Корней спал с выражением ехидной ухмылки. Рэброг аккуратно надел обруч на голову пришельца и, отмеряя в уме такты короткого времени, командовал Маргуре, какие самоцветы подавать ему для установки в гнёзда обруча. Артефакт был не новоделом, но свои функции выполнял исправно. Хоть Рэброгу ни разу не приходилось использовать его в качестве обучающего языку, но курсы обращения и настройки обруча он в своё время сдал лично графу Бицану Валлей Цирийскому.

Всего гнёзд было двенадцать и чтобы всё правильно сработало, нужно было установить самоцветы в нужном порядке. После установки очередного кристалла обруч наливался определённым спектром цвета и усиливал влияние на мозг разумного. На самом деле этот артефакт был опасен в неумелых руках. Установи камни сразу на обруче и надень на оппонента, то можно было получить пускающего слюни идиота. Потому самоцветы в нужном порядке устанавливались только после фиксации обруча на голове. Обычно артефакт использовался для более глубокого и быстрого допроса подозреваемых нарушителей. И кристаллы устанавливались для такой процедуры дознания в другом порядке.

— Следи за ним неотрывно, чтобы не скинул обруч, — Рэброг выпрямился и, окинув взглядом пришельца, опять растрепал чёлку дочери.

Маргуре молча кивнула и придвинула стул поближе к кровати с пришельцем, так, чтобы вовремя перехватить попытку снять обруч с головы. Стала рассматривать его более внимательно.

Мужчина был высок для обычного человека, лицо не уродливое, ладони не работяги с полей, а более чистые, не как у крестьян, и в то же время не походили на руки воинов. Но всё же были крепкими, с мозолями на кончиках пальцев. Плечи широкие, и грудная клетка вздымалась горкой над телом. Говорило о неплохой физической форме.

Рисунок странного человека с широкой улыбкой, в шутовском колпаке на чёрной тунике с короткими рукавами, при вздохе пришельца создавал впечатление, что он хочет обнять тебя с ехидной улыбкой и утянуть во тьму.

Штаны из крепкой ткани, не похожей на холстину или мешковину, тёмно-рыжего цвета с аляповатым рисунком, как будто листва леса в замирающий период цикла. Если бы на нём была полностью такой расцветки одежда, то очень проблематично было бы обнаружить в лесу. Подумалось орчанке, и она снова более внимательно пригляделась к пальцам пришельца. Нечто похожее можно наблюдать у охотников и егерей, работающих с луком. Но у данного индивидуума мозоли немного не так расположены. Ещё и на правой руке указательный палец имеет потёртость в районе второй фаланги.

Маргуре обратила внимание на стоящую рядом с кроватью обувь. Из отлично обработанной кожи, с высокой шнуровкой, на толстой подошве. Ничего подобного ранее ей не приходилось видеть. О подобном она даже не слышала. Взяв в руки один ботинок, она удивилась его весу. Раза в два тяжелее её сапог из оленьей шкуры, больше похожих на мокасины с высокой горловиной. Помяла плотную кожу, согнула рифлёную подошву и оценила её упругость. Она пружинила под сильными пальцами орчанки. Рельефный рисунок на подошве создавал впечатление надёжного сцепления на неровных поверхностях земли и гор. Узкие верёвки, сплетённые из множества нитей, должны были надёжно фиксировать эту обувь на ногах. Они пронизывали крест-накрест горловину обуви через металлические кольца в отверстиях.

— Кто же ты такой? — Маргуре поставила обувь на пол и присмотрелась к лицу человека.

Неглубокая морщинка от правого глаза к виску. Скорее всего, старый шрам. Нос с небольшой горбинкой. По всей видимости, пару раз сломанный и вправленный хорошим лекарем. Короткие, на два пальца, волосы на голове и лёгкая щетина на лице. Вкупе с обручем и мерцающими кристаллами создавало благородный вид.

Вдруг обруч стал ярко светиться всеми спектрами цвета и, резко мигнув, потух. Все двенадцать самоцветов потемнели и потрескались. Маргуре в панике подскочила, распахнула дверь, крикнула стражникам снаружи звать Командора, а сама тем временем кинулась к пришельцу, в растерянности замерев в изголовье кровати.

