Только безыдейные и слабоумные люди могут считать, что те или иные государственные границы на нашей земле являются чем-то навеки незыблемым и не подлежащим изменениям.

Один циничный ублюдок.

Айдан Кусланд. Неделю спустя.

Войска выдвигались на запад. Стройные колонны солдат маршировали по улицам Денерима. Часть из них рассосётся во Внутренних Землях в виде стражи, наставников, последнего резерва, назвать можно как угодно. По странному стечению обстоятельств, эти рассосавшиеся будут принадлежать Хайеверу. Другие пойдут дальше, к орзамарским перевалам, к Орлею. Там, разумеется, без моих людей тоже не обойдётся, причём под своими людьми я имел в виду и эльфов, но это детали. Сейчас мне было хорошо-о-о-о. Очень хорошо. Почему? Леди Лиандра великодушно приняла моё приглашение и предложение, а вытянувшиеся рожи всех окружающих, включая и моих ведьмочек, когда я на внеочередном приёме объявил о личности Регента… и этого самого регента представил господам дворянам… Да-а-а, эти воспоминания будут долго греть моё маленькое чёрное сердечко холодными зимними вечерами. А сама госпожа Хоук уже подумывала о написании мемуаров, благо жизнь у неё получилась интересной — от дочери и наследницы одного из влиятельнейших лордов Киркволла к беглянке-жене малефикара, от неё — к обычной, пусть и весьма зажиточной крестьянке, потом — пленнице церковников (очень недолгой), интендантше в бегущих войсках, матери-держательнице земель и, как апогей, леди-регенту целой страны. Если задуматься, «послужной список» получился солидным, а уж опиши она все свои мысли и переживания, может выйти настоящий бестселлер. Но оставим пока бедную женщину в покое и перейдём к другим персоналиям.

Рокировка Ирвинг-Винн наконец-то состоялась, и теперь старушка-моралистка будет выедать мозги всяким дворянам, что начнут подваливать со всякими «интересными предложениями» того или иного толку, а не засирать мозги молодёжи. Табрис и Ирис отправились со мной в качестве командиров эльфийских отрядов. Редвар и его собратья, после некоторых моих раздумий, таки покусали Воинов Пепла, что, от нового всплеска ощущения собственной элитарности, сразу же начали конкурировать с Чёрной Стражей, благо вовремя удалось заметить первые ростки «тёрок» и перевести их в разряд здорового соперничества, а не какой-нибудь фигни с подставами и желанием подсидеть друг друга. Идею вообще объединить эти два подразделения, пришлось отринуть — «лириумная добавка», по моим вычислениям, слишком перекашивала механизмы оборота, тратить на индивидуальную подгонку по два-три часа я себе позволить просто не мог, даже если проводить всё это в «пассивном» режиме. И это ещё не считая кардинально противоположных стилей боя. Стража была… стражей, как ни забавно это звучало. Матёрые тренированные бойцы, опирающиеся, в первую очередь, на личное мастерство и плечо брата по оружию. Помимо «антимагии» они занимались или крепчайшей обороной, создаваемой из стены щитов, или атакой, медленной, кажущейся немного неуклюжей, но неотвратимой. Волки же — это штурмовики, войска прорыва. Понятия о строе у них были… но только что понятия, предпочтение они отдавали индивидуальной скорости, живучести, навыкам… ну и звериным инстинктам, само собой. Разумеется, были и исключения, тот же Кристиан, особенно, после моих «благословений» мог устроить кровавую просеку не хуже оборотня, а Рэдвар — прекрасно владел мечом и был наделён неплохими задатками тактика и командира. Но на то они и старшие офицеры, чтобы быть лучшими, их, как раз, можно было бы и «доработать» в индивидуальном порядке и, быть может, я этим и займусь. Чуть позже, а пока у меня хватало и других дел. И нет, я не имел ввиду зажимания Мерриль в тёмном уголке или активный отдых с сёстрами-колдуньями. Всё было куда прозаичнее. Мои послы добрались до гномов, смогли, благодаря Риордану, попасть внутрь и стали присылать первые отчёты. И у меня сразу же начала болеть голова, а рука сама собой тянулась к лицу. Гребаные подземники!

Итак, что конкретно произошло? Ну, если опустить совсем уж нецензурное, то как в том старом мультике «Что? Кто звонит? Директор? Иди ты в жопу, директор, не до тебя сейчас!». Гномы были заняты друг другом, причём настолько, что вообще забили на послов. То есть, внутрь тейга нас ещё пропустили, приняв документы Стражей, а дальше всё — крутись, как хочешь. Местный правитель помер, его сын и полагаемый наследник был отправлен в Легион Мёртвых, причём за братоубийство. Оставшийся принц объявил себя преемником отца, но вот типом он был очень мутным, «народной поддержки» не имел, а потому с такой кандидатурой согласны были не все. Ну и местный «герцог» или как там у коротышек подобный титул зовётся, предложил свою кандидатуру на каменный престол. И вот, местное «Собрание Земель» уже почти год, без пары месяцев, не могло решить, кого делать главным. В общем, можно было сказать, что внизу происходила такая же неразбериха, как была недавно на поверхности, с той лишь разницей, что тут положение кандидатов было примерно равным, а общая основательность и осторожность не давали решить вопрос радикально путём физического устранения конкурента. Да и подобное решение могло стать политическим самоубийством и последней соломинкой, что сломит спину верблюда и опрокинет царство подземников в пучину гражданской войны. Как результат, соперники реально устраивали что-то вроде демократических выборов в США — кандидаты от двух партий периодически проводили дебаты, поливали друг друга отборным дерьмом и компроматом, перекупали голоса выборщиков тем или иным путём… короче, развлекались, как только могли. Проблема заключалась в том, что во время таких «развлечений» вся внешняя политика Орзамара просто переставала существовать. Гарантом заключения и соблюдения любого договора с соседями является король. Нет короля — нет договоров. И если с частниками ещё можно было договориться, да и то, не со всеми и не обо всём, то уже даже на уровне главы Касты начинались проблемы. А что-либо в массовом порядке, будь то инструменты, снаряжение, оружие или даже расходники любого вида шло как раз через этого самого главу.

Что за касты такие? Ну, культурно-политическая система гномов чем-то напоминала индусов, где-то даже жёстче, хотя… чёрт его знает, не особо я интересовался тонкостями строя любителей карри. Но общие черты проглядывали. Если ты родился кузнецом, изволь ковать, воином — воевать, ну и так далее. Переходы из касты в касту почти невозможны, разве что при браке подземников из разных каст, родители могут выбрать, к какой будет принадлежать ребёнок и, теоретически, потом он сможет перейти в касту другого родителя, если в изначально выбранной разочаруется. Плюс, есть «Неприкасаемые», как и у индусов — слабо образованные, ничего толком не способные добиться в обществе и ведущие не то, чтобы полуживотную жизнь, но… где-то около. А ещё можно, «лишиться касты», то есть, стать этим самым «Неприкасаемым». Вариантов такого развития событий и поводов к нему немного, но есть, от действительно серьёзных преступлений до банального выхода на поверхность. С последним, конечно, есть нюансы, однако ж… если долго будешь под небом, дадут «титул» Наземник и по своему социальному статусу ты будешь чуть выше пресловутых «Неприкасаемых». Ну и отношение к живущим наверху у «истинных» гномов соответствующее, так что с послами моими говорили не через губу, но, как я отмечал выше, на уровне «отвали, не до тебя сейчас».

В такой обстановке ни о каких поставках лириума даже говорить не приходилось. Разумеется, был ещё вариант обратиться к Хартии — местной «Триаде», «Якудзе» или попросту «Братве». Неприкасаемым жилось не особо хорошо, плюс «скидываемые» туда откровенно уголовные элементы. Так что ничего удивительного в том, что в той касте процветала организованная преступность. Для многих это был едва ли не единственный способ выжить. Вот только король, о чём-то договаривающийся с бандитами… спасибо, посмеялся. Да и поставки по таким каналам вряд ли будут сколь-либо значимыми. Всё-таки криминал не может обладать ресурсами и средствами, не то что превосходящими, даже сопоставимыми с таковыми у официальной власти. Иначе он бы эту власть просто смёл. Короче, нужно ещё немного подумать, но сдаётся мне, что вопрос коротышек придётся решать если не радикально, то очень резко. И пара мыслей на этот счёт у меня была. А вот Лелиане нужно будет поработать на предмет связей с этой Хартией. Это королю зазорно общаться с бандитами и контрабандистами, а вот специалисту по «деликатным делам» — самое то. Но до принятия окончательного решения стоит дать моим послам побольше времени, да как следует расспросить того, кто имеет представления несколько большие, чем воспоминания о игре, что могут быть искажёнными или просто не сочетаться с миром. Благо, у меня такой разумный был — Бодан Феддик как раз присматривал за своим сыном-зачарователем в Хайевере, а поскольку наш путь всё равно лежал через мою «исконную» вотчину, то расспросить гнома будет самое то… так, кто сказал, что это ещё один повод навестить мой плеер?!

***

Путь до Хайевера занял ещё полторы недели. Возможно, удалось бы преодолеть эту дистанцию и быстрее, но несколько тысяч человек, да с большим обозом, да из свежесформованных отрядов… это было медленно и печально. Нет, к «доформированным» Воинам Пепла или там егерям-оборотням у меня вопросов не имелось — те были и быстры, и выносливы, даже умудрялись уходить вперёд и организовывать места под развёртку стоянок армии, но вот свеженькая тяжёлая пехота, в состав которой вошли собранные с баннов и прочих эрлов воины — это да, это грусть. Впрочем, пока время было, к тому же…

– Вааа… - раздался испуганный вопль в небесах.

– Иехааа! – ответил ему вопль восторженный, но не менее громкий.

– Ты уверен, что это была хорошая идея, Твоё Величество? – поинтересовался Андерс, задумчиво наблюдая за кувыркающимися в вышине фигурками.

– Да, только представь себе, наши волшебницы, поливающие огнём и заклинаниями с недоступной высоты войска противника… Хорошая же картина.

– Это да, - согласился рыжий, - но, судя по некоторым воплям, пока что, «поливать» противника они смогут чем-то другим… ну, часть волшебниц. Не к обеду будь сказано.

– Может тогда сам попробуешь? – я вскинул бровь.

– Нет уж. Рождённый ползать упасть не сможет! Полёты точно не для меня! И вообще, я больше за целителя, зачем целителя сажать на дракона? Не надо это целителю!

– Ладно-ладно, я не буду продвигать идею остальным понаслаждаться твоими воплями.

– Весьма признателен, Твоё Величество. И всё-таки, зачем было сажать туда Мерриль?

– Она сама хотела…

– Ты уверен?

– Да, но попросить стеснялась, - желание этого ушастенького чуда я ощущал вполне отчётливо.

– Что-то это «Вааа» было не похоже на крик радости… - отметил парень.

– Ничего, привыкнет и будет визжать также, как сестрички.

– Кстати, Айдан…

– М-м-м?

– А ты и правда… ну, со всеми тремя?

– Без комментариев, - я окинул рыжего доброй и всепонимающей улыбкой.

– Э-э-э, о чём бишь я? - тот понял и принялся судорожно искать повод для смены темы, - как себя показала упряжь? – н-да, так себе смена, ну да ладно.

– Сам видишь — очень неплохо, особенно, в сочетании с «телекинетическим коконом». Хотя, - я окинул взглядом закладывающую «Мёртвую Петлю» Бастилу, на которой устроилась Солона, - иначе любого всадника бы сдуло ещё на взлёте.

– Н-да, свободные боевые маги, рассекающие небеса на спинах драконов, - Духовный Целитель мечтательно улыбнулся, - я прямо начинаю сожалеть, что не смогу увидеть рожи церковников, когда они получат об этом известия.

– Как бы бедняжек удар не хватил, хотя… нынешняя властительница «Солнечного Трона» - впавшая в маразм идиотка, может удар ей и организуют в ближайшее время.

– Думаешь? – подобрался маг.

– Пусть основная сила клира — это Храмовники и иерархия у них своя, одних их не хватит для серьёзного противостояния государству, нужен Священный Поход, нужно привлечение независимых лордов, а для этого нужна молодая и сильная Верховная Жрица.

– Звучит логично, но есть ли какая конкретика? Я не особо силён во всех этих церковных заморочках с должностями, но умного человека послушаю с удовольствием… кстати, будешь? – маг протянул мне мех, из которого доносился слабый запах лесных трав и ягод.

– Пахнет вкусно, что это?

– Морс по рецептам наших пушистых друзей, всё-таки я там не только за волкодевочками присматривал…

– О да, как ты «присматривал» слышало пол-лагеря, особенно в моменте, когда Редвар грозился «оторвать всё лишнее этому рыжему кобелю», - я отхлебнул напиток, м-м, очень неплохо, в меру кислинки, в меру сладости, прекрасно.

– Ну, какой король, такие и рыцари, - ухмыльнулся этот тип, - так что там с Верховной?

– Да демоны её знают, была бы Беатрикс моложе, вопрос бы не стоял — вот уж кто умел и любил использовать силу, одно её прижимание наместника Киркволла к ногтю для беспрепятсвенного прохода кораблей Орлея через его гавань чего стоит. Но это было десять лет назад, а сейчас она старуха, у которой нет ни физических, ни духовных сил что-либо решать. Кто придёт на её место? По полученной от некоторых… хм, назовём это «не совсем добровольными агентами», шансы были у Преподобной Доротеи, что намеревалась вести довольно либеральную и относительно прогрессивную политику, но, с учётом нынешнего обострения, любые послабления для магов или откол толики власти жриц будет рассматриваться едва ли не как открытое предательство, потому шансов у неё мало. Даже если она вдруг решит переобуться на скаку и поменять свою риторику, за ней уже закрепилась определённая репутация, что сейчас будет играть всецело против неё. Из других кандидаток, - я прикинул доклады той разведки, что у меня была и что удалось собрать, - может быть кто-то из Пентагастов или Тревильонов.

– И что это за личности? – маг явно не ждал ничего хорошего и я не стал его разочаровывать.

– Дерьмовые это личности. Первые — королевский род Неварры, но эти демоновы некрофилы плодятся хуже кроликов, только «основных ветвей» у них аж четырнадцать, плюс ушедшие в другую семью, плюс бастарды… да, наверное, весь Двор у них может в своих предках найти того или иного Пентагаста. Соответственно, поддержка знати у такой кандидатки будет немалой, пусть и не всеобъемлющей — «родственнички» там режутся друг с другом едва ли не бодрее, чем антивские пираты с похмелья в припортовой таверне при дележке шлюх.

– Что-то мне подсказывает, что ты не очень любишь Пентагастов…

– Ты не представляешь, как я замуд… замучался учить их родословную, в своё время. Тем не менее, вынужден признать, люди они серьёзные и суровые, их род являл миру выдающихся рыцарей, охотников на драконов, храмовников… в общем, если Верховная будет из их рода, можно сразу считать, что Неварра объявит нам войну и без созыва Священного Похода. Там, конечно, с ними рядом Андерфелс с Серыми, но Орден… слишком прагматичен.

– Н-да, а второй вариант?

– Тревильоны? Вольные бароны из Вольной Марки. Сам по себе род не слишком богатый или влиятельный, да и располагаются они едва ли не у самого Пар Волена, но… благочестивы едва ли не до невменяемости. Верховная из их числа сможет так засрать мозги простым людям, что и берсерки гномов от зависти к появившемуся помешательству свои бороды съедят, - вздыхаю, - к тому же, это только два возможных варианта, а кандидаток будет более дюжины. И, с учётом нынешней обстановки…

– Пройдёт самая радикальная и с наибольшей военной поддержкой.

– Верно, а как именно будет обеспечена эта поддержка — личными дружинами рода, купленными за золото наёмникам и / или убеждёнными горячими речами добровольцами — дело десятое.

– Я уже упоминал, что ты умеешь обрадовать, Айдан? – погрустнел колдун.

– Угу, - я ещё раз отхлебнул из мехов и передал их магу обратно, тот тоже приложился, - впрочем, для нас это ничего не меняет. В первую очередь нужно будет разобраться с Орлеем. Стоит нам сровнять с землёй Собор в Вал Руайо, как у церковников начнётся такой кризис, какого они не видели всю эту тысячу лет.

– Надо будет рассчитать заклинание позаковыристее, – покивал рыжий. – Ладно, пойду я, а то, смотрю, твои всадницы пошли на посадку, и одна миленькая ушастенькая особа явно будет нуждаться в утешении и успокоении…

– А по наглой рыжей морде?

– А я что… я ничего, я вообще уже ушёл! – и маг действительно поспешил смыться.

– Шут, - фыркнул я. Но кое в чём Андерс был прав, встретить девочек и поинтересоваться, как им полёт, было необходимо. Ну и драконов проверить, а то вон Реван косится с недовольством, мол, чего это все летали, а он, самый, понимаешь, главный в том змеином клубке, на земле скучал из-за того, что Старший и своим ходом не летает, и на нём в небеса не поднимается.

Следующие несколько часов я занимался выслушиванием восторга девушек на тему лётных качеств их чешуйчатых подруг, означенные подруги шли рядом, свысока посматривая на бескрылых «рождённых ползать», Реван негодовал и вообще, был расстроен в лучших чувствах. Он весь из себя такой брутальный самец, а в небесах не покрасовался. Зато Мерриль, как и ожидалось, пришлось отпаивать всё тем же морсом, ловко отжатым у пройдоховатого целителя. Зато какая картинка на выходе получилась. Король едет на грозном скакуне (не драконе), подле него свита из прекрасных и опасных дев, рядом с ними — драконы, а у него в седле перед ним расположилась хрупкая ушастенькая леди. Доверчиво к нему прижавшаяся и осторожно потягивающая предложенный напиток. М-м-м, прекрасно. Сёстры Амелл-Хоук на картину поглядываля явно с некоторым интересом, ревностью, отчётливым желанием оказаться на месте ученицы Хранителя… в общем, бедной ушастенькой могло бы быть плохо, если бы… не её откровенно трусящийся вид. Полёт на драконе дался ей тяжело, но, в то же время, там был внутри такой восторг, что весь окружающий мир как-то ушёл на задний план, в результате чего леди вообще слабо понимала, где находится и как это выглядит со стороны. Ну а мне просто было хорошо, да. Такой делегацией мы и въехали в услужливо распахнутые врата Хайевера, где нас уже встречал сэр Родрик — нынешний начальник гарнизона, а совсем недавно — ещё один мальчишка-оруженосец, получивший рыцарские шпоры после Остагара. Задач у парня было не так, чтобы много — потихоньку пополнять гарнизон за счёт вербовки и обучения местных, помогать в обустройстве магам… ну и присматривать осторожно за ними — чисто на всякий случай, для чего у парня в помощниках был десяток из Чёрной Стражи. Ну и теперь Ирвинг собственной персоной. Ах да, ещё он отвечал за безопасность моего плеера. И это было Важно.

