- Слухайте, мени тут по справжньому подобаеться! – с энтузиазмом объявила Янка. Стоя на полуржавом мостике над глубокой пустой траншеей, она с явным удовольствием оглядывала заваленную стройматериалами площадку, - Планировка у отеля непоганая, а ще и речка рядом, з окон, мабуть, вид на острова гарный! Самый центр города, а тут тишина! И вообще вся атмосфера якась така… - она помахала ладонью, подбирая слова, - Дуже мирная. Приятная. Жалко, що такое гарное место пропадает! – и Янка с сожалением поглядела на возвышающееся над водой здание.
Роман передернул плечами. Вот какой-какой, а уж приятной здешнюю атмосферу он никак бы не назвал. Тишина вокруг, нарушаемая лишь тихим шорохом речных волн да хрустом битого кирпича, казалась ему гнетущей. В сгустившейся тьме бетонные плиты, что лежали и стояли повсюду, до ужаса походили на огромные надгробия. По дну пересекающих площадку траншей клубился мрак, а сама гостиница… Похоже, авторы всяких ужастиков знали, о чем пишут. Роман был убежден: ряды тянущихся по фасаду темных оконных проемов действительно смотрят на них, внимательно следя за каждым движение незваных гостей. А тут еще серая псина по пятам бродит, того и гляди кинется.
Роман с сомнением поглядел на выданную ему Янкой тяжелую палку с окованными металлом наконечниками. Может, зря он на первое место поставил тренинг по латыни, может, стоило все-таки начать с фехтования? Болтающийся у Рико на поясе длинный широкий клинок вызывал гораздо больше доверия. А огнемет – еще больше. Вот с огнеметом в руках ему бы, пожалуй, не было так муторно, когда серая псина устремляла на него жуткий осмысленный взгляд. «Кошмарная животина, и как только Янка может ее гладить?» – подумал Роман, с отвращением глядя как Янка походя треплет собаку по ушам.
От оставшейся позади сторожки раздались крики и тут же – выстрелы.
Старая, заброшенная трансформаторная будка вдруг тихо загудела. Слепя глаза, по всему периметру забора разом вспыхнули прожектора. Волна света прокатилась по стройплощадке, подсвечивая торчащие серые плиты. Прожекторные лучи скрестились перед сторожкой, а потом, кажется, прямо из черных окон гостиницы, плеснуло воплем. Совершенно невероятным – будто работающую электродрель с маху в череп засадили.
Перед глазами у Романа поплыли цветные круги, в ушах звенело.
В наступившей пронзительной тишине слышно было как монотонно бубнит брошенный у входа в гостиницу водитель Серега:
- Свет! Свет – смерть…
Со стороны сторожки снова послышались звуки выстрелов, рев мотора… истошный визг протекторов…
Зрение вернулось к Роману. В лучах прожекторов он увидел, как вертящуюся ауди сносит к шлагбауму. Дерево оглушительно треснуло, распадаясь, машина юзом влетела на стройплощадку перед «Парусом».
Хлопающая задняя дверца ударилась в торец бетонной плиты и с металлическим скрежетом отломилась. Колесо ухнуло в яму, машина завалилась на бок в двух шагах от Романа.
Серая лохматая псина запрокинула голову и истошно завыла на прожектора.
Густой мрак на дне траншей зашевелился, в нем замелькали бледные огоньки, и оттуда на поверхность хлынули псы.
Тоненько поскуливая, на перевернутую машину вскочил песик. Гладенький такой, туго обтянутый шкуркой, задние лапки совершенно белые, а сам весь коричневый, словно бы зажарис…
Жареный!
Сам едва не заскулив от ужаса Роман понял – пес был жареный! А вместо задних лапок у него две голые, тщательно обглоданные косточки.
Песик завертелся на месте и Роман увидел, что и весь бок у собачонки дочиста выеден!
Безучастно обтекая замерших поодаль напарников, плотный поток собак обогнул самого Романа и ринулся к машине. Поток жаренных собак! Полу съеденных собак!
Псы с разбегу вспрыгивали на машину. Рычащая и завывающая свора накрыла ауди целиком. Изнутри донесся отчаянный женский крик.
- Merde, стажер, очнитесь! – проорал сзади Рико.
Роман обернулся и едва успел вытянуть руки – прямо ему в лицо летел брошенный Рико огнемет.
- Код 5/12, давай! – выкрикнула бегущая к нему Янка.
- 5/12? – потерянно переспросил Роман. Он вдруг разом позабыл, где у огнемета гашетка и слепо шарил рукой вдоль дула, не в силах отвести глаз от багрового с белыми прожилками, еще пульсирующего мяса псины с начисто содранной шкурой. Освежеванная морда тыкалась в щель окна машины, пытаясь пропихнуться внутрь. Крики изнутри неслись непрерывно.
- А 5/12 – это «собака Баскервилей»? – гашетка никак не находилась, будто и не было ее.
Крупный собачий скелет с висящими ошметками шкуры и жил, ткнулся уцелевшим черным носом под перевернутую на бок машину… И принялся обглоданными косточками лап рыть землю у крыши ауди. Прокапывался к выломанной задней дверце.
