Павел Олегович сидел в своём кабинете на рабочем месте, в просторном кресле из чёрной кожи. Он внимательно разглядывал файлы, которые ему прислали из компании его бывшей жены. На экране монитора сменяли друг друга слайды с аналитикой, а так же там был весь процесс создания этого проекта.

Он несколько раз перелистнул слайды, щурясь и вглядываясь в цифры, после чего откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди.

Если поначалу, когда он впервые увидел тот самый ролик, он искренне недоумевал, как такое видео могло собрать миллионы просмотров. То теперь к нему постепенно начало приходить осознание того, что это действительно не случайность, а качественно проделанная работа.

Павел Олегович хмыкнул, снова приблизившись к экрану, и увеличил изображение, рассматривая структуру подачи материала. Сейчас он начинал понимать, каким образом и на что именно была сделана ставка у этих «Белых тапочек». И это было действительно рискованно. Пойти против всех трендов, сделав упор на сильную сторону группы, которая заключалась просто в банальной серьёзности. Они не использовали никаких танцев или ярких эффектов. Не было ни скандалов, ни искусственной драмы. Только закрытие проломов и сражение с монстрами.

— Да такого же пруд пруди! — пробормотал он, качая головой. — Банальщина.

Они не пытались хайпить и не пытались выглядеть вычурно. Группа просто делала своё дело и делала его хорошо. По всей видимости, простые люди почувствовали это. И именно эта простота их и притягивала.

Он уже в десятый раз пересмотрел все присланные файлы и с пониманием хмыкнул.

— Да, это точно не случайность.

Но, что самое интересное, много ли было компаний, которые готовы были идти наперекор трендам? А если ещё взять, что компания Нитакой далеко не самая успешная, то риски возрастают в десятки раз.

— Да, Светуля… — произнёс он тихо. — Узнаю тебя. Только вот…

Павел Олегович упёрся локтями в стол, скрестив пальцы и приложив их к верхней губе. После чего он довольно улыбнулся.

Всё могло оказаться куда хуже, если бы не одно «но». Он знал о секретном оружии бывшей жены. Именно он стоял за всеми её успешными проектами. Всего лишь один обычный человек.

В этот момент раздался стук в дверь. Он недовольно оторвал взгляд от экрана и произнёс:

— Ну кто там? Входите!

Дверь приоткрылась, и в кабинет зашла секретарша. Молодая девушка чуть старше двадцати, с тёмными распущенными волосами. Изначально она собирала их в пучок, но ему больше нравилось именно так. О чем он ей сказал в первую же неделю её работы.

Она держала в руках планшет, готовясь записывать задачи. Поправила очки и произнесла.

— Павел Олегович, — робко обратилась она. — Вызывали?

— Да. Что так долго? — И, не дожидаясь её ответа, он тут же продолжил говорить: — Надо подготовить приказ об увольнении.

В этот момент девушка слегка растерялась, хотя уже знала эту процедуру наизусть. Это было пятое увольнение за неделю.

— Кого? — спросила она, и чуть прикусила губу, чтобы не сказать «кого на этот раз?».

— Ульянова. Я видел, она ходит с животом.

Секретарша на мгновение зависла.

— Не могу сказать точно.

— Зато я могу! — Повысил он голос. — Думаю, она уже на шестом месяце. Надо, до того как она уйдет в декрет, оформить её увольнение. Укажи… кажется, у неё уже было несколько прогулов из-за того, что она ездила в больницу. Так вот, сделай несколько выговоров задним числом и укажи, что она… укажи там что-нибудь! И добавь приписку, что она недостаточно квалифицированный работник. Все эти лишние траты мне сейчас вообще ни к чему. И премии можешь лишить заодно!

— Да, Павел Олегович. Сегодня к вечеру всё будет готова.

— К трем! — Раздраженно произнес он. — Можешь заняться этим вместо обеда. Чтобы документы уже сегодня были у меня на подписи. Поняла?

— Поняла. Могу идти? — спросила она, уже делая шаг к двери.

— Иди, — махнул он рукой и снова уставился в монитор. А потом добавил. — Ах, да. Надо будет ещё один приказ составить. На её место поставишь Иванова. Он как раз без семьи, с ним много проблем не будет. Всё, работать!

Когда девушка вышла, он недовольно продолжил ворчать:

— Живот она не заметила… четыре глаза и ни одним не видит.

