иногда накрывает юности теплота,

когда худ был и беден,

но, в тоже время, когда

рассветало – бывал на пике:

те террасы скрипучие, с окнами в облепихе,

уже шумели шмели́,

занавески-плясуньи, которые шевелил

ветерок штиль – приятен,

друг шелковичных пятен.

ветер, ветер,

друг южный повесы глаз,

помогал нам увидеть то, что скрывает газ

от пузырей земли.

эти простыни вытерлись, отцвели,

но память хранит тот запах.

и теперь во внезапных

прорывах теплыни,

когда поднимает тюль,

когда словно июль

в апреле:

вспоминаю вас, шме́ли,

и эти глаза как блюдца.

и ягоды в окна бьются.