- Cretino! 5/12 – «Кладбище домашних животных!» – крепкая затрещина подскочившего Рико обрушилась Роману на затылок. Рука дернулась сама, палец зацепил невесть откуда взявшуюся спусковую кнопку. Сноп огня вырвался из раструба огнемета, сметая с бокового крыла ауди десяток собачонок разной степени съеденности.
Послышался отчаянный визг – собачий и женский одновременно.
- Поверху бей, пассажиров пидсмажишь! – крикнула Янка.
- Зачистить проход, стажер! – скомандовал Рико.
Длинные языки ярко-оранжевого пламени облизнули машину, оставляя в завывающей своре длинные горелые проплешины. Янка и Рико подбежали к лежащей на боку ауди. С Янкиной ладони плеснуло водой, от раскаленного металла повалил пар, внутри судорожно закашлялись. Янка потянула заклинившую дверь на себя.
- Та не стой же, Ромасыку, видганяй их! – пропыхтела она.
Поток рычащих, беснующихся псов вновь хлынул к автомобилю. Роман повел раструбом огнемета. Оранжевый клубок пламени ринулся навстречу собакам, вобрал в себя обглоданные тела, завертел в своих горячих недрах и вместе с ними врезался в стоящую торчком бетонную плиту. Опал, оставляя у ее подножья лишь спекшийся черный пепел.
С тугим металлическим «блямс» лопнул замок. Янка сунулась в распахнутую дверцу и ухватив охранника за ворот, с легкостью выдернула здоровенного мужика наружу. Собачьи клыки скрежетнули по пластику бронежилета. Сверкнул клинок Рико – торчащий из-под обрывков шкуры собачий хребет распался надвое.
- Вытаскивайте ее, скорее! – Святослав подсадил жену наверх…
Земля под выломанной дверцей провалилась и в образовавшийся провал сунулся голый собачий череп с черной кожистой пимпочкой носа – упорный пес таки прорыл проход. Рыкнув, сходу вцепился Святославу в штаны. Ткань затрещала и разорвалась – Янка, ухватив Святослава за плечи, вытащила его наверх. Они скатились на землю… Святослав почувствовал, как его вздергивают на ноги…
Рядом орала Лина. Безглазый собачий череп, украшенный парой рыженьких, пушистых, очень трогательных ушек, рыча сквозь сцепленные челюсти, повис на Лининой сумочке.
- Пусти, пусти! - глядя на пса остановившимися, распахнутые так, что казалось, вот-вот соскочат с лица, глазами, Лины рвала сумочку из собачьих зубов.
- Сама пусти, дурища! – гаркнул Святослав, пытаясь выдрать ремешок сумки из сведенных пальцев жены. Но Лина лишь полоснула мужа безумным взглядом и вцепилась в ремень еще крепче. Вновь коротко взблеснула сталь – отчаянный взрык, и запорашивая глаза, собачий череп рассыпался мелкой костяной пылью.
Но словно зарождаясь прямо в щелях старых бетонных плит, собаки все лезли и лезли. Пространство перед темной молчаливой гостиницей было заполнено псами. Мертвыми, но оттого, кажется, еще более злобными.
- К воротам не прорваться, отходим к гостинице! – крикнул Рико, - Стажер, коридор! Работайте!
«Сделать мертвыми, сделать окончательно мертвыми» – словно заклинание повторяя про себя инструкцию по разрешению штатной ситуации 5/12, Роман все водил и водил огнеметом, оставляя вокруг себя черную выжженную поляну. А через мгновение та снова заполнялась собаками.
Прикрывая с двух сторон непрерывно визжащую Лину и двух ее спутников, Рико и Янка мчались к гостинице.
- Водилу прихвати! – через плечо крикнула Янка, вталкивая Лину на террасу перед «Парусом».
С ужасом понимая, что он последний остался среди атакующей мертвой своры, Роман подскочил к Сереге, все также неподвижно и равнодушно стоящего посреди безумствующего вокруг кошмара, коротким пинком наладил его ко входу в отель, и поливая вокруг себя огнем, рванул следом. Почти волоча безучастного Серегу на себе, миновал террасу, ворвался в широкий пустой проем парадной двери, развернулся, нажал на курок… Огненный столб прошелся по террасе…
Романа похлопали сзади по плечу. Тот подскочил на месте, оглянулся, выставив перед собой огнемет…
- Вы б так резво с самого начала двигались, стажер, - брюзгливо пробурчал Рико, - Не перевернись машина сорванной дверцей книзу – с вашей расторопностью этих несчастных бы уже доедали! – он кивнул на бьющуюся в истерике Лину, и Славика, неловко поглаживающего ее по плечу. – Не тратьте напалм, дальше псы не пойдут.
Плотно спрессованная толпа скелетов, ободранных и обглоданных собачьих тушек заполняла стройплощадку перед отелем. Пустые глазницы черепов, не отрываясь пялились в дверной проем, но… псы не переступали границы гостиничной террасы. Неподвижные, словно изваяния, мертвые собаки замерли у ступеней. Стоявший над площадкой непрерывный рык смолк. Тишину нарушали лишь всхлипывания Лины:
- Что… Что это… Что такое…
- Та ничого особлывого, лайно собачье на ножках, - небрежно отмахнулась Янка, отбирая у Романа огнемет. - Вважайте, одну з проблем вашей гостиницы мы знайшлы!