– Ваше Величество, - ударил он себя в грудь в воинском приветствии. Собранный по такому случаю почётный караул повторил его действия.

– Сэр Родрик, - я кивнул в ответ.

– Надеюсь, ваш путь прошёл легко и без происшествий, позвольте слугам позаботиться о размещении ваших войск. Отчёты о состоянии дел в крепости и окрестностях ожидают вашего рассмотрения.

– Превосходно, - я слез с коня и помог спуститься своей даме, - есть что-нибудь срочное?

– Никак нет, милорд, - покачал головой почтенный рыцарь, что вряд ли так давно начал бриться, - разве что к Гильдии присоединилось ещё полтора десятка магов. Старшая Чародейка Винн, до того, как отправилась в столицу, сообщила, что это «вышедшие из подполья малефикары» и вы в курсе событий.

– Да, пусть и без подробностей. Это всё?

– Да, Ваше Величество, - чуть поклонился воин, - больше никаких новостей или происшествий.

– Хорошо. Мы отдохнём день или два после чего двинемся дальше на запад. Перед отправкой, я хочу получить доклады от разъездов по состоянию округи.

– Будет исполнено! – озадаченный подчинённый спешно убежал ставить задачи нижестоящим, а я мог вздохнуть с облегчением. Мой плеер жив, цел и здоров. И уже буквально через пару часов, как удостоверюсь в размещении воинов и кратко переговорю с магами, можно будет наконец-то насладиться музыкой. Ну а почтенный гном… он может и подождать до утра.

Следующее утро.

Ох, какой же ка-а-айф. Прослушивание эльфийского хора затянулось до глубокого вечера. Увы, на большее их не хватило, а использовать техники Ки для ободрения или влиять симбионтом было как-то… не то, чтобы не спортивно или являлось моветоном, но… нет. Это стало бы слишком… потребительским, а мой живой плеер был всё-таки разумным ушастеньким ансамблем, а не предметом. Но даже так — это было восхитительно. Особенно, с учётом того, что компанию в прослушивании мне составляли прекрасные леди. Да и часть моих рыцарей и магов пожелали приобщиться к высокому искусству. Пусть не Галактическая Опера на Корусанте, но какие мои годы? Тем не менее, как и всё хорошее, время на релаксацию истекло и мне пришлось возвращаться к делам. И первым на повестке дня у меня состоял вопрос одного гнома. Стоило только уведомить о моём желании встретиться с сим почтенным мужем, как означенный муж был спешно доставлен перед мои грозны очи.

– Ваше Величество, - коротышка низко поклонился, от него доносились эманации страха, не на уровне ужаса и ожидания казни, но как у подчинённого, внезапно вызванного «на ковёр» к начальству. У уже имевшего опыт «залётов» подчинённого.

– Бодан Феддик, - кивнул я ему, - присаживайся, разговор нам предстоит долгий.

– Как скажете, - наземник с некоторым трудом уместился на кресле. Кресло было высоким, а гном — низким, потому забираться на него ему пришлось едва ли не с прыжка, а когда он всё-таки смог это сделать, при этом не поворачиваясь к королю спиной, его ноги остались висеть над полом. В общем, картина получилась довольно забавной.

– Должно быть, ты гадаешь, зачем я позвал тебя сюда? Не беспокойся, мне не поступало никаких жалоб на твою работу или претензий к твоему сыну, - бывший мародёр сразу успокоился, - я намереваюсь заключить ряд торговых договоров с Орзамаром и мне нужна… консультативная помощь, в том числе, касательно выходов на твоих поставщиков, что занимались… назовём это «возвращением вещей в обиход».

– Ваше Величество? – не совсем понял меня коротышка.

– Я про мародёров и прочих сомнительных личностей, что тащили тебе всякий хлам. Сам ты не похож на разумного, что лично бы полез обшаривать брошенные дома, разве что, если бы возникла сильная нужда. Потому мне и нужны каналы, - он всё ещё боялся, - если твои сведения и связи окажутся достаточно интересными, то ты вполне сможешь занять место моего торгового представителя с гномами, - предложил я «пряник», «кнута» же и так было достаточно — его приёмный сын, которого подземник действительно любил, оставался «специалистом» Хайевера.

– Д-да, конечно, Ваше Величество, - чуть приободрился Бодан, - правда, от моих связей мало что осталось, - он грустно вздохнул, - да и не было их особо. Я нанимал бескастовых для поиска реликвий прошлого в старых тейгах, при помощи пары приятелей из Ремесленников и Кузнецов придавал найденному хламу лоск, придумывал красивую историю и продавал за десять, а порой и сто цен богатым бездельникам из знати. Я брал всё. Всегда находился нужный покупатель, неважно, что именно мне приносили, всегда можно было «вернуть старую реликвию». Сломанные мечи? О них можно было придумать отличную историю. Старая плитка? Ну, коли уж она была не целиком расколота, её всегда можно было почистить, подкрасить, немного отполировать — и вот она уже блестела как новенькая, а кто же откажется заиметь обеденный стол, выложенный плиткой из бассейна самого Бранимира Хельми? Однажды целая группа бескастовых притащила мне наковальню, отмеченную символом Дома Ортан, а я сделал на ней целое состояние! Думаю, леди Ленка Мейно и поныне использует эту наковальню в качестве туалетного столика.

– Туалетного столика? – я приподнял бровь. Серьёзно?

– Знать, - развёл руками продолжатель, точнее, последователь дела Великого Комбинатора. Тут конечно не впаривание чайного ситечка «Эллочке-людоедочке», но где-то близко (Подробнее про Великого Комбинатора можно почитать в комедии «Двенадцать Стульев», весьма интересная и довольно «острая на слово» книга, актуальная и сегодня.* Примечания автора для тех, кто уже стал жертвой новой реформы образования и не знаком со многими действительно хорошими вещами).

– Ясно. Расскажи мне подробнее об этих «бескастовых», - велел я собеседнику.

– Да чего рассказывать? - пожал плечами гном. - В Орзамаре твоя судьба определяется с момента твоего рождения, каста даёт тебе всё — обучение, поддержку, защиту, связи. Если тебе не повезло родиться без касты или вылететь из неё, то ты — «пылеглот». Твоя жизнь ничего не стоит и ни один уважаемый гном никогда не подаст тебе руки. Касту сменить невозможно, она даётся тебе при рождении и остаётся с тобой после смерти. Разве что стать Совершенным, тогда да — сам ты сразу возвысишься до уровня, которому и Король слова поперёк сказать не посмеет, сможешь основать свой Благородный Дом и тем самым стать Знатью. Только таких за всю историю было с десяток, одна из которых живёт и поныне — Бранка из Кузнецов, - всё это я знал уже и так, правда, до этого считал, что «бескастовые» и «неприкасаемые» несколько разные явления, но нет, первое — определение гномское, а второе, видимо, я сам «повесил» просто на ассоциациях. Ну да ладно. А гном продолжал, - поскольку шансов стать Совершенным примерно столько же, сколько найти алмаз в дерьме бронто, а у бедных и безграмотных ещё меньше, то им ничего не остаётся, кроме как самая чёрная, неблагодарная и опасная работа. Вот таких я и нанимал для того, чтобы они искали мне ценности из покинутых тейгов. Платил, по их меркам, очень щедро — каждый член подобной экспедиции мог заработать по пять-десять золотых. Помнится, та наковальня обошлась мне в полсотни.

– А за сколько ты её продал, почтенный?

– Э-э-э, кажется, за девять сотен, - н-да. Как там говорилось, «нет того преступления, на которое не пойдёт капиталист за триста процентов прибыли», а тут этих процентов почти полторы тысячи. И всё честно, чинно и все счастливы.

– М-да, но вернёмся к бескастовым. Как именно ты их нанимал? Не спускался же в «Пыльный город» с криками «ищу добровольцев на самоубийственный поход»?

– Нет, разумеется нет! Я посылал мальчишку из Слуг. За десяток серебряков, через местных побирушек, вполне можно распространить любую новость, ну или собрать сведения. Но сами по себе объявления были, да.

– И никто не попытался тебя прижать? – бизнес выглядел очень доходным, вроде как легальным, но всё-таки контачил с «неприглядной стороной» общества, а потому я просто не могу поверить, что эта самая сторона не попыталась как-то поиметь свой процент.

– Я честно платил все положенные налоги! – даже немного возмутился коротышка, - а потому у стражи ко мне никаких претензий не было и свою работу по моей защите в городе они выполняли исправно. Сам я в экспедиции отправлялся редко и всегда в окружении небольшой армии наёмников… Эх, славные были времена… если вы говорите о Хартии, Ваше Величество, то они, скорее всего, брали свой «налог» как раз с пыльников, но этим я никогда не интересовался — меня не трогали и ладно, - н-да, толку от его рассказа, откровенно говоря, немного.

– И как же от владельца «небольшой армии» ты дошёл до странствующего торговца с одной телегой и… не совсем здоровым сыном?

– Да как-то всё глупо вышло. В очередной раз пылеглоты принесли мне трофей с глубинных троп — пару искусно сделанных наручей. По уже сложившейся схеме я их почистил, поправил, да выставил на продажу. И всё бы хорошо, но одна знатная дамочка заявила, что эти наручи были специально выкованы для её погибшего брата. Ну и обвинила меня в воровстве. Слово Торговца, что только начал взбираться вверх по иерархии Касты и до титула «уважаемый» которому было ещё работать и работать, против леди из Благородного Дома. Мой магазинчик закрыли, а меня самого арестовали. Не знаю, что на неё нашло, может берсерк какой покусал, может я где до этого дорогу перешёл или просто настроение у неё дурное было, но факт оставался фактом — эта стерва, прости Камень, не успокоилась, пока бы полностью не отсудила всё моё имущество, а меня бы или лишили касты, или казнили, или отправили к Легиону. То есть, я бы оказался гарантированно мёртв во всех трёх случаях, а на мне уже тогда был юный Сэндал. Потому я подкупил стражу, чтобы они «забыли» запереть двери наших камер, и бежал на поверхность. Здесь дела пошли не лучшим образом. Мои связи с Орзамаром вообще и Торговой Кастой в частности оказались полностью разрушены, а потому предложить что-то уникальное наземникам или продать продовольствие сородичам я никак не мог, а обычные товары… все предпочитают вести дела или со своими сородичами, или со старыми и проверенными партнёрами, с которыми сотрудничают уже несколько поколений, так что конкурировать было сложно… вот и получилось так, как получилось.

– Понятно, - н-да, не такого я ждал, хотя, если подумать, то это было логично — подземные коротышки наверх не от хорошей жизни подаются, - то есть, выходов на… обходные каналы поставки у тебя нет?

– Простите, Ваше Величество, - гном склонил голову, - возможно, у меня осталась парочка друзей среди Торговцев, Ремесленников и Кузнецов, да пара обязанных Слуг, но ничего более.

– Жаль, но тогда я хочу услышать подробности взаимоотношений между кастами и внутри оных. Ты, кажется, упоминал какую-то иерархию?

– Это с удовольствием! – приободрился Бодан. - Отношения там у нас запутанные и уходят в такие дебри веков, что аж страшно становится…

Дёрнув колокольчик, я распорядился слугам принести разбавленное вино. Разговор предстоял долгий, а в горле моего собеседника уже однозначно пересохло. Мне же, для принятия окончательного решения по гномьему вопросу, нужно было как можно больше информации о внутренней кухне. Процесс обещал затянуться…

«Вдумчивую беседу», точнее, если называть вещи своими именами, допрос, пусть и с полным сотрудничеством самого допрашиваемого, я закончил только к обеду. Рассказал Феддик много интересного, как о структуре общества коротышек, так и о некоторых персоналиях, о которых был сам наслышан. Плюс, я более-менее понял, на сколько это было возможно, психологию этих ксеносов. Да, именно ксеносов, как показал разбор генома, что я успел уже провести, гномы лишь походили на другие расы, но их биология полностью отличалась от таковой у наземных рас. Причём, отличие было странным — химические процессы, расположение органов, это всё как у остальных, но вот в самой основе… иная последовательность аминокислот, иное клеточное строение, иная микрофлора — бактерии в организмах гномов словно бы имели «внеземное» происхождение, во всяком случае, расположение органелл, их состав… короче, проще было перечислить, что у гномов с другими видами общего. Но при этом, на «более высоком» уровне, вся механика организма, все процессы почти не отличались от человеческих или эльфийских. Тем не менее, я никогда не поверю, что, имея совершенно иную основу, должную подразумевать и иные процессы в организме, можно случайно развиться до такого сходства с людьми и эльфами. Да они даже могли заниматься сексом с представителями других видов, пусть и без создания потомства, разве что опять кто-то магией подшаманит… ай, не важно! А важно то, что весь мой набор знаний буквально кричал, что этого не может быть… в естественном виде. Да и сами легенды гномиков, эльфов и тот глубинный тейг с залитыми по самые уши лириумом арбалетчиками, намекают, этот народ создавался, как некие слуги неких могущественных существ. К сожалению, история эта настолько древняя, что точных сведений не сохранилось. По крайней мере, ни в рассказываемых Мерриль легендах, ни в «исторической справке» того мёртвого боевого мага ничего достоверного не упоминалось, только некие «титаны», чью кровь брали для «процветания земли» и их «слуги». Причём, даже не ясно, были ли эти титаны некими «Забытыми», что упоминались противниками эльфийских богов, или вообще не имеют к ним отношения и там были просто «внутривидовые разборки». Унаследованная память Уртемиэля тоже ясности не добавляла, поскольку была она обрывистой и сумбурной. Вроде бы «Забытые» — это все-таки сородичи Бога-Дракона, но, так сказать, воинственная оппозиция, а вот титаны — просто смесь стихийного бедствия с источником ценных ресурсов. Однако, как бы ни были поразительны результаты и новые доказательства того, что у нас тут магический постапокалипсис с вагоном пролюбленных полимеров, моих проблем и задач эта информация не затрагивала. В отличие от персоналий.

Кто там что из себя представлял по игре я давно не помнил — это было слишком давно, с гномов я никогда особо не фанател, да и с тех пор успел немножко так поумирать и стать тентаклиевым монстром из космоса, да и глупо опираться на игровые условности в такой штуке, как политика. Почтенный гном же разложил мне всё, так сказать, изнутри. Итак, у нас было два кандидата на престол Белен Эдукан — прогрессивный новатор, довольно жёсткий и местами мутный, из трёх сыновей короля, у него были наименьшие шансы взойти на престол, с чем он, кажется, был не очень согласен. Мои агенты-послы, собрав слухи, также донесли, что он подозревается в братоубийстве и сотрудничестве с Хартией. Но слухам верить особого смысла не было — соперники в борьбе за трон друг друга так ославляли, что, происходи дело на Земле в двадцатом веке, давно бы уже потонули в безрезультатных тяжбах о клевете, разорив друг друга затратами на услуги адвокатов... или быстро бы всё закончили, предоставив доказательств на пять лет непрерывного расстрела конкурента. Но вернёмся к принцу. Он — Эдукан, что уже даёт ему немалое преимущество — гномы тысячу лет избирали своих королей из этого Дома и вот так вот взять и сломать традицию… сложно. Но вот характер и «деловая хватка» принца, которыми восхищался Бодан, лично мне не нравились. Как правитель для своего народа, Белен мог оказаться очень неплохим решением. Жёсткий, циничный, не стесняющийся запачкать руки в крови и, по всем признакам, далеко не глупый. Однако для меня подобное уже было, мягко говоря, нехорошим «первым впечатлением», даже просто в плане личного общения, если же говорить о возможном союзе или попытках сделать из него моего вассала… не смешно. Такой «союзничек» продаст сразу, как только увидит в этом для себя достаточную выгоду и, быть может, убедится в безнаказанности такого хода. Хех, если так подумать, из принца получился бы отличный Серый Страж, прям Дункан полурослого разлива. Правда, не то чтобы это было чем-то позитивным для его характеристики...

С другой стороны, некий Пирал Харроумонт… ох, как я замучился получать о нём доклады посредством этих чёртовых записок… но, к делу. Пирал — «гном старой закалки», лучший друг и доверенный советник прошлого короля. Но… он уже стар, пусть всё-ещё крепок, он привык быть консультантом, а не руководителем, единственное, что он непоколебимо поддерживает — политику максимального изоляционизма от поверхности. С учётом того, что у гномов нет продовольственной независимости, решение, мягко говоря, спорное. Нет, какое-то время, жуя камни и закусывая их глубинными грибами, подземники протянуть смогут, но радости это им не доставит. Плюс, изоляционизм — это ведь не только нежелание вмешиваться в дела окружающих, это ещё и крайнее нежелание дела этих окружающих допускать к себе. А это ультимативно огромные сложности с любой крупной торговлей, политическим сотрудничеством, обменом информацией...

В итоге у нас есть молодой и дерзкий, как пуля резкий… короче, циничный беспринципный ублюдок, везде ищущий свою выгоду, и старый пердун с ретроградским настроем и отчётливым желанием «чтобы всё было стабильно и как раньше». Очевидно, второй вариант устраивает меня куда, как больше, но мне нужна торговля, услуги местных оружейников, поставки лириума. Добиться этого от Харроумонта будет куда как сложнее, а у меня и так проблем хватает, чтобы себе ещё и дополнительные сложности искать.

