О л ь г а И в а н о в н а — воспитатель в молодежном общежитии.
Н и н а — молодая работница.
В и т я К о в а л е в }
М и ш а К р а п и в и н } — молодые рабочие.
З е в а л к и н — комендант общежития.
Т е т я Д у с я — уборщица общежития.
Ж а б и н — слесарь, 35 лет.
Часть комнаты в молодежном общежитии. Стол, три стула. Зеркало. На переднем плане прибранная койка. Витя Ковалев закончил чертеж.
В и т я. Все! Еще один зачет с плеч!.. Подпишем: «Виктор Ковалев, студент третьего курса заочного отделения». (Дирижируя линейкой, напевает туш.)
Входит Миша Крапивин, на нем новый костюм, на ремешке фотоаппарат. Витя не замечает Мишу и продолжает петь.
М и ш а. Вам «Скорую» или сразу психиатра?
В и т я (показывая чертеж). Свершил!
М и ш а. А ну… (Рассматривая чертеж.) Молодец! Работа на пять!..
В и т я. Согласен на четыре, только бы сдать.
М и ш а. Сдавай, но… не сдавайся!.. А сейчас быстро облачайся в новый костюм — и грациозно шествуем в парк. (Прихорашивается у зеркала.)
Стук в дверь.
В и т я. Входите!
М и ш а. Прошу!..
Входит Ольга Ивановна.
О л ь г а И в а н о в н а. Здравствуйте, товарищи!
М и ш а. Здравствуйте, Ольга Ивановна! (Раскланивается, размахивая чертежом.) Примите наш токарно-универсальный, заочно-студенческий привет!
О л ь г а И в а н о в н а. Ну и артист ты, Миша! Тебе бы не в политехническом учиться, а в киностудии «Мосфильм» сниматься.
М и ш а. Не возражаю!.. Прошу командировочку!.. И через год с треволнением и затаенным дыханием будете смотреть цветной широкоэкранный фильм с моим участием!
О л ь г а И в а н о в н а. В главной роли?
М и ш а. О чем спрашиваете, Ольга Ивановна?! Конечно!..
О л ь г а И в а н о в н а. Тогда все!.. Поезжай… Только нас не забывай и фотографии пришли… на память.
М и ш а. Вам лично с автографом «Михаил Крапивин». (В сторону Вити.) Остальные купят в киоске на собственные студенческие сбережения…
О л ь г а И в а н о в н а (села у стола). Ну, это дело впереди… А вот сейчас как успехи?
М и ш а (показывая чертеж). Замечательно! Отлично! Вот!.. Глаз радуется! На пять!
О л ь г а И в а н о в н а. Так это у Ковалева… А у тебя даже на шесть… Две троечки… по двум предметам. Знаю!
М и ш а. Ольга Ивановна!.. У вас всевидящее око. Но умоляю: не омрачайте вдохновения юных сердец! Мы стремимся на танцевальный фестиваль…
О л ь г а И в а н о в н а. В парк? А кто за вас в спектакле играть будет? В девять часов в клубе репетиция, а в воскресенье ваш драмкружок едет в колхоз «Заря».
В и т я. Вот это да!.. Мы же роли плохо знаем, Ольга Ивановна.
М и ш а (оправдываясь). Сами понимаете, Ольга Ивановна, роли учить некогда… Экзамены, зачеты…
О л ь г а И в а н о в н а (ему в тон). Кино, танцевальная площадка… Ну и Ниночку проводить надо…
М и ш а. Ольга Ивановна!.. К чему упреки, подозрения?!
В и т я. Попался, Мишка!
М и ш а (сел и поднял руки). Сдаюсь!..
О л ь г а И в а н о в н а. То-то! Вот опять принарядился. Хороший костюмчик! Приятно посмотреть… В пьесе-то кого изображаешь?
М и ш а. Не говорите! Роль у меня маленькая, но совершенно отрицательная… Изображаю отрыжку прошлого — отъявленного жулика. Это с моим-то благородством!
В и т я. А у Нины роль положительная, и по ходу действия она зафиксирует Мишке оплеуху с обеих сторон.
М и ш а. Ну, вот видите… И после этого иди ее провожать.
За сценой голос Жабина: «Тетя Дуся!»
О л ь г а И в а н о в н а. Вот, пожалуйста, Жабин проспался и снова навеселе!..
М и ш а. Невероятно, но факт!
В и т я. С утра пораньше…
М и ш а. Сила привычки, Ольга Ивановна. А привычка — вторая натура!