- Это проблема вас нашла, специалисты хреновы! – оставив супругу, к Янке подскочил Славик, - И чуть всех нас не сожрала!
- Вас чуть не сожрала, вас, любчику мий, - невозмутимо уточнила Янка, - Якби не ваше надто эффектне появлення, собачки б рано чи пиздно выглянулы, з хлопчиком поздороваться, - она кивнула на Серегу, так и сидящего там, где его бросил Роман – на полу посреди гостиничного холла. – Бо он им после прошлого визита почти що родич. А мы б их прямо в траншеях и упокоили, они бы и тявкнуть не успели!
- Ну так упокоивайте, и мотаем отсюда! – взвился Славик.
- Зараз? – Янка поглядела на него как на полного идиота, - Колы зомби в активном состоянии? А мы навить не знаем, звидки они тут взялыся?
- Бомжи наплодили, - неохотно откликнулся охранник. Он вогнал в ружье новую обойму. Щелкнул затвор. – Как стройку забросили, они тут заселились. Бродячих псов ловили, ну и… - он сморщился, - Когда городские власти бомжей гнать велели, мы с ребятами из ОМОНа здесь работали. В траншеи заглянули, - он кивнул в сторону гостиничного двора, - Там на дне все собачьими костями усыпано.
- А зарыть траншеи, вы, судари мои, конечно же, не догадались, - проворчал Рико.
- Закапыванье траншей не входило в наши обязанности, - жестко отрезал охранник, - У нас была четко поставленная задача – ликвидировать бомжатник в центре города! Если вы думаете, что это легко… - он не договорил, лишь снова гадливо сморщился, - Бичи здешние целый митинг устроили! Жить негде, мы тоже люди… Лю-юди! Надо же! – презрительно протянул охранник, и нервно огладил приклад, - Собак жрали, а туда же, люди они. По этажам прятаться приноровились. Мы с ребятами их по вони находили! – он жестко усмехнулся, - Валяются по комнатам, пучки тряпок вонючих, дерьмом и перегаром от них разит, а поволочешь за территорию, оно еще и брыкается, о правах своих бормочет, человеческих, - его голос постепенно усиливался, речь становилась все быстрее, рука намертво сжалась в кулак, - А одно такое, испитое: я, говорит, дама! Дама! – он коротко хрипло рассмеялся, - И по лицу мне норовит – пощечину, значит. Дамскую честь ее задели, - его губы искривились в жутковатой болезненной гримасе, он потянул носом воздух. Поглядел на свой стиснутый кулак и с явным усилием разжал его. Роман увидел, что в ладони четко отпечатались полукруглые следы ногтей. Охранник поймал его взгляд и снова усмехнулся, вроде бы смущенно, – Упорные бомжи попались, ни за что убираться не хотели, - спокойным тоном сказал он, хотя по дрожащему от напряжения лицу видно было, каких усилий ему стоит это спокойствие, - Вроде всех уже вытравили, и на тебе! Первый инвестор приперся гостиницу смотреть… Тоже, кстати, с супружницей, только они как нормальные люди, днем приехали, - он осуждающе покосился на Святослава, потом перевел взгляд на Лину, утиравшей зареванную физиономию рукавом шубки. – У супружницы на руках этот, голландский кролик, мелочь такая декоративная с ушами – ни шкуры, ни мяса. В красном кожаном комбинезончике, - охранник торопливо говорил, кривя рот в нарочито веселой усмешке, – Вроде бы он какой-то редкий, чуть ли не единственный в мире. Хозяйка невероятные деньги за него отвалила и прямо оторваться не могла. Только стоило им сюда, в холл войти, их редкостный кроль засуетился, потом с рук у хозяйки как сиганет! За угол повернул и исчез как не бывало! Баба рыдает, муж матом орет, меня заставили по всем этажам шарить, только смысла-то все равно никакого – небось, бомж где затихарился, и сожрал все их тысячи долларов в один присест. Ни ушей не осталось, ни комбинезончика! Такая вот прикольная история! – охранник раздраженно махнул рукой и замолчал. Потом вдруг коротко выдохнул, - Ненавижу!
- Кого? – тихо переспросил Роман. Янка одарила его злобным взглядом: какого с вопросами лезешь, сейчас замолчит мужик, ничего толком не узнаем.
Но охранник лишь повел плечом, крепко, словно к подушке, прижимаясь щекой к холодному дулу своего ружья:
- А всех! – откликнулся он, - Гостиницу. Строителей, которые эту заразу здоровенную строили – не достроили. Власти наши городские, инвесторов-сволочей. Бомжей. Вот только собак жалею. – он задумчиво уставился на застывшую у террасы мертвую свору, - Они ни в чем не виноваты.
- Ничего себе! – вскинулся возмущенный Святослав.
Роман, заглушая его вопль, торопливо спросил:
- Если ненавидите, зачем здесь живете?
Охранник, будто очнувшись, поглядел на него с возмущением:
- А жилье? А зарплата? Нет уж, парень, я не бомж! Я не такой, как они! – он крепче стиснул свое ружье, - У меня есть работа! У меня какой никакой, а дом! А что лазают всякие – так это ничего, я в наемниках пять лет прослужил, всякое видел! Я отсюда не уйду! И бомжевать не буду, не дождетесь!
- Конечно-конечно! – заторопился Роман, - А кто тут лазает?