Поболтав вино в кубке, я сделал очередной глоток и задумался. А нужны ли для решения моих задач гномы? Покатав мысль в голове ещё немного, я был вынужден признать — да, нужны. Во всяком случае, если я не хочу откладывать свои планы на десять-двадцать лет, если не больше. Для чего конкретно нужны бородачи? Ресурсы, как ни банально. Но не тривиальное золото, драгоценности или даже лириум, самым ценным ресурсом всегда был ресурс человеческий. Ну, или в данном случае, гномий. Разумеется, простых шахтёров я смогу наклепать из генлоков почти в неограниченных количествах, но уже даже на уровне средненького кузнеца начнутся проблемы — пусть я могу привить своим боевым мутантам знания хоть всей кузнечной артели гномов, это не даст им опыта и навыков. Любые теоретические знания требуется переводить в практические навыки, а это — процесс не быстрый, особенно, когда мы говорим о действительно высоком профессионализме и мастерстве. Разумеется, можно взять мастера кузнеца и буквально перепрошить с него все рефлексы на нового носителя, но это же будет полный писец — я пупок развяжу делать такое в массовом порядке, да ещё и так, чтобы никому не бросалось в глаза, что все кузнецы прям совершенно под копирку двигаются. Не говоря уже о том, что такая работа потребует глубочайшего погружения в личность донора и разбор её до донышка, чтобы грамотно увязать весь опыт и, главное, навык обращения к нему, нарабатываемый разумом всю жизнь. С боевыми навыками в этом смысле всяко попроще — там легко физические параметры подогнать под теоретическую базу, а там уж привычка наработается, но создавать на коленке гениев уровня Ломоносова, Курчатова или Ландау — это совсем другой уровень. Да, со временем на базе моих знаний и с моими доработками Истинные Порождения Тьмы смогут развиться и едва ли не промышленную революцию устроить. Через тот же десяток лет. Но ведь не кузнечеством единым! И помимо него существуют десятки направлений, требующих опыта поколений и готовой школы: архитектура, общая инженерия, нельзя также забывать и про искусство — литературное, изобразительное, музыкальное, театральное. Про организацию хозяйства я вообще молчу. Так что гномы мне нужны, но гномы на моих условиях… и совсем не обязательно, чтобы это были все гномы. К тому же… это может быть неплохим вариантом для легализации. Угу… значит, делаем ставку на Пирала и устои гномьих каст.

Приняв решение, я сосредоточился и отдал команду. Тысячи Порождений Тьмы по всему подземелью Ферелдена оторвались от своих дел и устремили свои взгляды к подножию Морозных Гор. Ожили матки, лишившиеся своих ограничителей и начиная производить новых бойцов. Брались в лапы кривые мечи, надевались тяжёлые кирасы. Хозяин дал приказ, а значит, Орзамар будет уничтожен.

Пару дней спустя. Серый Страж Риордан.

Воин в очередной раз мысленно выругался. Ему категорически не нравилась текущая ситуация. Да, Мор был побеждён, с минимальными потерями, а Орден не просто вернулся в Ферелден, но сделал это триумфально — виданное ли дело, Командор на королевском престоле? Даже в Андерфелсе они не могли бы мечтать о подобном, но… как всегда, было много «но». Потери были слишком низкими, причём, не только у людей, но и у Порождений Тьмы, Архидемон был убит, но его убийца не ушёл вслед за своей жертвой, да и вся ситуация вокруг молодого короля-командора чем дальше, тем сильнее становилась… странной. Вылезшие из подполья маги, повинующиеся монарху драконы, наконец, слухи едва ли не о его божественном происхождении, очень любопытным образом накладывающиеся на указ о «свободе веры», де-факто являющуюся ничем иным, как едва ли не открытым гонением на Церковь Андрасте и… легализацией своей собственной. Всё это было очень тревожно, а вместе с остальными реформами, преобразованиями и указами… что-то назревало. И этим «чем-то» совсем не обязательно была война с Орлеем, к которой вроде бы готовится Командор. Да и это невнятное окончание Мора…

Да, он сам был под Денеримом, видел труп Архидемона и пережившего, как падение с нескольких сотен метров, так и убийство Осквернённого Бога Командора. Всё было хорошо. Слишком хорошо. Четвёртый Мор продлился двенадцать лет, разорил всю Антиву, обескровил Ривейн, Вольную Марку, досталось Андерфелсу и Тевинтеру. Весь Северо-Восток и Центральный Север Тедаса лежали в руинах, Серые Стражи потеряли всех грифонов, а последствия пробуждения Архидемона Андорала и по сей день видны в руинах крепостей и пустых землях, хотя с тех пор минуло уже четыре века. Сейчас же… Ферелден стал едва ли не сильнее, чем был до начала бедствия. Да, были потери среди войск и крестьян, да, некоторые деревни и мелкие городки перестали существовать, но на этом — всё. В ответ же королевство получило закалённую в боях армию, колоссальный приток магов и эльфов, а также — очень странного короля. Нет, Ордену это было выгодно, Ферелден мог дать многое и предложения Командора интриговали, в случае же, если что-то пойдёт не так, Первый Страж всегда мог сказать, что это была инициатива наглого выскочки, которого на пост Командора никто не назначал и не утверждал. Вот только чутьё подсказывало Риордану, что амбиции Айдана Кусланда распространяются куда как дальше одного королевства и нейтральная позиция Ордена будет его устраивать очень недолго. Но это были лишь смутные подозрения, обосновать которые воин не мог никак, слова же и поступки короля были вполне логичны и соответствовали необходимости, причём, не только монаршей, но и его позиции Командора, пусть и самому тупому генлоку было очевидно, что первое всё же превалирует над вторым. И ему, как Старшему Стражу, было бы неплохо доложить обо всём своим собратьям. Лично. Вот только вместо этого он оказался в составе делегации к гномам, опять же, по вполне логичной и достойной причине. Более того, он даже мог бы вполне отказаться от этого… правда, как подозревал мужчина, в таком случае он вполне мог стать «жертвой расплодившихся на дорогах разбойников» или «отряда Порождений Тьмы». Разумеется, никаких доказательств и даже видимых причин к подозрениям милорд Кусланд не давал, но после «гостеприимства» прошлого эрла Денерима, Риордан стал куда как менее доверчивым к кому бы то ни было.

– И почему разгребать это нагово дерьмо направили меня?! – вновь выругался он, теперь уже вслух.

– Сэр Страж? – вежливо поинтересовался посол Ферелдена, оторвавшись от прочтения очередного доклада и состоянии дел в городе подземников.

– Не обращайте внимания, банн Драйден, так, мысли вслух, – Риордан окинул взглядом своего собеседника. Ещё молодой мужчина, от силы, лет тридцати — то ли племянник, то ли сколько-то там юродный брат эрла Драйдена, потомка Командора Софии. За заслуги перед короной, Командор нынешний дал наследуемый титул эрла торговцу, а значит, вся его родня теперь стала баннами, как возможными наследниками эрлинга Амарантайн, но без земли, это не значило ровным счётом ничего, вот и рвали жилы вернувшиеся во дворянство торговцы, чтобы укрепить и упрочить положение своего рода. По мнению Стража, так приближать, едва ли не демонстративно, «выскочек из опозоренного рода», не имеющих ни реальной военной силы, ни земель, кроме тех, что дал сам король, было глупым решением, что может вызвать недовольство других дворян. Но когда дело касалось Кусланда, воин уже не был уверен ни в чём. Проклятая политика, а ведь его дело — проведение разведки, бой с Порождениями Тьмы и вербовка рекрутов. Какого демона он вляпался во всё это?!

Мрачные мысли Стража были прерваны буквально ввалившимся в кабинет посыльным. Испуганным и обеспокоенным.

– Г-господин посол! Господин посол!

– Докладывай! – рявкнул означенный «господин посол».

– Гномы собирают Совет. Очень срочно! И просили присутствия сэра Стража!

– Что случилось? – по спине Риордана пробежал поток мурашек. Ничего хорошего от жизни он не ждал.

– Легион Мёртвых прислал послание. На них надвигается армия Порождений Тьмы. Они… они просят помощи, – в зале установилась напряжённая тишина. Легион всегда принимал помощь, от кого бы она ни исходила, но никогда не просил о ней. Один этот факт говорил о том, что дела на Глубинных Тропах пошли очень, очень плохо.

– Что-нибудь ещё известно? – продолжил допрос вестового Риордан.

– Простите, сэр Страж, мне только сообщили эту новость и велели передать приглашение для вас на Совет. Больше я ничего не знаю.

– Хорошо, – поднялся с места воин, – я отправляюсь.

– Мы отправляемся, – поправил его посол, – Его Величеству будет необходимо узнать о случившемся как можно скорее.

– Верно, – кивнул Страж. Какой бы странной личностью не выглядел милорд Кусланд, это не отменяло того факта, что он был Командором Серых, а потому — обязан был знать о ситуациями с Порождениями Тьмы. «Забавно, а ведь он меня сюда отправил как раз для «прояснения» этой самой ситуации» — подумал воин, устремляясь за вестовым. В планируемый им доклад своим собратьям упал ещё один факт.

И снова Айдан Кусланд.

Войска неспешно шли от Хайевера к западным границам, а я — читал «панические доклады» от Риордана, заодно оценивая, как деятельность моих тварюшек выглядит со стороны. А выглядела она презабавно. Тактика зерг-раша для Орзамарцев оказалась очень и очень неприятной. Вал из выпучивших глаза генлоков, гарлоков и огров захлестывал укрепления Легиона Мёртвых, платя парой-тройкой десятков особей за каждого бойца коротышек, но… я мог позволить себе такие потери, а после первой волны немного скорректировал их биологию, «выкрутив» метаболизм на максимум. Да, жить таким особям, от силы, неделю, после чего их организм сам себя сожрёт, но эту неделю они были раза в два-три быстрее, сильнее, живучее, агрессивнее «классических» тварей, пусть и выглядели также. Хмм… в общем, «Порождение Тьмы», вариант под стероидами. Идеальный вариант для заваливания трупами и прорыва обороны. Особенно с учётом того, что «отработавшую своё» биомассу можно было собрать и вновь пустить в дело. Безотходное производство, так сказать.

Вот Серый Страж в Орзамаре и строчил мне, что твари «словно обезумели», «несутся толпой, не замечая дороги», «убивают защитников только если те встают на пути»… в общем, у воина сложилось стойкое впечатление, что внизу случилось что-то такое, что смогло напугать даже этих мутантов. Идей, что именно, разумеется, не было. Но гномики натурально принялись откладывать кирпичи. Это, разумеется, не мешало принцу и герцогу выяснять отношения, но «временный союз», пусть хлипкий, пусть ненадёжный и со множеством оговорок был-таки заключён. Белен достал из загашников своего дома аж три десятка големов, и восемь тысяч бойцов, а Пирал — ещё десять, правда, без големов. Сила, если подумать, огромная, особенно, для подземелий. Я, признать, рассчитывал на вдвое меньший состав «вооружённых сил» Орзамара, а ведь это ещё без учёта, Легиона, наёмников (хотя тех и закупили обе стороны) и Хартии вместе с остальными «пылеглотами». Пришлось корректировать действия, производить дополнительных маток, благо при наличии здравого смысла и опыта в биологии ради этого не требовалось издеваться над женщинами, и вкладываться в огров… так, не забыть расширить плантации морового гриба, нужно больше биомассы. Во имя Роя, да. Как же хорошо иметь «шпиона» прямо в командном центре противника, особенно замечательно то, что сам шпион понятия не имеет о том, что он, собственно, шпион.

Итого, неделя. Именно столько ушло у буквально загоняемых на убой тварей, чтобы выбить орзамарцев с глубинных троп полностью, а моим человеческим войскам подойти ко владениям коротышек. И вот, в час наибольшей нужды, к гномам на помощь подоспели ферелденцы, возглавляемые их королём лично. И уже тогда случилось беспрецедентное. Врата Орзамара открыли нараспашку, впуская людей туда, куда раньше могли пройти лишь послы в крайне ограниченном количестве. Но это было не всё. Впервые в истории, короля-наземника пригласили на заседание Совета.

– Лорд Харроумонт, принц Эдукан, – поздоровался я, осматривая довольно внушительный круглый каменный зал, чем-то смутно напоминающий такое сооружение, как римский форум. Мои сопровождающие, в лице чародеек и Алистера, что вновь занял пост моего ординарца и «телохранителя» вместе с Карвером-оруженосцем, тактично помалкивали, но тоже очень внимательно на всё смотрели.

– Король Кусланд, – отозвался Белен, – мы рады, что вы откликнулись на нашу… просьбу, Орзамар этого не забудет.

– Да… – явно переборов себя, согласился со своим конкурентом Пирал, – воистину настали чёрные времена, раз нам приходится просить помощи у наземников, – но всё-ещё оставался верен себе.

– Порождения Тьмы — угроза для всех народов Тедаса, почтенный гном, – ответил я, – но давайте к делу, связные записки — не лучший вариант передачи сведений. Какова ситуация на данный момент?

– Ситуация дерьмовая, – принц не стал играть в изящную словесность, – нас выбили с Глубинных Троп полностью. Помимо этого, мы лишились почти всех шахт — осталась только парочка, расположенная непосредственно под городом. Легион Мёртвых почти полностью истреблён, в нём осталось, дай Камень, две сотни бойцов. Треть големов потеряна вместе с управляющими жезлами, – да, тут мне пришлось попотеть и едва ли не лично «порулить» отрядом Крикунов, что пробрался с фланга, зарезал контролёров и заполучил жезлы. Имея рабочие образцы, разобраться в принципах действия Наковальни Пустоты будет всяко легче, чем не имея подобных образцов, – а каста Воинов, суммарно, лишилась уже половины своих членов! – тут тоже ожидаемо, мне нужны мастеровые, ремесленники, которых можно расселить и контролировать, разумеется, не напрямую, но вот лишние вооружённые отряды на моей земле. Да ещё и что будут подчиняться мне только формально… увольте. Так что пусть мои тварюшки вроде как и не ставили себе задачей «вырезать всё живое», но и гномьи воители стояли насмерть и прорваться дальше можно было лишь через их трупы. И это не говоря о подразделениях берсеркеров — те натурально бились, пока просто не падали замертво от истощения, забирая с собой, порой, по несколько сотен моего рядового мяса.

– А если в цифрах?

– У нас осталось чуть больше девяти тысяч воинов, – тяжело вздохнул пожилой бородач, – таких потерь Орзамар не нёс с момента падения Боннамара восемнадцать лет назад.

– А что скажешь ты, Риордан? – повернулся я ко второму Стражу, присутствующему на «заседании». Вообще, по идее, в Совет должны входить представители всех знатных домов Орзамара, но Белен, воспользовавшись военным положением, едва ли не распустил его, пожалуй, если бы не Пирал — так бы и случилось, но в итоге принцу пришлось «потесниться» и «соображать на троих» — с благородным деширом и доблестным Серым.

– Поведение Порождений Тьмы очень странное, Командор, они лезут вперёд слишком бездумно, но, одновременно с этим, очень целеустремлённо. Никогда с таким не сталкивался.

– Может ли это быть новый Архидемон?

– Нет, – решительно покачал головой воин, – даже если бы эти твари нашли нового спящего дракона в тот же день, в который вы убили Уртемиэля, у них должны были уйти десятки лет, чтобы создать из него нового Архидемона. К тому же, как я говорил, их поведение слишком бездумно, словно их гонит вперёд какой-то инстинкт… или… да нет, глупость полная, – отмахнулся Страж.

– Мы живём в такое время, когда даже полный бред может оказаться правдивей вчерашних истин, так что изложи своё видение, всё-таки ты сражаешься с тварями куда дольше меня.

– Хорошо… но это — просто предположение, – ещё раз предупредил мужчина. – Я уже видел такое поведение раньше.

– Эй, ты же только что сказал, что никогда с подобным не сталкивался! – возмутился принц Орзамара.

– Не сталкивался в поведении Порождений Тьмы, – поправил его Риордан, – зато видел на поверхности.

– Где?

– Во время лесного пожара. Гонимые страхом, лоси, бараны-августы и дикие кони сметают всё на своём пути. Очень похоже на то, как сейчас ведут себя порождения.

– Эти штуки разве чего-то боятся? – удивился Белен.

– В том-то и дело, что нет, – покачал головой Страж, – иначе, я даже боюсь себе представить, какое зло пробудилось на Глубинных Тропах, что даже твари Мора в страхе разбегаются перед ним, – ничего, когда ты встретишь моих дроу, у тебя определённо появятся мысли на этот счёт.

– Боятся они или нет, – вмешался в беседу Харроумонт, – это не отменяет того, что полчища этих уродов осаждают Нижние Врата и с этим нужно что-то делать. Какие силы вы можете предоставить, король Кусланд?

– Со мной отборные части егерей, тяжёлой пехоты и магов. Общим числом — в десять тысяч бойцов, – на деле — несколько больше, но войска своих дворян я считал отдельной категорией, да и новобранцы, пусть их гоняли в хвост и в гриву, оставались новобранцами, которых я планировал распихать по западным крепостям сторожить перевалы и продолжать оттачивать свои навыки в относительно комфортных и безопасных условиях. Так что на деле, десять тысяч — это изрядное преувеличение, тем не менее, их выставить я вполне мог. Заодно и немного прорежу дружные ряды ребят Логейна, а то их количество меня всё-ещё огорчает.

– Это немало, – приободрился Пирал, а вот принц, глядя на моё лицо, начинал мрачнеть, видимо, уже понял, что не всё так просто.

– Да, но вы уже потеряли столько же. И это были привычные к подземной войне гномы, а не люди и эльфы, ни разу не сражавшиеся в тесных тоннелях до этого. К тому же, мы не знаем, каковы силы противника. Не говоря уже о том, что, при всём моём уважении к жителям Орзамара, я просто не имею права бессмысленно тратить жизни моих людей, защищая позиции, которые будет невозможно удержать.

– Что это значит? – нахмурился дешир, а вот наследник Дома Эдукан просёк фишку сразу.

– Что вы хотите за свою помощь? И что конкретно предлагаете?

– Помощь я оказываю в рамках наших старых и плодотворных дружеских отношений, – принц чуть скривился, прекрасно понимая, что никаких особых «отношений» между Ферелденом и Орзамаром никогда не было. Торговля — да, но на этом всё — гномы не лезли к людям, а люди — к гномам, – мы поможем удержать Орзамар, но… снабжение моих воинов оружием и бронёй ляжет на плечи ваших мастеров. К тому же, это не решит вопрос противостояния с Порождениями Тьмы, а держать свои войска в подземельях долго я не могу — война с Орлеем может начаться в считанные месяцы, если не недели. Потому… я предлагаю подумать об эвакуации города.

– Эвакуации? – выпучил глаза Харроумонт, да и его товарищ-конкурент выглядел не многим лучше. – Куда? Нас и так отрезали от глубинных троп.

– Но не от поверхности.

– Стать наземниками? – мне показалось, что сейчас он просто задохнется от негодования. – Оставить нашу родину врагу?

– Это лишь крайний случай, но к нему нужно быть готовым. Да, вы рискуете стать наземниками, лишиться касты или иным способом нарушить традиции. Вот только в противном случае, может уже не найтись тех, кто эти традиции будет хотя бы помнить.

