Атака

Ничего не видно и не слышно… Я умер⁈

Похоже, что ещё нет. Великий демон Систель говорил мне, что когда человек умирает, его душа в числе прочего испытывает огромное облегчение, лишившись гнёта тела со всеми его телесными недугами. Но я сейчас никакого облегчения не чувствовал, скорее, наоборот.

Я с трудом приоткрыл глаза. Практически лишённый разума… ведь, только безумец мог ни с того ни с сего сломя голову внезапно броситься за борт судна, да ещё и босиком. Чудом, ведь, не бросился.

Я чувствовал себя настолько плохо… Иррациональный, непреодолимый, безотчётный, панический, животный страх перед чем-то инфернальным. Глубочайшая депрессия, тошнота, сильнейшая головная боль и кружение, свинцовая усталость мышц и сбитое дыханье, боль в заложенных ушах, озноб и трясущиеся руки. Всё это я сейчас увидел и остро ощутил в себе, как вместе, так и по отдельности.

Вот ни фига себе «маги никогда не болеют»! Сильнейшие спонтанные вибрации в груди и животе были таковы, что ещё чуть-чуть и у меня бы просто разорвало вены и кровеносные сосуды, а это уже мгновенная остановка сердца и смерть. В лучшем случае, я бы сошёл с ума, если уже не сошёл… Видимо, это и была внезапная магическая атака «на смерть».

Однако понемногу меня отпустило, я сумел встать на ноги и оглядеться вокруг.

Картина была жуткая. Большое трёхмачтовое парусно-моторное грузовое судно, на палубе которого я находился, дрейфовало в Океане с хлопающими парусами без управления недалеко от устья Реки в Окуме Рыбаков. Мощный паровой котёл судна не работал.

Это было первое такое судно в целой серии, совсем недавно построенное на верфях Кадиса по чертежам атлантов, но уже с дополнительным механическим движителем — паровым котлом, сопряжённым с двухлопастным гребным винтом. И сегодня это судно совершало свой первый регулярный рейс от устья Реки к Ханаанским островам с грузом строительных материалов для тамошних строек. Поэтому я и был на нём. Ну а как же, первый полноценный регулярный рейс, прорыв, можно сказать!

«И в этом месте я уже когда-то терпел бедствие, — пронеслось в голове. — Именно здесь! Это когда паром через Реку чуть не пошёл ко дну»

И похоже, что из всей команды судна выжил только я один. Люди лежали без движения там, где их и застала атака. Много людей. Некоторые матросы упали с мачт и разбились.

Но самое паршивое было то, что среди погибших был «химик» Пик. Мой золотой мальчик и всеобщий любимец Пик Нифф. Я держал слово и во все дела, касающихся стройки и мореплавания, подтягивал его с дальним прицелом. И он, нужно сказать, весьма меня радовал — учился, вникал, не отходя от меня ни на шаг. Так же, как в своё время это делал Лидса Немм, когда мы в Окуме Герр модернизировали новую алхимическую фабрику по производству средств защиты растений на основе «Убей-Порошка», которую спроектировал и построил его отец, ныне покойный алхимик-самородок Сол Немм.

«Какое это горе для всей нашей семьи, — подумал я, закрывая глаза мёртвого мальчишки-сироты с застывшим в них ужасом, — После гибели его родителей он же был мне как сын названный! Речи его от тюрьмы спас, буйволами увлёк. Так он ему был благодарен, что сохранил его драгоценных буйволов, пока мы с ним и баричем Заи воевали. Вот будет ещё одна родная могила. Сколько уже их у меня — весь мой род, барич Сол, невеста Ани, теперь вот ещё и Пик, ох-х».

Расследование

По приезду в Атлас и похорон Пика в Мане рядом с могилами его родителей — супругов-негоцеев Нифф, барича Сола и Ани (не буду об этом подробно, слишком тяжело), я пригласил к себе макера Гана Глоо с целью вместе с ним попробовать прояснить произошедшее.

— Первый и последний раз такое было очень давно, в Красной Окуме, когда одну жуткую океанскую тварь штормом выбросило на берег и она этой своей грязной магией «на смерть» мгновенно убила всех стоявших в оцеплении воинов свиты владетельного князя Миха V из рода Ретт, деда нынешнего главы тамошней администрации, — сообщил мне макер-меламед секретного лефа «платиновых и дважды платиновых» магов страны Ган Глоо, с некоторых пор мой ближайший советник и соратник по различным щепетильным вопросам.

