Боюсь за жителей Вероны.

За Марс, Венеру и Париж.

Какие там еще короны

Покатятся, ты говоришь.

Ведь как по-детски мы любили

Свой дом и свой автомобиль.

Да что за дни-то наступили,

Чтобы отравленная пыль

Неслась по воздуху, как в сказке

Летал карающий дракон,

И мы, упрятав лица в маски,

Смотрели робко из окон…

Но не поэт. Он так боится,

Как не боялись до него.

Он, хоть и от семьи таится,

Но рассыпает волшебство.

Вот Илиаду пишут справа.

А слева – новенький сонет.

Да, на поэта есть управа.

Но в общем-то – управы нет.