– Это немыслимо… – продолжал возмущаться Пирал.

– Что именно вы предлагаете? – а вот Белен не был настроен столь категорически против.

– Собрать всё ценное и необходимое, предупредить людей, заминировать своды Орзамара. И, в случае, если сдержать тварей не будет возможным, отступить и обрушить на них гору.

– И куда мы пойдём, лишенные дома?

– Земли Ферелдена обширны, тем более, сейчас часть из них опустела, а кузнецы, ремесленники и ваши воины всегда смогут найти себе достойное занятие.

– Идти под руку к наземнику?! – теперь уже возмущался и негодовал Эдукан.

– Я не собираюсь оскорблять вас предложением вассалитета, – нахрен мне такие централизованные и сплочённые подданные не упали, – лишь помощь друга и союзника. Вы сможете жить согласно своим традициям и уложениям, торговать и создавать. Всё, что я потребую взамен — вставать со мной плечом к плечу в защите Ферелдена, – идея им явно не нравилась, – к тому же, не забывайте, это — лишь на тот случай, если мы не сможем отбить Орзамар.

– А если сможем? – хмыкнул Эдукан.

– Тогда, я надеюсь на укрепление отношений с поверхностью, в частности, поставки лириума для моих магов. Я сильно заинтересован в этом металле. А если при этом мои закупки будут приоритетнее «нужд церкви», то, полагаю, в честь дружбы я смогу обеспечить некоторые скидки на продовольствие…

– Хм… – гномы немного успокоились.

В понимании что одного, что второго, пусть и не сильно вникающих в дела поверхности, но всё-таки отслеживающих их в полглаза, было вполне понятно и очевидно, что получать стратегический ресурс, отрезав при этом его поставки противникам, мне куда как выгоднее, чем лишаться этого самого ресурса полностью и получать «утешительный приз» в размере, от силы, тысячи бойцов, что мне выделят гномы-союзники при «переселении», вкупе с необходимостью, де-факто, дарить кусок своей земли левым коротышкам. Разумеется, пока что всё это было очень оценочным и примерочным, но общий вид картина имела примерно такой. То, что у меня был, вернее будет, альтернативный источник магического минерала, а план по ассимиляции подземников рассчитан на десятки лет неторопливого переваривания, правда, с «выдачей продукции» уже в первый же год, местными лордами не учитывалось в силу отсутствия подобной информации в общем доступе. Ну и гуд.

Дальше уже пошли переговоры серии «что, кто, куда, где и как». Гномы понимали, как своё бедственное положение, так и тот факт, что союзник за чужой дом насмерть стоять не будет, а потому, стиснув зубы, задвинули свою прижимистость куда подальше и принялись… ну, не то, чтобы опустошать свои запасы, но «проявлять несвойственную щедрость» так точно. Например, запасы лириума, что должны были отправиться, согласно торговым отношениям, к церковникам, оказались в моём полном распоряжении, равно как и НЗ со складов каст Кузнецов, Ремесленников и… Хартии. Да, у Белена действительно были связи с криминалом. Точнее, как я определил из эмоций и «языка тела» принца, он спал с воспитанницей главы местной «Якудзы» и даже заделал ей ребёнка, которого намеревался признать. Кхм… н-да. Впрочем, интриги гномьего двора были мне до лампочки, в отличие от расстановки войск. И вот тут было действительно сложно. С одной стороны, я, конечно, желал чуть сократить войска своих вассалов, но точно не бросая их на убой. Я не английская королева — лишних людей у меня нет, а война впереди долгая. Оставался вариант с затыканием всех брешей бородачами и вариант вполне рабочий, но… если мои войска не будут нести потерь, то тогда тейг смогут и отстоять. А оно мне не надо. В общем, это оказалось сложнее, чем я хотел бы. Но ладно, будем выкручиваться. В конце концов, всегда можно просто «отступать, оставляя за собой завалы тел Порождений Тьмы» — никто не ждёт, что люди будут стоять насмерть. Да, вполне, будем работать по этому плану. А с деталями уже сориентируемся на местности — в конце концов, я всегда смогу направить атаки монстров так, как нужно мне…

***

Полторы недели — именно столько длилась «подземная война» с момента моего прибытия. Отряды коротышек стояли насмерть нерушимой стеной, эльфы посылали гроздья стрел из-за их спин, а отряды Воинов Пепла вместе с остатками берсеркеров гномов раз за разом разбивали и уничтожали группы Порождений Тьмы. Я координировал операцию, в то время как Логейн, ругаясь как «три тысячи закатных тварей» играл резервами, переставлял полки, проводил ложные отступления и удары во фланг. Кровь лилась рекой со всех трёх сторон, вот только благодаря Андерсу, что научился ругаться едва ли не лучше прославленного генерала, и приданных ему в помощь и «экстренное ученичество» всех остальных волшебников, получалась удивительная картина. Да, кровь лилась, да госпиталь был забит настолько, что легкораненых туда даже не доставляли, наскоро обрабатывая целебными припарками на месте, но вот по потерям… коротышки потеряли ещё пять тысяч бойцов, причём примерно половина была добровольцами из бескастовых, которым выдали доспехи павших, их же оружие, да показали, с какого конца за это оружие нужно держаться. Я потерял, в общей сложности, пять сотен с небольшим, девяносто пять процентов из которых приходились на войска тейрна Логейна и сборные дружины баннов. Чёрная Стража и Воины Пепла потерь не понесли, хотя и те, и другие очень неплохо показали себя на поле боя. Одни — сдерживая бешеный натиск группы огров, идущих на прорыв, другие — ворвавшись в ряды прорвавшихся (сквозь людей Логейна) гарлоков и истребив их всех, что позволило тейрну быстро перегруппироваться, спасти раненых и даже совершить контратаку. Тот факт, что при столкновении с этими родами войск Порождения Тьмы почему-то не били по жизненно важным органам, порой «не замечали» брешей в обороне и не пытались добить подранков, вместо этого позволяя таким скрываться за спинами товарищей, остался незамеченным даже для самих «чёрных» и «пепельных», а я потом ходил полдня с жуткой мигренью — психическая усталость накрывала даже меня и расслабиться с моими чародейками или сбросить стресс, потискав Мерриль я не мог — все означенные персоны пахали, как проклятые, чередуя закидывание противника огненными шарами с откачиванием раненых в лазарете, а это значит, что в их организмах одновременно плескались лошадиные дозы лириума, настоев для восстановления кровопотери, отваров выносливости и просто различных видов стимуляторов от вполне безобидных до «прощай печень», пусть последние и не были столь вредны для магов, но обещали долгое и мучительное восстановление на протяжении доброго месяца. Ну или помощь опытного Магистра в Магии Крови. Меня самого, естественно, в бой не пускали, да и не рвался я — командовать своими войсками, направлять тварей Мора и обустраивать всё так, чтобы все действия их казались случайными было сложно. Нет, как тренировка для мозгов — очень даже ничего, но сознание из-за «микроконтролля» реально перегружалось, не входить же мне при куче свидетелей в «боевой режим» и изображать «боевую медитацию» из Звёздных Войн? Тем более, «боевую медитацию, рулящую тварями Мора». В итоге, когда вернулся Риордан, я был счастлив его видеть. Что? Куда он уходил? Ну так его, как самого прошаренного, опытного и всего такого эпического в плане борьбы с Порождениями Тьмы отправили в разведку, дабы оценил он силы противника. Разумеется, направили не одного, а с теми немногочисленными выжившими скаутами Легиона Мёртвых. По тайным и полутайным проходам, перетащить по которым даже среднего размера отряд было бы подвигом, а уж армия бы не прошла никак, да и следили за этими проходами очень тщательно. Ну, как бы то ни было, а разведка прошла, посмотрела, впечатлилась и быстро-быстро вернулась.

– Рассказывай, – я протянул Стражу мех с водой. Серый не стал тратить ни мгновения времени, а ломанулся в ставку прямо как был — в пропыленной, потёртой накидке со следами крови на ней, усталый и измождённый. Тратить время на «приведение себя в достойный вид перед встречей с королём» он явно не желал.

– Их тысячи и тысячи, – сразу же начал воин, – мы дошли до Перекрестка Каридина и почти на всём протяжении встречали орды этих тварей.

– А дальше? Был ли кто-то дальше? – едва ли не за грудки хватал разведчика Пирал.

– Дальше мы пройти не смогли, – покачал головой Риордан, – за Перекрёстком легионеры тайных троп почти не знают, а те, что им ведомы, уже захвачены Порождениями. Но…

– Что «но»? – мрачно поинтересовался Белен.

– Серые Стражи умеют чувствовать этих тварей. Порой, на весьма отдалённом расстоянии. И за Перекрёстком их было едва ли не больше, чем на всём пути до него. Десятки и десятки тысяч.

– Да откуда их вообще столько взялось? – Харроумонт натурально вцепился в свою бороду, – они что, со всего Тедаса решили сбежаться к Орзамару?!

– Не знаю, – воин прикрыл глаза, – возможно… возможно тот Мор, что люди разбили на поверхности, был лишь авангардом, а основная часть не успела вступить в бой из-за смерти Архидемона.

– Только это не объясняет, почему они сейчас полезли, – вообще, интересная мысль, пусть и в корне своей неверная, но для «широкой общественности» зайдёт на ура — доблестный король сразил главнокомандующего Армии Тьмы до того, как она успела полностью выйти и прокатиться по миру опустошительной волной. Да, это звучит определённо лучше, чем «хитрожопый Архидемон, маскирующийся под короля и Серого Стража, зная о чувствительности последних и маршруте разведчиков согнал в массовку почти всех доступных ему тварюшек, для обмана скаутов Мёртвого Легиона, а чуйку доблестного воина обманул при помощи инопланетного биологического оружия, сымитировав нужные ощущения напрямую в мозг жертве».

– Не объясняет, – признал Риордан, – но новых предположений у меня нет. Не знаю, до чего они там докопались или что случилось, но их там внизу — полчища.

– Проклятье, – прорычал Белен, – просто вашу же мать!

– Нам не удержать тейг, – сохраняя должную мрачность на челе, вступаю в разговор, – пока моим людям удаётся избежать слишком уж больших потерь, но маги работают на износ и с каждым часом раненых становится всё больше, а значит и безвозвратные потери скоро начнут расти. А боеспособная армия мне ещё потребуется.

– … – зал погрузился в тяжёлое молчание.

– Заряды… подготовлены, – спустя минуту тишины выдавил из себя Эдукан, – нам потребуется день, чтобы вывести на поверхность всех жителей.

– Значит, ты сдаёшься? – повернулся к нему Пирал. – Бросишь наш дом, откажешься от истории нашего народа?

– А ты предлагаешь нашему народу отказаться от жизни ради его истории? – вызверился в ответ принц. – Что толку в этих кастах, титулах, если единственное, что от нас останется — это торгаши-наземники, да пыльные легенды?! Мертвецам всё равно, а исход из Орзамара даст нам хотя бы надежду.

– Слышал бы тебя сейчас твой отец…

– Мой отец мёртв, старик, и я пока не намерен присоединяться к нему, как и рисковать своей женой и сыном!

– Женой? Сыном?! – Харроумонт опешил. – Ты о той бескастовой «охотнице за знатью», которой оказывал покровительство? Так она…

– Она теперь — Эдукан, – отрезал Белен, – и хочешь ты того или нет, но я выведу всех своих воинов и тех, кто согласится пойти за мной, дабы спасти мой народ, как когда-то это сделал мой предок!

– Хорошо… – внезапно согласился пожилой гном.

– Ты согласен? – удивился и его молодой оппонент.

– Ты мне не нравишься, Белен, более того, я презираю тебя и считаю виновным в смерти моего старого друга Эндрина и твоих братьев. Но ты прав… пусть только в этом, но прав. Если дети камня не уйдут из Орзамара, то погибнут. И допустить этого я не могу…

– Значит, ты согласен покинуть тейг, Пирал? – обратился я к «герцогу».

– Нет, – он покачал головой и улыбнулся, как может улыбаться только человек, сбросивший со своих плеч огромную гору проблем, – я и десятки поколений моих предков рождались, жили и умирали в Орзамаре. Я уже слишком стар, чтобы пытаться приспособиться к чему-то новому. А потому… вам же всё равно понадобятся те, кто будет прикрывать отход и кто подорвет заряды.

– Тебя не забудут…

– Оставь эту пустую брехню своей девчонке, сопляк, – рассмеялся старый гном, – сам тут распинался, что мертвецам плевать на всё это! А теперь — вали командовать отходом… король Эдукан, а мне нужно будет отдать ряд распоряжений и поискать добровольцев.

– … – новоназначенный король постоял столбом пару десятков секунд, очевидно переваривая известия о намерении конкурента героически самоубиться, после чего всё-таки кивнул и поспешил покинуть зал — работы ему предстояло действительно немало.

– Ты это серьёзно, Пирал?

– Да, Айдан, – за эти дни как-то само собой сложилось, что разговаривать мы стали «без чинов», – разумом я понимаю, что иного выбора нет, но сердцем… я вырос в «Алмазном Городе» и одна мысль о том, что его осквернят и разрушат эти отродья глубинных троп разрывает мне сердце. Гномам предстоят нелёгкие времена, слишком многое поменяется, а я — слишком стар, чтобы угнаться за этими изменениями. Потому, лучше уж так. Мой Дом всё ещё достаточно силён и многочисленен, чтобы не дать Белену слишком сильно зарываться, но я… нет, пришло время моему наследнику взять бразды правления.

– Что же, это твоё решение, твой выбор. Каким бы он ни был, я уважаю его, – но не значит, что принимаю.

– Хорошо, тогда — поспешим. Предстоит ещё немало дел, а времени почти не осталось, – мы распрощались и каждый отправился готовиться. Правда, все мои собеседники несколько не осознавали, как именно и к чему будет готовиться один скромный монарх.

***

Великий Исход, а именно так, скорее всего, позже в летописях назовут эвакуацию гномов из Орзамара, начался спустя примерно час после окончания нашего импровизированного совещания. Сказать, что подземники были в шоке — это, считай, ничего не сказать. Пятьдесят тысяч беженцев, испуганных, не знающих, что их ждёт завтра, больше половины из них панически боялось поверхности — я лично видел, как многие, выходя за Верхние Врата Орзамара судорожно вцеплялись в землю руками, панически боясь «упасть в небо». Таких приходилось едва ли не насильно поднимать на ноги и гнать пинками дальше, чтобы не заслоняли проход. На миг во мне вспыхнуло что-то вроде чувства вины перед этими бедолагами, ставшими просто жертвами моего удобства и амбиций. Но, как это чувство вспыхнуло, так оно и угасло. Да, мне было жалко их и в иной ситуации я бы предпочёл поступить иначе, но они не моя семья, не друзья, они — просто ресурс, который мне потребовался и который я получил. Так было изначально и никогда не менялось и пытаться играть в жертву обстоятельств, что «не сам такой, а мир вокруг вынуждает» — лишь лицемерие и ложь. Заливаться внутри совестливыми покаяниями вперемешку с оправданиями необходимостью, при этом продолжая воплощать планы в жизнь и держать морду кирпичом для всех окружающих — удел ничтожеств, которые не могут жить без самообмана. Мне же ни лицемерить, ни оправдываться не требовалось — я никогда не отрицал того, что из себя представляю и не собирался начинать это делать сейчас. Так что я просто проводил взглядом очередную повозку, запряженную бронто, да последовал обратно «на передовую». Очень скоро у моих тварюшек появится очень неплохая производственная база и богатые шахты. Да, я рассчитывал на труд гномов, но не собирался класть все яйца в одну корзину. Откуда производственная база? Так гномы эвакуировались весьма поспешно. Да, кое-что они забирали с собой: инструменты для ювелирного дела, золото, драгоценности, какие-то памятные мелочи, но кузницу просто так не увезёшь. Многие горны стояли на своих местах веками и давно уже вплавились, вросли в скалы. Да и наковальня — штука тяжёлая, а тягловая сила всё-таки ограничена. Разрушить же то, что создавали предки ни один гном не посмеет, даже если не надеется когда-либо вернуться. Это не говоря уже о том, что подобное потребовало бы массу усилий и времени, а первое нужно было в других местах, второго же я и вовсе давать не собирался больше необходимого. День — чтобы успели выбраться беженцы с минимально-достаточным набором пожиток, не более.

Я, вместе с полагающейся охраной из Чёрной Стражи и парочки Воинов Пепла, так и не засветивших свою природу оборотней, шёл к Нижним Вратам, наблюдая спешные сборы и маленькие драмы, впрочем, даже в такое время не обходилось без довольно забавных курьёзов.

– Ну… ик, чё, ребята, покажем напоследок этим стрёмным наго**ам, что такое гном-берсеркер?

– Да! Покажем! – отвечали ему пара десятков бородачей, видимо — последние берсеркеры.

– Та-ак! – рыжий подземник, толкавший эту речь с кружкой чего-то явно сильно ядрёного, повернулся к молодому гному, у которого только-только пушок на подбородке проступать начал. – А ты, пацан, шёл бы отсюда.

– Огрен! – заерепенился в ответ «пацан», – я – воин и буду сражаться со всеми!

– У тя, пацан, будет задача куда как более сложная, – невежливо ткнул бородач пальцем в грудь своего оппонента. – И ты её выполнишь, даже если ща мне придётся сломать те ноги и усадить в повозку.

– К-какая? – отступил визави этого Огрена… хмм, минуточку, рыжий, пьяный и грубиян-берсеркер, да ещё и Огрен? Кажется, это один из возможных спутников Стража в каноническом развитии событий, если я имя, конечно, не перепутал, но, если так подумать, много ли имён гномов я вообще помню из своей первой жизни? Гимли сын Глоина, Бран Бронзобород, Огрен, Торин, Мурадин, Малыш… хотя нет, Малыш — это кличка, а вот имя у него что-то на «С»… не помню уже. Короче, гномы не в моём вкусе и я не вижу в этом ничего постыдного. Но всё же, как тесен мир, однако. Ну а «спутник Стража», тем временем, продолжал:

– Найди се бабу посимпатичнее и наплоди с ней столько маленьких берсеркеров, сколько сможешь. Мы в жопе, а потому, кто-то должен будет продолжить наше дело и передать наши знания.

– Н-но…

– Эта пьянь дело говорит, – поддержал рыжего мощный седобородый коротышка, – останутся только те, кому больше нечего терять, а вы, молодёжь, должны жить дальше… жить и помнить.