Вне боевых действий, мы с ним опять были на «вы», без всякого панибратства. Так мне легче было общаться с матёрым «платиновым» магом, тем более, гораздо старше меня.

— Да, я помню, мне рассказывали об этом случае родные, — сказал я, — Тем более, что именно после него, если не ошибаюсь, был и введён запрет на приближение населения тогдашнего Союза к берегу Океана ближе чем на сто метров? Честно говоря, я до сих пор был уверен, что это была ваша, макер Ган, хитрость, чтобы не допустить использования остальными магами Союза литий-ионных электролитов для своих внутренних аккумуляторов магической энергии.

— Хм-м, — ухмыльнулся макер Ган, — Лишь отчасти. Во-первых, тогда бы запрет касался только магов, ведь у нас был надёжный механизм контроля за его исполнением посредством неснимаемых браслетов и специалистов-магиков великокняжеского Магического Двора в Мане, который вы полностью уничтожили… возможно, второпях и напрасно. Во-вторых, лития в океанской воде довольно мало и этот способ — пить её, он годится только для ленивых магов. Гораздо больше металла в сподумене (руде лития) и в солончаковых глинах.

«А ведь он абсолютно прав, — подумал я, как профессор химии МГУ, — Уважаю…»

— Скажите, макер Ган, какое-то расследование тогда проводилось по вашей линии? Что это такое, магия «на смерть», да ещё такой силы? Я реально чуть «копыта не отбросил», простите за грубое выражение. Впечатления от атаки незабываемые, не хотелось бы их повторять.

— Да, я проводил расследование. И был тогда сильно удивлён. Это был первый случай в моей практике, когда я не уловил на жертвах твари даже запаха следов применения магии. То же потом было и с вашими деяниями в гостиничном кабаке и в Золотом ущелье. Но тот случай был первым.

Я кивнул, ибо знал, что Ган Глоо обладал уникальным нюхом на человеческую магию и её следы.

— Можете описать ту тварь, макер Ган, как она выглядела?

— Да. Примерно двадцать метров в длину, множество рук с шипами, два огромных глаза, вес около тонны. Вот я набросал эскиз, предполагал, что вы меня об этом попросите. Когда тварь на берегу окончательно издохла, мы закопали её рядом с Сулойскими горами, место я помню, могу показать.

— Благодарю вас, макер Ган! — сказал я, внимательно вглядываясь в рисунок.

И я уже всё понял:

— И к вам, макер Ган, у меня будет несколько странное на первый взгляд, но очень важное задание. Прошу вас как можно скорее добраться до Красной Окумы и просеять грунт в месте захоронения этой твари на предмет наличия в нем до сих пор не сгнивших твёрдых фрагментов тела. Хочу кое в чём убедиться.

* * *

После встречи с макером Ганом я поехал на берег Океана в устье Реки в Окуме Рыбаков. Паромную переправу здесь давно восстановили, скоро будем восстанавливать и мост, разрушенный ещё в той, первой войне Святого Гула-воина. Скоро здесь будет большой порт для швартовки и разгрузки-погрузки океанских судов. Очень удобное место, транспортный узел, по сути — Река — Океан — Сулойская дорога, с уже протянутой вдоль неё железнодорожной веткой! Рядом Сулойские горы, неисчерпаемый источник высококачественного щебня и бута для строек на Ханаанских островах (больше там не будет зданий из хрупкого песчаника!)

На вёсельной лодочке я отошёл от берега и высвистел к себе на разговор морскую змею Пеламеду:

— Милая Пеламеда! Прости, что отрываю тебя от важных змеиных дел, но мне нужна твоя помошь. Ты же знаешь, что здесь несколько дней назад случилось с нашим судном и его командой?

— Ох-х, знаю конечно, брат Кобра! Это одна из жутких океанских тварей выскочила из своей глубокой впадины и гоняясь за кашалотом атаковала своей магией «на смерть» ваше судно, которое случайно попалось ей на пути. Не специально атаковала, но тем не менее. Какое счастье, что ты, брат Кобра, остался жив. Мы так за тебя переживали… Но с этими тварями мы не можем тебе помочь, мы сами их боимся и всегда прячемся, когда они появляются.

— Это была она? — я показал змее эскиз, выполненный макером Ганом Глоо.

— Она, она, даже не сомневайся, это была именно та тварь! — сразу узнала подводного монстра змея Пеламеда.

— Спасибо тебе, милая Пеламеда, ты мне здорово помогла. Может и я могу тебе чем-то помочь? Я всегда буду помнить то наше с тобой, кхм, мероприятие по спасению парома с людьми.