- Понятия не имею, - отрезал охранник. Его губы сжались в тонкую линию. Видно было, что больше из него не выжмешь и слова, - Вы хотели знать откуда собаки взялись – я вам сказал.
- И на том большое спасибо, - пробормотала Янка, - То кажешь, бомжи… - задумчиво повторила она и выставив раструб огнемета, неторопливо двинулась к террасе.
Неужели выйдет? А они с Рико – тоже? Роман стиснул пальцы на окованной металлом палке. На древке, - да что там на древке, даже на металле! – четко виднелись отпечатки зубов. Какой дурак придумал, что мертвая собака не кусает? Будь здоров как грызутся, получше живых!
Настороженно поглядывая на псов, Янка ступила на террасу. Мертвая свора всколыхнулась единым слитным движением. Янка мгновенно отпрянула назад.
- Не-а, - протянула она, возвращаясь в холл, - Не выйдет. Зовсим вы, пани та панове заказчики, собачек роздратувалы, навить на мэнэ реагируют. А ведь не должны. Треба утра ждать. – заключила Янка и досадливо скривилась, - У меня утром дел полно, а тут з вашими песыками ще возись! Явились на мою голову, бовдуры кляти, вся личная жизнь на фиг.
- Да поможет нам святой Доминик! – Рико тяжко вздохнул и поглядел на Романа, - И вот так она до самого утра ныть будет, помяните мое слово, стажер! – он повернулся к Янке, - Да отпустим мы тебя, отпустим! На восходе свора дезактивируется и поедешь встречать своего Эдварда! А мы со стажерам уж как-нибудь сами. Юноше практиковаться надо, а то увидел дохлую собачку, и остолбенел, - Рико иронически покосился на Романа.
- Ой, серденько мое, ты ж в мэнэ такий хороший! – сияющая Янка кинулась на шею Рико, - Ой, спасибочки тэбэ! И тэбэ, Ромасыку, теж спасибо!
Роман перестал возмущенно сопеть. Могли бы, конечно, и у него поинтересоваться – хочет ли он с утра пораньше упокоивать кладбище домашних животных. Но не ломать же напарнице свиданку…
- Вы тилькы з утреца меня видпустить, а за ночь я вам нормально отработаю… - продолжала тарахтеть Янка, продевая руки в лямки рюкзака.
- А до утра? – Лина подняла зареванное лицо. Слезы промыли дорожки в слое тонального крема. Под глазом четко просматривались фиолетовые краски синяка, - До утра мы будем сидеть… здесь? – Лина оглядела бетонные балки холла, раскрывающуюся за ними подсвеченную прожекторами темноту, плотные ряды неподвижных псов. – Мы не можем тут оставаться! – в голосе Лины явственно звучала задавленная, а от того еще более страшная истерика.
- Та не останетесь, - небрежно бросила Янка и задрала голову, вглядываясь в исчезающую во тьме этажей спираль винтовой лестницы. – З нами пойдете.
- То есть как это? – в изумлении Славика, многоуважаемого президента компании, было нечто совершенно детское, словно у шестилетнего ребенка, которому родители вдруг объявили, что сегодня он вместе с ними встанет к прокатному стану, - Что за чушь! Куда это мы с вами пойдем?
- Ну так з гостиницей разобраться надо, чи як? – рассудительно пояснила Янка, - Звичайно, Владика вашего могли и собачки захарчить…
Лина вдруг изменилась в лице, ладонь взметнулись ко рту. Поверх сжатых пальцев на Янку уставились полные ужаса глаза:
- Владика… съели?
- Може и зъилы, - безмятежно подтвердила Янка, - Алеж я сомневаюсь. А навить якщо и зъилы – хто тут так орал? Серегу вашего хто в прошлый раз аж до машины закинув? Та и вы теж… - она вопросительно поглядела на Лину, - Чого це вас всих разом з машиной сюды занесло?
- Ой, там такое страшное… Черное… Ползло… Воняло… - Лина сбилась, чувствуя, что просто не в силах описать вломившееся в сторожку жуткое существо, и беспомощно поглядела на охранника. Но тот ответил ей лишь ничего не выражающим взглядом.
- Ось, ще и повзае щось, - удовлетворенно заключила Янка, - З цим отелем ще разбираться и разбираться, як раз до утра работы хватит!
- Вот и работайте! – твердо объявил Славик, - Только сперва выведите нас отсюда!
Янка поглядела на него с недоумением:
- Ты що, не зрозумив? До утра нихто звидси не выберется, навить мы. Ни, якщо не веришь, можешь сам спробуваты… - она кивнула на выстроившихся у террасы собак.
Славик тоже поглядел на застывшую в ожидании свору и на всякий случай отступил на шаг назад.
- Спокойно! Спокойно! – забормотал он, и с каждым новым «спокойно» его голос наливался все большей паникой, - Да спокойно же! – почти срываясь на визг проорал он. Похоже, собственный крик и впрямь подействовал на него успокаивающе – во всяком случае, лицо его просветлело, он выхватил мобилку, - Сейчас начальника охраны вызову, пусть берет своих и едет. Что за черт! – он недоумевающе поглядел на мобилку, - Зарядить забыл? Линка, дай свою!
Не отрывая испуганных глаз от мужа, Лина зашарила в сумочке.