* * *

Корнею снился сон, что он на природе вместе с друзьями играет на любимой гитаре репертуар «Король и Шут». Кто-то подходит к нему, представляясь Богом. Ну что поделаешь? У каждого свой псевдоним или, по-простому, кликуха. Стоит принимать это как должное. Хоть и пафосно звучит (Бог). Но внешне человек создаёт хорошее впечатление. Хотя цвет кожи у него не совсем нормальный. Серый с серебристым оттенком. Косплеер, наверное, с золотыми линзами в глазах. Только черты лица неуловимо размытые, не запоминаются. Стиль одежды, так вообще взят из «Звёздных войн». Те хламиды, в которые джедаи одевались. Ещё бы световой меч в руки и проникновенную речь о Силе и юных падаванах. Сходство было бы сто процентное.

— Забавный ты человек, Корней. Меня действительно тут называют Богом, — рассмеялся незнакомец. — Не из тех, к образам которых ты привык в своём мире.

— Да ладно, дружище, не стоит переигрывать, — с ухмылкой отвечаю ряженому. — Поём, пьём, отдыхаем душевно.

Оглянувшись, Бог хитро прищурился. Окружающая обстановка поплыла разноцветными мазками и утонула во тьме. Такой знакомой, давящей ватной тьме. Мозг моментально отреагировал и заставил вздрогнуть от холодного озноба. Я вспомнил свои первые сутки в новом мире: белку, метнувшую в меня шишку, великолепные заснеженные вершины гор, волков, орков и допрос у командора Башни. Множество мелочей, ускользнувших поначалу от внимания во время пути до заставы-поселения. Калейдоскоп событий обрушился водопадом воспоминаний и вымыл чувство недоверия к оппоненту, назвавшемуся Богом.

— Вижу, ты вспомнил и осознал ситуацию, — весело подмигнул Бог. — Мир Кадер — это мир магии и воинов, красавиц и чудовищ в различных обличиях. Вижу, что на красавицах улыбаешься. Тут даже читать твои мысли ненужно, всё на лице написано.

— А как к вам обращаться, уважаемый? — мне непривычно было называть кого-то Богом. На Земле я был больше агностиком, чем атеистом. Но, видимо, тут придётся переквалифицироваться в верующего. Если, конечно, это не бредовые последствия после употребления ягод ворги.

— Разумные называют меня Ирден, Бог разума и магии, — наконец-то представился мой внезапный собеседник. — Теперь я ответственный и буду приглядывать за тобой.

Это похоже на фэнтезийный рояль, о котором снимают аниме с дорамами и пишут книжки, — подумалось мне. Ирден, похоже, прочитал мои мысли и, хмыкнув, продолжил.

— Так вот, повторюсь, на данный момент ты под моей ответственностью. Так получилось, что магический резонанс энергетических линий планеты у подножия гор Зубы Дракона перехлестнулся с линиями твоего мира возле большой реки. И тебе «повезло» попасть в узкую область взаимодействия этого явления, — Ирден заложил руки за спину, как какой-нибудь ректор вуза, и размеренно вышагивал передо мной, читая увлекательную лекцию. — В итоге ты перенёсся за многие тысячи световых лет от своей галактики.

Развернувшись на каблуках, Бог пристально посмотрел мне в глаза, а я потихоньку офигевал, переваривая подробности моего переноса. Это насколько нужно быть «везучим», чтобы так попасть?

— А как же законы физики, инерция и плотность переносимого тела? Я, конечно, высших учебных заведений не оканчивал, но понимаю, что без последствий для биологического организма подобное просто невозможно. Да меня должно было размазать на атомы, — спросил я и задумчиво почесал затылок.

