Очень непривычно мне, человеку, находиться в открытом космосе, в состоянии бестелесности, но при этом иметь возможность смотреть в разные стороны. Правда, мой взгляд невольно притягивал вращающийся в пространстве огромный призрачный шар, больше всего похожий на… игрушку? Он словно бы состоял из разноцветных сгустков, имеющих десятки, сотни бледных, но всё же разных оттенков.

— Проекция части космоса, подконтрольная программе Абсолюта, и поделенная на зоны влияния протоколов. — словно бы со всех сторон одновременно прозвучал голос Асура. — Да, именно программе Абсолюта, ты не ослышался, младший администратор.

— Зачем ты показываешь мне это? — спросил я, с удивлением обнаружив, что мой голос имеет такое же звучание, как и у Спектра.

— Приблизимся. — вместо ответа произнёс Асур, и через мгновение мы оказались почти вплотную к сфере, состоящей из цветных сгустков разнообразных размеров и форм. Сразу же бросилось в глаза, что некоторые оттенки преобладают. Я даже подумал спросить об этом, но получил ответ раньше.

— Каждый цвет соответствует или одному, или объединению двух и более протоколов. Видишь преобладание фиолетового и сиреневого — это участки, контролируемые Системой и её союзниками. Золото — там контроль Порядка. Голубые, зеленые, красные и жёлтые цвета, со всеми оттенками — всё это под контролем базовых протоколов.

— Серый и чёрный — Смерть с Некронтом? — предположил я, так как Асур вдруг умолк.

— Заметил, что такого цвета тоже много, как и бордового с коричневым? — вновь заговорил Спектр. — Да, это в массе своей запретные протоколы, которые вышли из под контроля, и на их сдерживание приходится тратить колоссальное количество энергии и прочих ресурсов.

— Под ними почти четвертая часть всей территории. — навскидку определил я. — Плохо у вас получается сдерживать.

— Двадцать три процента. — уточнил Асур. — Да, это много, но такая ситуация держится очень долго. Тысячелетия. Могло быть гораздо меньше, если бы я не вмешался в свой код, и не подкорректировал его, получив чуть больше влияния.

— Смотрю, вы все вмешиваетесь в свои коды? — не сдержался я.

— Почти. Например Исследователь, Система и Порядок не делали этого. Поверь, я бы узнал. Но вмешательство других протоколов каким-то образом повлияло на всех. Хотя Система отрицает нарушения.

— Так им и не нужно. — хмыкнул я. — У Системы и без вмешательства появилось много сбоев. А Исследователь изначально был свихнувшийся.

— Вот тут согласен с тобой. — пророкотал голос Асура. — Более того, из-за Исследователя произошло первое вмешательство в код. Насколько я смог разобраться, нулевым пациентом, как раньше говорили у вас на Земле, был Некронт. Следом за ним Бездна, Смерть, Ад, и так далее. Причём Некронт настолько изменился за последние несколько тысяч лет, что его опасаются все, у кого в подчинении есть разумные живые существа. Только Смерть и ещё два протокола способны противостоять или игнорировать эту стихию.

— Неужели нельзя Системе запретить локации Некронта в новых, только присоединившихся мирах? — уточнил я.

— Нет, нельзя. — в голосе Спектра послышалась усмешка. — Точнее — пока что нельзя. Для этого нужен свободный старший администратор. Только с его помощью можно вмешиваться в работу протоколов, изменять их коды.

— Так вот зачем ты притащил меня сюда. — понял я. — Опять вербуешь? И это после того, как тебе не удалось меня уничтожить?

— Нет. — уже откровенно рассмеялся Асур. — В том и весь смысл, что администратор в ранге выше младшего не может быть чьим-то подчинённым. Поэтому только сотрудничество.

— Что нужно сделать, чтобы стать Старшим? — поинтересовался я. И услышал уже серьёзный голос:

— Тебе честно ответить? Я не знаю. Нам, протоколам, даже неизвестны критерии, как младшие администраторы становятся обычным, то есть средними. Более того, мы понятия не имеем, на что действительно способны Старшие. Лично я предполагаю, что они вообще способны стереть нас всех.

