— Серёга, привет, — поднимаясь по лестнице в свой кабинет, Дмитрий крепко прижимал телефон к уху. — Ты как? Помнишь, я звонил насчёт встречи? Всё в силе?

— Да, — ответил мужской голос в трубке, — Сейчас гляну расписание…Так-так…В 10.30 устроит? У меня как раз окно.

Дмитрий быстро взглянул на часы.

— Это через полчаса…Да, вполне. Давай в «Арлекино» — вроде сносная кафешка, это рядом с моим офисом.

— Хорошо, договорились. В 10.30, может, чуть позже буду.

Спустя полчаса Дима сидел за столиком в кафе «Арлекино» и пил крепкий кофе. Сергей не заставил себя долго ждать. Мужчины молча обменялись рукопожатиями, и сели друг напротив друга.

— Как жизнь? — поинтересовался Сергей.

— Давай сразу к делу, — серьёзным тоном ответил Дмитрий. — Мне нужна твоя консультация, как лучшего специалиста в своей области. Вопрос довольно деликатный. Деньги значения не имеют.

— Дим, ну какие деньги? По старой дружбе…Что стряслось?

— Проблема в Тоне.

— Я слышал, что у вас произошло…Это связано с гибелью её сестры?

— Наверное, связано. Я уже ничего не понимаю, — начал рассказ Дима. — Вот смотри: она каждый день либо сидит в комнате одна и не выходит, или целыми днями где-то пропадает. И так уже несколько недель! Мы живём в разных спальнях. Практически не видимся. Когда ездим к дочке, она и там как-то неестественно себя ведёт и под любым предлогом убегает в детскую вместе с Соней. И до отъезда её почти не видно и не слышно. Я пытался с ней говорить, но она всегда молчит. Она меня избегает, и это уже начинает меня бесить! Она ведёт себя как совершенно чужой человек. Я с ума схожу от всей этой ситуации. Её постоянное молчание меня выводит из себя. Мне иногда кажется, она меня разлюбила, или вообще другого нашла.

— Насчёт «разлюбила и нашла другого» — это не ко мне, — внимательно выслушав собеседника, с ироничной улыбкой сказал Сергей. — А по поводу всего остального…Они же близнецы были? Вероятно, таким образом Тоня проживает очередную стадию горевания. Скорее всего, у неё глубокая депрессия. Сколько времени прошло со дня смерти сестры? Месяц? Это ещё очень мало, в худшем случае такое состояние может затянуться на несколько месяцев и даже дольше.

— И что с этим делать? Это вообще нормально?

— Не то, чтобы нормально, но это один из вариантов поведения, так бывает. Тебе нужно попытаться поддержать её, быть рядом в острые периоды, а вообще — ей бы специалистам показаться. — Продолжал Сергей.

— Вся проблема в том, что она отказывается от моей поддержки, она постоянно отталкивает меня. Про специалистов — вообще запретная тема.

— Есть кто-то, кого не отталкивает? Или Тоня совсем одна страдает? Тогда это очень плохо. Нужно, чтобы она приняла смерть сестры, отпустила её. Устройте, не знаю, день памяти…как её звали?

— Вера.

— День памяти Веры, накройте стол, позовите близких, кто её знал… Нужно потихоньку вытаскивать твою жену на свет Божий. Кем была Вера? — поинтересовался Сергей.

— Она была художницей и, вроде, журналистом. У нас дома парочка её картин висят.

— Ну и отлично! Как вариант, сделайте выставку её работ, пусть и немногочисленных. И поручи это Антонине, думаю, она будет не против.

— Спасибо, Серёж, — обрадованный Дмитрий пожал собеседнику руку.

— Обращайся. Я на полном серьёзе. Если станет хуже — звони, либо отправляй жену ко мне всеми правдами и неправдами. С ней, я так понимаю, психологи вообще не работали после катастрофы? — спросил Сергей, выходя из-за стола.

— Нет, она всех посылала лесом. В морге только, на опознании, но она вроде и оттуда сбежала. Не отвечала ни на чьи звонки. Она почти сразу спряталась от всех, и от меня в том числе.

— Ну, тогда удачи тебе. Звони, если что.