— Хороший вопрос, — расплылся в улыбке Ирден и снова развернулся на каблуках, продолжил лекцию, прохаживаясь передо мной. — Ваша планета истощена в плане магической энергии, но всё же некоторые процессы ещё работают в её общих каналах каркаса. Ты прав насчёт Ваших законов физики, и с большой вероятностью тебя расщепило бы, не попади ты прямо в центр луча, составлявший по вашим меркам в диаметре сечения около двух метров. Стенки энергетического луча сохранили твоё физическое тело, и ещё кое-что поспособствовало этому. У тебя есть свой каркас со спящей до этого момента энергией магии. Он же в свою очередь позволил переработать концентрат из ягод ворги, которые ты так неосторожно съел.

Мало что понял, но звучит прикольно. Получается, что я могу стать тут магом. Тут же представил, как творю всякие чудеса, ношусь по небу, зажигаю фаерболы и метаю молнии. Ух, размахнись рука, раззудись плечо. Всех порву, один останусь. Хотя лучше не наглеть. Тут всё-таки есть реальные боги и, думается мне, пришибут, как надоедливую муху. Так что лучше буду поскромнее.

Ирден тем временем внимательно следил за моим мыслительным процессом и ехидно ухмылялся. Хмыкнув, он осадил мои мечты. Ниже плинтуса.

— Я не имею права наделять тебя знаниями о том, как использовать магию. До всего ты должен дойти сам, — вот и кончилась лафа после этих слов Бога. — Но некоторые благословения и бонусы будут доступны тебе на пути развития. — А нет. Ещё не всё потеряно.

— Я весь во внимании, уважаемый Ирден, — внимательно слушаю импровизированную лекцию, чтобы ничего не пропустить.

— Только от тебя зависит, какой путь ты выберешь, и сам будешь отвечать за любые последствия. От меня будет совет, отправляйся в столицу империи Араналс или ближайший крупный город Рийн. Там есть академии от Гильдии магов, моих адептов. Они помогут раскрыть твой потенциал. Но, как я и сказал ранее, твой путь зависит только от твоего выбора.

— А теперь тебе пора просыпаться и отвечать за испорченный артефакт. Удачи тебе, юный падаван. Да прибудет с тобой сила! — задорно захохотав, Ирден сверкнул золотыми глазами и растворился во тьме.

Вот же ехидный Бог, ещё и плагиатом занимается, — успел подумать я, перед тем как меня понесло с устрашающей скоростью к яркой искре, по мере приближения обретшей форму шарика, потом разросшуюся до планеты с континентами, реками, морями и океанами. В итоге я влетел на территорию таёжного леса, далее в широкую башню и в своё тело, лежащее на ложе. Вокруг суетились разумные с волчицей.

* * *

— Ааа! Какого хрена тут происходит⁈ — заорал я, вскакивая с кровати, попутно оттолкнув звероватого орка с искажённой мордой лица. — Похмелиться есть чем? — Оглядевшись, спросил я у присутствующих, осознав, что всё происшедшее не было сном.

В комнате присутствовали: офигевший Рэброг, ехидно улыбающийся Варген, хлопающая глазками Маргуре, весело виляющая хвостом Каалане и взъерошенный коротышка со странным злым взглядом.

— А чего вы тут все делаете? — тупо спросил я.

После моих слов все отмерли и началось броуновское движение, как в комедиях. Командор хватал воздух ртом и не мог вымолвить ни слова, изображая сердечный приступ. Орчанка засуетилась и в итоге выбежала из комнаты. Ветеран многозначительно, с сочувствием хлопнул по плечу Рэброга. Коротышка побагровел и, наставив на меня палец, стал орать о компенсации за испорченный артефакт. Каалане же весело крутилась вокруг и отвешивала увесистые оплеухи мельтешащим хвостом всем окружающим. Тут вбежала Маргуре с кувшином и кубком, протянула командору. Тот, проигнорировав кубок, схватил кувшин и присосался к горлышку. Коротышка сразу отстал от меня и вцепился в ёмкость, пытаясь отобрать у орка.