О л ь г а И в а н о в н а. Эта привычка каждый выходной, да и на недельке прихватывает…
М и ш а. Изумительно верно, Ольга Ивановна! Разделяю ваше возмущение!.. Сочувствую!..
О л ь г а И в а н о в н а. А толку-то от твоего сочувствия?! Вчера Жабин проспал и опоздал на работу, а мастер ко мне с претензией, Я виноватой оказалась — не разбудила Жабина… Нашли няньку!.. Мужику за тридцать, а его сунули в общежитие и думают ладно!.. (Посмотрела на часы.) У!.. Засиделась я у вас. У девушек скоро кружок кройки и шитья… А вы на репетицию не опаздывайте!
М и ш а. «Будь сделана!»
Ольга Ивановна: Я тебе дам «будь сделана»… Тоже мне Райкин! Ладно, шутки в сторону… Я надеюсь на вас.
М и ш а. Будь… Будьте уверены, Ольга Ивановна.
О л ь г а И в а н о в н а. Ну, то-то! Смотри у меня! (Ушла.)
В и т я (торопливо роется в ящиках стола). Выходит, потанцевали?.. Я и роли-то не найду…
М и ш а (недовольно). Обе у меня под подушкой… (Достал роли и бросил их на стол.) Вот!.. Танцуй в общежитии.
В и т я (весело). Погоди!.. Наша сцена в первом действии, а в ухо ты схлопочешь во втором… И когда ты будешь получать справа и слева, я буду уже на танцевальной площадке! (Напевает и приплясывает.)
М и ш а. Издеваешься, балерина?! (Останавливает Витю и усаживает его за стол.) Садись!.. Вот твоя роль, это моя… Я Гвоздиков — стопроцентный плут, ты Опенкин — начинающий нарушитель общественного порядка. Сидят в ресторане, пьют коньяк. Гвоздиков совращает Опенкина. Начинаем! Только с выражением и полным голосом. (Взъерошил волосы и читает по роли.) «Я тебе так скажу, Опенкин… Ты против меня в этом деле инфузория».
В и т я (читает по роли). «Позвольте, Яков Кузьмич…»
М и ш а (читает по роли). «Не позволю!.. Что значит работник снабжения и сбыта?.. Работник снабжения и сбыта — фигура!.. Я, брат, в свое время такие мани… манипуля…ляции соображал… сейчас самому страшно и удивительно!.. Бывало, директор вызывает и деликатно просит. Обрати внимание: просит, а не приказывает. Срочно требуются остродефицитные предметы роскоши: мебельные гарнитурчики, телефончики, патефончики, абажурчики и т. д. Все! Гвоздикову повторять не надо. Всю эту антимонию анализирую и соображаю предстоящую операцию: гвозди сюда, кирпич туда, пиломатериалы тому, оконное стекло этому… И на другой день пожалуйста!.. Обмен веществ — и все как в сказке!.. Вот это и есть мани… манипуль…ляция… Ясно?.. Давай выпьем…» (Наливает из графина воду в два стакана.) Эх ты, Опенкин!.. Я тебя о чем прошу?.. Сообрази сто листов кровельного железа, два ящика гвоздей и три эмалированных ванны… Реализуем прямо «налево»… Финансы поровну, магарыч мой… Понял? (Пьет воду.) Будь здоров!..»
В и т я (читает по роли). «Так ведь за это к прокурору, Яков Кузьмич».
М и ш а (читает по роли). «Не надо преступлений, Опенкин!.. Больше фантазии, воображений!» (Обнимает Витю.) Эх, Опенкин Вася!.. Не понимаешь ты меня!.. (Показывает на графин.) Я ведь за этот вирус пострадал… А какой талант был! (Поднялся со стула, трагически декламирует.) «О люди, люди!.. Ваши сердца — камень!.. Ваши слезы — вода!.. Поцелуй ваш — кинжал в сердце!..» Так в трагедии у господина Шиллера написано… А меня выгнали… по собственному желанию… Где справедливость?!»
В и т я. Мишка, а вроде получается?
М и ш а. Не подкачаем!
За сценой голос тети Дуси: «Я за Жабиным прибирать не буду…»
В и т я. Тетя Дуся к нам идет.
М и ш а. Слушай!.. Дальше у нас сцена с официанткой. Давай разыграем перед ней?
В и т я. Только роли в сторону!
Стук в дверь. Витя и Миша сидят за столом со стаканами в руках. Входит тетя Дуся со шваброй, ведром и тряпкой.
