Но счастье длилось недолго. Едва мы оказались в особняке, разошлись в разные стороны, предварительно Максимилиан снял с меня отвод глаз, как и с себя, и сразу переключил все своё внимание на Айрис. Быстро нашел и остаток вечера провел подле неё, а я бесилась, кусала губы и почти не обмолвилась с дочерью маркиза и словом. Зато общалась с Маликой — мы вспоминали детские шалости и обиды, а еще отбивались от аверосских ухажеров — все хотели познакомиться. Хоть этим я немного отомстила Максимилиану — пусть он и расторг помолвку, но я все же одна из подходящих ему девушек, и наверняка он считает меня своей… как и новую невесту.

Этот вечер многое переменил во мне. Казалось, он разделил мою жизнь на до и после. Раньше я толком не знала, что такое ревность, и вот — я уже схожу с ума и не понимаю, что с этим делать.

Вернулась я поздно, поэтому встретиться с Элаем в библиотеке мы не смогли, я отправила ему записку, а вот утром, после завтрака, на котором присутствовали все члены королевской семьи, кроме кронпринца, отбывшего по важному делу, мы отправились в обитель знаний.

На этот раз мы взялись за книги о магии — их оказалось значительно больше, ведь мы не знали, что именно искать. Мне казалось, что зацепка есть в конспектах, которые остались с факультативов его величества, ведь он рассказывал о самой интересной магии, но мы оставили их в общежитии.

— Уже завтра новогодний бал, — протянул Элай. — Но зато будет еще почти неделя в следующем году прежде, чем мы отправимся назад.

— В академии нас еще ждет отработка, — со вздохом напомнила я, и его высочество кивнул. — Элай, а когда у нас эльфы закрылись под пологом?

— Примерно через век после исхода драконов, — откликнулся принц, не поднимая головы. — А что?

— Просто мне вдруг стало интересно… каким образом они закрылись? Я никогда не задумывалась над этим вопросом, но… что за артефакты они используют?

— Эльфы хранят свои секреты ото всех, — пожал плечами Элай. — Не зря же говорят, что они именно «закрылись». Отгородились от нас, как от недостойных.

— Но тьма касается всех. Даже если сейчас уйдут фейри, чтобы восстановить баланс, то еще через тысячу лет — кто?

— Тогда уже это и станет заботой эльфов, — пожал плечами Элай и захлопнул книгу. — Всё, я устал. Тем более нужно выспаться. Завтра последняя репетиция Новогоднего бала. Боюсь, что тебе придется провести время в одиночестве. Не волнуйся — свою плату Сесиль я отдал авансом.

С этими словами принц поднялся и отправился на выход. Вздохнув, я пролистнула еще пару страниц. Кварум населяет множество народов, у каждого своя особенная магия. И именно в ней кроется разгадка, как именно оттолкнуть миры.

Дни действительно предстояли тяжелые. Мне приходилось бегать от его высочества Ярата, который подлавливал меня буквально повсюду: не отпускал сразу после завтрака, навязываясь в компаньоны для прогулки; вырастал изваянием передо мной из-за очередного поворота в бесконечных коридорах Аверосского дворца; даже в библиотеку наведался… и последнее я уже не могла стерпеть.

— Что читаем, ваше высочество? — хмыкнул он, присев на край стола. И сам же ответил: — О магии… видимо, вы в числе отстающих в РАМе, поэтому занимаетесь еще и на каникулах?

— Вы правы, — осклабилась я. — Я хочу хоть что-то запомнить, но в бедовой голове сохраняются лишь названия цветов предстоящих модных сезонов. Я отлично разбираюсь в рюшах и ленточках. А вы?

— Предпочитаю стрельбу из лука, — хмыкнул принц, — но искренне уважаю увлечения хорошеньких леди. Особенно настолько хорошеньких, как вы, ваше высочество. А еще, — он потянулся рукой к моему лицу, видимо, решив провести костяшками пальцев по моей щеке, но я ловко уклонилась, сделав вид, что поправляю юбку, — вы для меня загадка. Я никак не могу понять, в какой момент вы играете, а в какой — серьезны.

— Мне казалось, что я всегда серьезна, а еще — излишне скучна.

— Именно поэтому вы переписывались с моим братом в течении года о магических неточностях в современной науке?

Я приоткрыла рот. А он откуда об этом знает?