— Ой-й, даже и не знаю. Ты теперь такой важный стал, сам по Океану плаваешь. Может как-нибудь зайдёшь к нам, новости расскажешь⁈ Лучше тебя мы рассказчика не знаем.

— А что… и зайду, посидим вечерок как тогда, новостей много, ждите, позову! И ещё вопрос, а какова глубина той впадины, где живут эти твари? Неужели и впрямь одиннадцать километров?

— На самом деле всё это по слухам и мы точно не знаем. Мы, морские змеи, можем нырять на глубину максимум двести — двести пятьдесят метров, а что там дальше… и кто там ещё живёт, мы точно не знаем. Да и никто не знает, Terra incognita.

«Это, да, — подумал я, — В моём мире Океан тоже изучен слабее чем Космос».

Кракены

На своём эскизе макер Ган изобразил самого настоящего Кракена. И по лекциям в Зоологическом музее в моём мире я помнил, что в легендах эти Кракены ударами щупалец отправляли на дно корабли, а в их гигантских пастях исчезали несчастные рыбаки со всей своей амуницией. Да что там рыбаки — в замечательном романе Жюль Верна «Двадцать тысяч лье под водой» Кракены атаковали подводную лодку «Наутилус».

Однако Кракены реально существовали. Это гигантские головоногие беспозвоночные моллюски, по научному — архитейтисы. Жили они в Арктике и Антарктике на глубинах более тысячи метров и редко, но поднимались на поверхность, например, увлёкшись погоней за добычей — кашалотом, которого перекусывали твердым клювом, похожим на клюв попугая — ассамбляжем отвёртки, гвоздодёра и плоскогубцев, измельчали куски языком с мелкими зубами и глотали.

Жуткое это зрелище — бой Кракена с кашалотом, где Кракены всегда брали верх! Но попав в холодные воды, архитейтисы теряли силы и дрейфовали, пока их штормом не выбрасывало на берег.

Кракены с помощью инфразвука обнаруживали препятствия и общались между собой, потому что, очень хорошо его слышали. Такие живые локаторы и генераторы инфразвука, по частоте и мощности сопоставимые со смертельно опасным для человека «голосом моря»! Загадочные «квакеры» в Океане, это тоже они.

Прекращаем вешать!

В моем дворцовом кабинете находились — я, макер Ган и логофет Гул. В руках макер Ган держал увесистый свёрток, который он молча протянул мне.

Я развернул свёрток и увидел там то, что и ожидал увидеть — огромный клюв, похожий на клюв попугая, великолепный инструмент для разрывания плоти.

— Друзья мои! Я пригласил вас, чтобы вместе решить, что нам делать с жуткими океанскими тварями, одна из которых недавно убила всю команду нашего первого океанского судна, включая моего названного сына юного Пика Нифф, на которого у меня и у моей семьи были большие надежды. Бедный мальчик, земля ему пухом… Какие будут соображения и предложения по этому поводу?

— Однозначно запретить населению подходить к берегу Океана ближе чем на сто метров, как было раньше, — тут же предложил логофет Гул.

— Да, запретить! — вторил ему макер Ган, — Мы не можем ни идентифицировать, ни противостоять этому виду грязной магии «на смерть» при столкновении с ней. Вы, Первостоятель, даже с вашей силою остались живы при атаке, только благодаря тому, что сами являетесь магом «вне категорий», да и то прошли, буквально, на грани этой вашей силы. А таких как вы, у нас больше нет. Вот и делайте выводы сами, насколько это опасно?

— Значит, запретить⁈ И соответственно, свернуть все программы освоения Океана — судостроения, морского рыболовства, грузоперевозок, строительства рекреационной зоны на Ханаанских островах, купания детей и взрослых в Океане, наконец? Так?

— Да, так! Мы с Вами люди государственные и обязаны защитить население страны в случае возникновения опасности любыми доступными нам способами. В данном случае, мы должны запретить населению даже подходить к этой опасности. И такое, заметьте, нормально работало много лет! — несколько пафосно, но твёрдо заявил Гул.

— Хорошо, друзья мои! Я вас услышал, — улыбнулся я, — А теперь я хочу вам продемонстрировать и научить вас одному секретному приёму, владея которым, Гул-воин завоевал бы западные окумы совершенно бескровно, без стрельбы, виселиц и плах. Готовы?

Маги молча кивнули и недоверчиво посмотрели на меня. Может шутит Первостоятель? Бескровно и без виселиц с плахами что-то в этом мире завоевать невозможно.

А я повернулся к своим соратникам в упор и просто беззвучно открыл рот.

