Пот капал со лба Седрика Торна, пока тот двигался по тренировочной площадке. Он отступил назад, когда меч Тристана с свистом прорезал воздух буквально в пальце от его груди. Выдержку Седрика сегодня явно подвергали серьезному испытанию. Впрочем, глупо было ждать иного, выбрав себе в спарринг-партнеры Тристана Хейла.

Звон стали о щит заполнил дворы; рыцари кружили друг вокруг друга. Тристан сделал выпад. Седрик крутанулся и нанес удар.

— Ты сегодня медлителен, Рик, — поддел его Тристан, ловко подставив клинок и отбив выпад Седрика с оглушительным лязгом. — Все эти твои угрюмые раздумья, должно быть, слишком утомляют.

— Едва ли, — хмыкнул Седрик, отражая следующий удар Тристана. — И то, что ты называешь «угрюмостью», я называю концентрацией. Не всех же наградили способностью драться с таким весельем.

— Тут не поспоришь. Я действительно благословен, — рассмеялся Тристан, и шрам на его левой щеке изогнулся вместе с улыбкой, прежде чем он сделал ложный выпад в сторону. — Невероятно благословен, если верить моим любовницам.

Седрик тыльной стороной ладони убрал со лба прядь влажных каштановых волос; на его губах играла усмешка:

— Каким еще любовницам? Назови-ка мне имя — хоть ее, хоть его, — чтобы я мог посоветовать им целителя. Очевидно, им нужна помощь, раз они страдают от таких галлюцинаций.

Тристан наигранно ахнул, взмахнув мечом по широкой дуге. Седрик с легкостью уклонился.

— Да как у тебя язык поворачивается? Что бы сказал лорд Черч, услышь он эту вопиющую ложь?

— Увы, как бы мне хотелось, чтобы это было ложью. Но ты забываешь, сколько раз мне не повезло видеть тебя голым, сэр.

Тристан фыркнул:

— Вонзи клинок в мою плоть и пусти мне кровь, но никогда не ранишь мою гордость!

— Как пожелаешь.

Седрик хохотнул и вложил весь свой вес в следующий удар, рванув вперед с сокрушительной силой. Тристан прикрылся щитом, но от такой мощи у него подогнулись колени. Седрик обрушивал удар за ударом, и тупое лезвие его тренировочного меча со скрежетом и гулом билось о дерево. Будь у них настоящее оружие, Седрик не сомневался: он разрубил бы этот щит пополам.

— Мать твоя Аурелия! — Тристан повалился коленом в грязь, пряди светлых волос упали ему на глаза. — Сдаюсь.

Седрик ухмыльнулся, отбросил оружие и снял латные рукавицы. Он протянул руку другу:

— Возможно, тебе стоит попробовать побольше хмуриться. В конце концов, не я валяюсь на земле.

Тристан пыхтел, пока Седрик тянул его вверх, но, поднявшись на ноги, уже улыбался:

— И я этому рад. Главное, я вижу: ты не оплошаешь, когда придется отбиваться от клинка фейри.

— Беспокоиться нужно не об их клинках, — гулкий баритон эхом разнесся по двору.

Седрик напрягся и повернулся, встретившись с проницательным, оценивающим взглядом лорда Левиафана Черча. Дворянин стоял у стойки с оружием; его плащ развевался на ветру, а темные с проседью волосы были гладко зачесаны назад.

— Да, мой лорд. — Седрик почтительно поклонился.

— В чем заключается главная угроза со стороны фейри? — Трость лорда оставляла ямки в грязи, пока он хромал к парочке.

— Их магия, — ответил Седрик.

— И почему же?

Тристан изогнул бровь:

— Это серьезный вопрос, ваша милость?

Лорд Черч одарил его холодным взглядом:

— Фейри, как и все арканийцы, повелевают магией так же легко, как дышат. Она течет в их жилах. Им не нужна подпитка так, как нам.

Он достал из-под одеяния жетон маны — круглый амулет размером с большую монету, висевший на цепи у него на шее. Темный, почти черный, металл словно впитывал окружающий свет, хотя единственный багровый камень в центре светился ярко и чисто. Он буквально переполнялся маной.

«Должно быть, недавно зарядил», — подумал Седрик.