— Остановись, зелёный! Это святотатство — так пить гномью настойку! Ты же потом пожалеешь о содеянном! Я с тебя два бочонка потребую как компенсацию, — напрягался коротышка, по всей видимости, гном. В итоге всё же вырвал кувшин и бережно прижал к себе. — Я, как главный казначей, ответственно заявляю: все расходы на покрытие ущерба будут увеличены. Один только артефакт тянет на десяток золотых маго-монет Империи. А настойка? Вы хоть представляете, почему она такая дорогая? — И, горестно покачав взъерошенной головой, удалился.

— Ну вот, теперь можем нормально поговорить без ментального переводчика. — Варген спокойно проговорил в наступившей тишине после ухода гнома.

— Опа. Я вас понимаю, — удивился я и осознал, что говорю на их языке, как будто на родном.

— Это из-за артефакта. Только он не так быстро должен был сработать, — тяжело вздохнув, пояснил Рэброг Варгенсон. — Теперь отчёт нужно писать за испорченный артефакт.

Я только сейчас почувствовал, что голову охватывает обруч. Сняв его, рассмотрел чёрные потрескавшиеся стекляшки или кристаллы. Командор тут же забрал его.

— Это был тот самый артефакт. С его помощью мы привили тебе знание общего имперского языка. Пойдём в зал совещаний, Маргуре, ты тоже с нами идёшь.

Командор развернулся и вышел, а я быстро обулся и последовал за остальными. За дверью к нам присоединились два крепких орка-воина. Видно, что опытные бойцы, отмеченные шрамами. Путь проходил по освещённому шарами каменному коридору с несколькими дверями, тёплый равномерный свет сильно меня заинтересовал. Я чувствовал энергию, но не мог понять какую, хотя вроде как родство ощущалось. Далее спустились по винтовой лестнице на первый этаж и зашли в первую дверь напротив межэтажного прохода.

Сопровождавшие нас пара орков были отправлены командующим на отдых, а мне предложили располагаться в одном из кресел у широкого стола. Внутри зал совещаний представлял собой комнату примерно пятьдесят квадратных метров со стрельчатыми окнами-бойницами. По середине между окон висел портрет какого-то серьёзного орка в кожаной броне. Освещение зала обеспечивали три круглых светильника под потолком. По бокам от двери стояла пара тяжёлых сервантов, сделанных, похоже, из красного дерева, очень ценной породы у меня на родине. У моей бабушки был похожий внешне сервант с застеклёнными дверцами в верхней части и лакированной столешницей с глухими створками внизу.

Рэброг с обречённым видом покрутил в руках обруч и бросил его на столешницу одного из сервантов, отчего из ячеек вывалились растрескавшиеся и почерневшие кристаллы. Махнув рукой, предложил всем рассаживаться вокруг овального лакированного стола на шести мощных опорах. В стороне стояло несколько кресел возле небольшого столика, заставленного кубками и парой кувшинов. Одно кресло выделялось ступенчатой конструкцией до сиденья, и в нём сидел хмурый гном, обхвативший отобранный у орка кувшин с настойкой. Каалане подошла и заглянула ему в глаза, оперевшись лапами на ступеньки.

— Всё нормально подруга, я просто оплакиваю утрату драгоценного напитка, — ответил гном на взгляд волчицы.

— Будет тебе партия гномьей, не раскисай, — командор уселся на своё кресло. — Кстати, познакомься, Корней, это уважаемый мастер-кузнец Пакко Жила Грохочущий Обвал. По совместительству наш казначей.

Я привстал из кресла и представился мастеру-кузнецу, после чего обратил всё своё внимание на Рэброга Варгенсона. Тот, задумавшись, отбивал пальцами такт по столешнице. Потом откинулся на спинку кресла и заговорил.

— Тебе, Корней, придётся побыть нашим гостем, пока не прибудет за тобой представитель одной имперской конторы. Не беспокойся, это не арест, а меры предосторожности, — сделав паузу, он убедился, что я всё правильно понял, и продолжил. — О том, что ты из другого мира, знаем только мы пятеро, не считая тебя. Поэтому лишнего никому не говори. Для всех будет версия о перенесённом путешественнике с северных островов магическим штормом. Такое редко, но бывает. Тем более внешностью ты чем-то похож на северян.

— Небольшая поправочка. Ещё Ирден в курсе, — подняв руку, как школьник на уроках, заявил я.

