#расследушки

Как известно, если долго спускаться по кроличьей норе, то вылезешь у антиподов — это такие ребята, которые ходят на головах. Наверное. (Сама я не видела, а путешественникам верить нельзя: кинокефалы, блеммии, скиаподы и прочие гипербореи тому порукой. Всё, абсолютно всё, зайцы мои, надо проверять лично, чем, собственно, и занимается Белый Кролик.) Но если идти глубже в нашем прекрасном (если не считать погоды) городе-между-морем-и-болотом, то непременно зайдёшь туда, где тебе не рады. Спойлер — мне не рады примерно нигде. Такова обратная сторона жизни блогера-расследователя.

Мизансцена: ночь. Тёмный залив. Вода звучит, как будто кто-то медленно умирает от несварения желудка под аккомпанемент в ля-миноре. Я курю на берегу и плохо думаю о тех, кто в море.

Почему плохо? Потому что иногда они не возвращаются. Им уже всё равно, но каково тем, кто их ждал? Сдалась вам эта рыба? В магазине её полно! Одного из них нашли без сознания в дрейфующем катере, теперь ночью он кричит во сне, днём пьёт как не в себя, пахнет так, словно его высрала селёдка, и падает в обморок при слове «рыбалка». Хотя… Может, это был не обморок? Может, он был сражён моей несравненной красотой? Ладно, я обещала быть честной — скорее всего, зайчатки, он был просто вусмерть пьян.

И всё же, всё же...

«Она теперь с ними. Поёт мне по ночам...» — твердил мне он.

«Кто?» — пытала его я. Я умею быть настойчивой, зайчатки!

«Лида! Моя Лидочка!» — бормотал сей человекобезобразный агрегат для переработки спирта в перегар.

Это было сложно, зайцы мои! Этим вечером ваша самоотверженная БК пила жуткую дрянь в гадком месте, курила как паровоз, чтобы не нюхать то, чем там пахнет, делала вид, что не замечает подмигиваний, отбивалась от унылых подкатов тамошней публики, и всё это ради истории, которую я притащила вам в белых пушистых лапках!

Одежду пришлось сдать в химчистку, потому что она воняла, как обоссанная пепельница, а голову помыть три раза с кондиционером (здесь могла быть ваша реклама), потому что волосы пахли лежалой корюшкой. (Напоминаю: нажав кнопочку «Донат», вы можете слегка компенсировать расходы на поправку меха вашей Белой Кроличке.) Но история того стоила!

Во-первых, выживший рыбак оказался... не рыбаком. Рыбалка была поводом выходить в море. На самом деле, он разыскивал там свою жену! Помните крушение «Северной Жемчужины»? Возвращавшийся в порт малый круизник сбился с курса, пропорол днище о скалу и утонул буквально в полумиле от берега. Никто так и не понял, как это случилось: опытный капитан, который сто раз ходил этим маршрутом, исправный локатор, спутниковая навигация, до порта доплюнуть можно, и... вдруг сворачивает и прёт на скалы! Почти всех пассажиров и экипаж сняли с отмели спасатели, но несколько человек утонули, и тела не нашли. Жена этого «нерыбака», Лида, была среди тех, кто пропал в водах залива бесследно, а сам он спасся потому, что в момент столкновения вышел покурить на палубу, откуда слетел в воду и доплыл до скалы. Видите, зайчатки, курение не только вредно, но и полезно, а вы всё время ругаете вашу Кроличку, что она курит!

В общем, вот вам первый шаг кролика вниз по этой норе: нерыбачок подтвердил то, что шептали в порту: «Чёрные русалки!» Да, да, знаю, следствие установило, что у капитана был нервный срыв, помутнение сознания, что он недавно овдовел и двинулся кукухой, услышав на ночной вахте, что жена зовёт его со скал...

Но слово «русалки» прозвучало, зайцы мои, и моё чуткое кроличье ушко не пропустило его! И вот вам свидетельство: в ту ночь наш нерыбак слышал их! Прямо перед тем, как теплоход свернул с курса, чтобы грянуться об скалы! И не он один! Многие выжившие потом говорили, что со стороны моря доносится жуткое, но необычайно притягательное пение в тумане, а те, что не говорили, скорее всего, просто не хотели прослыть сумасшедшими. Но несколько вонючеватый и изрядно пьющий герой моего вечера пошёл дальше прочих! Потеряв жену, он не просто запил с горя, а купил катер и принялся искать её. Всех пропавших в ту ночь пассажиров признали погибшими, потому что из-за каких-то там течений водолазы не смогли достать тела, но он уверен, что его Лидочка не умерла, а стала русалкой и с тех пор зовёт его по ночам из глубины бухты. «Совсем крыша протекла», — скажете вы, зайцы мои, и будете правы. Но! Эту бухту зовут «русалочьей» давно, а незадолго до крушения «Северной Жемчужины» многие рыбаки слышали «пение» и видели тёмные силуэты на скалах.

В портовых барах рассказывают, что, дескать, утонувшие тогда пассажиры взывают к отмщению. (Не спрашивайте, кому именно, я спросила и такого наслушалась!) В общем, рыбаки пропадают именно там, и Белый Кролик чует своим розовым носиком очередную тайну! Мы идём глубже!