После этого Павел Олегович снова уставился в свой монитор, но на этот раз он разглядывал там не группу ликвидаторов. На его экране крупным планом были фотографии сотрудника Светланы Сергеевны.

— Главгер Ультиматович, значит, да? Латыш или эстонец? Хотя, какая разница…

Хмыкнул он, снова откинувшись на спинку кресла.

— Что ж, дорогая, я лишу тебя твоего главного и, как ты думаешь, секретного оружия. Посмотрим, что ты сможешь сделать без него.

* * *

Анатолий устало перехватил коробку с лодкой, подошел к подъезду и набрал номер сорок восемь.

Пока шли гудки в домофоне, он снял шляпу, вытер пот и тяжело вздохнул.

В этот момент, гудки оборвались, послышался шум из маленького динамика, а затем домофон запиликал, подсказывая, что дверь открыли.

Толик поднял коробку с мотором, в очередной раз тяжело вздохнул и поплелся по ступенькам наверх.

Шаг за шагом, медленно, но он в итоге подошел к двери. Не успел он поставить коробку с мотором, как дверь открылась и на пороге показался Главгер и недовольно физиономией. Он оглядел с головы до ног рыбака, глянул на упакованную лодку и коробку с мотором и спросил:

— Где деньги, Толя? Я надеюсь ты не купил на них… это?

Анатолий виновато втянул голову в плечи и произнес:

— Я на электричку опоздал… И на финальном дне не участвовал, — с грустной миной произнес он. — Я знаю, что… мы все тут едим, но… Так вышло, что… Вот. Только это получил… Да и то, не за выигрыш.

Главгер грустно выдохнул, почесал затылок и посторонился, пропуская внутрь рыбака.

— Заходи… Придумаем что-нибудь.

Рыбак зашел внутрь, сгрузил вещи в коридоре и взглянул на Главгера.

— Я там… как бы… — начал он.

— Чай будешь? — устало спросил тот, не дав договорить.

— Буду… — кивнул Анатолий.

Они прошли на кухню, где Главгер выключил уже закипающий чайник, достал кружки и закинул в них по одному дешевому пакетику.

— Ты мог выиграть на этих соревнованиях? — спросил парень, покосившись на рыбака, который пододвинул к себе сахарницу и взял чайную ложку.

— Мог.

— Уверен?

— Да.

Главгер тяжело вздохнул, глянул в кружку, где пыль грузинских дорог постепенно окрашивала кипяток в подобие чая, а затем спросил:

— А хотел?

Анатолий стянул шляпу, расстегнул пуговицу на плаще и с чувством вины произнес:

— Если честно — не очень. Я просто… Дело хорошее сделал. Да и опоздал не специально. Там очередь была за билетами и только одно окно работало. А я с мелочью, вот кассирша и…

— Понятно, — вздохнул Главгер, подул на чай, пригубил и спросил: — А сам как думаешь? Дело стоило пятьсот тысяч?

Рыбак закинул сахар в чай и принялся размешивать, звеня ложкой о кружку. Он поднял взгляд и вздохнул.

— Это просто деньги, Гера… Просто деньги, — заметив как Главгер нахмурился, он принялся пояснять: — Там все как-то… Как-то не так. Все какие-то нервные, злые. Каждый урвать норовит, а рыбалка — это… Это философия.

— Угу… рыба шредингера в ванной у нас плавает, — кивнул с усмешкой Главгер.

— Выиграл другой человек… Ну, с которым мы болтали про рыбалку ночью, до того как таймер кончался. Он и подарил мне лодку с мотором.

Гера тяжело вздохнул, упер локоть в стол и подпер подбородок. Несколько секунд он молчал, а после произнес:

— Ладно… Может продадим кому-нибудь. Они же новые, так?

— Угу…

— Придумаем что-нибудь, — буркнул парень и пригубил обжигающего чаю и вздохнул. Как думаешь, а если бы ты доброе дело не сделал, тебе бы подарили лодку и мотор?

— Сильно сомневаюсь, — шмыгнул носом рыбак, глянул на Главгера и спросил: — Слушай, а ты когда последний раз у костра сидел и звезды рассматривал?

* * *

Автомобиль включил поворотник и повернул во двор дома номер девятнадцать по улице Победы Капитализма.

— Точно тут? — слегка пригнулся Харя и глянул на обычную пятиэтажку.

