отправил в немагический мир, надеясь спрятать. Ангел, который защищает ребенка-полукровку? Бред».

Но другого варианта я не видел.

Если я правильно помнил, то вскоре его убили, а следы дитя затерялись еще сильнее, поэтому его и не могли отыскать до того момента, когда мы повредили печать. Если принять все допущения, то история складывается.

Известие о печати, которую поддерживает магия Главы Совета, меня сильно напрягло. Разумеется, это еще надо проверить, но если все, что рассказал Михаил, правда, то у нас однозначный конфликт с ангелами за обладание Ольгой.

«А может Матвей прав, и мы обойдемся без нее? Да даже если и так, то отдавать ее кому-либо я не намерен! Просто из принципа! И никакие пронзительные глаза здесь не при чем!»

Настроение, и так бывшее не на высоте, скатилось в глубокую пропасть. Ну почему нашим седьмым членом команды не мог оказаться хотя бы нормальный адекватный мужик, а не истеричная девка с дурным характером? Кирст с ним, пусть даже полукровка. Кстати, от ангелов Ольга взяла лучшее: белая кожа потрясающе смотрелась в сочетании с огненными волосами.

«Ну почему ее образ опять в моих мыслях!? С ума меня сведет!»

Своим появлением Асура вывел меня из депрессивных размышлений. Час от часу не легче. Откуда здесь столько чудовищ?

— Поедешь со мной, — сказал я Ольге, ибо эту бедовую нельзя было оставлять без присмотра. — Если, конечно, хочешь жить, — надо же было оставить хотя бы видимость выбора.

Глянув на то, как девушка беспомощно смотрит на кирста, я понял, что сама она на него не заберется. Сначала я собирался посадить ее позади себя, чтобы иметь большую свободу движений в случае, если придется сражаться, но в последний момент передумал. Сзади было слишком опасно, я не смог бы ее защитить в случае нападения со спины.

Подняв Ольгу, которая оказалось легкой, как перышко, я посадил ее перед собой, для верности прижав к себе, чтобы не упала. Ее сердце так колотилось, будто хотело выпрыгнуть из груди. Похоже, наш седьмой член команды знатный трус. Да, все еще хуже, чем я думал. И что мне с такой делать? Зато пахнет приятно, свежестью и какими-то цветами…

Встряхнул головой, отгоняя непрошенные мысли, и отпустил поводья. Кирст помчался вперед, сам находя оптимальную дорогу.

Кирсты шли ровно, но ближе к исходу первого часа начали нервничать: вскидывали головы, хрипло фыркали. Я не придал этому значения, ведь недавно они чуяли запах крови и видели битву с чудищами.

Мы проскакали около полутора часов, когда я почувствовал запах гари и крови. Стало понятно беспокойство кирстов, чей нюх был значительно лучше, чем у демонов, поэтому они ощутили запах опасности раньше нас, начав нервно подергивать головами.

«Похоже, на эту деревню тоже напали чудовища. Странно. В таких количествах им неоткуда было здесь взяться».

Я подал условный знак остальным, и мы резко изменили направление движения, огибая деревню по широкой дуге и держа курс на Тенебру.

Необходимо было разобраться в происходящем. Чуяло мое сердце, что-то здесь сильно неладно. И не связано ли это опять с Ольгой? Не удивлюсь, проблемы она себе находила мастерски.

Когда запахи стихли, мы остановились, спешившись, чтобы решить, что делать дальше.

— Что-то случилось? — спросила Ольга, когда я спрыгнул на землю, держа ее на руках, и только после этого поставил на ноги.

После долгой скачки с непривычки ноги у нее подрагивали.

— Деревни больше не существует, — ответил я сразу всем, потому что на лице Харота также читалось непонимание. — Чудовища.

— В наших краях не бывает столько чудовищ за раз, — с подозрением глядя мне в глаза, сказал староста, явно стремясь уличить во лжи.