Макер-меламед секретного лефа «платиновых и дважды платиновых» магов страны, пожалуй, самый сильный и бесстрашный маг этого мира Ган Глоо, тут же завалился под стол и суча ногами начал всхлипывать и размазывать по лицу детские слёзы страшной обиды и страха.

Логофет Гул, «платиновый» маг секретного лефа, в недавном прошлом великий князь Гул IV из венценосного рода Герр, видалый и наторелый человек, не боявшийся смерти и ходивший на Титана с одной магической молнией, от страха обмочился в штаны, мелко затрясся всем телом, положил голову на стол и заплакал как маленький испуганный ребёнок.

Я закрыл рот:

— Ну как вам приём, друзья мои? И это было ещё в четверть возможного, чтобы вам ничего не повредить. А штаны высохнут, ничего страшного! Научу! Приём называется «Вопль Кракена».

— Д-да, к-конечно! С таким приёмом мы бы д-да, т-точно б-бескровно всех завоевали. Враги бы п-просто о-обосрались от страха, а мы бы их всех тут же и завоевали бы. И даже вешать бы их не п-пришлось и головы отрубать, факт! — ещё заикаясь от только что пережитого ужаса пришёл в себя логофет Гул.

— Тогда слушайте и запоминайте, повторять не буду. Приём этот не магический, впрочем, как и всё у атлантов, чистейшая наука, не было у них магии, одна только вера в Посейдона и его ближайших родственников.

Любой звук, по науке, это смесь волн, частота которых измеряется в Герцах. Не в золотых и медных геррах, дорогой князь Гул из венценосного рода Герр, а именно в Герцах, прошу не путать. Человек может слышать звуки от двадцати до двадцати тысяч Герц, а маги от семнадцати.

То что меньше этой цифры, называется инфразвуком и для людей, включая магов, он смертельно опасен, ибо может совпасть с колебаниями тела и тогда вероятность их резонанса абсолютна. При пяти–семи Герц, кроме панического страха, повреждается печень и может остановиться сердце. Что, собственно, и произошло на судне.

Видимо, где-то рядом оказался Кракен, этот мощный генератор инфразвука и завопил.

Почему он завопил? Да кто же его знает, но скорее всего он просто обнаружил препятствие в виде нашего судна и сообщил об этом другому Кракену. Просто так они на суда не нападают, незачем, а людьми они не питаются. Но именно так они общаются между собой. И в Красной Окуме Кракен тогда, видимо, просто завопил от смертельного ужаса, оказавшись на берегу.

Я сделал паузу и проверил, всё ли понимал Гул? Да, всё, я слышал его мысли. А мысли макера Гана слушать было бесполезно, у него стоял блок:

— Такие низкие звуки частично вплетены в рычание львов, слонов, китов, кашалотов и на сто процентов являются «голосами» Кракенов, вот этих самых жутких океанских тварей — гигантских головоногих моллюсков, с которыми мы и столкнулись в Красной Окуме и Окуме Рыбаков. Этот клюв, который привёз макер Ган, их монопольная принадлежность и при этом, заметьте, у них в теле больше нет ни одной косточки, моллюски же.

И я сейчас просто воспроизвёл для вас эти неслышные уху человека звуки, немного усилив их магией. Результат этого вы почувствовали на себе и конечно же теперь сможете его повторить, не забывая при этом о полной и безоговорочной секретности полученных от меня знаний. Могу себе представить, что может начаться, если этим простым приёмом овладеют все маги страны, бр-р-р!

Да, в обоих случаях встречи с Кракенами погибли люди и это очень печально. Но никто из нас пока не знает, с чем и с кем мы ещё столкнёмся в Океане на больших глубинах, может с кем и пострашнее Кракенов, когда туда полезем. А мы полезем! Зачем? За нефтью, за газом, за минералами, неважно… потом объясню, что это такое.

Но вы, друзья мои, настоящие «платиновые» маги и никогда не боялись сильных противников и всегда побеждали их! И не только силой, но умом и знаниями. Кстати, защититься от Вопля Кракена можно очень просто. Например, чем-нибудь заткнув уши, а лучше спрятавшись за звуконепроницаемую стенку, создать которую для вас, магов, раз плюнуть. Это тоже, кстати, секретная информация.

Я внимательно посмотрел на молчащих и слегка обалдевших магов:

— Ну что, подводим черту?

— Д-да! Ничего запрещать не будем и прекращаем народ вешать за преступления. Пусть уж лучше в штаны кладут, целее будут! — резюмировал князь Гул.

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