М и ш а (обнимая Витю). Эх, Вася! А какой я талант был… (Пытается посмотреть в тетрадь, Витя препятствует ему.) Где справедливость?! Эх, люди, люди!.. Слезы льются, как вода… по собственному желанию… Дай я поцелую тебя, как в трагедии!..
Т е т я Д у с я (опустила на пол ведро и швабру). Господи!.. Что это с вами, ребятки?!
В и т я (со стаканом в руках становится на колени перед тетей Дусей). Не говори, что молодость сгубила, что ревностью истерзан я твоей!.. Зачем ты, безумная, губишь того, кто увлекся тобой?!
Т е т я Д у с я. Да ты что, Витенька? Милый ты мой! Встань, встань!.. Что ты, голубчик?.. Миша, подними друга-то!..
М и ш а (тоже падает на колени). Офелия!.. О, нимфа!.. О, помяни меня в твоих святых молитвах!..
Т е т я Д у с я (обиделась). Господи!.. От кого, от кого, а от вас не ожидала такого… И все это от Жабина! Пойду коменданта приведу! (Быстро уходит. Оставила швабру и ведро.)
В и т я. Получилось! Сейчас зрителей набежит!
М и ш а. Вход по билетам! Я кассир!
За сценой поет Жабин: «Выйди на крылечко, милое сердечко…»
В и т я. Внимание!..
М и ш а. К нам приближается морально неустойчивое существо!
В и т я. Это существо вчера Алешку Невзорова напоило… А мы — товарищи — помалкиваем…
М и ш а. Может, пригласим, побеседуем? Он нам споет. Организуем ансамбль под названием «Шумел камыш» и будем гастроли давать.
В и т я. Да ну тебя!.. Я серьезно… Алешка пьяный в столовую пришел, Ольге Ивановне нагрубил… Стыдно!
Открывается дверь. На пороге стоит Жабин. Ворот его рубашки расстегнут. Он навеселе, но не пьян.
М и ш а. Вот он! Собственной персоной… (Жабину.) Один момент! (Фотографирует Жабина.) Мерси! Готово!..
Ж а б и н. Голуби мои, здравствуйте!.. Вот это, я понимаю, компания!.. Ну, как?.. Причастились?..
В и т я. Прежде чем войти, надо постучать в дверь.
М и ш а. Послушай, Жабин! На кого ты похож? Без галстука, небритый!..
Ж а б и н. Выпил… Ну, ей-богу, выпил!.. А галстук — ерунда, потерял… Куплю, милый, куплю… Завтра побреюсь. Только не гоните меня из компании… Я и постучаться могу… Пожалуйста!.. (Возвращается к двери и стучит.) Вот и все… Я угощаю, с меня полагается. (Сел между Витей и Мишей.) Ну, как живем?.. У вас койка свободная? Я к вам… только к вам. Меня сейчас Ольга Ивановна воспитывала… Выселять собирается… А я с удовольствием — к вам… А в коридоре тетя Дуся свои функции объявляет… «Пьяные, — кричит, — в седьмой комнате»… Вот я и пришел посочувствовать… (Обнял Витю и Мишу.)
В и т я (сбросил с плеча руку Жабина). И вовсе мы не пьяные!
Ж а б и н. Ну, это ты брось!.. Я в скважинку смотрел, когда вы перед мадам Дусей на четвереньках крутились… Она за комендантом помчалась.
М и ш а (решительно). У нас хочешь поселиться?
Ж а б и н. С превеликим удовольствием… Вот на эту коечку! А то поселили с Невзоровым… Ну, какая он мне компания?! Лежит, стонет…
М и ш а. Переселяйся!
Ж а б и н. Милые вы мои!.. Пошли за моим чемоданишком. Это же веселый случай!.. Сейчас новоселье справим!.. Выпьем, закусим, картишки организуем… Полная физкультура состоится! Я у вас водички выпью? (Наливает из графина воду и пьет.)
М и ш а (тихо Вите). Из общежития его не выпустим… (Жабину.) Пошли!..
Ж а б и н. Прошу, голуби! (Предлагает взять его под руки.) «Эх! Выйди на крылечко, милое сердечко!..»
М и ш а (подпевает). «Сердцу будет веселей». (Переглянулись и крепко подхватили Жабина под руки.)
Ж а б и н. Ой, братцы!.. Полегче!..
Миша и Витя уводят Жабина. После паузы входит тетя Дуся.
Т е т я Д у с я. Ушли… Видно, от стыда сбежали… Сейчас комендант явится. (Продолжает уборку.) Где-то у нас в этом вопросе закорючка получается…
Входит Жабин с чемоданом.