- Что ты возишься! – рявкнул Славик и шагнул к ней, явно собираясь отобрать сумочку и поискать самому.
Кенгуриным прыжком Лина отскочила прочь, повернулась, прикрывая кожаную торбочку своим телом, будто младенца.
- Сейчас, вот! – торопливо пробормотала она, - Уже нашла! – маленькая яркая трубка ткнулась Славику в ладонь.
- Пока на тебя не гаркнешь, не пошевелишься! – пробурчал Славик, поднося трубку к уху. Чтобы через с секунду проклятьем швырнуть мобилку о бетонный пол. Лина коротко вскрикнула.
- Не ори, новую тебе купим! – окрысился на нее муж, - Сволочи, а еще клянутся, что у них «лучшее покрытие»! – передразнил он.
- У вас для этого места техника неподходящая, - с убийственной серьезностью сообщил Рико, - Мобилка здесь, увы, не годится. Тут бы столик, кругленький такой, для спиритических сеансов…
- Та с него не начальника охраны, а хиба що дух Наполеона вызовешь. - пробурчала Янка, - Тоби, бовдуру непонятливому, русским языком кажуть – треба утра дождаться! Слухайте, може у вас часу до фига, але я вже казала, що тороплюсь! Мой Эдвард по ночным трассам знаете як гонит! К утру вже буде в городе!
- Как всегда на новой машине! – проворчал Рико и словно бы нехотя, через силу уточнил, - Что у него на сей раз?
- А «Бентли»! – с торжеством объявила Янка, - Индивидуальный заказ.
Физиономия Рико стала каменной. Не говоря ни слова он подхватил свою долю снаряжения и направился к винтовой лестнице.
- Ось Рико и дуля! – злорадно прошептала Янка Роману прямо в ухо, - А он думал, краще его «ягуара» звиря нема!
- Я все слышу! – угрожающе откликнулся из клубящейся над лестницей тьмы Рико, - Стажер, чем ехидничать над начальством…
- Я вообще молчу! – возмутился Роман.
- А вы не молчите, вы делом занимайтесь! – склочно объявил Рико. Похоже, грядущее появление неведомого Эдварда на «Бентли» индивидуального заказа ранило Рико в самое сердце, - Тащите сюда мсье водителя. Пусть показывает, где тут то, что ползло, и то, что кричало. Работаем, мадам и мсье!
- Веди, экскурсовод! – поднимая Серегу толчком приклада, хмыкнула Янка. Механически, будто автомат, переставляя ноги, Серега заковылял к лестнице, – Так, цей впереди, Рико, мабуть, з ним. Вы трое посередине, - деловито скомандовала она глядящим на нее во все глаза Лине, Славику и обнявшему свое ружье охраннику, - Ромасык рядом, присмотрит, якщо щось не так. Я замыкающей. Не паниковать, не разбегаться, самому ни в кого не стрелять, а то ружье отберу, та в зад засуну, - она многозначительно поглядела на охранника, - К утру заказ будет выполнен, и все пидуть до дому, зрозумило? – бросила она и явно не сомневаясь в ответе, тоже направилась к лестнице.
- Нет, не «зрозумило»! – Славик не двинулся с места. Его голос дрожал от ярости, - Я что, в психушке?
- Та ни, всього лише на объекте 17/3, - пробормотала Янка.
- Не знаю я никаких ваших объектов! – заорал Славик так, что даже мертвые собаки у террасы зашевелились, - Твари ползают, псы дохлые жрут, мобилка не работает… Не может… Не бывает… - он захлебнулся словами, выдохнул, - Мы никуда с вами не пойдем, слышите, вы, придурки! Выведите нас отсюда, ясно!
- Но, Славичек… - робко подала голос Лина, - Они же говорят, до утра нельзя.
- Заткнись, дура! Они все врут! – истошно завизжал Славик. Он метнулся к охраннику, вцепился в ружье, изо всех сил рванул на себя, - Дай! Дай сюда! Я заставлю вывести нас!
- Э-э, мужик, кончай истерику! Отпусти! Это мое ружье! Мое! – голос самого охранник неожиданно сорвался на истеричный взвизг, он потянул ружье к себе, локтем пытаясь отпихнуть взбесившегося Славика. Рыча не хуже мертвой своры, Славик не уступал.
- Стажер, я каждым вашим действием руководить должен? – раздраженно донеслось со ступеней, - Уймите господина заказчика! Аккуратно.
Мгновение поколебавшись, Роман сунул окованную металлом палку подмышкой и сжал шею Славика в удушающем захвате. Почувствовал, как мягкое человеческое горло сперва податливо проваливается, потом страшно напрягается в безуспешной попытке защититься. Пальцы клиента вцепились Роману в руку, принялись отчаянно рвать рукав.
Словно младенца прижимая к груди свое ружье, охранник отскочил в сторону:
- Цепкий, зараза, а по виду и не скажешь! – он погладил приклад, точно успокаивал оружие.
Роман перестал сдавливать Славику горло. Заходясь кашлем и держась за шею, заказчик рухнул на колени. Роман нагнулся, пытаясь его поддержать. Славик отпрянул в сторону.