— Его высочество Элай чудесный рассказчик, а главное — словоохотливый. Никогда не скупился отвечать на мои вопросы, которых у меня было множество.

— Тяга к знаниям — это прекрасно, но поверьте — я знаю намного больше брата. Я куда более интересный собеседник. Нам нужно лишь сблизиться, чтобы вы в этом убедились.

— Сейчас моим главным источником знаний являются книги, а преподаватели в академии отвечают на все возникшие у студентов вопросы.

— В том числе и его величество Максимилиан? — внезапно строго спросил Ярат, и я приоткрыла рот. — Новости добираются и до нас, особенно если они касаются такой значимой фигуры, как раманский король. Монарх воспылал любовью к преподаванию ради хорошенькой принцессы одного маленького, но богатого королевства. — Щеки вспыхнули, а кронпринц, наклонившись ко мне, продолжил с еще большим жаром: — Однако она его привлекла недостаточно, если Максимилиан Раманский был вчера представлен маркизу Деарошу из Авероса и, судя по слухам, не отходил от его дочери, недвусмысленно намекая о своих планах. И вы тоже вчера были на приеме в поместье маркиза, не так ли? Но король провел вечер не подле вас.

Я сглотнула. Каждое слово наследника было подобном гвоздю, вбитому в моё сердце. Раны мешали дышать.

— Что вы хотите этим сказать?

— Лишь то, что я для вас — верх мечтаний. Выше вы не взлетите, ваше высочество, поэтому оглянитесь и будьте благоразумны, — он все-таки схватил меня за подбородок, а я не стала вырываться, лишь приветливо улыбалась. — Вы умная девушка, это видно по глазам, поэтому не стоит притворяться той, кем вы не являетесь.

Его пальцы прочно держали меня, пока мужчина начал наклоняться к моим губам. Какой решительный молодой убл… наследник. Резко схватив со стола какую-то книгу, я приставила её к своему лицу. От неожиданности мужчина выпустил меня, а я поднялась на ноги, прижимая к себе своего неожиданного защитника в красной обложке.

— Дочитаю в покоях, — откликнулась с улыбкой. — Доброго вечера, ваше высочество.

В комнате я в первую очередь усилила защиту и только после смогла расслабиться и прочитать название прихваченной книги — «Магия любви». Нахмурившись, открыла первую страницу… это ведь любовно-эротичекий роман! Да еще и с иллюстрациями! Интересно, Сесиль случайно ошиблась или специально подложила мне её?

Решив вернуть её завтра же, я все-таки пролистала несколько страниц и зависла на одной из иллюстраций. На ней мужчина лежал на простынях, а девушка сидела сверху… Картинка была настолько порочной, что… нет, я не просто покраснела, я отчего-то быстро нарисовала её в воображении, только с участием Максимилиана и меня.

Где-то внизу живота полыхнул огонь, и я глубоко вздохнула. Распахнула окно, чтобы глотнуть охлаждающего зимнего воздуха. Это помогло, но книгу я на всякий случай закрыла и отложила на край стола.

Что же я делаю? Если меня настолько привлекает Максимилиан, неужели я готова отдать его другой? Неужели готова всю жизнь быть одна, отбиваться от ухаживаний других мужчин и в то же время смотреть на семейное счастье мужчины, которому я навеки отдала своё сердце?

Я ведь привлекаю Максимилиана. Хотя, возможно, не больше, чем Айрис. Вчерашний наш разговор с его величеством окончательно меня запутал. Я уже не понимала ни наши отношения, ни наши чувства. Свои я точно знала — я влюблена в раманского монарха настолько, что готова быть той самой птицей в клетке, а Макс? Что он чувствует ко мне? Согласна ли я быть с ним, так никогда и не познав его любви? И откликнется ли он на моё согласие или предпочтет так подходящую ему Айрис — тот самый недостижимый для меня идеал?

Холод из открытого окна пробирал до мурашек, но я все равно не закрывала раму, вглядываясь в ночной зимний сад и пытаясь найти ответ в кружащих снежинках.

Максимилиан должен быть на завтрашнем балу, раз его высочество знает, что король прибыл в Аверос. Он будет здесь. Подойти к нему и признаться? А если отвергнет? Тогда буду знать, что сделала все, от меня зависящее. А если примет? Что делать с отсутствием чувств с его стороны, с его видением брака и главное — с чудесной Айрис, сердце которой я никак не хочу ранить? Как же быть?