— Точно, босс, — спокойно произнес Трофим и припарковался у подъезда.

Главарь тяжело вздохнул, покосился на Трофима, а затем глянул на Тоху.

— Из-за вас, идиотов, пришлось самому этим всем заниматься, — проворчал он, тяжело вздохнул и спросил: — Когда он с работы приходит?

— Мы не знаем, босс, — произнес Тоха с заднего сиденья. — Должен в шесть, но старуха тут говорила, что и ночью приходит. Наркоманом его назвала.

— Нашел у кого спрашивать, — буркнул Харя. — Ты бы еще в поликлинику сходил, там спросил. Вам, идиотам вообще ничего доверить нельзя.

— Босс, мы все сделали четко, — с обидой произнес Трофим. — Он просто деру дал как сайгак. А потом на перекресток выскочил, вот мы и…

— Да, а потом обмотали его и в воду скинули, — поддержал его Тоха. — Мы проверяли — он не дышал!

Харя зыркнул на него еще раз, отчего Тоха тут же притих и втянул голову в плечи.

— А кого, вы два дебила, я тогда видел? Двойника? Клона?

— Босс, он был точно мертв! — произнес Трофим. — Там шею так свернуло, что можно себе в задницу смотреть.

— Тогда кто это⁈ — рыкнул харя, указав на Главгера, что спокойно шел с пакетом вдоль довра.

— Босс, он точно сдох! — уперся Трофим. — Зуб даю — сдох он!

— Кто сдох, придурок⁈ Вы кого завалили, кретины⁈ — зарычал Харя и замахнулся кулаком.

Трофим тут же умолк и втянул голову в плечи и с опаской поглядел на главаря.

— Прибью идиотов! — прорычал мужчина, дернул ручку двери и вышел на улицу, встав на тротуаре так, чтобы перегородить путь Главгеру.

Он стоял молча, смотря как парень приближается все ближе. Когда тот приблизился на расстояние достаточное, чтобы разглядеть Харю, то замер.

— Рано или поздно ты не сможешь убежать, — спокойно произнес бандит, наблюдая за эмоциями на лице парня. — Можешь бежать. Ловить не буду. Не та ты рыба, чтобы тебя ловить по городу.

Главгер задумчиво глянул на автомобиль, двигатель которого еще работал, а затем на Харю.

— Я вам ничего не должен. Условия выполнены и…

— Знаешь, в какой-то степени ты прав, — произнес Харя, сунул руки в карманы пиджака и сделал несколько шагов. — Ты заплатил, ты сделал то, за что заплатил. Только вот тот слизень…

— Это твои работники виноваты, а не…

— Это не мои люди его прибили, — не моргая уставился в глаза Главгера бандит. — М-м-м? Кто его убил, Главгер Ультиматович?

Парень промолчал.

Тут Харя усмехнулся и спросил:

— Думаешь мы про тебя ничего не знаем, Главгер Ультиматович Рояль? У тебя есть мать, работа и… — тут он глянул на подъезд, в который направлялся парень. — И доля в квартире.

— Я вам ничего не…

— Ты нанес мне убытки. И ты их оплатишь, — спокойным, но при этом ледяным тоном произнес Харя. — Еще никто в этом городе ни разу не посмел не оплатить моих убытков. Ты понимаешь о чем я?

Харя сделал еще шаг вперед и слегка наклонил голову.

— Мы сломаем тебе ноги. Потом руки. Если до тебя не дойдет, то мы снова сломаем ноги, но уже твоей матери. Потом руки.

— Она здесь не причем… — успел вставить Главгер.

— А мне наплевать! Плевать как будешь страдать. Физически, морально или душевно. Мои убытки должны быть покрыты. Всегда. Ты понял меня?

Тут он сделал еще один шаг вперед, резко выбросил руку и схватил Главгера за шею. Движение оказалось настолько быстрым и резким, что парень его даже не успел заметить. Харя ухватил его за шею стальным хватом и притянул к себе. Уперев свой лоб в лоб молодого парня, он прошипел:

— Убытки должны быть оплачены! Понял?

Главгер промолчал. Главарь местных бандитов же резко отпустил его, отчего парень отшатнулся.

— Деньги принесешь завтра. Мне без разницы как и откуда ты их возьмешь. Если нет — я лично займусь этой неустойкой, — произнес Харя, развернулся и направился к машине, оставив Главгера у подъезда.