Варген ухмыльнулся и уставился на Рэброга. Тот посмотрел на гнома. Пакко же в свою очередь удивлённо крякнул и уронил кувшин. Каалане чудом увернулась от падающего снаряда и обматерила гнома в мыслеречи так, что услышали все присутствующие. Маргуре же любопытно сверкала глазками. Кувшин громко лопнул от соприкосновения с каменным полом и разлетелся на черепки, оросив место падения остатками настойки.

— Рэброг, неси кристалл истины, а ты, Корней, сейчас подробно всё расскажешь о том, где и когда встретил Бога разума и магии, — погладив свой крюк, Варген Морконсон не сводил с меня взгляд. И поверьте, его взгляд был намного тяжелее, чем у Рэброга.

И начался второй раунд допроса. Командор принёс тот же розовый кристалл и пачку бумаги для записей. Я описал, как мог, свои ощущения при контакте с божественной сущностью во сне, а также его внешность. Эта информация для окружающих была как откровения какого-нибудь апостола. Видать, местные боги не светят лицом перед обывателями. Зачем тогда Ирден показал своё лицо мне? Или это какая-то уловка, и облик не имеет значения? Блин, одни вопросы и мало ответов. После примерно часового допроса и уточнений Рэброг удовлетворённо перечитал записи и провёл тот же фокус с бумагами, что и ранее при первом допросе. Листы вспыхнули зеленовато-перламутровым пламенем и исчезли. Похоже, это такой способ мгновенной почты у них. Рэброг хлопнул ладонью по столу и встал из кресла, ознаменовав окончание допроса.

— Раз всё так удачно сложилось с Ирденом, у меня больше вопросов нет к тебе. Всё же сам Бог на тебя обратил внимание и, похоже, ничего не имеет против твоего присутствия в нашем мире. До приезда агента Конторы ты будешь жить в трактире у Порзона. Чем тебе заняться в оставшееся тут время, решим завтра, на свежую голову. А сейчас всем вольно, и можете отдохнуть.

— У меня есть вопрос по моей легенде, — остановил я командующего. — Вы сказали представляться северянином. Но в этой легенде есть большой пробел. Я ничего не знаю о местных обычаях, правилах, и уж тем более не знаю названия островов и городов на севере.

— А парень суть проблемы понимает, — заметил Варген и ответил вместо Рэброга. — Там ничего сложного нет. Северян в Империи считают варварами, причём довольно сильными. И лишних вопросов тебе никто не будет задавать, зная взрывной характер этого народа. По островам тоже всё просто. Они их называют Боргиры и приписывают имя владельца крепости на острове. А так как народ гордый и очень воинственный, то и названия островов часто меняются. Почитают бога морей Валеаса и бога воинов Одинсона. Представиться можно последним представителем угасшего рода с Боргира — Шэпов. Циклов двадцать пять назад их сменили Колпы, а тех, в свою очередь, Миргы. В общем, каша такая, что они сами путаются.

— А этот Бог Одинсон случайно не имеет повреждение одного глаза и ходит гордо с повязкой? — поинтересовался я совпадением с одним верховным скандинавским богом моего мира.

— Ну ты и рассмешил, — развеселился Пакко. — Боги не могут быть увечными. Что он за Бог, если не может восстановить какую-либо часть своего тела?

Мы направились на выход, но Рэброг многозначительно прокашлялся и посмотрел на мастера-кузнеца.

— А вас, Пакко, я попрошу остаться.

Выйдя в коридор, я чуть было не заржал, привлекая этим внимание волчицы с орками. На недоумённые взгляды рассказал анекдот про Штирлица из моего мира.

* * *

— Штирлиц, а вас я попрошу остаться, — сказал Мюллер, доставая из сейфа бутылку армянского коньяка и плитку советского шоколада.

— Ну, наконец-то проявился связной, — подумал Штирлиц, увидев пароль.

* * *

Маргуре и Каалане ничего не поняли, а вот Варген Морконсон многозначительно хмыкнул и рассмеялся, поняв соль анекдота.