Мы по красным числам приходили.

Помнится, приветливый такой,

он стоял на собственной могиле,

нам маша здоровою рукой.

Шли мы за колонною колонна,

свой восторг не в силах превозмочь,

каждый пятый или сын шпиона,

или же вредителева дочь.

Та зима была жестка, лохмата.

Лед на спусках – ног не повреди.

Пятое просроченное марта

телепалось где-то впереди.