– Ладно, хорош лясы точить. Пойдём познакомим задницы Порождений Тьмы с моей ногой, – Огрен покосился на окружающих, – в самой изысканной манере! – раздался дружный смех и берсеркеры, оставив нескольких молодых гномов, направились к проходу на Глубинные Тропы. Я кивнул своим спутникам, продолжить путь.

У Нижних Врат было жарко, как и всё это время, но сейчас положение защитников было уже близко к критическому — человеческие войска уже отошли, големов осталось мало — парочку беженцы забрали с собой, как память, остальные… в общем, из изначальных трёх десятков в строю оставалось всего пять единиц, причём полностью целым назвать никого было нельзя. Воины-гномы тоже отступали. Медленно, цепляясь за каждый камень, но неуклонно. Их задачей было лишь задержать тварей на сколько это возможно, стоять насмерть… приходилось, но, если была возможность отступить, они отходили. Харроумонт и Эдукан были у Врат. Не на переднем краю, разумеется, но достаточно близко к передовой, чтобы мгновенно реагировать на изменения обстановки.

– Эвакуация почти закончена, – начал я вместо приветствия, – можно отходить.

– Хорошо, – кивнул Белен, а Пирал лишь скрипнул зубами. Отдавать даже клочок своей земли Порождениям Тьмы он не желал, пусть даже этим клочком являлся «Пыльный Город», где обитали бескастовые.

– Что же, полагаю, нам пора прощаться, – всё-таки ответил старый гном, – забирай воинов, Белен.

– Удачи, лорд Харроумонт. И прощ… – именно в этот момент усиленная группа из огров «под стероидами» разметала строй защитников и ворвалась на оперативный простор, а следом за ними — стайки генлоков и несколько элитных гарлоков, вооружённых тяжёлыми железными луками.

Вот одна конкретная тетива оттягивается и, налитая огромным зарядом внутренней энергии, стрела прошивает сильверитовые доспехи Эдукана насквозь. «Смертельный Выстрел» во всей своей красе... Было довольно сложно прицелиться в таком хаосе. Сложно, но не невозможно. Взревевшие берсерки натурально порубили огров в салат, да и остальные Порождения Тьмы после этого прожили недолго, но для принца было уже слишком поздно. На всякий случай стрела была ещё и отравлена. Не «Убийца Воинов», конечно, но и выжимка из отвара корня смерти при такой ране шансов даже тренированному бойцу почти не оставляет.

– Кххх… – гном хрипел, царапая скрюченными пальцами пробитую кирасу, рядом суетились телохранители, кто-то притащил целителя и побежал за магами, но всё отчётливо понимали — не успеют. Начинающими стекленеть глазами, принц взглянул на окружающих. – Эндрин… Рикх-ха… защкххх… – и затих, теперь уже навсегда.

– Сначала отец, теперь сын… – Харроумонт склонил голову, – как… глупо.

– Вставай, Пирал. Нужно уходить, – поторапливаю гнома, впавшего не то, чтобы в шок, но в некоторую прострацию.

– Да… исполнить свой долг… сломать своды, – он вздохнул.

– План придётся пересмотреть. Белен мёртв, если погибнешь и ты, кто поведёт гномов? Ты же не хочешь оставить своих людей на произвол судьбы в самый трудный час?

– Но… – вот теперь он растерялся. – Орзамар…

– Без короля гномам придётся тяжело, а когда нет чёткого кандидата на трон, становится ещё тяжелее. Поверь тому, кто сам чуть не вляпался в гражданскую войну!

– Хорошо… – от былой лёгкости в осанке подземника не осталось и следа. Сброшенный было груз вновь вернулся, «отдохнувший и с магнитиками», в смысле, теперь стал ещё более неподъёмным. – Но кто-то всё равно должен будет подорвать своды.

– Оставьте это мне… Ваше Величество, – обратился к подземнику один из его телохранителей.

– Бертан?

– Король Кусланд прав, мы год жили без правителя и ничем хорошим это не кончилось, а лучше вас с этим никто не справится. Так что позвольте послужить вам в последний раз, мой лорд. А теперь — ступайте.

Харроумонт вновь скрипнул зубами, но всё-таки позволил увести себя. Дальше дело было за малым — просто выйти из подземелий. Возвращение пожилого гнома, конечно, вызвало некоторое недоумение, но Белен погиб при огромном числе свидетелей, а потому никаких претензий к почтенному лорду не возникло. Возможно, кто-то из моей Чёрной Стражи мог бы и задуматься, ведь эти бойцы прекрасно знали, что отбить стрелу, пусть и запущенную под усилением и в упор, я вполне способен, но… даже если бы у них и появились такие мысли, я подстраховался. Стрелков было несколько и били они «по обнаруженным командирам», так что я таки отбивал стрелу, «запущенную под усилением и в меня», а потому прикрыть кого-то ещё уже не смог. Конечно, вряд ли бы люди, прошедшие со мной Остагар что-либо сказали даже в том случае, если бы я Белена зарубил на их глазах, лично и дико хохоча при этом, но зачем давать лишние поводы бойцам усомниться в своем короле? Да ещё и на ровном месте и когда это можно элементарно избежать? Вот и я думаю, что незачем, а потому, пару раз махнём клинком и тем самым решим потенциальную проблему в зародыше.

На поверхности было спокойно — беженцы успели немного отойти от входа, войска — перегруппироваться, так что выходу нашему ничего не мешало, а стоило нам отойти чуть дальше, как гора содрогнулась и вход в подземелья оказался наглухо запечатан тысячами тонн камня, проход через который задолбаются копать и Порождения Тьмы… у которых есть вполне себе неплохой выход на поверхность буквально в трёх днях пути по Глубинным Тропам, но это детали. Защитники до конца исполнили свой долг и постарались погрести под камнями как можно больше противников. Частично им это даже удалось — большая часть короткоживущих организмов действительно оказалась расплющена обрушившимися сводами. Пожалуй, посажу там моровой гриб — место получилось удобренным, расти эта гадость там будет хорошо.

Что же касается самих гномов? Был созван срочный Совет, на котором Пирала единогласно избрали новым Королём. Хмм, король без королевства, где-то я это уже видел, ещё Торина с Малышом вспоминал недавно… тем не менее, теперь все формальности были соблюдены и можно было работать. Лорд Харроумонт был полностью огорошен и ошарашен. Ничего подобного никогда раньше не случалось, все его подданные и он сам внезапно стали «наземниками» — теми, кому ещё месяц назад вряд ли подали бы руку. А хуже того — им приходилось залезать в долги к людям. Нет, не в материальном плане, а куда хуже — в моральном. Традиционалист и консерватор, привыкший быть советником, а не правителем, вынужден был принимать решения, ломать традиции и принимать решения, что показались бы чрезмерно новаторскими даже для Белена. И потому, он не то, чтобы ошибался, но… просто не понимал, какие последствия несут те или иные его решения.

Так родился «Договор о вечной дружбе» между Ферелденом и гномами. Коротышки получали в своё пользование земли в южных предгорьях. Севернее Морозной Котловины, но несколько южнее меридиана Редклифа. Для меня эта территория была почти бесполезна — плодородных земель нет, леса нет, реки… реки имелись, равно как и выходы рудных жил, но подобные выходы имелись и в более приспособленных для добычи местах, а не в заднице мира по соседству с Пустошами Коркари. В общем, я заселял непригодные для прочих моих подданных земли, организовывал добычу полезных ископаемых чужими руками и мне за это же ещё и платили готовыми высококачественными изделиями из металла, скидками при торговле, а в случае нужды — вооружённым и весьма боевитым ополчением. Более того, теперь крестьянам из Внутренних Земель не обязательно было тащиться через полстраны в окрестности Денерима для организации ярмарки и продажи излишков продовольствия в городе или через порт, когда станет возможным сбыть зерно в два раза быстрее по примерно той же цене, а в ответ получить инструменты гномской работы, что раньше могли стоить целое состояние, для крестьян так точно. И, что самое забавное, ни одна собака не сможет меня ни в чём обвинить. Земли я отдал «ничейные», то есть, принадлежащие короне, располагаются они на серьёзном отдалении как от Хайевера, так и от Королевских Земель на северо-востоке страны, а потому, с точки зрения среднестатистического банна Ферелдена, Моё Величество для себя профита почти никакого не получает, разве что каплю популярности у западных баннов за счёт общего оживления торговли. В общем, после подписания всех бумаг я чувствовал себя кошаком, сожравшим всю колбасу и при этом не то, что не получившего по наглой морде, но ещё и сбросившего все подозрения на соседского пса. То есть, «жизнь удалась». Правда, теперь нужно немного подлатать армию, оценить окончательные потери в среде моих вассалов, послушать мысли Логейна по этому поводу, да выдвигаться дальше к Джейдеру — Орлей за это время никуда не девался… кстати, данные по разведке тоже неплохо бы обновить. И выделить провожатых до их новых земель для «беженцев». И подбодрить моих ведьмочек. И Мерриль, нельзя забывать о Мерриль. Да, дел предстоит немало, но настроение, тем не менее, весьма приподнятое, можно даже сказать — боевое. Так что продолжим…

В качестве гидов, сопровождения и «решателей проблем» мной от щедрот был выделен помощник армейского интенданта с соответствующей обслугой, писчими и двумя десятками охраны. Да-да, опять из моих людей, но что поделать? Суровые времена требуют суровых решений, приходится от сердца отрывать и всё такое. Плюс ещё полсотни останутся у предместий Орзамара с целью организации наблюдательного поста — чисто на всякий случай, разумеется. Ещё полторы сотни раненых средней степени тяжести отправятся в Хайевер, а вместе с ними туда же пойдёт груз лириума, о котором в суматохе не то, чтобы забыли… но когда гномов припёрли к стенке, они реально распотрошили все свои запасы этого металла и передали человеческим магам, а после боя требовать от союзников, которые и так сделали много больше, чем должны были, вернуть не использованный металл обратно не посмели даже прижимистые подземники. А в качестве охраны к нашим пострадавшим бойцам и ценному грузу будет выделено ещё две сотни, но они вернутся… вот как только, так сразу, да. Разумеется, эти действия не остались незамеченными, да и вообще, мой главнокомандующий хотел бы получить ряд объяснений по произошедшим событиям. Послать его лесом, конечно, было можно, но я всё-таки нуждался в Логейне и, более того, хотел бы видеть его моим человеком как сейчас, так и… в отдалённом будущем, назовём это так, поскольку его в его организационных способностях и тактическом гении я вполне убедился. А потому, покинув руины входа в крепость гномов и не дойдя где-то одного дневного перехода до Джейдена, мы устроили армии привал, а сами удалились совещаться в штабную палатку.

– Что же, полагаю, у вас появилась масса вопросов, тейрн Логейн, спрашивайте — постараюсь ответить, – я не стал петлять и тратить время на хождение вокруг да около, к тому же, первые два слоя моего Хитрого Плана были вполне «патриотичны» и придутся маршалу по вкусу.

– Хорошо, Ваше Величество, – степенно огладил отросшую щетину Мак-Тир. Не то, чтобы он был фанатом бороды, но в походе бритьём не заморачивался и его можно понять — с удобствами у марширующей армии действительно было не очень, а как должно быть хреново войскам, которые не могут пользоваться услугами чародеев мне и представить страшно. Десятки тысяч человек, которые нуждались в пище, желательно, горячей, чистой одежде, оправлении естественных надобностей. А ведь были ещё лошади и бронто, уход за оружием и снаряжением… От одного перечисления всего необходимого начинала болеть голова и портиться настроение, а стоящий передо мной мужчина всё это умел организовывать и направлять. Но что-то я отвлёкся, а командующий, тем временем, сформулировал свой вопрос, – у нас намечается война с Орлеем и ваше решение тратить столько сил и ресурсов на помощь гномам, – он покачал головой.

– Ну, потратили мы минимум.

– Да, тут нам повезло, но могло и не повезти, – продолжал настаивать Логейн.

– Удача? – я хмыкнул, – нет, удача здесь ни при чём. Вы сами говорили, тейрн, я — не Кайлан.

– Тогда… как?

– Это не слишком афишируемая информация, но Серые Стражи могут чувствовать Порождений Тьмы, кто-то лучше, кто-то хуже… после убийства Архидемона, я могу ощущать тварей на несколько тысяч миль во все стороны. Так что уже на подходе к Орзамару я знал, что его не удержать. Всё, что нам требовалось — это дать немного времени подземникам, чтобы эта простая мысль дошла и до их каменных мозгов. А после — предложить спасение. На моих условиях.

– Тогда зачем был тот фарс с другим Серым, Риорданом?

– Орден — это Орден. Они — фанатики. Пусть разумные, пусть рациональные, но, по большому счёту, не так уж сильно отличающиеся от фанатиков Андрасте. Доверять же фанатикам я не намерен. Потому, предпочитаю не распространяться о своих возможностях сверх необходимого. Мало ли как дальше сложатся наши отношения?

– Хммм, хорошо, – удовлетворился ответом маршал, – но даже так, стоило ли оно того? Некоторые потери мы всё-таки понесли.

– Понесли, – соглашаюсь, – как восстановимые, так и безвозвратные, но взамен отрезали Орлей от поставок лириума и возможности массово получить качественное оружие и доспехи. В то же время, у нас появился запас означенного лириума, а в перспективе — собственные производства высококлассного снаряжения.

– Лириум, – пусть лицо командующий удержал, но вот его некоторую неприязнь я вполне почувствовал, причём, она была весьма расплывчатой, как если бы претензии тейрна были не столько к необходимости в этом металле, сколько к вещам, с ним ассоциируемым, – лириум — это игрушка магов. Пусть я убедился, что в бою от них куда больше пользы, чем принято считать повсеместно, наш противник располагает большим количеством Храмовников, – «а потому толку от этого — ноль», так и читалось во взгляде мужчины, – что же касается оружия и брони… к моему глубокому сожалению, армии Орлея прекрасно экипированы и не нуждаются в дополнительных источниках поставок, у нас с этим тоже всё неплохо. Разумеется, если мы будем увеличивать число войск, подобное станет востребованным, но сейчас — это пустая трата времени и сил.

– Именно поэтому в условия того договора входила и военная помощь.

– С учётом потерь, понесённых гномами, это будет лишь формальность, к тому же, я сильно сомневаюсь, что такие «помощники» захотят воевать.

– У них не останется выбора. Гномы почитают Камень, а не Андрасте, законы Ферелдена этому не препятствуют, в то же время, проиграй мы войну и со «Священным Походом» на наши земли придёт и Церковь. И так у жриц уже который век зудит независимость гномов и неприятие ими Песни Света, только поделать с этим они ничего не могли — взять штурмом Орзамар с поверхности почти невозможно, в осаде подземники могут сидеть десятилетиями, а контроль над стратегическим ресурсом последних не позволяет особо зарываться. Сейчас же, гномы будут «в чистом поле», без надёжных тылов и без контроля за лириумом, да ещё и на землях, куда и так идёт Священный Поход. Добавим к этому ужесточение риторики самой Церкви, что, как показывает опыт, непременно следует перед и во время такого похода… слишком большой соблазн «обратить в свет истинной веры ничтожных язычников». А заодно как следует пограбить и добыть себе рабов. В свете всего вышеперечисленного, гномы пусть и не ломанутся в атаку впереди нашей армии, но вот тылы прикрывать будут крепко.

– Звучит многообещающе, но понимают ли ситуацию сами гномы? – теперь Логейн был очень заинтригован.

– Пока ещё — вряд ли, но у нас есть ещё немного времени, чтобы объяснить им всю тяжесть сложившейся обстановки.

– Хм… а с Орлеем они сторговаться не смогут?

– Белен бы смог — он был молод, дерзок и беспринципен, но вот Пирал — традиционалист, который на посвящение своих подданных Песне Света положительно смотреть не может по определению, к тому же, имеет репутацию «гнома слова» и, как любой старик, терпеть не может менять уже принятые решения.

– Да… – задумчиво покивал Логейн, – как неудачно принц получил стрелу в сердце… за сотню метров от места боя, – я уже говорил, что тейрн — очень проницательный мужик.

– Увы, порой трагедии случаются, хорошо, что мои егери-оборотни, имеющие сверхчеловеческие силы в дополнение к навыкам эльфийских лучников, смогли ответной стрельбой уничтожить прорвавшихся.

– Действительно… значит, мы можем действительно получить неплохое усиление хотя бы для гарнизонов? – взгляд Мак-Тира был уже где-то там, у стен крепости, обороняемой гномьим хирдом. Ну или как там у них воинские формирования называются? К тому же, его уважение к хитрожопому королю, провернувшему такую афёру у всех под носом изрядно возросло, как и тот факт, что означенный король поделился с ним этой самой аферой. И, самое забавное, по местным меркам я не сделал вообще ничего предосудительного. Ну, кроме убийства Белена, которое невозможно доказать никоим образом, даже по свидетельству Логейна, ведь я ничего не признавал, а наоборот. Что-то в средневековых нравах всё-таки есть.

– Через некоторое время, когда банн Драйден опишет ситуацию королю Харроумонту, – отвечаю на вопрос маршала, – также, в перспективе, за пять-десять лет я надеюсь на некоторые волнения в стане подземников, благодаря которым множество молодых гномов из каст Кузнецов и Ремесленников могут разъехаться по королевству.

– Будем перекупать?

– Не только и даже не столько. Всё будет куда проще. Это из подземелий Орзамара молодому мастеру деваться было некуда, только на поверхность и де-факто, лишаться касты, становиться отбросом общества. Потому, даже если у него возникали какие-либо трения со старшими, он вынужден был сидеть и терпеть. Но вот теперь… теперь этот гипотетический молодой мастер и так уже наверху, а тут ещё и крестьяне из соседней деревни подъехали и давай нахваливать его изделия, да сетовать, что у них кузнеца вообще нет или он криворукий неумёха. Подумает такой гном, подумает… да может и бросит свою «положенную по возрасту и происхождению» должность раздувателя мехов или молотобойца, и отправится в деревню к людям, свою собственную кузницу держать. Да, это будет не сразу, да, поток будет жиденьким и непостоянным, но… если правильно поставить задачу, гномов можно будет ассимилировать. Аккуратно, незаметно, маленькими шажками…

– Знаете, Ваше Величество, – немного помолчав, проговорил Логейн, – поначалу, я был огорчён, что вы решили не связывать себя узами брака с моей дочерью. Но сейчас понимаю, это было к лучшему.

