Уже который раз Элиза убирала непослушную прядку, цеплявшуюся за цепочку очков. Всегда носила их на цепочке, чтобы не свалились. Она была неловкой, а вещь старинная и хрупкая, Элиза не хотела рисковать. Чистка линз была первой важной задачей, порученной ей Натаниэлем, а теперь, через тринадцать лет, она понимала: это было знаком доверия с его стороны.

– Когда закончишь, – предупредил Натаниэль, – я проверю демонические энергии.

С Чёрного Дня, когда главный демон победил того, кто его вызвал, когда едва не был уничтожен Баан, Священный клён, едва не уничтожены все жители Льяльса, демонические предметы были запрещены. Ни у Элизы, ни у Натаниэля не было возможности использовать подобные вещи, но иногда что-то портилось из-за отрицательных эмоций.

– Когда же и я смогу это делать?

– Когда алфавит одолеешь.

Элизе было нечего сказать. Хотя она каждый день занималась, продвижение шло медленно: надо было запомнить больше двух тысяч знаков.

Она вытянула шею, почти прижавшись лбом к холодному стеклу, чтобы увидеть кусочек неба в конце улицы. Солнце уже село, придётся идти домой в темноте. Хорошо, что причал парома недалеко. Ей очень нравился родительский дом на берегу, но жить на другой стороне реки было неудобно. Никакого заклинания для освещения она применить не могла, и приходилось топать по малопривлекательным аллеям, погружённым в полумрак.

Когда ей было девять лет, прозвучал роковой диагноз: она ничтожница – большая редкость.

Магию часто называли Эзотерической Триадой по трём основным её опорам: способности производить магические действия, способности собирать энергию из воздуха и, наконец, запоминанию заклинаний. Способности у разных магов были разные: у одних весьма слабые, у других просто безграничные.

Жрец, оценивший её способности, как это было принято в Льяльсе, определил, что она ничего не выделяет и ничего не удерживает. В её теле совсем не накапливалось энергии. Даже камешки, содержащие магию в окружающей среде, были сильнее, чем она. Родителям пришлось забрать её из школы.

Тогда Элиза стыдилась самой себя. Она не могла заглянуть в кристаллины или использовать простейшее заклинание – и ничего не помогало. Чему её обучать: домашнее хозяйство, кухня, шитьё… будущее было туманным и бесперспективным.

Когда Элизе было двенадцать, родителям предложили обратиться к мэтру Натаниэлю, эксперту-расшифровщику. Появилась надежда: она могла пробрести профессию, жить самостоятельно.

Вдохновлённая такой перспективой, Элиза была усердной ученицей, часами переписывала алюмийские и баанские знаки, до боли в руках. Поскольку две части Эзотерической Триады были ей недоступны, она решила сосредоточиться на последней: набрать как можно больше знаний. Теперь она знала большинство символов и могла без труда разбирать обычные заклинания.

Погружённая в размышления, Элиза не слышала, как открылась дверь.

Она поняла, что кто-то пришёл, когда заговорил Натаниэль.

– Прошу прощения, но лавка закрыта.

Элизе казалось, Натаниэль запер двери несколькими минутами ранее. Они применили магию, чтобы войти во что бы то ни стало? Их застали врасплох, вмешиваться было уже бесполезно. Два мрачных человека больше походили на стражников, чем на нарядных знатных господ. Впечатление усиливалось ещё и тем, что при каждом их движении слышалось позвякивание кольчуги.

Натаниэль поднялся с кресла и шагнул навстречу посетителям. Он нахмурился и был явно обеспокоен.

– Мне очень жаль, но мы уже закрылись!

Один из вошедших властным жестом приказал ему замолчать. Кожа у него была ещё темнее, чем у матери Элизы. Его спутник, хотя и не такой огромный, тоже был не из хилых. Он выглядел опытным бойцом.

– Вы должны пойти с нами.

Это был вежливый, но приказ.

Натаниэль встал перед Элизой. Она удивилась, как он собирается её защитить: по сравнению с пришедшими он выглядел полным слабаком. Элиза осторожно подвинулась. Ощупью она нашла под прилавком кнопку тревожной системы, связывающей лавку с ближайшим постом охраны. Сигнала включения не услышала, стало быть, заклинание было не из простых. Систему не мог отключить кто попало.

– Если это так срочно, покажите документы. Моей служащей необходимо уйти, она должна доставить заказ.

Озадаченная Элиза взяла протянутый листок.

23, Второй Корень, северо-запад.

Адрес был незнакомый. Элиза ожидала, что Натаниэль объяснит, но времени у него не было. Рука в перчатке схватила бумажку и разорвала.

– Нам приказано доставить вас обоих.