Сев в машину, он глянул на Трофима и рыкнул:

— Поехали!

— Куда, босс?

— Двигай к базе, — буркнул Харя.

Водитель поддал газу, проехал сквозь двор и завернул на улицу.

Главарь же задумчиво поглядел в зеркало заднего вида на Тоху, а затем спросил:

— Уверены, что именно его в реку бросили?

— Уверены, босс! — тут же кивнул Тоха. — Я лично привязывал груз! А еще крови было много и…

— Поедете на мост, откуда сбросили, — оборвал его Харя. — Поищете следы. Чем примотали, груз, одежду.

— Так, темнеет, босс, — произнес Трофим.

— Свечки возьмёте, дебилы! — рыкнул на него Харя. — Если это был действительно он, то должны остаться какие-то следы. Будете искать, пока не найдете. Понятно?

— Поняли, босс, — хором ответили подручные.

* * *

Да ну как так-то?

Только я подумал про то, что с этими бандитскими харями вроде как всё на мази, как тут такой тебе приход? Блин, ну вообще не круто. Я тяжело вздохнул, перекидывая пакет из одной руки в другую, и ускорил шаг.

Ещё и матери начал угрожать, утырок! Это он зря. Хоть пока и сам не понимает, какую глупость допустил…

Только вот если после всего произошедшего Харя продолжает давить, значит, он не успокоится, пока я с ним окончательно не порешаю. Подобные перспективы меня нисколько не радовали, однако в голове уже начала появляться мысль, как можно всё провернуть. Точнее, исходов может получиться множество, но каждый из них придётся продумать.

Я не могу позволить себе пускать всё на самотек.

В этот момент я зашёл в квартиру, захлопнув за собой дверь. Ключи бросил на тумбочку. Пакет с хлебом кинул на стол на кухне, а сам прошёл в комнату.

Первым моё настроение заметил Жора. Он сидел на диване, развалившись, и смотрел в телефон. В мой… разблокировка лицом видимо не самая удачная идея…

Толя сидел и пил чай, что-то тихонечко насвистывая.

— Не свисти. Денег не будет. — Хмуро произнес я, и рыбак тут же поднял на меня глаза. Он сделал глоток чая и хмыкнул. Но свистеть перестал.

— А чего на тебе лица нет? — спросил Жора, отложив телефон в сторону. — Снова проблемы?

— Ага. Есть немного. Проблемы не хотят сами собой решаться. Но вы не парьтесь. Я разберусь.

Я перевёл взгляд на Алексея, который сидел на полу в углу комнаты, обмотав свою левую руку туалетной бумагой. Он делал это с такой серьёзностью, будто бинтовал рану. Не знаю, для чего он это делал, но, возможно, он представлял себя мумией. И при этом, время от времени, радостно гыгыкал.

Хммм. А может быть, вот тут его способности мне пригодятся?

В любом случае выбор у меня небольшой. Времени нет. Поэтому придётся действовать.

Я подошёл к своему столу, открыл ящик и начал в нём рыться. Перебрал всякий хлам и наконец нашел гелевую черную ручку. Затем взял чистый лист бумаги и положил его перед собой. Немного задумался. Как бы покрасочнее написать.

Хотяяя… Не зря же говорят, что краткость сестра таланта.

— Гера, может всё-таки нам чем-то подсобить? — обратился Жора, и я заметил, как он переглянулся с Толей. Они видимо уже догадались, что это связано с теми же бандитами.

— Успеете, — буркнул я, не поднимая глаз от бумаги. — Есть у меня идейка. И всё зависит от того, как будут развиваться события. Но пока…

В этот момент Толя встал и направился в туалет.

— Так! — тут же выкрикнул я. — Удочку на стол! В туалет с удочками запрещено!

Толя замедлился. После чего посмотрел на меня, а потом на свою зимнюю удочку в руке. После чего обиженно положил её на стол и как-то грустно вздохнул. Потом он развернулся и направился в туалет, уже без удочки, но с тем же обиженным выражением лица.

Блин, надо бы плакат распечатать что ли. Или вообще свод правил для дома придумать.

— Ладно, — обратился я к Жоре. — Вы голову этим не забивайте. Тебе работать надо, а я пока разберусь с этими наглыми бандюганами.

— Точно? — спросил он, с тревогой в голосе.

— Ну а куда же я денусь? — устало ответил я, после чего снова глянул на Алексея. — Придётся.