Ж а б и н. Привет Евдокии Семеновне!
Т е т я Д у с я. А ты зачем тут?
Ж а б и н. Переезжаю в номер-люкс на совместное житье с дружками… (Трет руки.) А у них силенка есть!.. Буду за старшего… А ребяток командировал за согревающей влагой.
Т е т я Д у с я. Согреть бы тебя по загривку! (Замахивается тряпкой.) Вот мокрой тряпкой!
Ж а б и н. Осторожно!
Т е т я Д у с я. Ты чего ребят с доброго пути сбиваешь? Ведь они юнцы, а ты взрослый мужчина, алименты с тебя каждый месяц вычитают.
Ж а б и н. Евдокия Семеновна, будьте равнодушны к данному явлению жизни.
Т е т я Д у с я. Да и самого-то тебя жалко… Ведь ты все-таки, как-никак, человек.
Ж а б и н. Это точно!
Т е т я Д у с я. А вот совести-то в тебе нету.
Ж а б и н. Это как же?
Т е т я Д у с я. А вот так же!.. Баламут ты окаянный!..
Ж а б и н. Гражданка уборщица, прошу без оскорблений! Вы обслуживающий персонал и стойте на своем посту… а мою автобиографию не изучайте…
Т е т я Д у с я. Я тебе дам без оскорблений!.. (Сует ему швабру.) А ну, подметай сам, если переехал… Ишь новосел выискался! Я за тобой третий раз прибирать не буду… А завтра в цех пойду жаловаться на тебя!
Ж а б и н (сел на свой чемодан). Ну-ну, полегче!..
Т е т я Д у с я. Ничего!.. Приду в цех и заявлю: не уважаю вашего Жабина — и все как есть выложу… Вот тебе и будет биография!.. Не помогут — по партийной линии пойду… Мети! Чего сидишь? Глаза бы на тебя не смотрели! Смутьян!.. (Ушла.)
Ж а б и н. Ненормальная тетя!.. Иди жалуйся!.. Не понимает! Я же на свои пью… (Водит шваброй по полу.) Хватит! (Бросил швабру на пол.) Пойду птенчиков встречать… «Выйди на крылечко, милое сердечко…» (Напевая, уходит.)
После паузы входит тетя Дуся и комендант Зевалкин. У Зевалкина потрепанный портфель.
Т е т я Д у с я. Батюшки!.. Чего Жабин-то натворил!.. (Подбирает швабру.)
З е в а л к и н (показывая на пол). Это недопустимо!..
Т е т я Д у с я. Товарищ Зевалкин, когда порядок у нас будет?
З е в а л к и н. У тебя, Семеновна, в коридоре только одна лампочка. Темно. Это тоже недопустимо! (Прошел к столу и сел.)
Т е т я Д у с я. Так ведь я утром у вас была, просила…
З е в а л к и н. Плохо просила! Надо было акт составить… Комиссией подписать… Отказал!.. На то я… администрация… А ты не унимайся, стой на своем. Вот и договоримся… Это допустимо… Рассказывай по порядку. Во-первых: кто здесь живет?
Т е т я Д у с я. Два паренька… Витя Ковалев и Миша Крапивин… Токари…
З е в а л к и н. Это какие?.. Один высокий, рыжеватый, а другой маленький, черненький?
Т е т я Д у с я. Оба ровненькие… Заочно в институт ходят… Учатся…
З е в а л к и н. Это допустимо.
Т е т я Д у с я. А вот сегодня свихнулись… Пришла к ним прибираться, а они в обнимку сидят и свету белого не видят… Миша-то Витьку Васей зовет… А тот повалился мне в ноги… Молодость, — говорит, — меня сгубила, не ревнуй меня… Это мне-то!.. Я было его успокаивать, а тут Миша тоже на колени пал… Феней меня величает… Феня, — говорит, — помолись за меня…
З е в а л к и н. Это недопустимо!..
Т е т я Д у с я. Сроду такого не видывала!.. От Жабина это все! Вы его в общежитие пустили. А он вот уже в третью комнату переселяется, и все ему с рук сходит.
З е в а л к и н. Временно до подыскания жилплощади… Это допустимо.
Т е т я Д у с я. Временно!.. Второй месяц живет. Один беспорядок от него!
З е в а л к и н. Ну, ладно, помолчи… Претензии предъявляют?
Т е т я Д у с я. Ничего не предъявляют… (Показывает на репродуктор.) Вот радио не говорит.
З е в а л к и н. Испортили?! Это…
Т е т я Д у с я. Да нет!.. В коробочке что-то стряслось.