Элиза взглянула на того, кто это произнёс. Несколько секунд назад он казался маленьким по сравнению со своим товарищем, но теперь выглядел великаном.

Натаниэль сжал кулаки. Его решительный вид испугал девушку.

– Переломный момент, – пробормотал он. – Надеюсь, они не ошиблись.

Пришельцы напряглись. Один встал у двери, другой остался посреди лавки. Одновременно они сбросили плащи и обнажили мечи. Устарелое оружие… ничтожникам всё стало ясно. Озадаченная их агрессивностью, Элиза захлопала глазами.

Ни Натаниэль, ни она не могли применить магию, не представляли никакой опасности. Элиза схватила Натаниэля за рукав толстого свитера. Он освободился резким движением. Она отшатнулась, прижавшись спиной к холодному окну.

– Не надо резких движений, – негромко сказал человек в чёрном.

Время словно остановилось. Элиза затаила дыхание. Пришельцы замерли в позиции для атаки. Только моргающие глаза показывали, что они не превратились в статуи под действием какого-то заклинания.

Натаниэль хрипло откашлялся. Потом вдруг издал совершенно нечеловеческий рык. Пришельцы бросились на него, но волна энергии отшвырнула их. Этажерки закачались, рухнули под мощным ударом.

Этого не может быть.

Натаниэль, ничтожник, использовал магию, и сила её была чудовищна. Он оглянулся. Элиза в ужасе прижала руки к губам, увидев, какие тёмные прожилки появились на его лице.

– Беги.

Указывая на окно, Натаниэль что-то сказал, но она не разобрала. Поток энергии подхватил Элизу, и оконное стекло подчинилось. Оно растеклось, словно от сильнейшего жара.

Среди поломанных этажерок агрессоры уже поднимались на ноги, готовясь снова напасть. Натаниэль зашипел. Чёрная масса вышла из его груди, закружилась, образуя чудовищную фигуру.

Пришельцы отшатнулись, потом произнесли заклинания. Их мечи превратились в трезубцы, ускорители энергии. Перед ними появился прозрачный шар, окружённый обручами в виде клетки.

– Элиза, быстрее!

Охваченная страхом, она поддёрнула юбки и прыгнула в окно. Сколько он ещё продержится? Элиза бежала по направлению к оживлённой улице. Корсаж давил, она наступала на свой подол, ноги скользили по наледям. Поскользнулась, упала, с трудом поднялась, осматриваясь в поисках спасения.

В этот холодный зимний вечер вокруг не было ни души. Два портала телепортации через дорогу, казалось, заснули: помощи было ждать неоткуда. Элиза свернула вправо, на более оживлённую улицу. Высокие стены крепости, следующие изгибам корней Баана, большие знаки Эзотерической Триады и символ города загораживали обзор.

В безлюдии не было ничего удивительного. Люди пользовались ближайшими порталами, чтобы попасть туда, куда им было нужно, а не разгуливали по улицам. Элиза надеялась встретить стражников, но по случайности или по точному расчёту патрулей не было видно.

Она поднялась на крыльцо, оперлась на стену в нескольких сантиметрах от дверного молотка, но стучать не стала. У ничтожников была дурная репутация: можно было угодить в тюрьму, не имея возможности объяснить, что случилось. Такое уже было, когда она перепутала адрес доставки.

В прошлом веке ничтожников очень уважали: они были хранителями знаний. Только они могли чертить пентакли без всяких последствий. После появления кристаллинов и заклинания сохранения мыслей им пришлось сменить занятия. Многие стали ворами. Их недостаток стал преимуществом, поскольку защиты устанавливались в основном магические.

Элиза остановилась в нерешительности. У Натаниэля есть лишь несколько минут. Чтобы добраться на другой берег к родителям, нужно не менее получаса. Слишком долго.

23. Второй Корень, северо-запад.

Нужно пройти Третий Корень, чтобы выбраться на нужную улицу. Судя по цифре, адрес, который дал Натаниэль, находился возле крепостной стены второго пояса, в одном из самых роскошных районов.

Ускорив шаг, Элиза плотнее закуталась в шаль, слишком тонкую, чтобы защитить от ветра. Цепочка очков била её по затылку в ритме шагов, пальцы совсем застыли.

В груди было неприятное ощущение, словно лёгкие тёрлись друг о друга. Элиза согнулась, пытаясь отдышаться. Придя в себя, почувствовала, что плачет. Жгучие слёзы оставляли холодные следы на её пылающих щеках. Но она ни на что не обращала внимания, думая только о том, как помочь Натаниэлю.

Оглядываясь в поисках стражников, продолжала идти так быстро, как только позволяли её усталые ноги.