— Я хочу быть уверен, что сэр Торн отчетливо понимает, с чем именно ему придется столкнуться на Испытаниях, — продолжил лорд Черч.

Тристан откашлялся:

— Да, мой лорд. Я лишь имел в виду, что даже маленькие дети знают об опасности фейри. Да и вообще всех рас Древнего Арканиса. Седрик не…

— Вы можете быть свободны, сэр Хейл, — перебил его лорд Черч.

Голубые глаза Тристана едва заметно расширились, но он наклонил голову:

— Обязательно найди меня перед отъездом, Рик, — бросил он и шагнул прочь.

Седрик выпрямился, прогоняя неприятный осадок, возникший в груди от этого разговора.

— Какие новости, мой лорд?

— Северное сияние расцветает. Время пришло.

Седрик вскинул взгляд к небу. Солнце светило ярко, но, прищурившись, он разглядел радужное сияние, переливающееся за облаками. К ночи оно станет лишь ярче.

Сердце забилось чаще.

— Я готов.

На губах лорда Черча мелькнула подобие улыбки:

— Знаю. Ты тренировался ради этого. — Затем его лицо стало суровым, а янтарные глаза потемнели. — Но помни: Испытания — это не просто проверка физической силы, а еще и разума, и духа. Твоей решимости. А арканийцы, которых ты встретишь там, будут целеустремленнее кого бы то ни было. Им нужна корона.

При этой мысли в груди Седрика вспыхнула ярость.

— И если позволить им забрать ее… — Лорд Черч замолчал, его взгляд устремился куда-то вдаль. — В Хейвенсриче и так мало места, а наши запасы маны ограничены. Владея силой короны, Нирунделл сможет наконец полностью вернуть себе Срединные земли. — Он нахмурился. — А что еще хуже: по своему желанию они смогут расширять Разлом до тех пор, пока Хейвенсрич не рухнет в море.

Седрик сжал губы в тонкую линию. Расы Древнего Арканиса — сильваны, гномы, ноктеррианцы и фейри — все еще питали глубокую вражду к людям. И фейри, по словам лорда Черча, больше всех. Со времен Великого Предательства прошло почти два века, но их жажда мести не угасла: они решили, что за грехи одного злодея должны расплачиваться все люди.

Впрочем, это не шло ни в какое сравнение с жаждой мести самого Седрика.

Почти бессознательно он коснулся пальцем губ. Того самого шрама, что рассекал верхнюю губу.

— Корона никогда не попадет в руки арканийцев. Клянусь.

— Тогда покажи, как ты собираешься побеждать.

Седрик достал свой жетон из-под кирасы¹. Стоило сжать его в пальцах, как накатила привычная волна спокойствия. На ладони лежал темно-синий камень с жилами блестящего серебра, похожими на застывшие молнии. Изумруд в центре слегка мерцал. Перед отъездом жетон придется перезарядить.

— Покажи мне, — снова призвал лорд Черч с вызовом в голосе.

Седрик ощутил знакомый гул энергии, разливающийся по венам, когда начал вытягивать ману из жетона. В голове он мысленно произнес древние слова, позволяющие подчинить себе эту силу. Сжав амулет в одной руке, Седрик выбросил другую в сторону и тут же прижал ее к груди. Тренировочный меч взмыл в воздух с того места, куда его бросили, и в следующее мгновение его лезвие уже прижималось к шее лорда Левиафана Черча.

— Хорошо. — Лорд Черч одобрительно кивнул. Он просунул трость между лезвием и кожей. Будь это настоящее оружие Седрика, на шее остался бы кровавый порез.

Седрик ослабил ментальную хватку, и меч упал.

А через мгновение он уже лежал на спине.

— Разве я сдался? — Лорд Черч сжимал жетон в одной руке. Другая всё так же покоилась на рукояти трости с вытянутым указательным пальцем. Старик почти не шелохнулся. Но боль в груди Седрика была лучшим доказательством того, что магический удар достиг цели.

— Нет, мой лорд, — прохрипел Седрик.

— Никогда не теряй бдительности. Не ослабляй натиск.

Седрик спешно поднялся на ноги:

— Да, мой лорд.