З е в а л к и н. Проверю. Влюбленные имеются?
Т е т я Д у с я. Как понять-то вас, Аким Григорич?
З е в а л к и н. Ну, может, по сердечной линии неувязка? Вот и приняли порцион для облегчения нервной системы.
Т е т я Д у с я. Что вы, товарищ Зевалкин?.. Ничего такого не замечалось… Самостоятельные, дружные ребятки были. Оба опрятные…
З е в а л к и н. Ясно!.. Помолчи, это допустимо.
Т е т я Д у с я. Господи! Да как молчать-то? Вот ушли выпившие… Душа ведь за них болит… Сейчас экзамены, за уроками сидеть надо, а Жабин их за водкой послал!
З е в а л к и н. Это недопустимо!
Т е т я Д у с я. Товарищ Зевалкин… Аким Григорич, я завтра в цех пойду… Пусть начальник к нам зайдет… Ведь его ребятки-то здесь живут.
З е в а л к и н. А что, пожалуй и так!.. Это…
Т е т я Д у с я. А может, до самого директора дойти?.. А?
З е в а л к и н. Ты что?! В своем уме?! Сообразила! К директору! Директор с кого спросит?.. С меня!.. Это недопустимо…
Т е т я Д у с я. Ольгу-то Ивановну жалко… Она, милая, всю душу им отдает, как мать родная… А вот помощи-то, видно, мало получает.
З е в а л к и н. Все?
Т е т я Д у с я. Пока все…
З е в а л к и н. Так!.. (Взял репродуктор, повернул включатель.) Молчит… (Что-то повертел, постукал.) Молчит!.. Это недопустимо!.. (Достал блокнот, пишет записку.) Вот иди на склад… Получишь лампу и новый репродуктор. Лампу ввернешь в коридоре, репродуктор поставишь на месте… (Строго.) К нарушителям я применю психическое воздействие и прочее!.. (Собирает бумаги в портфель.) А пока справляйтесь своими силами… Будут осложнения, звони ко мне по телефону… Это допустимо!.. (Ушел.)
Т е т я Д у с я. Осложнения!.. Дозвонишься до тебя… Чуть что, так один ответ: некогда, справляйтесь своими силами… Только и знает: допустимо!.. недопустимо!.. (Отодвинула чемодан Жабина с прохода к шкафу.) Эх, чемодан, чемодан!.. К нехорошему ты хозяину попал… намаешься с ним за свою жизнь!..
Стук в дверь.
Т е т я Д у с я. Кто там еще?
Входит Нина.
Н и н а. Здравствуйте, тетя Дуся!.. А где мальчики?
Т е т я Д у с я (с горечью). Нет уж!.. Теперь, видно, они не мальчики, а самые что ни на есть…
Н и н а (встревоженно). Что случилось, тетя Дуся?
Т е т я Д у с я. Напились!
Н и н а. Не может быть! Я недавно видела Мишу… Когда же он мог напиться?..
Т е т я Д у с я. А долго ли… да с непривычки… Вот стаканами глушили…
Н и н а. Им же на репетицию в клуб!..
Т е т я Д у с я. Какая тут тебе репетиция! С Жабиным дружбу завели! Комендант говорит, что от влюбленности это, психически значит, и прочая нервная система… Применять собирается!
Н и н а. Нет, нет, не может быть!.. Они же оба дружинники!.. Тетя Дуся, вы что-то путаете!..
Т е т я Д у с я. Ничего, моя милая, не путаю! И чего это люди здоровья не жалеют, молодость свою калечат?! Напьются — себя позорят, товарищей не уважают. Таким жить да радоваться, а они за вино принялись.
Н и н а (вынула из кармана фотографию, рассматривает). Эх, Мишка, Мишка!.. Никогда не думала, что ты…
Т е т я Д у с я. Что это у тебя?
Н и н а (в раздумье). Сейчас фотографии получила… Мы недавно фотографировались… Прибежала показать… А он такой!.. Нет! Все, все порву… на мелкие кусочки!
Т е т я Д у с я. Постой, погоди!.. Дай-ка посмотреть, как получились.
Н и н а (грустно). Я не очень, а он хорошо… Вот смотрите…
Т е т я Д у с я (рассматривает фотографии). Ну, прямо красавец! Красавец, да и только!..
Н и н а. Все равно порву!..