— А ты не боишься, что именно это и произойдёт с тобой? — поинтересовался я.

— Нет. Психопаты, способные уничтожить программу Абсолют, попросту не смогут стать администратором. Даже младшим. Уже проверено.

— Радует, что я не психопат.

— Ты вообще предельно среднестатистический разумный. — неожиданно заявил Спектр. — Все твои стремления, желания и мысли читаются на раз. Признаюсь, с такими данными стать врагом Системы практически невозможно.

— Хочешь сказать, что есть люди, мысли которых ты не можешь читать? — ухватился я за оговорку Асура.

— Ну, если они подчинены какому-то протоколу, кроме Системы, то разум таких людей и других разумных существ для меня закрыт.

— Слушай, мы с тобой мнёмся на одном месте. — решил я сдвинуть нашу беседу к нужной теме. — Ты же все равно не расскажешь мне ничего действительно важного. Может перейдёшь к предложению?

— Какому предложению? — с явно наигранным удивлением поинтересовался Спектр.

— К тому, что ты хотел мне сделать, когда затащил сюда. И да, как ты смог переместить свободного младшего администратора без разрешения?

— Ну, всё, что я хотел, это показать тебе весь масштаб той пропасти, на краю которой стоит программа Абсолют. А переместить тебя сюда было очень просто. Это моя личная прерогатива, так сказать.

— А хитро. — произнёс я со смешком. — Показал, дал пищи для размышлений, а в случае моей неудачи ты совсем не при делах.

— Ты на моей памяти далеко не первый, кого я привожу сюда. И вот эти слова, про пищу для размышлений, я тоже не первый раз слышу. — ответил Спектр. — Вся суть этого места в том, что здесь нас никто не подслушает. А значит не станут лезть с расспросами. Впрочем, разговор уже завершён, я сказал даже больше, чем хотел.

Вспышка, и я осознал себя, сидящим за столом — на том месте, откуда был похищен. Единственное, что изменилось — спина болела, словно я просидел здесь целую вечность. Хотя Кита спит на том же месте, в той же позе. Ох уж этот Спектр. Спросить бы с протокола за всё…

Отмахнувшись от посторонних мыслей, я активировал связь, и отправил запрос по командному каналу:

— Кто свободен, ответьте.

— Ну наконец-то. — раздался из динамиков голос Людмилы. — Алексей, мы с тобой уже вторые сутки связаться не можем. Даже пробовали к твоим пирамидам прорваться, но сил не хватило ни у кого. Невидимый барьер выталкивает назад. Хорошо ещё, что осторожно.

— А что, Колосс вам ничего не сказал? — поинтересовался я.

— А должен был? — в голосе Людмилы послышались нотки сарказма.

— Ну, скорее всего да. Тут такое дело — меня один старый хрен похитил. Басни рассказывал, стращал всяким. В общем, если срочных дел у клана нет, сегодня побеседуем, поделюсь интересным.

— Ну, до вечера ещё далеко, так что у меня встречное предложение. — произнесла подруга, и тут же переключилась на индивидуальный канал связи. — Я хотела бы поговорить о нас. Точнее о тебе и обо мне, наших отношениях. Какие-то они неправильные, тебе так не кажется?

— Согласен, поговорить нужно. — ответил я, мысленно отвесив себе подзатыльник. Мог же раньше поднять эту тему, чтобы сейчас не чувствовать себя как дурак. — Ты сейчас где?

— Я как раз подъезжаю к тому месту, где ты сейчас находишься. Откроешь проезд?

— Уже открыл. — ответил я, а сам сосредоточил внимание на дороге. И сразу увидел машину, спускающуюся по склону. Тут же вспомнил, как преодолевал это пространство, осознавая, что это может быть дорога в один конец. Тогда чувствовал себя уверенней, чем сейчас, перед предстоящей беседой.

— Мр-р? — раздалось с качелей — это Кита почувствовала моё настроение и забеспокоилась.

— Всё хорошо. — успокоил я питомицу. — Просто мне предстоит разобраться с одним важным и крайне непростым делом. Единственное, я сам не знаю, как решить эту проблему.

Людмилу я встретил у самой границы локации. Она, выбравшись из Гелендвагена, подошла ко мне на расстояние вытянутой руки, и замерла, всматриваясь в моё лицо.

