#расследушки

Машина у Роберта (если вы забыли, зайцы, так зовут отважного водителя такси, которого не ломает приезжать в логово отца Павла) чертовски старая, но в хорошем состоянии и выглядит весьма брутально — квадратная, здоровенная, на больших колёсах. Сейчас таких не делают, и в городе их не встретишь. Внутри просторно с намёком на роскошь: кожаные сиденья, деревянные вставки, этакий ретрошик. А главное, она проезжает по тому еле видному направлению посреди болот, которое тут считается дорогой. Навигационного экрана в этакой древности нет, так что интерфейс приложения такси висит на закреплённом посреди панели телефоне. Михей устроился рядом с водителем и сидит молча, а я расположилась сзади, на широком диване. Вечереет, в свете фар дорога видна ещё хуже, чем обычно, иногда кажется, что внедорожник просто плывёт по болоту, как катер. Я знаю, что водитель ездил тут не раз, поэтому не волнуюсь, но поднявшийся туман превращает окружающий пейзаж в полнейший сюр.

— Роберт, — спрашиваю я, глядя на экран телефона, — получается, тут нет ни одной деревни поблизости?

На карте навигационного приложения только пунктирная ниточка дороги, по которой ползёт стрелочка такси, зелёная штриховка болот и точка с крестиком, обозначающая церковь.

— Вот такое уединённое место, — отвечает он.

— Тогда зачем тут церковь?

— Из-за кладбища, в основном. Прихода как такового у отца Павла нет, но это как бы не единственное действующее кладбище в округе, остальные оцифровали и рекультивировали. Земля посреди болот никому не нужна, ну и бывают случаи, когда рекомендуется традиционное захоронение в освящённой земле.

— Это что ещё за случаи такие? — мрачно спросил Михей.

— Это вам лучше у батюшки спросить, — отмахнулся Роберт. — Я просто таксист.

— Стоп, — сказала я озадаченно, — а как же тогда дети?

— Какие дети?

— Которые играют на кладбище. Я думала, они из деревни прибегают, но, если деревни не существует...

— А, эти дети... — Роберт замолчал, и я уже думала, что он не ответит, но потом всё же дождалась: — Знаете, есть очень разное «не существует». Не стоит судить о реальности по карте на экране. Даже если всё вокруг стало этим экраном.

Вот такой он загадочный, зайцы мои. Наверное, работа способствует. Таксистов сейчас немного, люди не особо куда-то ездят, и это занятие для тех, кто способен переносить активное присутствие другого человека в личном пространстве. Для людей, инфотоксично устойчивых.

По дороге заскочили на заправку, я тут уже бывала, Роберт часто сюда заезжает. Его здоровенный старый автомобиль потребляет прорву бензина, не знаю, как он ухитряется на нём зарабатывать. При заправке крошечный магазинчик и нечто вроде кафе, точнее, кофемашина и витрина с бутербродами. Всем этим заправляет мужчина средних лет, который ухитряется варить очень приличный кофе. С Робертом они знакомы, что неудивительно, — ни разу не видела, чтобы тут заправлялся кто-то ещё. Ну, то есть наверняка клиенты есть, раз до сих пор не закрылся, но достаточно редкие. В таких условиях поневоле будешь знать каждого в лицо и по имени.

Мы с Михеем взяли по кофе и встали у столика, дожидаясь, пока машину заправят.

— Ты давно знаешь отца Павла? — спросил он меня.

— Кажется, что всегда.

— И как тебя, городскую и молодую, занесло в церковь?

— Я не религиозна, просто... ну... пересеклись однажды. Не помню, как именно, случайно как-то.

— Не помнишь?

— Ну да, это же не вчера было. Думаю, дело в привидениях.

— В каком смысле?

— Я однажды увлеклась историями о призраках, много писала о них в блоге, собирала всякие слухи, подписчикам такое нравится. Наверное, искала консультанта, нашла вот отца Павла.

— Наверное? Ты не уверена?

— Ну что вы пристали? Какая разница?

— Как же сложно с вами, городскими... Так ты, значит, делаешь свой маленький медиабизнес на призраках? Тогда понятно, почему так рвёшься с нами...

— Вы против?

— На вид ты совершеннолетняя, сама за себя отвечаешь, а батюшка сказал, что может быть польза. Лично я бы с удовольствием держался от этой чертовщины подальше, но у меня-то вариантов нет...

— А я просто жутко любопытная! Слышала столько рассказов, но сама ни единого привиденчика так и не видела! Как упустить такой случай?

Ничего не ответил мне Михей, только посмотрел, как на полную дуру. Но плевать, зайцы, мы идём глубже!