Т е т я Д у с я (строго). Ему не показывай!.. И пока на правильный путь не вернется, никаких с ним делов и дружбу врозь… А рвать не надо. Хорошие карточки… Это же память! Держи! (Подает Нине фотографии и репродуктор.) Пойдем, мне к кладовщику надо… (Забирает свои вещи.)
Н и н а (уходя). Тетя Дуся, не могу поверить!
Т е т я Д у с я. Спьяну-то мне в любви признавались!.. Как есть стиляги, охальники… Безобразие одно! (Уходят.)
После паузы входит Жабин.
Ж а б и н. Эта тетя Дуся — довольно вредная особа!.. Сейчас опять мою фамилию по всему общежитию произносит… Никого не обижаю… И чего пристала?.. А студентов, нету… Зря им денег дал… Пропьют, ей-богу, пропьют… (Сел на кровать.) Нет! Так дальше не пойдет… Тут дисциплина требуется, да покрепче!.. (Посмотрел на себя в карманное зеркало.) Ух!.. А рожа, действительно, того!.. Эх, скучно!.. (Ложится на кровать.)
После паузы стук в дверь.
Еще этого не хватало! Объясняйся с каждым… (Укрывается одеялом с головой.)
Входит Нина. В руках у нее репродуктор.
Н и н а. Подожду его здесь и все, все ему выскажу. (Принимает Жабина за Мишу.) Миша!.. Послушай, как ты можешь? В одежде, в ботинках валяешься на постели… Гадко!.. С кем дружбу завел? С Жабиным! Думаешь, с такими, как Жабин, не справимся? (С силой.) Вот честное комсомольское справимся!.. Найдем управу!.. Почему ты молчишь? Притворяешься спящим? Стыдно? Мне смотреть на тебя противно! Пьянчужка несчастный!.. (Идет к двери.)
Навстречу Нине вбегает Витя. В руках у него небольшая карикатура на Жабина и завернутая в бумагу бутылка с нарзаном.
В и т я. Ниночке привет!
Н и н а. Вот и приятель явился… Дружок!.. Не хватало только Жабина… Не стыдно?!
В и т я. А в чем дело, Ниночка?
Н и н а (показывая на бутылку и на Жабина). На похмелье принес?
В и т я (поставил бутылку на стол). Для дружка крайне необходимо!
Н и н а. Погоди!.. (Подходит близко к Вите.) Ты трезвый?
В и т я. А почему я должен быть пьяным?
Н и н а (показывая на Жабина). А Крапивин?
В и т я (угадывая ошибку Нины). Крапивин?.. Ах да, Крапивин? Ну, у него другое дело… Скоро репетиция, по ходу пьесы ему полагается… Вот он и приготовился натурально…
Н и н а. Пьяный пойдет в клуб?
В и т я. В клуб пьяным не полагается. Или, как изрекает наш уважаемый комендант, недопустимо! А я вот на него карикатуру накатал. Проспится — полюбуется. (Прикрепляет карикатуру где-то около кровати.)
Н и н а (не обращая внимания на карикатуру). Твоего друга Крапивина самого бы крапивой, да как следует!
В и т я. Пожалуйста!.. За неимением крапивы вручаю его собственный ремешок. (Подает Нине ремешок.)
Н и н а (шлепает ремешком Жабина). Болван!..
Ж а б и н (сбросил одеяло). Братцы, так нельзя!
Н и н а (бросилась к двери). Ой!
Вбегает Миша.
М и ш а (преграждает Нине путь). Стой! Куда?
Н и н а. Ой!.. Миша!.. А я думала, это ты!
М и ш а (притворно). Я?! И ты могла на меня подумать?! (Из роли.) «Ты перед сном молилась, Дездемона?!»
Н и н а. Прости, Мишка! Ну, пожалуйста, прости! Понимаешь, так получилось… Тетя Дуся такое рассказала про вас… Вы же ей в любви объяснились…
В и т я. Что было, то было!
М и ш а (показывая на карикатуру). Да ты полюбуйся, чья эта подозрительная личность!
Ж а б и н (всматривается в рисунок). Это, похоже, я, ребятки?
М и ш а. Вы угадали!.. Только без галстука. Походит?..
Ж а б и н (застегивает ворот рубашки). Ребята, водички у вас можно?
В и т я (развернул бутылку). Вот, пожалуйста, нарзан! Освежает!.. (Откупорил бутылку.) Шипит!.. (Наливает стакан Жабину.) Прошу.
Ж а б и н (пьет). И все?..
В и т я. Пожалуйста еще стаканчик!
Ж а б и н. Хватит!