Нет, гвозди мне вбивал не его высочество Ярат, гвозди я вбиваю сама. С особой изощренностью, ведь мне стоит подойти и прямо спросить, что чувствует Максимилиан. Но я боялась, причем сама не знала, чего: того, что он солжет, чтобы я вышла за него замуж, или того, что скажет правду, которая меня уничтожит. До знакомства с Айрис вторая невеста казалась мне эфемерной и далекой, но теперь она самая что ни на есть настоящая, и я особенно четко понимаю, насколько сильна моя любовь. Быть вместе с любимым, но нелюбимой, или любимой, но с нелюбимым?

Застонав, я закрыла окно и прижалась лбом к стеклу. Что же мне делать, что?..

Спала ужасно. Мне снилось, как Максимилиан публично делает предложение Айрис, а она соглашается, целуя его в ответ. Проснулась ближе к обеду и совершенно разбитой, долго не могла собраться, лежа на спине и глядя на балдахин. Казалось, что мое сердце уже знает ответ на вопрос, который сводил меня с ума прошедшим вечером.

— Ваше высочество, — позвала Хмилья, — пора собираться. Горячая ванна, расслабляющие маски для тела и лица, душистый шампунь и ароматические масла. Но сначала — завтрак. Я взяла на себя смелость и привезла его в спальню, чтобы вы не сталкивались с его высочеством Яратом.

— Ты чудо, Хмилья! — искренне отозвалась я. — Спасибо!

На завтрак были яичные рулетики, два овощных тоста и румяная булочка с шоколадом. Плотно подкрепившись, я отправилась на подвиги во имя красоты. Хмилья не чадила мою кожу, когда натирала мочалкой, поэтому уже к семи часам вечера я могла похвастаться прекрасным состоянием души и тела.

— Я не сдамся, — прошептала под нос. — Прости, Айрис… тысячу раз прости. Но этого мужчину я тебе не отдам. Я сделаю все, чтобы он влюбился в меня. Если он так много сделал для того, чтобы я начала испытывать к нему чувства, то почему мне будет то же самое не под силу?

— Вы что-то сказали, ваше высочество? — спросила Хмилья.

— Ничего, — уверенно улыбнулась я и посмотрела на своё отражение. — Совершенно ничего.

На этот раз я выбрала платье по бриольской моде, ведь я должна показать, чей страны я принцесса. Оно было самое роскошное в моем гардеробе — еще не было повода его надеть, поэтому сегодня состоится его дебют.

Светло-золотое, с воротником-стойкой из более грубой ткани и под ним глухой кружевной ворот, длинными рукавами до первой фаланги пальцев — к нему не шли перчатки, благодаря длинным рукавам, поцелуи кавалеров приходились как раз поверх кружевной ткани. С длинной многослойной юбкой в пол, украшенной золотой тесьмой и вышивкой. Лента со схожей тесьмой, но украшенная драгоценными камнями, шла в комплекте и служила ободком, переходящим в пучок волос, который благодаря выпущенным и закрученным локонам становился высокой прической. Образ был несколько наивным и детским и в то же время — женственным. Он идеально подходил моему возрасту, и служил отражением характера. Например, отсутствие перчаток было вызовом аверосскому обществу, хотя являлось достаточно распространенным явлением в Бриоле.

— Ваше высочество, к вам пришли, — сказала Хмилья и отошла в сторону.

Неужели Максимилиан? Он ведь должен быть здесь. Что, если он сам откажется от Айрис в мою пользу? Быть выбранной им все равно несколько оскорбительно, мне не хотелось этого выбора, но все же мы оказались в безумном треугольнике, и одна из нас должна была его покинуть. Но Айрис даже еще не знала о его существовании…

Я вышла в гостиную и улыбка сошла с моего лица. Здесь стоял Фамир Церг и держал в руках небольшую бархатную коробку с печатью моего отца.

— С Новым годом, ваше высочество! — улыбнулся советник и передал мне коробочку. — Решил преподнести вам этот подарок раньше, решив, что вы захотите надеть его сегодня.

Внутри на подушечке лежал золотой браслет-обруч, инкрустированный драгоценными камнями — крупными сапфирами и облегающими их словно лепестки изумрудами. Красивый и очень дорогой подарок, свойственный отцу.

— Вы правы, я бы хотела его надеть, — кивнула и на всякий случай активировала артефакт на шее, чтобы удостовериться в безопасности браслета.

