Костяшки пальцев Мирьи аж побелели – так она вцепилась в ветку. Но она всё ещё сидит на самом краю. Ей мерещится, что чёрная вода уже поглотила её, – но это всего лишь игра воображения.

– Прости. – Голос Белы звучит искренне. – Я споткнулась. Я не хотела тебя толкать. – Она часто и виновато моргает.

Мирья уставилась на тёмную непроницаемую поверхность воды. Ей никак не удаётся успокоиться и задышать ровнее.

Это действительно вышло случайно? Или Бела нарочно её толкнула?

Мирья не знает, что думать.

– Ты в порядке? – спрашивает Эльма.

Мирья чувствует, как рука Эльмы прикасается к её плечу.

Она ограничивается кивком. Сердце бешено колотится в груди.

– Я правда нечаянно.

Голос у Белы совсем несчастный.

– Ничего страшного. – Мирья не знает, верить Беле или нет. – С моей стороны тоже было глупо усесться на самом краю, – бормочет она.

– Может, тебе лучше лечь на живот? – предлагает Эльма. – Так тебе и видно будет лучше.

Мирья следует её совету.

Бела вытягивает вперёд руку с семенами.

– Смотри вниз, – говорит она.

Мирья смотрит вниз, в чёрную воду.

Она видит собственное отражение. Волосы, торчащие во все стороны. Большие тревожные глаза, смотрящие на неё снизу вверх. А за спиной она видит Белу и Эльму, которые тоже склонились над водой.

– Дуй, – командует Бела.

Мирья дует, и по воде пробегает быстрая лёгкая рябь. Крошечные семена падают с ладони Белы и плавно планируют вниз, словно серые снежинки. Поверхность воды вздрагивает, и тут же ледяные узоры с лёгким похрустыванием стремительно покрывают отражение Мирьи.

– Ух ты!

Мирья аж перестаёт дышать от этого зрелища. Водная гладь под ней почти полностью покрылась ледяными кристаллами. Они кажутся похожими на перья птицы.

Мирья всегда мечтала увидеть ледяные узоры, но эти… эти удивительно прекрасны, и они появляются не переставая. Медленно разворачиваются перед её глазами, как цветы. Один за другим.

– Пора приступать, – раздаётся голос Белы.

– Обычно они ещё какое-то время растут и меняются, – объясняет Эльма. – Но мы вполне можем начать прямо сейчас.

– Что вы видите? – спрашивает Бела.

У Мирьи нет никаких сомнений. «Огонь», – думает она, несколько мгновений наблюдая за ледяными узорами, которые тянутся по воде красными и жёлтыми языками пламени, как будто горит костёр. Чёрно-серый дым поднимается от воды. Она прямо-таки слышит, как гудит пламя. Её сердце начинает бешено колотиться.

Мирья моргает. Видение исчезло.

Лёд внизу снова белый. Узоры продолжают разрастаться с тихим потрескиванием.

– Я знаю, что это. – Эльма показывает вниз. – Смотрите. Это же перья. Наверняка что-то связанное с какой-нибудь птицей.

Мирья пытается освободиться от языков пламени, поглотивших её воображение. Она всматривается в то место, куда показывает Эльма. Так и есть. Языки пламени или перья. Ледяные узоры можно с лёгкостью принять и за то, и за другое.

– А вон те маленькие отростки, – продолжает Эльма. – Вам не кажется, что они превращаются в подобие короны?

– Птица и корона. – Бела фыркает. – Мирье, наверное, достанется в мужья птичий король. – Она разводит руками – дескать, «такие вот дела». – Бедняга Феликс, мне его жаль.

Мирье не нравится, каким тоном Бела это говорит. Слишком явственно это напоминает о том времени, когда Эльма с Белой дразнили Мирью. Но Мирья предпочитает промолчать. Вместо того чтобы пикироваться с Белой, она пытается сосредоточиться на ледяных узорах, которые продолжают расти на поверхности воды.

– Просто невероятно! – Эльма слегка дрожащим пальцем указывает на лёд. – Отростки заостряются, совсем как шипы. Обалденно круто.

Мирья тоже пытается разглядеть, на что похожи узоры. Действительно, вокруг кристаллов, напоминающих перья, теперь возникают длинные и заострённые.

«Перья и иглы», – думает Мирья, чувствуя, как волосы шевелятся у неё на затылке.

Кажется, от этой мысли начинает кружиться голова. Мирья видит, как узоры внизу волнами накатывают друг на друга. На секунду ей мерещится, что они тают, потом она замечает что-то тёмное.

Это внезапно появившийся Пелле. Колючки ёжика вздыблены. Он вертится волчком. Какая-то тварь обвилась вокруг него и вот-вот задушит. Пытаясь вдохнуть, Пелле распахивает пасть так широко, что Мирья может заглянуть внутрь, в самую глотку. Глаза Пелле вытаращены.

Нет! Ему не вырваться!

– Смотри! Там ещё что-то.

Голос Белы словно вытаскивает Мирью из забытья. Мирья с силой сжимает веки, пытаясь остановить поток видений.

Когда она снова открывает глаза, ледяные узоры неподвижно застыли на воде. Всё снова выглядит мирно. Пелле исчез. Внизу только поблёскивает лёд, узоры продолжают медленно меняться.

И всё же сердце в груди Мирьи колотится, как у загнанного кролика.

– Кристаллы складываются в змеиную косу. – Эльма смеётся.

– Что ты имеешь в виду?

Голос Мирьи дрожит. Она прекрасно видит, что имеет в виду Эльма. Одна из полос, медленно извиваясь, наползает на остальные узоры. Словно змея, которая хладнокровно прокладывает себе путь по льду, оставляя позади извилистый след.

– Мирья должна заплести змеиные косички! – восторженно восклицает Бела. – Я не сомневаюсь, что пророчество говорит именно об этом. Так что нам всё-таки придётся заняться её причёской.

Она громко хихикает.

Мирья пытается улыбнуться, но изнутри её заполняет беспросветный мрак. Откуда вдруг в голове возникают такие неприятные мысли?

Она чувствует, что дрожит.

Но это же просто глупая забава. Нельзя предсказать будущее. Разве что понарошку.

Наверное, дело в том, что Мирья сегодня всё утро нервничала. И ещё переживала за Пелле и Сиббо после той истории с беличьим гнездом.

Она поднимает взгляд на Белу и Эльму. Глаза Белы сияют. Мирья видит, что та и в самом деле обожает гадать.

– Упс! – Эльма показывает на что-то рукой. – В середине появилась какая-то дыра. Выглядит странно.

Мирья снова смотрит на ледяные узоры. И правда: причудливая тёмная дыра разрастается посреди них. В самом центре застывшего льда.