– Я такой страшный?

– Нет, но подход у вас такой же, как у Аноры. Вдвоём бы вы просто не ужились, а я люблю свою дочь.

– Я не убиваю своих верных вассалов, генерал, и стараюсь «не обижать». Потому, у нас с Анорой ничего бы и не получилось. Впрочем, не будем об этом. Лучше поговорим о границе и перевале. Есть сведения от разведки?

– Да, – встряхнул головой командующий, отгоняя ненужные мысли, – в четырёх днях пути от Джейдена замечен военный лагерь орлесианцев. Общая численность — порядка двадцати пяти тысяч человек. Основной костяк — шесть тысяч тяжёлой кавалерии, остальное — дружины и городская стража окрестных лордов. Полагаю, это передовой отряд армии Гаспара де Шалона, в целом, я полагаю, встретить контингент в шестьдесят-восемьдесят тысяч.

– Сколько будет у нас?

– С учётом войск Эамона, подтягивания резервов и ополчения — пятьдесят–пятьдесят пять, но из них серьёзных бойцов — не более пятнадцати. Плюс маги и эльфы.

– Численное преимущество не на нашей стороне, – сыграл я в Кэпа.

– Верно, более того, сейчас ополчение распущено, а потому реально за нами не более тридцати тысяч солдат, но разница, на самом деле, не так уж велика, тем более, если речь идёт о профессиональных воинах. К тому же, – генерал принялся указывать на карте, – свободный проход между Орлеем и Ферелденом относительно невелик — всего восемьдесят миль ровного поля, которое с севера упирается в Недремлющее Море, а с юга — в леса Долов.

– Тем не менее, восемь десятков миль ширины — этого более, чем достаточно, чтобы разместить войска так, как нужно орлесианцам, у них будет достаточно места и для манёвра и для разгона конницы.

– А вот тут позвольте с вами не согласиться, Ваше Величество, – довольно усмехнулся командующий, – ваши выводы верны только в том случае, если инициатива будет исходить со стороны Шалона, но, если первый удар будем наносить мы, – воин постучал пальцем по карте, – можно прижаться к лесу, тогда, у Орлея возникнут проблемы с конницей, в то же время, наши егеря и стрелки-эльфы будут себя прекрасно чувствовать в данной местности. Беспокоящие обстрелы и тактика бей-беги.

– Хорошо, такого они от нас точно ожидать не будут — из соображений здравого смысла, они должны быть уверены, что мы будем дожидаться всех возможных сил, а потом засядем в обороне.

– На это и расчёт, – довольно кивнул Мак-Тир.

– Но что дальше? Стрелков у нас хватает, но их всё-таки недостаточно, чтобы просто перестрелять всю армию Орлея из кустов. Да и вряд ли эта самая армия будет стоять и ничего не делать.

– Это учтено, Ваше Величество, – принялся пояснять следующую часть плана Мак-Тир, – обстрел из чащи эффективен, но под него нужно ещё подставить, к тому же, пусть кавалерия противника и будет ограничена на поле боя, но всё-таки, не лишена мобильности. Нам нужно лишь провести всадников и прикрывающие отряды так, как нам требуется, а для этого нужна приманка-жертва.

– Я понимаю, что жертвовать воинами в битве — бремя и необходимость командира, но пускать наших солдат на убой мне бы не хотелось, – генерал решил провернуть тот же трюк, что и я и слегка подсократить лояльные мне войска?

– Жертвовать и не придётся, – Логейн был убийственно серьёзен, – вы же знаете, что оборотни обладают превосходным ночным зрением?

– Разумеется.

– Построение наших войск будет происходить ночью. Разумеется, в лагере об этом узнают и, скорее всего, не смогут удержаться от искушения ударить по противнику в середине манёвра. И бить они будут кавалерией, разогнавшись вдоль леса.

– В котором уже будут сидеть наши стрелки?

– Именно, но на этом не всё. При построении в темноте скрыть длинные копья будет несложно, а оборотням хватит ясности зрения, рефлексов и силы вовремя вздёрнуть их с земли прямо перед атакующими. И удержать.

– Потом, с учётом специфики этого нашего рода войск, они устроят резню. Особенно, если обернутся и завоют. Тут не то что лошадям, их всадникам поплохеет.

– Как волки в овчарне, – подтвердил Логейн, – таким образом мы уничтожим кавалерию Орлея и нанесём сильнейший деморализующий удар по его дворянам. Далее, наша кавалерия, пусть и немногочисленная, сможет провести прямую или фланговую атаку по пехоте противника, а лучники и маги завершат разгром.

– У нас ещё есть драконы…

– Я бы рекомендовал приберечь их до Вал Руайо, – отрицательно покачал головой стратег, – пусть они и показали себя весьма эффективными при обороне Денерима, выкладывать козырей больше, чем требуется в данный момент бессмысленно. Для нанесения существенного урона и деморализации противника хватит и оборотней... до сих пор не могу поверить, что вы каким-то образом смогли их приручить.

– Кхм, «приручить» не совсем верное слово, ну да ладно. Хорошо, генерал. Я принимаю ваш план, теперь давайте обсудим детали: какое отделение куда и как…

– Да, милорд, – согласился тейрн, – но тут уже уместно пригласить командиров отрядов.

– Действительно, – выйдя из палатки и крикнув вестового, я вздохнул прохладный горный воздух полной грудью. Скоро станет жарко.

***

Совещание о размещении войск затянулось на несколько часов, при этом удалось внести парочку корректив. Например, при том, что в количестве бойцов мы уступали даже авангарду орлейцев, в качестве мы их заметно превосходили, плюс, магическая поддержка, с которой у Орлея совсем грустно было. Пусть в этой стране церковных лоялистов было больше, чем где бы то ни было ещё, никто не мог гарантировать, что некая часть не «перейдёт на сторону противника с оружием в руках», да ещё и учудив на прощание какую-либо пакость. Так что по прикидкам наших чародеев, что-то внятное в плане противостояния их коллегам мы сможем увидеть только при штурме укреплённых городов, откуда колдунам просто некуда будет деваться. Да и то — есть вероятность, что колдовать против нас будут из-под палки. Не все, но многие. Плюс, разрешение на Магию Крови с нашей стороны и пять драконов (плюс один скромный «наследник боженьки»), что могут немного поделиться «боеприпасом» особенно доверенным волшебникам, типа Андерса или моих ведьмочек. Правда, идея отправить этих самых ведьмочек на передовую мне не нравилась, хоть те и настаивали на своём присутствии едва ли не в первых рядах — сочетание Магии Крови, талантов Боевых Магов и тому, что они успели понахвататься из иных источников гнало их вперёд, провоцируя рост шил пониже спины и общую жажду приключений. Пришлось напоминать, что тяжёлый боец прорыва у нас я, а они — поддержка, целители и карманная артиллерия в одном флаконе. Начавший было возмущаться Логейн был быстро успокоен продолжением моей фразы, мол, а раз я вынужден сидеть в палатке и «ничего не делать», вместо того, чтобы рубиться в авангарде, то они тоже будут сидеть на месте. Из соображений солидарности. И монаршего самодурства, да.

Тем не менее, пользу маги могли принести неоценимую. Во-первых, по-максимуму «заговорить» оружие и доспехи оборотней, что будут изображать из себя жертву. Да, заговоры прожорливы, недолговечны и нужно правильно их подбирать, чтобы друг друга не перебивали, типа несовместимости одновременного наложения «ледяного» и «огненного» оружия, во-вторых, это арт поддержка — вдарить Огненным Штормом, скастованным кругом чародеев, да с подкачкой из драконьей крови и грустно станет даже среднему храмовнику, себя такой индивид может и прикроет, но ни «очистить» область вокруг, ни защитить ещё кого-либо уже не сможет точно. Ну и третье — Мерриль у нас пусть молодая и неопытная, но с полным набором знаний Хранителя, а значит, егери и прочие стрелки, размещенные в лесу, получат +50 к меткости, +30 к скрытности и +100 к шансу смыться, если что-то пойдёт не так. Фиальчик с парой сотен грамм моей крови в качестве дополнительной страховки моей прелести прилагался.

Это то, что касалось боевой части, но была и часть политическая. Отношения у нас с Орлеем были очень не очень, но открытой войны не наблюдалось, к тому же, пусть я и выгнал послов, тем самым де-факто, разрывая все дипломатические отношения, да и армия у наших границ явно не на прогулку вышла, если я пойду в атаку первым, то, формально, агрессором буду выступать именно я. И вот тут нужно подумать, какие это принесёт результаты? Андерфелс отморозится в любом случае. Тевинтер — в любом случае поддержит и поприветствует, Антива — далеко, Неварра… тут зависит от того, что там станет с главой церкви, если на Солнечный Трон сядет задница кого-то из Пентагастов, то некрофилы влезут на стороне Орлея, Вольная Марка… ну, там отродясь разброд и шатания, так что заварушка может начаться и внутри этого конгломерата независимых городов. Киркволл, увы, лежит на спине, раздвинув ноги перед Храмовниками, хотя, с учётом условий содержания тамошних волшебников, те могут попробовать рискнуть и ломануться к нам. Кунари… так, клеточки-маячки в Стене показывают, что тот только-только добрался до родного дома и доложил Аришоку, что тот по поводу всего этого думает пока не ясно. Остальные или ещё дальше от конфликта, или малозначимы, или и то и другое — вроде теперь уже последнего гномьего тейга под южными горами Андерфелса. Хммм, получается, что мне, в принципе, совсем пофиг, те, кому надо, уже определились со своей позицией, те, кому не надо… ну, тем и не надо. А что в итоге напишут в учебниках по истории, кто на кого коварно напал, а кто нанёс упреждающий удар будет зависеть от победителя конфликта. Славненько, значит, с чистой совестью можно вломить орлесианцам.

Марсель Корбин. Молодой шевалье. Немного позже.

Командующий авангардом, которому не исполнилось ещё и двадцати шести, изрядно волновался. Разведка докладывала о пересечении границы войсками Ферелдена, что было очень странно. Нет, сам факт наличия с той стороны войск вопросов не вызывал — то, что дело шло к войне было очевидно для любого человека, имеющего хоть какие-то выходы на Двор Её Императорского Величества. Пусть его семья, в том числе и он сам допустили несколько… просчётов в Игре, в результате чего их положение сильно покачнулось, они оставались влиятельным и очень не бедным родом Империи, а герцог Гаспар был старинным другом и покровителем Корбинов, так что сведения у него были самыми свежими, а расположение де Шалона позволило занять одну из высочайших должностей в армии, не разменяв и тридцати. Хотя, с некоторым самодовольством констатировал аристократ, не только связи и расположение родственника Императрицы позволили ему стать командующим авангардом, но и собственные таланты. Лучший выпускник школы шевалье уже имел неплохой послужной список и был готов двигаться к новым вершинам. И вот сейчас выдалась возможность одержать победу, да не над кем-нибудь, а над самим Логейном Мак-Тиром, чей штандарт присутствовал в наступающей армии… вместе со штандартом королевским. И последнее несколько беспокоило. О молодом короле Ферелдена ходили самые разные и самые жуткие слухи, начиная от его увлечения отвратительными ритуалами крови, заканчивая очень… странными сексуальными пристрастиями. Вот только было во всех этих сплетнях и кое-что куда более настораживающее. Говорили, что король — настоящее чудовище на поле боя, едва ли не в одиночку способное уничтожить противостоящую ему армию. Разумеется, скорее всего это было преувеличением, но мало ли… к тому же, не стоило забывать и о генерале Логейне — при всей ненависти, что орлесианские аристократы испытывали к этому человеку, даже они признавали его гений, а его тактические и стратегические ходы разбирались в школе шевалье и уже вошли во все учебники по военному ремеслу. И вот две эти личности пересекли границу и двинулись в сторону его лагеря. При этом, численно уступая едва ли не втрое. Это было даже не странно. Это был чистейший бред, нонсенс! Не мог же Логейн спятить? Не мог. А потому Марсель отправил доклад к штабу де Шалона, попутно отрядив отряды разведки с приказом прочесать всю округу, возможно, он чего-то не видит? Или это отвлекающий манёвр? Или что-то ещё?

Разведка скрупулёзно обшарила все на два дня пути окрест, перерыла лес, проверила береговую линию на предмет состоявшегося десанта или подготовки к нему и… ничего. Как бы он не искал, результат был один и тот же. Один из лучших стратегов современности просто пёр напролом на втрое превосходящие силы. Пёр по ровной, как стол, равнине, при этом толком не имея не то что тяжёлой конницы, но и кавалерии вообще.

– Пьер, ты что-нибудь понимаешь? – обратился виконт к своему военному советнику, приставленного герцогом для помощи ещё неопытному командору.

– Ерунда какая-то, – покачал головой советник, – они идут так, словно вообще не знают о нашем присутствии, но этого не может быть — наш лагерь стоит совершенно на виду и не заметить его сможет разве что слепой, глухой и одновременно крайне тупой человек.

– Тогда на что они рассчитывают? – ситуация нравилась Марселю всё меньше, – зачем вообще полезли на нашу территорию с такими силами?

– Не знаю, но… там Мак-Тир, а потому, что бы он ни задумал, я бы не рекомендовал дожидаться осуществления его замысла.

– Резонно, – вынужден был признать молодой командующий, – судя по направлению, они хотят взять южнее. Могут ли их целью выступать Долы?

– Я слышал, что Король-Еретик действительно привечает эльфов и те, вроде бы, отвечают ему взаимностью, но Долы… нет, там слишком густые леса, через которые не протащить армию, к тому же, таким образом они сами откроют нам путь на Джейдер. Да и куда им деваться из Долов? Если попробуют пройти по краю лесов — упрутся в Лидс, а если каким-то чудом пройдут через центральные части, то вылезут в Арборских Пустошах или равнинах Деаувина, где наша конница втопчет их в грязь.

– Тогда зачем им сейчас жаться к лесу? Не думают же они, что мы проглядим десятитысячную группировку?!

– Хммм, – теперь пришла очередь Пьера задумчиво хмуриться, – возможно, прикрытие на тот случай, если что-то пойдёт не по плану? Смотри, – советник указал на карту, – вот здесь начинается редколесье, на котором нам будет не развернуться и если мы пропустим их до этого места… выйдет десять тысяч тяжёлой пехоты Ферелдена против девятнадцати нашей лёгкой, а это уже неприятно — собачники пешком воевать умеют, как же хорошо, что под Остагаром передохли почти все их мабари.

– Значит, мы их должны перехватить раньше, – чуть поморщился виконт, он не разделял неприязни своего старшего приятеля и советника к ферелденцам, впрочем, его семья не утрачивала половины своих земель, богатств и влияния после «восстания провинции», возможно, будь это иначе и его отношения было бы совсем другим, – как насчёт…

– Милорды! – в шатёр вбежал вестовой, – свежее донесение от разведки!

– Давай сюда! – едва ли не вырвал запечатанный красным сургучом конверт командор и жадно вчитался в строки, – они идут и ночным маршем? Почти по лесу? Андрасте и Создатель, как?! – виконт переставил на карте значки войск противника, что, с учётом новых данных, оказались несколько западнее полагаемых позиций. И до перелеска, после которого воевать орлесианцам станет куда как сложнее, ферелденцам оставалось всего ничего. Нужно было срочно что-то решать.

– Пьер, выводим пехоту в поле, кавалерия встает на марш и выдвигается, – Марсель провел пальцем по карте, очерчивая маршрут, пока есть возможность, разгонимся вдоль леса и вобьём их в деревья таранным ударом, после чего заворачиваем, соединяемся с подошедшими лёгкими пехотинцами и добиваем вторым ударом.

– Столкновение произойдет уже после заката, в сумерках, – предупредил советник.

– Вижу, но света ещё хватит, а в противном исходе, мы рискуем налететь на ночной бой, к тому же сейчас армия Ферелдена уже, получается, безостановочно марширует второй день кряду.

– Да, атаковать измотанные войска, да ещё в походном построении — это будет славная победа, – кивнул советник.

– Распорядитесь об указах о награде для разведчиков — они проделали прекрасную работу, – обратился командор к своему штабному приказчику.

– Всенепременно, ваше сиятельство, – заверил аристократа слуга. Впрочем, сам аристократ уже был занят другим — готовился к командованию конным налётом на уставший, застигнутый врасплох отряд. Что бы ни затевал Мак-Тир и куда бы так ни спешил, он перехитрил сам себя, а он, Марсель Корбин, не допустит исполнения этой комбинации и, быть может, чем Маферат не шутит, сможет захватить одиозного стратега Ферелдена.

Десять часов спустя.

Всё шло идеально, насколько это возможно в боевой обстановке: войска противника — как на ладони, более того, было отчётливо видно, что такой марш дался этим самым войскам очень нелегко. Некоторые отряды сильно отстали, а кто-то, наоборот, вырвался вперёд. Такая ситуация не являлась чем-то редким и из ряда вон выходящим для армии марширующей в походных колоннах и именно поэтому застигнуть же вражескую армию на марше было мечтой любого командира и сейчас эта мечта осуществлялась для молодого виконта. Эх, как бы он сам хотел устремиться в атаку во главе конной лавины, но нет, увы. Ну что же, тогда он будет довольствоваться малым — разгромом авангарда ферелденцев например.

– Капитан, в атаку! Удар по вышедшим вперёд, далее, как их разобьют, пусть таранят центр, но без углубления в ряды — отходите на второй круг и повторите.

– Будет исполнено, ваша светлость, – кивнул пожилой шевалье и надел шлем с родовой личиной-маской, удалившись организовывать атаку, а к командору подошёл герольд — все дальнейшие команды по войску будут передаваться с помощью трубачей. Наступило затишье. Но вот, Корбин махнул мечом, указывая на передовой отряд противника и трубы взвыли. Конница устремилась вперёд, всё ускоряясь и ускоряясь, пока не перешла в галоп, как вдруг из леса на фланге с убийственной силой и скоростью полетели стрелы.

– Откуда?! – не мог поверить своим глазам орлесианский командующий.

В его голове просто не умещалось, что кто-то стал бы вести часть войск по бурелому, когда в нескольких десятках шагов находится ровное поле. Невероятнее этого было только то, что отряд в лесу опережал солдат двигавшихся по ровной земле. Но стрелы были и стрелы эти косили, как тяжёлых рыцарей, так и их скакунов, но и этого было мало — из казалось бы ровной земли начали выступать древесные корни. Невысоко, всего каких-то десять-пятнадцать сантиметров — ничтожное препятствие для человека… но не для разогнавшегося коня. Треск костей и жалобное ржание, донёсшиеся до командирской ставки, совпали с предельно чётким и ясным осознанием, что ферелденцы его переиграли и вся расстановка их видимых войск была заранее подготовленной ловушкой.