М и ш а. А вот, извольте, галстук! (Вынул из кармана сверток с галстуком.) Разрешите примерочку? (Надевает галстук Жабину.) Прелесть! А как облагораживает!.. Даже такую абстрактную физиономию!
В и т я (Жабину). И получите сдачу. (Кладет деньги в карман пиджака Жабина.)
Ж а б и н (поднялся с кровати). В расчете, значит?..
М и ш а. Нет!.. За вами должок… С пьянкой кончать!..
Ж а б и н. Это что же, детский сад получается? Ведь я на свои пью… Чинно, благородно… Никого даже за френчик не задеваю… Всего-навсего лично выпил…
Н и н а. А Невзорова кто вчера напоил?
Ж а б и н. Опять же ему для голоса… Парень он певучий, много песен знает…
Н и н а. Певучий!.. На все общежитие «Шумел камыш»!
Ж а б и н. Действительно, было исполнено… но ведь чинно, благородно…
В и т я. Вот что, Жабин! Мы не советуем вам втягивать наших ребят в это болото! Церемониться не станем. Будет вам и чинно и благородно!..
Нина и Миша рассматривают фотографии.
Ж а б и н (поднял свой чемодан). В таком разе давайте пойдем…
Вбегает Ольга Ивановна. Села у стола.
О л ь г а И в а н о в н а (встревоженно). Что здесь происходит?
М и ш а. Все в порядке, Ольга Ивановна… Нина принесла нам репродуктор… Жабин в гости зашел…
Н и н а (показывая на карикатуру). А это Витя нарисовал Жабина.
О л ь г а И в а н о в н а. А где пьяные?
В и т я. Пьяных нет. Даже Жабин нарзан пьет…
Н и н а. Они роли учили, Ольга Ивановна.
О л ь г а И в а н о в н а. Чего же мне Зевалкин наболтал? (Жабину.) А ты с чемоданом в гости пришел?
Ж а б и н (оправдываясь). Малость запорчик попортился… У ребят инструмент брал.
О л ь г а И в а н о в н а. Исправили?
Ж а б и н (трет руки). Ничего… Симпатично получилось… Пойду, у меня сосед болеет…
О л ь г а И в а н о в н а. Соседа твоего вот к ребятам переселим… Согласны?
М и ш а. Вполне!
В и т я. Конечно!
О л ь г а И в а н о в н а. Общежитие для молодежи — родной дом… (Жабину.) А ты, прямо скажу, вредный сосед… От тебя толку не жди… Пьяный в общежитии — чрезвычайное происшествие!
Н и н а. Позор для всех мальчишек!
О л ь г а И в а н о в н а. И спуску никому не дадим!.. (Жабину.) Ясно?
Ж а б и н. Я чинно, благородно…
О л ь г а И в а н о в н а (Жабину). Рабочую честь пятнаешь, Жабин… Вот с тобой в цехе разберутся.
Ж а б и н. Воспитывать будут?
О л ь г а И в а н о в н а (уверенно). Будут!.. По-рабочему, с наждачком!
Ж а б и н. А я уволюсь… Меня везде возьмут…
О л ь г а И в а н о в н а (показывая на карикатуру). С таким-то плакатом? Едва ли где польстятся… Да и наши не отступятся… Сами тебе и ума, и совести добавят… Давай-ка иди проспись, а утром на работу не опаздывай… Жизнь-то лучше пойдет.
Ж а б и н. Я даже за френчик никого не трогаю… Чинно, благородно могу и уйти… (Пытается снять карикатуру.) Можно взять?.. На память…
М и ш а. На руки не полагается, но в виде исключения — пожалуйста! (Снимает карикатуру и подает ее Жабину.) Прошу!.. Но предупреждаю… (Показывает на фотоаппарат.) Вот здесь вы в натуральном виде. И в случае повторения пройденного увеличим в натуральную величину…
В и т я. И поместим в витрине.
Н и н а. На самом видном месте!
М и ш а. И полностью: имя, отчество, фамилия, место работы, домашний адрес… В общем, исчерпывающие анкетные данные…
Ж а б и н (пошел к столу, закупорил бутылку с нарзаном). Значит, один в комнате останусь?
О л ь г а И в а н о в н а. Нет, не останешься… Из общежития выселим.
М и ш а. И в трезвом виде к нам в гости — всегда милости просим!
Ж а б и н (показывает на бутылку и кладет ее в карман). Эх! На что деньги истратили! (Взял чемодан и идет к двери.)
О л ь г а И в а н о в н а (с укором). Жабин, Жабин!.. Смотреть на тебя тошно!
Навстречу Жабину входит тетя Дуся.