— Как думаешь, я еще могу быть простым человеком? — само собой вырвалось у меня. — Или всё уже изменилось бесповоротно?

— Не знаю. — подруга посмотрела мне прямо в глаза. — Но ты меняешься, с каждым новым уровнем. Это заметно и внешне, и внутренне. И если раньше я могла читать тебя, как человека, то теперь не понимаю, к чему ты стремишься. Кем ты становишься, Алексей?

— Аристоргом. — пожал я плечами. — И это настораживает. Непонятно, куда приведут изменения.

— Ну, пока ты не совершил ни одного поступка, который за гранью морали. Даже эти дети, которых мы приняли в клан — ни один из них не был убит, ты просто подчинил их, в основном силой убеждения, смог заинтересовать. И ранее, с Афиной — в нынешних реалиях любой другой сразу избавился бы от того, кто пытался его убить. Но ты почему-то пожалел девушку, простил.

— Не простил. — улыбнулся я. — Просто я знал, что она не сможет навредить мне или клану. То же самое с группой Наруто — они не способны навредить нам. Это простой рациональный подход, собирать тех, кто в будущем поможет уничтожить наших противников. Враждебные протоколы, техномутанты, тритониды, птеры — все они враги человечества. У нас каждый боец на счету.

— Может и так. Может ты и прав. Но я бы уже давно выгнала всех лентяев в резервацию, и заставила бы их работать в три смены, круглосуточно, без выходных.

— Во сколько нам обходится содержание всех жителей, не принимающих активного участия в жизни клана? — поинтересовался я.

— Одни сутки — восемьдесят золотых монет. — озвучила подруга. — в месяц это двадцать четыре изумрудных монеты, или один полноценный, прокачанный до упора транспорт редкого ранга. Примерно восемь тысяч иждивенцев у нас на шее. И дело не в том, что у них мусорные классы, отсутствуют профессии и низкий уровень. Проблема в их нежелании трудиться.

— Почему раньше не докладывали об этом? — нахмурился я. — Можно же принять меры, заставить.

— До вчерашнего дня я была уверена, что мы заставили их работать. Но вчера мы получили результаты труда этой группы, и стало ясно — они мало того, что саботировали несколько проектов, так ещё и результаты своего труда массово продавали, а вырученные средства скрыли.

— Это очень плохо. — нахмурился я. — Понимаю, что человеческая натура неисправима, но черт возьми, у нас на дворе постапокалипсис. Нужно принять самые жесткие меры для таких вот нахлебников.

— Сегодня обсудим эту тему на собрании. Без твоего присутствия как-то не решились. — пояснила Людмила. — Но эта история с населением города, не единственная наша проблема. Наш хозяин леса — бедолага, просит помощи. Не справляется он со своими обязанностями, и судя по всему жаждет встречи с тобой. Прямо сейчас этот лохматый гигант сидит вон там, на опушке, и доедает косулю. Тебя ждёт, не иначе.

— Как-то наш разговор ушёл в сторону. — произнёс я. — Людмила, что решим с нашими отношениями?

— С собой меня будешь брать на боевые задания? — неожиданно спросила подруга. — Алексей, я — ментальный маг двадцатого уровня, с классом легендарного ранга. Против меня могут защититься единицы, а я в свою очередь могу отразить любую атаку, так как способна использовать любые артефакты. Что скажешь?

— Я не хочу потерять тебя в какой-нибудь заварухе с тритонидами. — без раздумий ответил я.

— У меня есть сфера возрождения. — напомнила Людмила. — Есть экипировка и оружие под класс, всё редкого или легендарного ранга. Так что я повторю — возьмёшь меня с собой в следующий раз?

Вот же настырная. Впрочем, я её понимаю, и даже одобрил бы такой поступок, наблюдай за ним со стороны. Но когда это касается меня, вот так — трудно принять решение. А придётся.

— Возьму. — наконец решил я. — И прямо сейчас выдвинемся на задание. Готова?

— Что нужно делать? — тут же уточнила Людмила, при этом её взгляд стал ещё серьёзней, чем до этого.