Не то чтобы я не доверяла советнику короля Бриоля, просто отец научил меня в первую очередь бдительности. Но медальон не обнаружил никаких угроз, поэтому я позволила советнику застегнуть украшение на моем запястье под длинными рукавами. Пожалуй, я даже пожалела о своем выборе наряда — получалось, что подарок отца никто не увидит. Полюбовавшись браслетом, я опустила рукав, и украшение скрылось от чужих глаз.

— Благодарю, советник, — откликнулась я. — Что-то еще?

— Я хотел сопроводить вас до антикамеры, а после вернуться к дочери.

— В этом нет необходимости, я сам провожу её высочество, — неожиданно раздался от двери голос Элая, и принц вошел в гостиную. — Извините, что без стука, я услышал голос и понял, что принцесса не одна, поэтому я могу присоединиться к беседе. — Теперь его высочество прошелся по мне достаточно безразличным, но удовлетворенным взглядом. — Прекрасно выглядите, принцесса.

— Спасибо, ваше высочество, — сделала книксен. Фамир Церг откланялся, а я подошла ближе к однокурснику. — Ты ведь должен был быть уже в антикамере… королевскую семью Авероса представляют первой.

Сама я специально не подошла к положенному времени, чтобы не видеться с кронпринцем.

— Не смог оставить тебя без сопровождения. У меня сегодня дурное предчувствие, что что-то должно произойти, — вздохнул Элай и протянул мне руку. — Идем?

Я секунду сомневалась, но в итоге вложила свою ладонь в его и кивнула. Пока шли, меня одолевали самые разные мысли, но больше всего тревога и предвкушение. Скоро я увижу его, совсем скоро.

В антикамере уже собирались венценосные особы. Количество коронованных особ на квадратный метр было чрезмерным, и их выпускали по очереди, громогласно объявляя имена и титулы. Здесь же стояли роскошные кресла, но Максимилиан Раманский не стал опускаться в одно из них, встав позади и опершись предплечьем на спинку, при этом внимательно слушая своего собеседника — пожилого короля Аленсии под руку с его молоденькой дочерью — её высочеством Ризель. Помнится, она была в списке тех, кого предлагали в качестве невесты его величеству.

Я сама не заметила, как выпустила руку Элая и уверенно двинулась вперед, к королю Рамании. Владыка Малоземья словно почувствовал меня и тут же устремил свой взгляд прямо ко мне. Я подошла ближе и присела в реверансе. Краем глаза заметила, как Элая подозвал лакей, чтобы церемониймейстер представил его и младший принц спустился в зал.

— Ваше величество, рада приветствовать вас.

Максимилиан приподнял бровь, словно несколько изумленный моей решимостью. Он пытался прочесть что-то на моем лице, но у него было слишком мало времени — согласно этикету, ему следовало ответить. Он склонил голову.

— И я безмерно рад, ваше высочество. Позвольте поздравить вас с Наступающим новым годом.

— Купава Даорг, я полагаю? — включился в разговор его аленское величество Тайлог Третий. — Весьма рад знакомству. Мы с моей дочерью Ризель наслышаны о вас.

— О да, Купава настоящая знаменитость, — согласился Максимилиан, старательно пряча улыбку. — Не так ли, ваше высочество? Что о вас только не говорят, но красоту, бесспорно, превозносят недаром.

— Я определенно проигрываю по количеству и качеству слухов вам, ваше величество, — откликнулась я Максимилиану и сделала еще один реверанс, но уже перед королем Тайлогом. — Рада знакомству, ваше величество. Ваше высочество, — теперь еще один взаимный книксен с принцессой.

— Спорное утверждение, ваше высочество, — вновь вернулся к нашему диалогу Максимилиан, словно и не было других участников. — Мою красоту так не превозносят, чаще военные заслуги.

— Вас это печалит? — весело уточнила я. Душа пела. Казалось, мне ничего больше не надо, кроме обычных разговоров с его величеством. Но, вспоминая вчерашнюю книгу и мои фантазии, понимаю, что все-таки лукавлю. От Максимилиана мне нужны не только разговоры. — Могу восстановить равновесие и петь дифирамбы вашей внешности, но вряд ли вы в ответ начнете превозносить мои военные заслуги — тут мне похвастать нечем.

— Вижу, вы давно знакомы, — теперь вклинилась её высочество Ризель с несколько ревнивыми нотками.