Не прошло и двух минут боя, как он уже потерял больше тысячи кавалеристов: кто-то просто упал с лошади, кто-то был ранен или убит, но шестая часть отряда так или иначе выпала из боя. Однако это был ещё не конец и совсем не поражение — кавалерийский кулак хоть и пострадал, но ещё мог растоптать разрозненные ряды ферелденской пехоты, а пехота Орлея ещё даже не вступила в бой. И, конечно, благородные воины Империи, от столь подлого и бесчестного приёма с засадой и эльфийским колдовством, не только не утратили боевой дух, но пришли лишь в большую ярость.

Обогнув затор, заодно и уйдя из-под обстрела из леса, тяжёлая кавалерия Орлея вновь разогнались для таранного удара.

И вновь всё пошло совсем не по плану. Пусть, очевидно, застать врасплох никого и не удалось, но когда на тебя несётся впятеро превышающая числом лавина закованных в сталь всадников, даже самые стойкие подразделения должны забеспокоиться, воины авангарда же были абсолютно невозмутимы.

– Герольд, труби отход кавалерии! – приказал Марсель, нутром чувствуя, что не мог Мак-Тир не заготовить ещё что-то для его рыцарей. Ведь обстрел и магия эльфов никак не могли уничтожить весь ударный кулак его армии, а значит и невозмутимая пехота врага совсем не так беззащитна, как это могло видится.

Глашатай уже поднёс горн к губам, но… было слишком поздно. Мгновение, и лавину конников встречает поднявшийся с земли лес длинных копий. Теперь стало ещё более очевидно, что орлесианцев ждали и они попались в уготованную ловушку, но даже так, всё могло закончиться пусть и с довольно тяжёлыми потерями, но благополучно. Да, налетевший на такую пику всадник почти всегда погибал, но сила удара была такова, что означенная пика просто ломалась или вырывалась из рук пехотинца, делая его лёгкой добычей для следующего рыцаря. Пусть размен один за одного был плачевным, когда речь шла о элите имперской армии — тяжёлых всадниках с конём, против обычного безродного пехотинца, но численный перевес всё-ещё был на стороне Орлея. Вот только пики почему-то не сломались, а пехотинцы смогли удержать оружие в своих руках. И за первым налетевшим на копья воином последовал второй, третий. Удар конницы завяз, остановился, потерял свою убийственную силу. А дальше случилось то, что будет преследовать Марселя в кошмарных снах до конца его жизни… если, конечно, этот конец не случится здесь и сейчас.

До командной ставки долетел торжествующий волчий вой. Хорошо знакомый всем, кто когда-либо участвовал в облавах на оборотней. Виконт не знал, каково сейчас рыцарям впереди, но всё, что он мог — это молиться за них и орать на герольда, чтобы тот трубил отступление. А, меж тем, перед остановленными, шокированными и деморализованными всадниками представала жуткая картина. Тысяча тяжёлых пехотинцев в броне из сильверита, веридия и красной стали самозабвенно взвыла, вытягивая вверх лица, оборачивающиеся волчьими мордами, расправляла раздвигающиеся плечи и выпускала из страшных когтистых лап пики. Тысяча оборотней в тяжёлой броне, рыча и воя, накинулась на впавших в ступор людей. Паникующие кони, не смотря ни на какое обучение, дрессировку и выучку своих хозяев, скидывали всадников и стремились убраться прочь от вышедших на охоту монстров. Лошади неслись не разбирая дороги, топча людей и тараня друг друга. Но и это было ещё не всё. Монстры были разумны и не спешили останавливаться и жрать валящееся им под ноги «мясо».

– За Князя Тьмы! – сложился вой в слова и оборотни сами пошли в атаку, ударами лап сминая кованые кирасы, отрывая конечности, сворачивая шеи врагам. Полуволки не просто продвигались вперёд, но и старались отрезать атакующим путь к отступлению, прижать к лесу. Задние ряды кавалеристов, наконец смогли податься назад, развернуть лошадей, но…

– Elgar'nan! Elgar'nan! – прокричали из леса и ливень стрел с новой силой обрушился на зажатую конницу, а спустя ещё полминуты из чащи вылетела дополнительная сотня оборотней и окончательно взяла в кольцо конницу Орлея.

Наблюдавшие за резней пехотинцы были бледны настолько, что Корбин удивлялся, как среди них ещё не началась падучая и массовое расслабление кишок. Что делать, виконт не знал. У него были навыки облав на оборотней, но они подразумевали сотню охотников на десяток безумных тварей, не видящих ничего дальше своего носа, а что делать с тысячей закованных в броню оборотней-воинов? Да как вообще кто-то смог поставить себе на службу этих тварей? Что ещё за Князь Тьмы, о котором они выли? Вот только времени собраться с мыслями ему никто давать не стал. Внезапно, над центральной частью его войска потемнели небеса и с них хлынул дождь. Огненный дождь. Приставленные к армии храмовники и несколько магов пытались что-то сделать, но их потуги видимого результата не имели. Меньше, чем за минуту четыре тысячи человек превратились в воющие, катающиеся по земле факелы. Появление ферелденских всадников, что нанесли свой удар по рассеянным порядкам, уже не вызвало никакой реакции. Это просто стало последней каплей. Люди побежали. Бросая оружие и щиты, срывая с себя шлемы и детали доспехов, войска одной из сильнейших наций мира позорно разбегались. А в спину им несся торжествующий волчий вой и странный эльфийский клич Elgar'nan.

Айдан Кусланд. Сутки спустя.

– Вот отчёт по армии, Ваше Величество, – один из командиров Логейна положил мне на стол пачку листов, заполненных аккуратным убористым почерком.

– Благодарю, есть что-то срочное и важное? – я принялся бегло просматривать документацию.

Так, потраченные запасы стрел, повреждение брони, павшие лошади… потери. Потери просто смешные — три десятка всадников. Оборотни, принявшие на себя основной удар, могли бы потерять, суммарно под сотню сородичей, несмотря на все укрепляющие техники Ки и собственную мощь, но в каждом из них была капля симбы — недостаточно, чтобы я смог на месте и мгновенно исцелять их раны, однако, их хватало для поддержания «стабильно тяжёлого» состояния, даже если бедолагу наполовину размазывало под тяжёлыми копытами, главное, чтобы голова оставалась целой, а там уже подключалась неплохая регенерация самих волков и вооружённые Магией Крови целители, до которых дотаскивали пострадавших. Иногда, в прямом смысле слова, по кускам. Во всяком случае, залитая кровью по пояс Солона, интересующаяся, какого демона ей сразу не принесли левую ногу пациента, из-за чего она должна была тратить силы на отращивание той с нуля, произвела огромное впечатление. И не только на волколаков. Кстати о последних — теперь пушистые и элитарные ходили го-о-ордые, а Чёрную Стражу стебали так, что мужики грозились оторвать им хвосты и набить морды. Пришлось срочно придумывать занятия и тем, и другим, а также сделать себе пометку на будущее — Белый Шпиль в Вал Руайо брать будет моя вариация Храмовников, дабы показать, что и они — круты и вообще элита, не хуже Воинов Пепла.

– Никак нет, господин, – между тем ответил мне офицер, – сейчас проходит подсчёт трофеев, мы захватили лагерь противника так быстро, что они не успели не то, что уничтожить припасы, но даже вывезти походную казну.

– Прекрасно. Передай приказ командирам, чтобы подготовили мне списки особо отличившихся, – помимо блистательных побед хороший вождь должен демонстрировать и щедрость к тем, кто идёт за ним. Тогда у этих идущих в головах даже не мелькнет мысль вождя поменять тем или иным способом. – Как закончите подсчёт, предоставьте отчёт по трофеям: лошади, комплекты тяжёлых доспехов, стрелы, провиант, словом, всё, что может оказаться полезным нашему войску, не мне вас учить, капитан, – закончил я выдачу указаний офицеру Мак-Тира.

– Будет исполнено, Ваше Величество, – поклонился тот.

– Хорошо, с этим закончили, ещё что-нибудь?

– Что нам делать с пленными?

– Сколько удалось захватить?

– Почти две тысячи человек, – ответил мужчина. – Благородных, за которых дали бы выкуп, среди них почти нет, только несколько ленных рыцарей и младших офицеров из небогатых семей.

Я кивнул. Новость была ожидаемой — все самые высокопоставленные дворяне были или в ставке командования, или в рыцарской коннице. Первые были на краю поля боя и свалили, когда поняли, что этот самый бой проигран с полным разгромом, а вторые налетели на оборотней — Воинов Пепла, которые, на минуточку, последователи берсеркерских практик гномов. Пусть совсем у них крыша и не улетает, но пленных ребята не берут. Не то чтобы прям специально добивают всех лежачих и раненых, но на поднятые руки в горячке боя точно не реагируют, а стиль боя у них таков, что раненые, которых не добили, особо не имеют шансов выжить. Так что означенная рыцарская конница была вырезана процентов на девяносто пять и собственные навыки использования внутренней энергии им не очень-то помогли, скорее наоборот — сильных противников сразу же давили массой и рвали, минимум, в шесть рук, а остальные… Гениев, что уже в двадцать лет владеют четырьмя приёмами Ки, как Айдан Кусланд, в мире единицы, для обычного же рыцаря уже два-три приёма к тридцати годам считается хорошим результатом, да и приёмы эти, как правило, весьма базовы — чуть ускориться, чуть усилить мышцы, напитать внутренней силой оружие, чтобы не ломалось и работало по вражеской броне, как хороший лом — вот, собственно, и всё. А ведь есть ещё вопрос объёма внутренней силы — большинство людей способны применять техники очень кратковременно, быстро выдыхаясь. И тут оборотни тоже превосходили воинов Орлея больше чем на голову — как я уже отмечал, постоянная борьба с животными инстинктами и навеянной проклятием яростью даже тем, кто раньше был насквозь мирными крестьянами, позволила «прокачать» объём Ки до уровня матёрого ветерана, а уж те, кто и до обращения занимался своим развитием, и вовсе превратились в почти неутомимые машины смерти. В общем, орлесианцев, что смогли выскользнуть из ловушки до того, как всех взяли в кольцо, не словить при этом стрелу из леса, сберечь коня и уйти… их было мало.

А я вновь встал перед выбором. Ситуация с пленными была сложной — в ракурсе Священного Похода ни о каких обменах пленными и прочих проявлениях «чести и благородства» по отношению к противнику говорить, априори, не приходилось. Религиозные войны и сами по себе — та ещё грязь, а уж местные, помноженные на женские истерики, женскую же мстительность и общее превалирование у женщин эмоций над разумом, по умолчанию свойственное всему клиру Андрастианства, который этими Походами и рулит, представляют из себя такую штуку, где противник Церкви заведомо объявляется не просто недостойным жизни, а обязанным к умерщвлению. Те же войска Долов некогда вырезали подчистую, и никаких тебе переговоров, перемирий и обменов пленными. Еретики и грешники должны сдохнуть полностью и всё тут — никаких компромиссов и прочего благолепия, ибо договариваться можно только с равным и достойным, а как же можно признать равным того, чьё существование ты признал богомерзким? В общем, рассчитывать на какие-то поблажки и даже просто человеческое обращение, в случае поражения, ни мне, ни моим войскам не приходилось. Сами орлесианские командиры и нобили лютовать, может, и не стали бы, но ровно до момента, как к ним в ставку ни примчалась бы первая попавшаяся истеричная жрица и не начала двигать речугу о Вере и Создателе.

Тот факт, что Священный Поход ещё не объявлен, ничего не значит. С церковниц станется объявить его хоть в самый разгар массовых казней ферелденцев — с них и не такое станется.

Таким образом, можно было всех пленных хоть вырезать, хоть пустить на ингредиенты, благо никаких женевских конвенций тут не то, что не подписывали, о них даже и не слышали, и работает благородство на войне лишь на базе молчаливой договорённости сторон. Которая, в нашем случае, заведомо не актуальна. Кроме того, это казни благородных могут осудить, а простолюдин-ополченец или простой воин был тут расходным материалом и, откровенно говоря, в своей ценности и правах сильно уступал даже рыцарскому коню. Но что мне даст вырезание таких людей? Нет, будь у меня в мыслях «устрашающий рейд», то понятно — запугать население противника так, чтобы они и думать боялись косо посмотреть в сторону резкого соседа, идея неплохая… в краткосрочной перспективе. Собственно, Орлей так и сделал сто лет назад, а потом гнев и ненависть ферелденцев пересилили страх. Результат на лицо. Но я собираюсь приходить «основательно и надолго», а потому, мне требуется народная поддержка и, как ни забавно, любовь. Получить её, с учётом того, как меня ославила церковь будет, мягко говоря, непросто. А если добавить к этому «подконтрольных чудовищ», «огненные дожди» и прочие радости, «игра за Тёмную Сторону Силы» мне далась куда бы проще, но когда мы искали простых путей?

– Пока — держите под охраной, не забудьте накормить и оказать помощь тем, кому она нужна, если этого ещё не было сделано. Я дам ответ позже.

– Как прикажете, Ваше Величество, – поклонился мужчина и вышел из шатра, я же выглянул следом и поймал взглядом своего оруженосца, о чём-то советующегося с Алистером.

– Карвер! – крикнул я парню.

– Ваше Величество? – сразу же откликнулся он.

– Сбегай за Солоной, мне нужно с ней посоветоваться.

– Сейчас! – парень шустро убежал в сторону полевого госпиталя, где сейчас сидели все наши волшебники — как «приближённые», вроде Мерриль, сестричек-ведьмочек и Андерса, так и все остальные.

– Что-то случилось? – с долей любопытства спросил бывший храмовник, а ныне «Чёрный Страж», ну и Серый тоже… короче, брат Кайлана решил поболтать с человеком, отмазавшим его от жуткого головняка с управлением страной.

– Да вот, ищу способ, как решить проблему с пленными, не прибегая к «старым проверенным способам» и всяким радикальным вещам.

– Старым проверенным способам? – не понял последний из Тейрингов.

– И чему вас только в Церкви учили…

– Молиться, драться, слушаться старших и не задавать вопросов… – сохраняя полностью серьёзную рожу продекламировал этот явно придуривающийся засранец.

– Это был риторический вопрос… – я вздохнул. – Но, так и быть, как просвещённый монарх, я обязан принести свет Имперских Истин в твою опутанную мраком религиозных бредней душу…

– Э-э-э, чего?

– Говорю, сейчас краткий экскурс в историю будет. В общем, вариантов избавления от пленных не так, чтобы сильно много. Можно их банально перебить…

– Ты же не собираешься этого делать? – с беспокойством спросил Алистер.

– Нет, не собираюсь, а вот если ты и дальше будешь так активно сопротивляться своему образованию, тебя я точно стукну.

– Всё-всё! Я молчу! – поспешил заверить меня, вновь перебив…

– Что-то мне подсказывает, что это всё влияние Андерса… н-да, ну да ладно. В общем так, поскольку вариант с «перебить всех» нам не подходит, то есть альтернативы. Например, загнать в рабство и погнать пахать на полях или продать в Антиву или Тевинтер, но идея так себе — в Ферелдене рабства нет и создавать прецеденты я не собираюсь. Тогда можно поступить как раз по старинке. Просто отпустить.

– Отпустить? – не поверил воин. – Разве так когда-то поступали?

– Да. Правда, предварительно отрубая большой палец на правой руке и выкалывая глаз — такой калека не сможет ни меч удержать, ни нормально из лука стрелять. Проверенный, освящённый веками метод, но мне он не нравится тоже, так что мне нужна помощь Солоны, как нашего эксперта по некоторым направлениям магического искусства, чтобы найти альтернативу.

– Альтернативу в чём? – присоединилась к нашему разговору девушка.

– К бессмысленной жестокости, – оставив Алистера и Карвера снаружи шатра, я пригласил девушку внутрь и пересказал ей возникшую проблему.

– И ты полагаешь, что решение проблемы может лежать в области Магии Крови? – более того, я знал, что именно нужно, но мне требовалось обосновать свои знания.

– Не совсем, – качнул я головой. – Само решение проблемы у меня есть. Сейчас необходимо налаживать снабжение армии на чужой территории, создавать перевалочные пункты, желательно, укреплённые, да и в границах Ферелдена хватит мест где не помешает отремонтировать укрепления или дороги. Для всего этого нужны рабочие руки, и, хотя я не хочу обращать пленных в полноценное рабство, но поработать за еду и обещание свободы в конце войны, они вполне смогут. Однако, в этом плане есть одно слабое место. У меня банально нет свободных войск, чтобы переводить их на охрану такого количества пленных, а без надлежащей охраны никакие работы не устроишь, потому как или сбегут, или устроят бунт. В первом случае по дорогам Ферелдена начнут бегать новые толпы разбойников, а во втором полноценная армия противника, пусть и без особого вооружения. К тому же, все пленные — орлесианцы, а, значит, к церкви Андрасте испытывают сильный пиетет, что делает идею оставлять их в нашем тылу ещё опаснее. В общем, мне нужно что-то вроде того метода, которым «сообщество свободных магов» оберегало себя от предательства. Что-то вроде клятвы не поднимать оружие против воинов Ферелдена, только клятвы несколько более крепкой, чем банальное сотрясение воздуха.

– Хммм… – девушка задумалась, – пожалуй, это действительно возможно, мне нужно поговорить с сёстрами и уточнить пару моментов у Авернуса и Клемета. Дай нам пару дней.

– Хорошо, – улыбнулся я красавице, не отказав себе в маленькой слабости заключить её в объятия, – тогда я буду ждать… в том числе и вас у себя вечером.

– И вот как в такой обстановке ты прикажешь мне думать о деле? – изобразила негодование мисс Амелл.

– С удовольствием? – ухмыляюсь в ответ.

– Ну да, – она фыркнула, – что ещё ты бы мог ответить… – тем не менее, девушка оказалась вполне не против пары поцелуев и небольшого облапывания. Дальше, увы, было не зайти — и у неё, и у меня была ещё масса работы, а потому я был вынужден разорвать объятия и любоваться уходящей обратно дамой. Эх.

