Когда шатаясь не от водки, а от слабости.

ты шел вдоль сквера, возраст свой неся,

вечерний ветер небывалой вольной сладости

вдруг безответственно шепнул, что жизнь – не вся.

Все может быть. Небось число недель немерено.

Глядишь, на счастье или на беду

ты чем-нибудь еще непреднамеренно

ошеломишь семью или среду.

Но дело ведь не в этом. Игры пламени

в открытом остывающем окне

не для тебя ли на мгновенье замерли –

какой намек в закатом скрыт окне?

Живя под градом мыслей, как под пулями,

к тому ж исходу ты придешь опять:

вода не для того, чтоб в ней тонули мы,

не для того огонь, чтоб в нем сгорать.

Да, это очень плоская сентенция.

Но некому, на время не греша,

презрительно сказать: – Интеллигенция…

Ах, где вы, удалые кореша?

А вместо вас – крутая, ранневзрослая,

не знающая, что такое «нет»,

вся соль земли – накачанная, рослая.

Дай бог им всем дожить до наших лет.