В четверг в половине девятого утра начальник уголовного следствия Цзян Мин подошел к своему кабинету и увидел у двери Тань Юна в полицейской форме.

– Лао Тань?.. – Цзян Мин замер. – Что ты здесь делаешь?

– Жду вас, капитан.

Цзян Мин оценивающе взглянул на него, ключом открыл дверь:

– Зачем? Ты же взял отпуск. Отдыхай.

Тань Юн вошел вслед за ним:

– Передумал. Хочу приступить к работе сегодня же.

Цзян Мин сел, жестом приглашая Тань Юна последовать его примеру, и закурил.

– Ты же сейчас не станешь уговаривать меня оставить тебя на этом деле? – выпустив дым, произнес он.

– Угадали. Вы меня хорошо знаете.

– Лао Тань, ну почему ты такой упрямый? Сколько раз повторять – в таких ситуациях ты должен…

– Держаться в стороне, – перебил Тань Юн и достал из кармана сложенный лист бумаги. – Но обстоятельства изменились.

– Что это?

– Факс от адвоката Фэн Чжэна из уханьской юридической фирмы «Хуасин». Смотрите сами.

Цзян Мин взял листок, развернул и, пробежав глазами по тексту, воскликнул:

– Лао Тань, ты отказался от наследства Гун Ямэй?!

– Да, – спокойно ответил Тань Юн. – Вчера я поручил адвокату Фэн Чжэну оформить отказ. Это официальное уведомление с печатью юридической фирмы. Можете позвонить в «Хуасин» и проверить.

– Что за разговоры? Конечно я тебе верю, проверка не нужна. Просто не ожидал такого… Лао Тань, неужели ты отказался от наследства, только чтобы продолжить расследование?

– Именно так.

– Не понимаю… Это дело для тебя настолько важно?

Тань Юн ненадолго задумался.

– Причин много. Но главное – я не могу.

– Не можешь что?

– Спокойно смотреть, как убийца продолжает бесчинствовать, а я в это время получаю миллионы, живу в свое удовольствие и делаю вид, что ничего не происходит. Так я не умею.

– Но расследованием же занимаюсь я! Разве ты мне не доверяешь?

– Конечно доверяю.

– Тогда почему ты так рвешься вести дело лично?

– Капитан Цзян, боюсь, вы не поймете моих чувств, – горько усмехнулся Тань Юн. – С детства я зачитывался детективами, мечтал раскрывать преступления, как герои этих книг. Поступил в полицейскую академию, стал следователем – думал, мечта сбылась. Но прошло двадцать лет, а я так и не раскрыл ни одного громкого дела. Если бы только это… Но теперь у меня перед носом серия убийств, а преступник – человек, которого я считал другом! Мы встречались, а я не разглядел его сущности. Позволил безнаказанно убивать снова и снова! Оставаться в стороне в такой ситуации – для меня настоящая пытка. Если я не раскрою это дело сам, не схвачу подлеца своими руками, то до конца дней буду жить с клеймом позора и считать себя никудышным полицейским и жалким человеком.

Цзян Мин долго смотрел на Тань Юна. Наконец он слегка кивнул:

– Я понимаю тебя, Лао Тань. Но задумывался ли ты вот о чем – даже если ты откажешься от наследства и возьмешь дело, это не гарантирует, что ты его раскроешь.

– Задумывался.

– Тогда, если ты откажешься от огромного наследства, но так и не поймаешь убийцу, разве ты не будешь сожалеть еще больше?

– Да, и не просто сожалеть – возможно, даже раскаиваться. Я ведь обычный человек, такие деньги для меня не пустой звук.

– Если ты все это осознаешь, зачем тогда идешь на такой шаг?

– Я хочу проверить, смогу ли таким отчаянным способом найти в себе скрытые резервы. Другими словами – чтобы потом не жалеть, я клянусь поймать этого убийцу и раскрыть дело!

Искренность Тань Юна потрясла Цзян Мина, вызвав в нем сложную гамму чувств. Он кивнул:

– Я понял. Тогда я сейчас позвоню начальнику Чэню и доложу ситуацию. Жди меня в кабинете.

– Хорошо.

Тань Юн развернулся к выходу, но Цзян Мин остановил его:

– Лао Тань…

– Что?

Цзян Мин на секунду застыл с приоткрытым ртом, затем махнул рукой:

– Ничего… Иди.

Когда дверь кабинета закрылась, Цзян Мин, глядя вслед Тань Юну, прошептал:

– Ты единственный за все эти годы, кто вызвал у меня настоящее уважение.