— Совсем недавно, — пожал плечами Максимилиан. — Я преподаю в Раманской академии магии, а её высочество Купава учится на первом курсе и посещает мои факультативы.

Глаза Ризель заблестели.

— Я сейчас на третьем курсе в Аленской академии… подскажите, а перевод в Раманскую будет возможен?

Я сохранила безмятежное лицо, но внутри вскипела. Максимилиан словно почувствовал перемену моего настроения, и мы обменялись долгими взглядами, после чего Владыка Малоземья все-таки ответил:

— Думаю, вашему высочество все двери открыты, стоит лишь связаться с ректорам РАМа.

Ризель просияла. Увы, ей придется встать в очередь. Продолжить разговор не успели — в этот момент лакей позвал его величество, а церемониймейстер объявил его имя. Максимилиан бросил на меня последний взгляд, и вышел из антикамеры.

Вскоре спустилась и я под громкие аплодисменты. Парадная зала дворца поистине великолепна: огромные хрустальные люстры были украшены лентами и магическими разноцветными огоньками, переливающимися и отражающимися в натертом до блеска паркете. Центром всего празднества стала пушистая огромная ель, стоявшая на возвышении между тронов — казалось, именно она сегодня король и королева. Украшенная стеклянными и фарфоровыми игрушками, она притягивала взгляд и добавляла особой атмосферы праздника и волшебства. Зеркала сияли чистотой, отражая нарядных гостей: казалось, дамы и кавалеры надели свои лучшие платья, и никто не стеснялся в выборе цвета. Роскошно — то слово, которым можно было охарактеризовать сегодняшний поистине королевский прием.

— Купава, — перехватил меня Элай и улыбнулся, — последний танец за мной, ты не против? Хотя фактически он предпоследний, ведь последний — он же первый в Новом году — принадлежит наследнику и его избраннице по древним аверосским традициям.

— А если наследник еще молод?

— Брат короля или племянник, — пожал плечами Элай. — Всегда есть половозрелый наследник престола.

Я бросила взгляд на тронные возвышения — там собралась вся королевская семья, кроме самого Элая. Элика сидела со скучающим видом, а вот Шиина, жена Ярата, выглядела бледной и болезненной.

— Держись рядом, Купава, — шепнул младший принц. — Кажется, вечер не пройдет без сюрпризов.

Я просто кивнула. Элай отвел меня к фуршетному столику, но в этот момент к наследнику подошел лакей и передал записку. Прочитав её, принц посмотрел на тронное возвышение — судя по всему, отец призывал его присоединиться к семье.

— Иди, я справлюсь, — приободряюще улыбнулась однокурснику.

— Точно?

— Элай, я не первый раз на приемах, — уверила я. — Иди же!

Принц со вздохом кивнул и ушел к отцу и брату, а я, подхватив блюдце, собиралась насладиться закусками, когда ко мне подошла Айрис.

— Ваше высочество.

— Леди Эйфери, — улыбнулась я в ответ. — С наступающим!

— И вас, — натянуто улыбнулась девушка. Позавчера мы с ней не простились — я уехала раньше, ведь все её внимание было приковано к его величеству. — Как ваши дела? Я вам не написала, поэтому не знаю, как вы добрались. надеюсь, трудностей не возникло?

— Все чудесно, Айрис, — откликнулась как можно более дружелюбно.

Но между нами чувствовалось напряжение. Это ощущала и я, и она. Мы обе натянуто улыбались, пока первой не заговорила дочь маркиза:

— Я видела, как вы переглядывались с его величеством на музыкальном вечере, — неожиданно сказала Айрис и подхватила фужер в подноса проходящего мимо лакея. — Максимилиан мой. Я не отдам его тебе.

— Он мой жених, — вырвалось у меня, и щеки покраснели. — Был им. Он расторг помолвку недавно… видимо, после знакомства с тобой.

— После нашего знакомства, — просияла девушка, и её глаза заблестели. — Разве ты не понимаешь, что мы созданы друг для друга? Мы так подходим друг другу! Я та, кто нужна его величеству. Прошу, не разрушай наш идеальный союз. Не подвергай испытаниям и нашу с тобой дружбу.

Я сглотнула. Голова закружилась. Я не рассчитывала на такой откровенный диалог с Айрис и теперь не знала, что ответить. Рассказать тайны Максимилиана о его второй ипостаси я не могла, как и однозначно сказать, что он выбрал бы меня, если бы я не отказала. Что, если Максимилиан действительно влюбился? Что, если я уже опоздала со своими признаниями?