- Руки прими, падла! – сквозь кашель выдавил он, - Думаешь, подловил? Я тебе еще все яйца…
- Славик, ну не надо! – оттеснив Романа плечом, Лина наклонилась к мужу, - А вдруг и правда сейчас не выйти? - она кинула короткий взгляд на поджидающую свору и быстро отвела глаза, - Съедят. Как Владика, - тихо добавила она.
- Хоть сейчас заткнись про своего Владика! – Славик отбросил ее руку. – Я твоего Владика… - он вдруг резко осекся и замолчал.
- Что? – отступая на шаг, глухо переспросила Лина, - Что ты Владика? Говори, ну!
- Я? Ничего… - со сдавленным смешком ответил Славик, - И вообще, не нукай на меня! Совсем оборзела баба – нукает она тут! Что ты еще выдумала, дура? Он же тут, в этой гостинице пропал! Я в офисе остался!
- Остался… - повторила Лина, - Ты остался, а Владик – поехал. Он не хотел ехать вечером, говорил: не видно же ничего. Говорил: после съездит, прямо с утра. А ты уперся. Чуть не силком его вот сюда, - она притопнула ногой по бетонному полу, - …выпихал!
- И выпихал! – вызывающе глядя на нее снизу вверх, прокричал Славик, - Вам волю дай, вы все на свете на потом отложите, ничего делаться не будет! Мне на выходных надо было смету просмотреть…
- Вот и смотрел бы свою смету! – тоже закричала Лина, - А ты родного брата сюда погнал! И меня… - она вдруг подозрительно уставилась на мужа, - Меня с ним ни за что не хотел отпускать! Уперся, на пару вот с этим, - она ткнула пальцем в безучастного Серегу.
- Ах ты ж шлюха наглая! - почти змеиным шепотом ответил Славик. - Не пускал я ее! Ты что думаешь – я про вас с Владиком не знаю ничего? Думаешь, муж у тебя слепой? Болван у тебя муж, да?
- Я не берусь оценивать ваши умственные способности, милейший, - брезгливо обронил сверху Рико. Его голова показалась над изъеденным временем и непогодой краем ступенек винтовой лестницы. - Хотя я всегда считал, что умный мужчина не станет обвинять жену в неверности публично. Не могли бы вы пока отставить ваши семейные разборки? Вернетесь домой, тогда и закончите.
- Верне-емся! – передразнил его Славик. С трудом поднявшись на ноги, он покосился на возвышающегося на ступенях Рико. Игнорируя Романа, добрел до Янки. Почти спокойно сказал, - И как же мы вернемся? Ладно, допустим сейчас и правда выйти нельзя… Значит, будем сидеть здесь! До самого утра!
- Ще чого! – возмутилась Янка, - Щоб людына була така тупа, що не понимала ни з першого разу, ни з другого, ни з третьего! Сегодня треба з твоим заказом закинчиты, бо завтра у мэнэ гости!
- Да плевать мне на гостей, на заказ!.. – Святослав снова сорвался на вопль.
- Рико! – окликнул начальство Роман. Припадочный Славик, пожалуй, что и прав. Конечно, просидеть ночь в продуваемом всеми ветрами недостроенном холле с видом на дохлых песиков – удовольствие ниже среднего. Но и идти наверх казалось полной дурью. Тут и самому-то страшновато – черт его знает, что там орет и ползает на этажах! – а еще тащить за собой трех совершенно неподготовленных людей.
Придерживая порывающегося шагать наверх Серегу, Рико снова склонился над выщербленным краем лестницы.
- Не дергайтесь, стажер! Меня явление милейшего Эдварда… - Рико скривился, - …волнует весьма мало, но Янка права – нам всем лучше идти. Если мы останемся здесь… - теперь он обращался к Лине, видимо, считая ее самой разумной, - Поверьте моему опыту, затаившаяся в отеле нечисть ни в коем случае не оставит нас в покое! Мы на их территории – почувствуют, унюхают и неизбежно потянутся к нам. Не исключено, что все сразу. – он оглядел голое бетонное пространство холла и покачал головой.
- К утру от нас и косточек не зылышытся, - бодро заключила Янка. – Або наоборот – только косточки и останутся. Веселые такие скелетики, бойкие! Гей, чудо, хочешь статы веселым скелетиком? Будешь разом з дохлыми собачками на луну выть, – она ткнула Славика кулаком под ребро.
Славик как раз и взвыл – хватаясь за бок.
- У нас просто нет иного выхода. Два местных существа – кричащее и ползающее – себя уже проявили. Гораздо безопаснее, если мы будем искать их, а не они – нас. - нравоучительно сообщил сверху Рико.
Лина нерешительно шагнула к лестнице, запрокинув голову, поглядела Рико в лицо:
- Но вы обещаете… Вы уверены, что с нами ничего не случится?
Рико отвел глаза в сторону:
- Как я могу давать подобные обещания? Скажу лишь, что оставаясь на месте, скорее всего, погибнем, а если пойдем… Я клянусь вам, раз уж вы здесь очутились, мы будем вас защищать!
- Ще як будемо, бо иначе хто ж нам завтра десять тысяч виддасть! – с энтузиазмом откликнулась Янка.
- Конечно! Поедем в банк и я сразу же… - упоминание о деньгах моментально успокоило Лину – если люди с тебя назавтра получить собираются, сегодня точно пропасть не дадут. Она торопливо кивнула и бросилась к лестнице.
