Прохладные воды тропических морей
Сразу за северной границей Атлантического океана проходит Северный полярный круг. Он пересекает Гренландию и по неприветливым свинцовым водам чертит свою дугу дальше на восток, едва задев краешек Исландии. Весь этот отрезок протяженностью 2000 километров, вплоть до берегов Норвегии, – сплошной океан. Преддверие Арктики. В день зимнего солнцестояния желтый диск показывается на небе лишь ненадолго и вскоре после полудня исчезает за горизонтом, погружая этот суровый край в беспросветную темноту на целые сутки. А шесть месяцев спустя наступит полярный день, когда Солнце будет 24 часа не сходить с неба, посылая океану свои косые лучи. Но свет этот жидкий. Из-за наклона земной оси он достигает поверхности в очень скудных дозах и к тому же ослаблен долгим прохождением через атмосферу. Оттого и океан здесь совершенно иной: холодный и довольно темный. И все-таки его воды богаты жизнью. Другое дело, что здешние обитатели весьма своеобразны, под стать окружающей среде, – эволюция постаралась.
В проливе между Исландией и Гренландией скользит на глубине 400 метров плотная темная масса. Движется она очень медленно, преодолевая в секунду не более четверти метра. Серая крапчатая кожа рыхло обволакивает длинное тело. Вместо заостренных линий и изящно-обтекаемых форм родственных видов – обмякший силуэт, похожий на старый мешковатый свитер, который жалко выбросить, слишком уж в нем уютно. Неуклюжее существо имеет 4,5 метра в длину и весит 400 килограммов. Скорость не его конек. Гренландская полярная акула не привыкла торопиться. Но спешить ей и правда некуда. Особь такого размера появилась на свет где-то на заре промышленного переворота, а значит, рассекает эти воды уже 240 лет. Ученые полагают, что продолжительность жизни акул этого вида составляет не менее 300 лет. Половая зрелость у них наступает в возрасте около 150 лет, после чего животное продолжает расти примерно на один сантиметр в год. Гренландская полярная акула признана рекордсменом по продолжительности жизни среди позвоночных, и долголетие, по всей видимости, напрямую связано с условиями обитания. Холод замедляет обмен веществ[12] и увеличивает продолжительность жизни акулы в десять раз. Бо́льшую часть времени этот мастодонт держится на глубине в несколько сот метров, где температура достигает 0 °C. Одна из величайших загадок связана с тем, как малоподвижная рыба охотится на быструю добычу: в желудке взрослой гренландской акулы случалось обнаружить скатов, камбал и даже тюленей, а ведь по скорости перемещения каждая из жертв легко даст фору неповоротливому хищнику. Ореол таинственности усугубляется и тем, что большинство гренландских акул полностью или частично слепые. Все дело в специфических глазных паразитах. Впрочем, в чернильной океанской бездне это вряд ли имеет значение, а вот для охоты на мелководье уже представляет известное неудобство. Принято считать, что на вершине пищевой цепочки обязательно должны находиться самые проворные, бдительные и агрессивные плотоядные, которых природа снабдила опасными клыками, когтями и мускулистым телом. Однако пример гренландской акулы убеждает: в глубинах полярных морей у хищников бывает и совершенно иной образ жизни – и другой способ добывать себе пропитание.