В истории их взаимоотношений я — злодейка. А его величество сегодня сделает ей предложение? Смогу ли я встать у неё на пути? Смогу ли разрушить такой идеальный союз?

— Айрис…

— Купава, — перебила девушка и, отставив фужер на стол, взяла меня за руки, — я вас умоляю не разрушать то прекрасное, что есть между мной и его величеством. Он не ваш. Он расторг помолвку с вами. Пожалуйста, вы такая деятельная и активная, вы обязательно найдете еще своего принца или короля… а у меня не будет другого шанса. Я уже влюблена.

Только моя влюбленность длится дольше. У меня больше воспоминаний. В конце концов, меня он встретил первой! Почему же так больно? Почему так ужасно больно быть злодейкой?

Я осторожно высвободилась из рук Айрис. Другая бы на моем месте последовала совету Айрис, отступила бы, но не я, ведь предупреждала — характер у меня скверный, гномий.

— Ты чудесная девушка, и этого ничто не изменит. Но свою судьбу я буду строить сама. Я не отбираю твоего жениха или мужа — я не перехожу вам дорогу. Мы обе оказались в одинаковом положении, и каково тебе будет услышать, если сейчас я буду уверять тебя, что мы с Максимилианом тоже идеальная пара? Я не настолько ранима, как ты, но и у меня есть сердце, и в данный момент оно принадлежит его величеству.

— Но он расторг помолвку, — напомнила Айрис. — Он не хочет отношений с тобой.

Я открыла рот, но не знала, что ответить. Мы так и стояли, смотря друг на друга. Мне не хотелось становиться соперницей такой ослепительно чудесной девушки, ведь на её фоне я точно проигрываю.

Мы обе словно почувствовала предмет нашего обожания, и обе вздрогнули, когда подошел его величество. Он не мог слышать наш разговор — на тот момент был слишком далеко, но все же словно почувствовал напряжение. Мы обе сделали реверансы.

— Ваше величество, я так ждала сегодняшнего дня, чтобы вновь увидеть вас, — начала Айрис с придыханием. — Я считала минуты до новой встречи с того музыкального вечера в поместье моих родителей.

Значит, они не виделись вчера? Не ходили на свидание? Сама не знаю почему, но этот факт мне пришелся по душе.

— Вы столь чувствительны и искренни, леди Эйфери, — с улыбкой отозвался Максимилиан и протянул руку, чтобы запечатлеть поцелуй на руке девушки.

В этот момент я позавидовала ей — со мной Максимилиан не был столь учтив, да и редко когда принято целовать руки принцессам. Я с каким-то остервенением следила, как губы Максимилиана касаются тонкой ткани кремовой перчатки Айрис, и сожалела, что бал проходит не на улице, где Максимилиану пришлось бы целовать как минимум меховую варежку или муфточку. Эта мысль несколько приподняла мне настроение.

В этот момент взор Владыки упал на мои пальцы, наполовину прикрытые лишь тканью рукавов. Он поднял взгляд к моим глазам, и на мгновение, на короткое мгновение зрачки вытянулись. Теперь уже я не могла сдержать улыбку.

— И это еще Раманскую моду называют вольной, — внезапно высказался он.

Я была несколько обескуражена.

— В Бриоле жарко, — напомнила я. — Тем более разве в академии кто-то ходит в перчаткам? По-моему, здесь нет ничего, что бы вы еще не видели, — я специально приподняла руку, показывая кисть.

— Я все еще помню платье с открытой спиной.

— Оно снится вам по ночам? — уточнила я.

— В кошмарах, — парировал Владыки.

— Не верю, — искренне отозвалась я и прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не рассмеяться.

Его серьезно так задело то, что я не надела на бал перчатки? То, что я буду касаться всех мужчин, с которыми я танцую, руками? Не то чтобы я собираюсь танцевать много с кем, но, боюсь, мне этого не избежать.

— Ваше величество, — отвлекла нас напряженная Айрис, — я обещала вам первый и последний танец. И первый скоро начнется.

— Я всецело ваш, — склонил голову Максимилиан и протянул руку Айрис.

Сам-то в перчатках! Как и остальные кавалеры.

«Всецело ваш», — мысленно передразнила Максимилиана и, когда они с Айрис отошли, слегка поморщилась. Так, где тут самые вкусные тарталетки?..