– Карвер, – вновь позвал я своего оруженосца, работы действительно было много, к тому же, у меня появился один интересный план, в который я не особо хотел посвящать Логейна. Нет, ничего такого, но основан он был как раз на использовании «сказок и суеверий», к которым маршал относился весьма прохладно, – позови ко мне Дарриана и Ирис.

В этот раз ждать мне пришлось минут пятнадцать — это маги были «в тылу», в госпитале, относительно рядом со ставкой командования, а вот полевые командиры эльфов обретались в бывшем лагере орлесианцев — добывали полезные ништяки и общались с сородичами. С какими сородичами? Ну так три четверти всей обслуги состояло из эльфов. Бесправных, зашуганных… не то, чтобы пинаемых всеми, кому не лень… но для них вид сородича в богатых доспехах, отдающего приказы, в том числе и людям, был весьма показателен. С учётом же того, что Табрис стал немного фанатиком и «первосвященником» Эльгарнана… короче, вербовка пленной обслуги шла полным ходом. В отличие от людей, эльфы были куда как более мобильны — в большинстве случаев их дома представляли собой те ещё хибары и сараи, так что предложение перебраться под руку сородича, зажить нормальной жизнью в относительном достатке и безопасности для очень и очень многих было интересным, а уж засеиваемые попутно зёрна культа старо-новой или ново-старой веры являлись вишенкой на торте. Впрочем, позвал я этих двоих совсем не для отчёта по вербовке обозников.

– Эльгарнан, – поклонились оба ушастика.

– Ирис, Дарриан, – я кивнул в ответ, – у меня есть для вас и вашего отряда особое задание.

– Что мы можем сделать для вас, владыка?

– Как вы знаете, мы одержали победу в бою. Громкую, блистательную, но война ещё не выиграна, однако, основная армия в данный момент не может продвигаться дальше — мы должны «переварить» захваченные трофеи. Часть из них, разумеется, положена и вам, как тем, кто внёс существенный вклад в уничтожение противника.

– Служить вам — лучшая награда, – ответил ушастик мужского пола, а вот дама как раз ничего против ништяков не имела, сразу понятно, кто у них в семье будет отвечать за хозяйство.

– Это не отменяет того, что я награждаю за верную службу, но вернёмся к делу. Сейчас, когда нам требуется время для подготовки и продвижения дальше, а основные войска противника в регионе разбиты, идеальный момент для того, чтобы ударить там, где этого от нас не ждут. Потому у меня для вас два поручения, кто и какое будет выполнять, решайте сами. Итак… первое. Пришло время вернуть Долы их владельцам. Сейчас они используются, как загородные резиденции аристократии, поместья охраняются, но для отряда хороших воинов охрана не станет преградой, возможно, вам даже помогут слуги. Потеря этих владений будет сродни сильнейшей оплеухе по лицу всей аристократии Орлея. К тому же, может породить трения внутри знати — далеко не все семьи могли иметь резиденции в столь почётных владениях, и человеческая натура не позволит им не позубоскалить над теми, кто такие резиденции имел, но лишился, – сказать, что ушастики взбодрились — это почти ничего не сказать. Они были почти что счастливы, как же, «вернуть Долы», да ещё в одной упаковке с возможностью потоптаться кованным сапогом по гордости шемленов. Это был просто праздник. Но останавливаться на этом я не планировал, – вторая цель не столь важна в плане восстановления эльфийского наследия, но я рассчитываю, что её осуществление произведет эффект не хуже, чем попадание кунарийской взрывчатки в выгребную яму. Взгляните, – я подозвал ушастеньких ближе к столу, на котором разместилась походная карта, – это — Халамширал, зимняя резиденция Её Императорского Величества, а также — один из крупнейших городов Восточного Орлея. И у этого города есть своя особенность.

– Какая? – подался вперёд мечник, сейчас донельзя напоминающий почувствовавшего кровь хищника.

– Четыре из пяти жителей этого города — эльфы. Этот город мы должны взять обязательно, он — ключ к центральным частям Орлея и, одновременно, прекрасная крепость, что обеспечит защиту нашим тылам. Но я не хочу проливать кровь эльфов, что вынуждены будут защищать людскую знать. Так что я подумал, возможно… вы бы смогли убедить своих сородичей принять правильную сторону?

– Мы приложим все возможные усилия, владыка, – горячо заверил мой последователь.

– Рад это слышать. Теперь по частностям. Об отдельных загородных резиденциях и поместьях дворян на территории Долов мне сказать нечего — там вам придётся изучать каждый объект самостоятельно, но Халамширал — это другое. Большого гарнизона там сейчас быть не может — если местные дворяне и собирали свои отряды, то они все обязаны были присоединиться к авангарду орлесианской армии, то есть уже разбиты. Кто-то из успевших сбежать туда, конечно, вернётся, но даже с городской стражей, охраной дворянских домов и гостящих в городе купцов, в Халамширале найдётся не более тысячи нормальных солдат, которых никак не хватит на оборону всей городской стены. В обычных условиях, это бы возместили срочным сбором ополчения из всех взрослых мужчин, но тут раскрывается особенность Халамширала — людей там очень мало. Потому, я уверен, что орлесианцы привлекут эльфов. Вряд ли выдавая оружие, чтобы поставить на стену, но всю тяжёлую работу по подготовке к штурму точно на них свалят. А позже и поднос всякой горячей смолы, камней и стрел. Я не требую, чтобы ваши сородичи били в спину обороняющимся и захватывали мне участки стены, но если вдруг, во время штурма, вся обслуга внезапно понесёт боеприпасы в обратном направлении или хотя бы разбежится, это будет очень хорошо.

– Можете не переживать, Ваше Величество, мы не подведём и не посрамим ваше доверие, – одухотворённо, хоть и совсем не так, как Дарриан, заверила меня Ирис. Судя по эмоциям, эта бандитка была дико вдохновлена предстоящей задачей и горда тем, что им доверяют провернуть такие знаковые дела.

– Тогда подберите тех, кто вам нужен, соберите припасы и выдвигайтесь.

– Как прикажете! – отозвались ушастики и покинули моё общество. В их действиях я был уверен — Табрис пусть и отморожен, но далеко не глуп, а в части проникновения и диверсий может дать фору многим и многим. Ирис — тоже девочка неглупая и в душе праведная революционерка, так что с минимумом поддержки эти двое вполне смогут спровоцировать бунты в Долах и добавить головной боли администрации Халаширала.

Следующие пару дней мы с Логейном занимались исключительно рутинной организацией. Трофеи, награды, дальнейшие планы и шаги по развитию успеха, согласование с Эамоном посредством всё тех же связных записок вопросов по подкреплениям, снабжению и укреплению армии, в общем, занимались всей той скучной, но совершенно необходимой деятельностью, без которой не может существовать ни одна армейская структура, тем более, ведущая активную наступательную войну. Кстати об Эамоне. С учётом его «бэкграунда», скажем так, тащить его на фронт смысла не было от слова вообще, а вот организовать тыл армии сей муж мог прекрасно, как с точки зрения снабжения, так и касательно подготовки позиций, резервов, схем отступления и так далее. Таким образом, прикинув обстановку, данную задачу я ему и поручил. То есть, подкрепление, в лице полутора тысяч опытных бойцов и ещё трёх с половиной тысяч салаг, которых гоняли всего несколько месяцев, он к нам отправил, как и планировалось, но сам с ним не пошёл, взявшись организовывать будущие места работы и содержания пленных.

Но всё имеет свойство заканчиваться, закончился и срок ожидания решения от Солоны, заодно и с разбором трофеев.

Господа и дамы волшебники пришли под вечер и презентовали своё решение поставленной задачи. Ничего сверхординарного банальная «клятва на крови», такая магия будет действовать даже у простого человека, разумеется, если инициировать её будет опытный маг. Оставалась сущая мелочь — проработать сам текст, дабы одновременно не оставить свободы манёвра и, в то же время, не перегнуть палку и не получить на выходе ни на что непригодных болванчиков, но тут помог багаж знаний из более «цивилизованного» мира. Будь прокляты и благословлены юридические конторы штатов и опыт составления контрактов…

Известие о том, что пленным придётся немного поучаствовать в одном ма-а-аленьком обряде Магии Крови означенным пленным, что были ещё и правоверными Андрастианцами, которым несколько месяцев внушали, какой король Ферелдена жуткий и ужасный колдун, разумеется, не понравилось. Но проблемы негров шерифа не… волновали. Следить и конвоировать несколько тысяч человек я себе позволить не мог никак: мои войска были шикарны качественно, но никак не количественно, а на такую толпу по самым скромным подсчётом понадобилось бы три, а лучше четыре сотни охранников. Минимум. И без учёта умения пользоваться Ки у означенных пленников. Но вернёмся к вопросу конвоирования. С учётом клятвы «Не причинять вреда жителям и воинам Ферелдена, повиноваться приказам офицеров армии Короля Ферелдена, если это не противоречит первой клятве и заботиться о себе, своём здоровье и существовании, если это не противоречит первой и второй клятве»… да, Азимов — наше всё; на вторую и третью часть добавить временные надстройки «до конца военных действий», мудро не уточняя, против кого именно, возможность «расторжения по договорённости сторон», ну а также обеспечить невозможность размазать формулировки, дабы никто левый не смог влезть в командование временными рабами, ну и сами рабы не имели возможность посылать нахрен моих офицеров. Впрочем, с учётом первого пункта, такой офицер мог наказывать потенциальных бунтовщиков не только соответственным требованием «накажись», но и банально взяв в руки палку и отходив строптивца означенной палкой. Впрочем, пока пленные были в расположении основной армии с кучей «волкоподобных чудовищ, кровожадных малефикаров и жутких драконов под рукой Проклятого Короля», те были сущими паиньками и образцами благоразумия. Короче, сложив все обстоятельства, получил в итоге, что полусотни пехотинцев с минимумом подготовки вполне хватит на проведение «груза» из пункта А в пункт Б. Проблемы, конечно, при конвоировании могли быть, но вряд ли серьёзные, а после распихивания по лагерям и назначения на работы, голова уже у Эамона будет болеть.

В итоге, пришлось задержаться ещё на пару дней — пока проводили ритуал со всеми орлесианцами, пока приняли подкрепления, пока отправили пленных в тыл, одним словом, был бы у меня надёжный Генштаб, уровня Германского, с подготовленными кадрами и академически выверенными планами военной компании, это всё и дня бы не заняло, но у меня были только Логейн и Эамон с поддержкой пары десятков рыцарей разного уровня опытности, работающие на импровизации, а не по чётким правилам, так что даже такие рутинные моменты отнимали по паре дней. Тем не менее, пока все бегали и суетились, моя «недоСБ» смогла собрать кое-какие сведения о творящемся по ту сторону фронта и эти сведения требовали от меня хорошенько подумать, что делать дальше. Нет, инициатива всё ещё была на нашей стороне, но вой уже поднялся, Беатрикс III скоропостижно скончалась, а её место заняла молодая Алисия Пентагаст, взявшая имя Джустиния V. Она являлась то ли троюродной, то ли четырёхъюродной внучатой племянницей нынешнего короля Неварры Маркуса, который, кстати, тоже на ладан дышит и детей, во всяком случае законных и признанных, не имеет. Были бы у меня нормальные агенты, можно было бы попробовать устроить хорошую войну за трон среди этих некрофилов, но чего нет, того нет. А становление Алисии Владычицей Церкви автоматом даст поддержку для её ветви семейства в борьбе за престол. Или не даст? Или попробовать не дать? Нет, слишком далеко, я там даже «прорыв Порождений Тьмы» не смогу организовать, придётся оставлять на самотёк. Ладно, спасибо Лелиане — хоть смогла узнать о смене задницы на Солнечном Троне. Означенная задница, раз уж я начал про неё углубляться, не просто вой подняла, но и объявила Священный Поход против Еретика, Безбожника и чуть ли не нового Маферата. Хм… ну да, тот ведь буквально имел Андрасте во всех позах, а если допустить, что данная дама была Магом Крови и мои… подвиги на этой почве… кхм, что-то не туда мои мысли свернули, совсем не туда. А нужно думать о высоком. О дальнейших ходах, например.

И в дальнейшем у нас была «Зимняя Резиденция» Императрицы Орлея, по совместительству являющаяся «восточными воротами» этой страны. В чём была проблема? В том, что известия о крупнейшем поражении со времён «Разгрома под Денеримом» уже дошли до Двора, не могли не дойти, а там и господин Гаспар обязан был подключиться, возможно, стянуть части разбитого авангарда к себе и спешно двинуться к нам. И вот тут и начинались сложности. Встречать его в «чистом поле» было очень нежелательно. Получив по зубам, орлейское командование будет настороже, доставать из рукава очередного козырного туза в виде драконов было рано, тысяча оборотней… да, это сила, но только если добирается до своей жертвы, в рамках же армейского боя, полагаю, против них сработают те же меры защиты, что и против тяжёлой конницы, разумеется, не без своих нюансов и кровью они заставят умыться многих, но ничем необоримым такой отряд не является. Потому возвращаемся к укреплениям. Халамширал — крепкий орешек с точки зрения укреплений и очень болезненная мозоль, если его удастся захватить. Сидеть там в обороне и потихоньку подтачивать силу армии уважаемого герцога — очень хороший вариант, распиханные по лесам эльфы и оборотни не дадут заскучать воякам Орлея, в общем, получится очень вкусная приманка с очень неприятной «охраной». Вот только была одна проблемка. Всё это касалось и наших войск. Пока город в руках Орлея, осаждать и штурмовать его придётся именно нам, причём делать это нужно будет быстро — войска де Шалона, по донесению разведки, были примерно в неделе пути от этого важнейшего узла обороны востока государства. С точки зрения здравого смысла, бравому шевалье было бы очень желательно вдарить по нам в момент штурма укреплений или, если не получится, постараться отрезать от границы с Ферелденом, прижать к крепости и разгромить. Вот и получалось, что или мы захватываем город за три дня, потому как до него ещё день пилить, да и укрепляться нужно будет, или вообще отказываемся от этой идеи и тогда логичнее всего будет вернуться к Джейдену или даже к орзамарскому перевалу. Тоже неплохо, с учётом уже нанесённой плюхи, есть шанс, что де Шалон не удержится и попробует настучать нам в ответ, а на нашей земле и подкрепления будут под рукой, и подготовленные Эамоном подарки, но вот если орлейский маршал таки не сунется и решит поиграть в позиционную войну, всё, чего мы добьемся — потеря инициативы. Мак-Тир, при всей его нелюбви к орлесианцам, склонялся к мысли, что именно так и будет — Гаспар был опытным воином и пусть и мечтал о домашнем коврике из шкурки Логейна, очертя голову лезть вперёд не станет. Терять же инициативу не рекомендовалось. Орлей большой, богатый, более населённый и найти союзников ему попроще, чем Ферелдену, после чего тупо задавить мясом, при всём желании, я не смогу быть везде и всюду даже в рамках поля боя, а если речь идёт о войне и атаки с нескольких фронтов, то и подавно. Это сейчас западники не могут собрать флот, пройти Недремлющим Морем через Киркволл и высадиться в Амарантайне и Денериме, мы успели их застать пусть не со спущенными штанами, но в момент их застёгивания, скажем так, но через месяц-два флот таки будет и останавливать его… сложно. И, откровенно говоря, нечем. Разве что с воздуха драконами пожечь… так, главное, заходить под правильным углом, во избежание досадных недоразумений, да, курсант Таргариен? Но это всё так, досужие мысли, вариант мне нравился лишь один… но нравился он исключительно мне.

– Айдан, ты точно не заразился от Кайлана идиотизмом?! – Мак-Тир не выдержал и отбросил свой обычный официоз и вежливость, благо в штабной палатке мы были одни.

– Никакого идиотизма, Логейн, – я покачал головой, – я реально могу это сделать.

– Твои таланты велики, я бы даже сказал, чудовищно велики, но высадить городские ворота в одиночку? На стенах будет, как минимум, полсотни воинов, носящих звание мастера-лучника и ещё пара сотен немногим им уступающим. Даже укройся ты осадным щитом из вулканического золота, его расколют, а тебя нашпигуют стрелами раньше, чем ты успеешь пройти и половину пути!

– Во-первых, я сомневаюсь, что у них это получится, во-вторых, я всё равно не собираюсь бежать на ворота с мечом наголо и диким криком посреди солнечного дня. У нас есть группа неплохих диверсантов, что вполне справится со скрытым проникновением.

– Вот и оставь эту работу диверсантам! Но лезть во вражеский город тайком для монарха ещё большая глупость, чем бежать на него в лоб!

– Между прочим, один раз я уже так делал… – намекнул я на наш первый разговор «тет-а-тет».

– … – генерал в ответ только сверлил меня недовольным взглядом.

– К тому же, в городе у меня будет поддержка, как минимум, в лице наших ушастых друзей, направленных туда раньше.

– Доверяться эльфам, – воин поморщился, – пусть вы и пользуетесь у них почтением, Ваше Величество, не стоит забывать, что они — не люди и доверять в таких вещах…

– Даже если не брать в расчёт, как ты выразился «почтение», им нет смысла меня предавать. В отличие от большинства людей, я реально даю им равные права и возможности, наряду со всеми остальными моими подданными. Обменивать это на сомнительные обещания тех, кто всю твою жизнь смотрел на тебя, в лучшем случае, как на существо второго сорта, если не животное, будут или в конец беспринципные твари, или существа, чей уровень интеллекта как раз и находится наравне с животными. Я верю, что в природе встречаются и те, и другие представители эльфийской, да и не только эльфийской расы. Но их меньшинство.

– Достаточно и одного предателя, чтобы навлечь беду. Тем более, в столь рискованной затее.

– Хорошо, – я вздохнул, – ты знаешь, что я могу пережить даже пробитую печень и концентрированного «Убийцу Воинов», потому, если что-то пойдёт не так, уйти я смогу в любом случае, а здесь меня подлатают чародеи. Можно назвать это приемлемым риском.

– Я всё ещё против, – тяжело вздохнул генерал, – но вижу, что мне вас не отговорить. Что же, радует хотя бы то, что вы продумываете свои решения и их возможные последствия, Ваше Величество.

Стратег явно остался недоволен, но больше спорить не стал, вместо этого принявшись разрабатывать планы по захвату крепости и, разумеется, спешному отступлению, если что-то пойдёт не так. Самое забавное, что всё пошло совсем не так, как рассчитывал почтенный маршал или предполагал я, но на тот момент мы ещё не знали всей подноготной и ситуации с городом в целом. Вернее, мы знали их недостаточно хорошо.