Т е т я Д у с я. Не прижился? А я вот тебе газетку принесла почитать. Про тебя пропечатали!..
Ж а б и н. Литературой не занимаюсь. Некогда…
Т е т я Д у с я (шваброй показывает направление к выходу). Тогда шагай к богу в рай!
Ж а б и н (проходя мимо тети Дуси). Эх ты!.. Дурман-религия. Бога нет!..
Т е т я Д у с я. Без тебя знаю! А вот такие недоумки, как ты, водятся… И сколько от вас неприятности всякой хорошим людям!
Ж а б и н. Я же за свои… Даже за френчик никого…
Т е т я Д у с я. Знаю! Знаю! Отчаливай, чадушко! Не нарушай атмосферу!.. Поворачивай оглобли!..
Ж а б и н. Темнота! (Уходит.)
Т е т я Д у с я. До чего же необразованный пережиток!.. (Воинственно, с шваброй в руках.) А с этими как расправляться станем, Ольга Ивановна?
О л ь г а И в а н о в н а. А с ними за что? Они у нас молодцы!..
Н и н а (весело). Тетя Дуся, они пьесу репетировали.
Т е т я Д у с я (подносит к носу стаканы, нюхает). Запаху нисколечко даже нету… Я и то думаю… Ну, ладно, выпившие… А чего передо мной-то на коленках ползать? В любви мне признаваться?.. Эх вы, озорники!
Н и н а (посмотрела на часы). Мальчики, на репетицию пора! (Берет Мишу и Витю за руки.)
О л ь г а И в а н о в н а. И я с вами… Да!.. Ниночка, ты на Мишу-то в спектакле полегче размахивайся… Переживает парень…
Н и н а. Постараюсь!..
М и ш а (схватился за щеку). Ой!..
О л ь г а И в а н о в н а. Пошли!
Ольга Ивановна, Нина, Витя уходят.
М и ш а (вернулся от двери). Офелия! О, нимфа!
Т е т я Д у с я. А ну тебя!.. Напугал!
М и ш а. Прошу прощения за доставленное переживание! Привет! (Направился к двери.)
Т е т я Д у с я. Погоди-ка, постой!..
М и ш а. Весь внимание!..
Т е т я Д у с я. Карточку-то видел?
М и ш а (показывая на карман). Вот она, здесь!..
Т е т я Д у с я. Смотри береги… Не балуй! И Феней меня больше не называй. Не привыкшая я… Тетя Дуся — куда приятнее!..
М и ш а. До свидания, тетя Дуся! (Убежал.)
Т е т я Д у с я (села у стола). Видно, я обмишурилась маленько… Славные ребятки, самостоятельные граждане.
Вбегает Зевалкин с портфелем.
З е в а л к и н. Ну как, Семеновна, развертывается нарушение спокойствия?
Т е т я Д у с я. Справились своими силами!..
З е в а л к и н. Справились?.. Это допустимо!.. У меня культурненько!..
Т е т я Д у с я. Оно и заметно…
З е в а л к и н. Где?
Т е т я Д у с я. Вот, в газетке, Жабина пропечатали.
З е в а л к и н. Жабина? А ну, дай-ка прочитаю… (Просматривает газету.) Это где же?
Т е т я Д у с я. Вот тут с картиночкой. И вас прихватили.
З е в а л к и н (берет газету, читает). Это ты, Семеновна, написала?! А?
Т е т я Д у с я. Писала не я… но я вполне согласная!
З е в а л к и н. На руководство реагируешь?
Т е т я Д у с я. Это как же понять-то?
З е в а л к и н. Конкретно на меня капаешь?.. Действуешь? Ведь меня сейчас директор вызовет.
Т е т я Д у с я. Без этого нельзя… Обязательно вызовет.
З е в а л к и н (сердито). Все?!
Т е т я Д у с я. Пока все…
З е в а л к и н (размахивая газетой). А это учтем!.. Досконально разберемся!.. (Схватил портфель.) Это… это недопустимо!.. (Убегает.)
Т е т я Д у с я (вслед Зевалкину). А по-моему, очень даже допустимо!.. Осерчал!.. Стреканул, аж ножками задрыгал… (Зрителям, сердечно.) Ну вот, посмеялись и ладно… На пользу это… А дело-то не смешное… В этом вопросе сильное понятие требуется. Совесть в человеке разбудить — он и лучше станет… Это я вам верно говорю! Сообща-то управимся… Пойду… Мне еще прибираться надо. А вам всем доброго здоровья.
З а н а в е с.