— Он не врет, — печально сказала Мия, неожиданно встав на мою сторону. — Я почувствовала смерть, когда мы сменили направление.

— Но откуда? — воскликнул Харот неверяще.

— Проблема не только в их количестве, — Вельзевул подошел ближе к нам. — Я осмотрел одно из чудовищ, напавших на вашу деревню. Таких я раньше не встречал. Это новый вид, более мощный и живучий. Кости плотнее, появилась защитная пленка под кожей. Обычные заклинания будут пробивать ее хуже.

— Может что-то случилось с печатью ангелов? — предположила Мия. — Они говорили, что без магии Главы Совета, ее целостность под угрозой.

— Территория Ирия в другой стороне, это не может быть, ни прорыв печати ангелов, ни прорыв печати демонов, — возразил Вельзевул.

— Но что тогда?

— А что вообще такое эта печать? — спросила Ольга. — Как она выглядит?

— Печать в мире Тенебры — гигантский дуб. В детстве отец водил меня к ней.

Хотя прошло много лет, воспоминания о семье были одновременно радостными и грустными для меня.

— Насколько мне известно, — добавил Вельзевул, — ангельская тоже представляет из себя дерево.

— Это ива, — сказал Михаил, появившись вместе с остальными ангелами из портала.

Вид их оставлял желать лучшего: грязные, одежда местами оборвана, волосы в беспорядке. Ангелы явно столкнулись с чудовищами в той деревне. И поделом, а то только языком и могут болтать.

— Кто-нибудь выжил? — спросила Мия, тоже поняв, почему ангелы были в столь плачевном виде.

Михаил отрицательно покачал головой.

— Когда мы прибыли, все было кончено. Если бы мы появились на полчаса позже, то вообще никого бы не застали. Как я понял, вы обсуждали возможность разрушения печатей?

— Верно, — подтвердил я. — Но мы пришли к выводу, что даже если они и разрушены, причиной появления монстров в данном месте в данное время они стать не могли.

— Печать ангелов точно в порядке, — подтвердила наши умозаключения Кристина, — я бы получила сигнал, будь это иначе.

— А причина не может быть в том дереве, в которое я врезалась, когда попала в этот мир? — вновь обратила на себя внимание Ольга.

— Еще одна печать? — с сомнением спросила Морена. — Расскажи подробнее.

Ольга повторила историю, рассказанную в храме, но с большими подробностями. Золотыми линиями силы было покрыто и дерево на Тенебре. Они, по сути, и являлись печатью. С каждой уничтоженной линией печать будет ослабевать. Если ее вовремя не восстановить, печать рухнет.

— Непонятно только, где искать эту третью печать, — недовольно сказал Измаил. — Место, где она находится, никому не известно.

— Кроме Ольги, — поправил его Михаил.

— Но я тоже не представляю, как туда попасть, — возразила было она.

— Я могу узнать, если ты откроешь для меня свой разум, — мягко произнес старейшина.

«Хочет полазить в голове у Ольги? И насажать нужных ему мыслей?»

— Так не пойдет, — прервал я увещевания ангела, — после того, как вы покопаетесь в ее мозгах, кто знает, какие новые мысли у нее появятся.

Я не доверял ангелам и не собирался идти на неоправданный риск. История с третьей печатью вероятна, но не доказана наверняка.

— Я могу узнать, — вмешалась Мия, — если Асмадей мне позволит. У меня нет причин подсаживать какие-то новые мысли Ольге.

Что ж, такой вариант меня устраивал.

— Приступай, — согласился я.

— Ольга? — спросила девушка разрешения и у нее.

— Хоть кого-то интересует мое мнение, — проворчала она, после чего кивнула.

Мия взяла голову Ольги в руки и прижалась своим лбом к ее, прикрыв глаза и сосредоточившись. Через пару минут она отстранилась и сказала:

— Мне нужен амулет переноса. Я знаю, где растет наше загадочное дерево.