Разительный контраст между тропическим коралловым рифом и средой обитания холодолюбивой гренландской акулы указывает на главную закономерность, характеризующую температуру океана в поверхностном слое. Как вы уже поняли, все зависит от качества солнечного освещения, которое, в свою очередь, обусловлено широтой и временем года. Моря экваториальной зоны получают много света и радуют нас температурами под 30 °C, тогда как в Центральной Арктике температура воды может доходить до –1,8 °C. На экваторе океанский энергетический резервуар до того переполнен, что готов расплескаться. Ближе к полюсам он предельно истощен. И тем не менее на любой подробной карте поверхностных температур моря вы увидите точечные исключения из этого правила. Каждое из них замечательно тем, что открывает еще одну дверь к познанию бесконечной сложности океана. В прибрежной зоне без всякой логики чередуются нагретые и холодные участки, далеко в открытом море возникают живописные вихри, заполненные сказочно теплой водой, а спокойные зоны с комфортными температурами внезапно прорезаются студеными зигзагами. Некоторые из этих странностей мы обсудим чуть ниже, а пока ограничимся общим выводом: температура океана, несмотря на всю пестроту этой мозаики, находится в диапазоне от –2 °C до 30 °C и более-менее соотносится с близостью к экватору. Устойчивым закономерностям накопления энергии подчиняются не только поверхностные воды. Океанские глубины тоже могут поведать интересную историю.
В августе 2013 года научно-исследовательское судно Apalachee работало в Мексиканском заливе, поблизости от того места, где тремя годами ранее случился катастрофический взрыв буровой платформы Deepwater Horizon, унесший жизни 11 человек. Недалеко отсюда проходит 29-я параллель северной широты – то есть участок гораздо ближе к экватору, чем к полюсам, – и средняя температура воды в это время года составляет 30 °C. Рейс был организован под эгидой Университета штата Флорида. Методом взятия проб ученые оценивали, как разлив нефти повлиял на фауну глубоководных рыб. И вот как-то раз в улове обнаружилась гренландская полярная акула длиной 3,7 метра – совсем еще молодая серо-бурая особь. На «носилках» из зеленой капроновой сетки тушу подняли на поверхность и водрузили на раскаленную палубу. Такую вот странную приняла она смерть – сопровождаемую не остыванием, а стремительным нагреванием тела. Поскольку это была первая полярная акула, пойманная в этих водах, история разошлась по новостным сайтам, хотя для самих исследователей находка не стала сюрпризом. Но откуда в самый жаркий месяц лета в Мексиканском заливе полярная акула?
Животное попалось на крючок в 1749 метрах от поверхности. Температура воды на этой глубине не более 4 °C – вполне комфортные условия для уроженки полярных морей. Поверхностные слои океана прогреваются под южным солнцем настолько, что купание нас уже не освежает, но глубинные остаются холодными. А значит, для акулы не было особой разницы, где совершать свой моцион: в арктических или тропических широтах. На большой глубине океан почти всюду имеет низкую температуру. Разноцветная карта поверхностных температур моря, перехваченная широким красным поясом вдоль экватора, дает картину именно поверхностных зон. Но между поверхностными водами, получающими вдоволь солнечного света, и глубоководьем, куда солнце не проникает, разница температур подчас огромна. Заметим, что в Мексиканском заливе верхний теплый слой охватывает всего 100–200 метров, тогда как нижние слои водной толщи доходят до дна – на глубину почти 4000 метров. Ниже отметки в 1000 метров этот океанский бассейн заполнен холодной соленой водой, мало отличающейся от глубинных вод Северной Атлантики. Поступает она из Карибского моря и постоянно вносит сюда «свежую струю». Существуют и промежуточные слои с менее резко выраженными градиентами.
Человеку океан предстает как залитое солнцем водное пространство – приятное для тела, богатое жизнью, полное ярких красок и пищи. Но такова лишь крохотная часть сложно организованной системы. И в этом смысле тропические коралловые рифы являются скорее исключением, пусть даже критически важным для морских организмов и бесконечно завораживающим для наших глаз. Любуясь прибрежными красотами, нельзя забывать о глубинных слоях океана, хотя и может показаться, что это какой-то далекий мир, не имеющий к нам отношения. На самом деле холодная темная бездна играет в природных процессах ничуть не менее важную роль, чем то, что происходит на поверхности. Более того, она не менее увлекательна для изучения. Так что если мы и правда хотим лучше узнать океан, одного лишь взгляда на поверхностные температуры явно недостаточно. Необходимо проследить, как картина меняется с глубиной.