- За что им еще десять тысяч… Стой, дура, ты куда! – протянутая рука Славика скользнула по гладкому меху Лининой шубы, но женщина уже бежала наверх, оскальзываясь на выбоинах ступеней. – А ну вернись! Вернись, пожалеешь!
- Остаешься? – проходя мимо него, небрежно поинтересовалась Янка, - От и добре! Щоб чек выписать, нам и твоей жинки хватит! – она легко взбежала по ступенькам и пристроилась в хвост процессии, - Ромасык, давай швидше сюды, будешь нашу заказчицу страховать!
- Знаешь, мужик, я тоже не хочу туда идти! – кивая на поднимающуюся во тьму винтовую лестницу, охранник ободряюще похлопал Славика по плечу.
Сворачивая вслед за спиралью ступеней, Роман успел увидеть, как их заказчик с надеждой поглядел на ружье в руках сторожа.
Издалека донесся противный шаркающий звук, словно где-то в переходах «Паруса» по бетонному полу проволокли нечто тяжелое и длинное. В воздухе потянуло смрадом.
- Но и тут оставаться как-то не особо! – тут же торопливо добавил охранник, развернулся и в несколько прыжков взлетел по лестнице, обогнав Романа. Держа наготове ружье, пошел впереди Лины.
Тихо, на самом пределе слуха, снова донесся длинный шаркающий звук. Серега вдруг остановился, растерянно затоптался на месте, порываясь то идти вперед, то вернуться. Зато охранник заторопился, рванулся, походя ткнув дулом Сереге в спину. Водитель качнулся, неуверенно поднялся на ступеньку, снова замялся…
- Я казала – оружие прибрать! – рявкнула на охранника Янка. – Ты нашего «Сусанина» з толку сбиваешь!
Охранник бросил на нее холодный ненавидящий взгляд:
- Что-то последнее время моду взяли орать всякие. - он презрительно скривился, оглядывая Янку с головы до ног, - Всякие… дамы. Вы, дамочка, на меня голос не повышайте, плохо закончиться может, - его губы снова искривились в гримасе, - Мы попали в крайне опасное место, а я – единственный человек с реальным боевым опытом.
Не выдержав, Роман заржал. Впереди послышалось хмыканье Рико.
А Янка остановилась и всплеснула руками, словно домохозяйка над убежавшим молоком:
- Та що це таке робыться! Тильки вид першого отвязались, другый орел хвост пиднимае! Слухай, ты, хрен з опытом… - нежно сказала она и вдруг, ухватив обалдевшего охранника за ворот, легко подняла его и… подвесила над круглым отверстием, образованным изгибами винтовой лестницы, - Засунь свой опыт глубоко-глубоко в задницу и не мешай нам работать. Бо в отличии от нее, - Янка указала подбородком на Лину, - Ты нам ничего не должен. А значит, и мы тэбэ ничего не должны. Ни, мы тэбэ з собою визьмемо. Из человеколюбия. Люблю, знаешь ли, человеков, - острые акульи зубы, проглянувшие между растянутых в улыбке губ наполнили ее слова зловещим смыслом, - Але командують тут Рико, потим я, потим, ось, - стажер. А ты слушаешься и не мешаешься, инакше – бросим. – и она встряхнула его над отверстием, ясно давая понять куда именно бросит.
Прямо из отверстия снова послышалось шарканье. Янка насторожилась. Продолжая держать охранника на весу, глянула вниз:
- Що там таке?
- Ничего! – сквозь стиснутое воротом горло прохрипел охранник.
- А ты откуда знаешь? – подозрительно процедила Янка и сквозь край винтовой лестницы всмотрелась в холл. Но слабый отсвет прожекторов на ограде не мог рассеять царящей внизу тьмы. Янка прислушалась, но услышала лишь захлебывающееся дыхание болтающегося на весу человека.
- Все ясно? – так ничего и не разглядев, Янка снова обратила свое внимание на охранника.
- Ясно, - выдавил тот.
- От и добре, - Янка поставила его на ступени и заботливым движением расправила скомканный ворот камуфляжной куртки.
- Ружье можно оставить? – опасливо косясь на мелькающие у его горла женские пальчики, угрюмо поинтересовался сторож, - Я без него… как голый. Обещаю без приказа не стрелять, – торопливо добавил он.
- Приказа не будет, - жестко отрезал Рико, - Как-нибудь без вашей стрельбы обойдемся.
Он поглядел, как нервно охранник прижимает ружье к груди, потом перевел взгляд на Лину, точно также обеими руками стиснувшую сумочку и усмехнулся:
- Каждому – свое. Если вы так в нем нуждаетесь, оставьте. Прошу вас, сударь, – Рико подтолкнул Серегу в спину. Тот помедлил мгновение, словно ждал чего-то. – Святой Доминик, да сдвинемся мы когда-нибудь! – нетерпеливо проворчал Рико. И тогда Серега покорно зашагал дальше.
Сзади послышался дробный топот. Перескакивая по две ступеньки за раз, из-за поворота винтовой лестницы выбежал Славик. В его широко распахнутых глазах стоял ужас. Ничего не видя перед собой, он слепо налетел на Янку, вскрикнул, метнулся в сторону…
- Ой, Славик, ты все-таки решил идти с нами! – вскричала Лина, выглядывая из-за плеча Романа. Краем глаза Роман подметил, что на лице ее сперва промелькнуло разочарование, сразу же сменившееся облегчением. М-да, неоднозначно Лина к супругу относится.