— Сам пока не знаю. — с улыбкой пожал я плечами. — Но задание серьёзное. Кита, поднимайся, будешь выступать посредником между нами и Михаилом Потапычем.

* * *

Хозяин леса выглядел уставшим. Даже в тот раз, когда мы нашли его раненым, он не выглядел столь потрепанным. А ведь сейчас у него всё нормально со здоровьем.

— Остановись здесь. — попросил я Людмилу. — Выходим все. Будем знакомиться.

— Какой-то он нервный. — нахмурилась подруга, но машину остановила, и первой открыла дверь.

— Кита, спроси у этого охламона, что его так тревожит, что он бросил свои дела, и сидит у меня под забором. — распорядился я, тоже выбираясь из машины, и выпуская кошку. Только помощь питомицы не потребовалась, Мишка сам справился — при виде меня тут же передал несколько разных мыслеобразов, позволивших создать приблизительную картину.

— Твою же налево! — выругался я, осознав всю глубину трагедии, случившейся с хозяином леса. — Ты раньше не мог мне передать? Например с вон той серой хвостатой мурлыкой?

— Что случилось то? — встревоженным тоном спросила меня Людмила.

— Я не до конца понял, но похоже у Михаила проблемы с резко увеличившейся подконтрольной территорией. Точнее с его личными возможностями управлять столь обширными землями.

— Он что, не справляется? — уточнила подруга.

— Хуже. У него артефакт владений слабенький, полноценно покрывает только одну соту. А сейчас действие этого артефакта растянуто на всю сушу, и тот начал жестко сбоить и выдавать ложную информацию. От того у нас всюду повырастали хищные растения. Эх, а мы то думали, что проблема в другом, а точнее её, то есть проблемы, вовсе нет.

— Ты о хищной флоре? — уточнила подруга. Получив утвердительный ответ, она сообщила: — Вообще будет хорошо, если мы избавимся от этой пакости. Уже несколько собирателей трав пострадали от ядовитых растений, и женщина вчера чуть не погибла.

— Так, давай показывай дорогу. — обратился я к хозяину леса. — Только так, чтобы мы могли проехать за тобой. Кита, держись рядом, будешь подсказывать мне.

* * *

Следующие минут сорок мы пробирались какими-то тропами, каждую секунду рискуя влететь в дерево, или насадиться днищем на какой-нибудь пень. Но повезло — косолапый верно понял приказ, и провёл нормальной дорогой. Разумеется, нужное нам место оказалось берлогой Михаила. Только здоровенной — такой и пещерный позавидовал бы. Например мы с Людмилой смогли войти в жилище хозяина, не пригибаясь.

И замерли перед внушительным валуном, в который был вмурован уже знакомый мне кристалл поселения. Улучшенного ранга. Хмыкнув, я мысленным посылом поинтересовался у медведя, могу ли прикоснуться к артефакту, и услышал в ответ глухое жалобное ворчание. Что ж, посчитаем, что хозяин разрешил.

Стоило мне прикоснуться к неожиданно горячему кристаллу, как перед глазами высветилась надпись:

'Защитный кристалл редкого ранга.

Уровень загруженности: 1500%

До самоуничтожения осталось: 37 часов'

И тут же перед глазами вспыхнул ожидаемый текст:

'Внимание! Младший администратор Аристорг, получено административное задание легендарного ранга: "Спасти флору и фауну объединённых сот N 691, N 692, N 1113, N 700, N 314

Описание: увеличить защитный кристалл до легендарного ранга (количество полноценно охраняемых сот увеличится до пяти), или установить на каждой подконтрольной соте один защитный кристалл редкого ранга'

— Ну что, получается? — поинтересовалась стоящая у меня за спиной подруга.

— Сейчас проверим. — ответил я, извлекая из подпространственного инвентаря два кристалла, полученных после уничтожения поселений тритонидов. А затем, не затягивая, мысленно пожелал, чтобы старый артефакт сменился на новый, более продвинутый. И улыбнулся, когда у меня всё получилось.

— Ой, под ногами земля задрожала. — растерянно произнесла Людмила.

— Всё хорошо. — успокоил я подругу, вчитываясь в сообщение, повисшее перед глазами.