- Какая радость, просто нема слов! – сквозь зубы процедила Янка, удерживая рвущегося бежать Славика.
Заказчик еще пару раз дернулся, потом взгляд его стал осмысленным. Он оглядел стоящих перед ним людей, увидел жену у Романа за спиной. Растопыренными пухлыми пальцами ткнул Романа в грудь, отпихивая его от Лины.
- Я тебе что насчет яиц обещал! – срывающимся петушиным фальцетом голосом выкрикнул он, - Еще раз полезешь к моей бабе – таки оторву! А ты… - он грозно поглядел на Лину, - На одну минуту муж, ну, задержался, там внизу… Так сразу парней клеить? Шлюха и есть! Все время присматривать надо! Шевелись давай, чего встала! – и ухватив Лину за руку, он поволок ее по ступенькам вслед безучастно вышагивающему Сереге.
Оскальзываясь на осыпавшихся краях ступеней, но упорно стараясь держаться рядом с Линой и Славиком, двинулся охранник со своим неизменным ружьем.
Очутившиеся позади Янка и Роман переглянулись.
- Ну никакого порядка! – безнадежно вздохнула Янка, - Ромасыку, може, бабу оставим – вона тут едына нормальна, – а цих двох психов я сама пришью? – Янка покачала дулом огнемета, и было в этом движении нечто искусительное, - Чую, намаемся мы з ними.
Невероятным усилием воли поборов желание согласиться – хоть от паршивца Славика избавится, а то взял моду пихаться и поминать всуе самое, можно сказать, дорогое, что есть у мужчины! – Роман отрицательно покачал головой. Янка вздохнула, закинула огнемет на плечо, и они оба зашагали по лестнице вслед поддерживающему проводника Рико и троице своих почти случайных попутчиков.
Сверху, из темных, продуваемых ветром глубин недостроенной гостиницы снова раздался вопль.
Пронзительный и страшный. Он оглушал. Лишал чувств и соображения, выдавливал ледяной пот ужаса.
В ответ послышались испуганные крики Лины, ругань охранника – дуэтом со Славиком. И неожиданно веселый Янкин смех.
- Гей, человек з боевым опытом, - громко окликнула она охранника, - Що ты там про единственного в мире кролика рассказывал? Рико, соображаешь, що оно таке орет? Ну, господа заказчики, з другой проблемой цього отелю, мы, считай, разобрались, лише пийматы осталось! Давай, хлопче, веди, де там оно заховалося, - поторопила она Серегу и вдруг посерьезнела, всю веселость ее как языком слизало, - Стоп. А чому це оно заорало, як раз колы мы наверх пишлы? – выражение Янкиного лица стало обиженным, - Ни, ну знов якись неприятности будут – я так точно опоздаю!
- Скажи пожалуйста, а когда наша работа доставляла удовольствие? – с меланхоличной убежденностью ослика Иа ответил Рико, - Разве что Эдварду твоему, так он известный извращенец.
- Колы ж це скинчится! Мало, что его в голливудские консультанты перевели, еще и поиздеваться треба! Один раз в житти сотрудник ошибку совершил… - взвилась Янка.
- Ах, так он по ошибке! – ехидно протянул Рико, - Странно. Мне всегда казалось у драконов внешность достаточно своеобразная – ни с кем не спутаешь!
Огнемет в руках у Янки зловеще дрогнул.
- Господа начальство, а может, поясните… - торопливо вклинился в ссору Роман.
Зловещий раструб огнемет метнулся в его сторону.
- Що тоби пояснить? Вот що я тоби повинна пояснюваты, га? Яке твое дило, що саме… - Янкин палец прижимался к гашетке огнемета все теснее, словно бы сейчас у них должна была состояться прям таки пламенная любовь.
Роман сглотнул, уже чувствуя, что ему становится горячо:
- Я только хотел спросить, что именно там орет? – пробормотал он.
Последовало долгое молчание. Наконец Янка шумно выдохнула и закинула огнемет на плечо.
- Реестр з кодификатором выучи як следует – сам здогадаешься, неуч! – буркнула она, и решительно двинулась вверх по лестнице.
Роман жадно втянул воздух сквозь перехваченное горло. Дернулся, схватился за свою окованную металлом палку, ощутив легкое прикосновения к плечу.
- А вы всегда такие нервные? – жалко улыбаясь, Лина отдернула руку.
- Да не сказал бы, - промямлил Роман, лишь сейчас сообразив, что и правда, как-то излишне много эмоций. Никогда раньше Рико с Янкой так не ругались. Ну силен Эдвард, еще не приехал, а уже такая буря страстей! А что будет утром, когда он появится? И наступит ли утро для тех, кто сейчас поднимается по осыпающейся винтовой лестницы, ежась от свистящего в пустые проемы ветра с реки? Старательно, прям по учебнику, контролируя своих подопечных, Роман повел их наверх.
Снизу, из-под ступеней, донеслось длинное шарканье, сильно пахнуло смесью застарелой грязи и мертвечины и послышалось тихое, разочарованное шипение.