— Покажи мне свой контроль.

Седрик сжал кулак, и меч снова взмыл в воздух. На этот раз к нему присоединилась еще дюжина клинков, секунду назад висевших на стойке. Седрик кряхтел от напряжения, пока оружие выстраивалось веером вокруг лорда, и каждое лезвие целилось в уязвимую точку — артерию, сухожилие. И это были не только тренировочные мечи.

Лорд Черч вздрогнул, когда острие стилета коснулось мягкой ямки у основания его горла:

— Сдаюсь.

Седрик с удовлетворенной ухмылкой вернул оружие на место.

— Впечатляет. — Тон лорда Черча оставался сдержанным. — Хотя боюсь, этой мелкой магии будет недостаточно, если ты намерен одолеть других чемпионов.

— Мелкой магии? — фыркнул Седрик. Внутри обжигающей вспышкой вспыхнула обида. Он прикусил язык, чтобы не ляпнуть лишнего. Седрик понимал: лорд не хотел его оскорбить.

— Я говорю это не для того, чтобы умалить твои способности, — произнес лорд Черч, будто прочитав его мысли. — Но на Испытаниях против тебя выступят больше дюжины других чемпионов, и наименее опасными из них будут творцы заклинаний, не уступающие тебе в мастерстве.

Седрик прислонился к ближайшему тренировочному столбу, сохраняя бесстрастное выражение лица, хоть внутри все кипело. Творец заклинаний. Сравнение его способностей с теми, кто использует жетоны, лишь чтобы зажигать свечи и очищать воду в колодцах, заставило его ладони вспыхнуть от раздражения. Пусть он еще не получил официального звания чародея, а его скудных познаний в исцелении не хватит, чтобы зваться святым, Седрик знал: его сила куда превосходит возможности обычного творца заклинаний — пусть он и сам не до конца понимал, почему так уверен в этом.

Ничего из этого он не произнес вслух, и если лорд Черч и заметил его недовольство, то вида не подал:

— Оставим стихийную магию арканийцев, с которыми тебе придется сражаться. Мои люди сообщают, что Кормак и Блэквуд тоже будут среди тех, кто отправится представлять наше королевство за Вратами.

Седрик сжал губы. Леона Блэквуд была могущественным чародеем; говорили, ее магия сопоставима с силой самого короля Каллума. Да и Брэндона Кормака глупо сбрасывать со счетов. Как мудрец, он легко мог узнать о планах и передвижениях других чемпионов. Использует ли он телепатию для саботажа или просто чтобы быть на три шага впереди — Седрику нужно оставаться начеку и держать ментальную защиту.

— Есть еще кто-то, о ком мне стоит знать?

Лорд Черч наклонил голову:

— Олден Эшфорд. Возможно, с ним стоит заключить союз. Его исцеляющие навыки определенно пригодятся.

Седрик сделал себе мысленную пометку присмотреться к святому.

— Что до других знатных людей, решивших вступить в бой, я ничего не слышал. А о тех, кто по ту сторону Разлома… — Губы лорда Черча исказились в усмешке. — Информации немного. Хотя… — На его лице мелькнула тень досады.

Брови Седрика поползли вверх. Кажется, за все годы знакомства он ни разу не видел у дворянина подобного выражения. Он оперся рукой о столб и наклонился ближе:

— Что?

Лорд Черч вздохнул:

— По обе стороны Разлома ходят слухи о великом арканийском воине — воине-фейри, который планирует пройти Испытания. Шепчутся даже о каком-то движении, о бунте. Призывы к арканийцам идти на Срединные земли становятся все громче — с короной или без.

Перед глазами Седрика вспыхнула красная пелена. К ладоням прилила жара. Разум захлестнул поток жестоких образов: бушующее пламя, безумный хохот, острое, как бритва, лезвие у самого рта… И кровь. Повсюду кровь.

Он помотал головой, прогоняя наваждение:

— Вы говорите о Призраке.

Если этот демон-фейри войдет в Небесное Святилище, Седрику действительно придется держать ухо востро. И в то же время от мысли о встрече с призраком в его груди вспыхнул азарт. Вспышка страстного желания — глубокая потребность лично сразить этого монстра.

— Только Аурелия знает, правда это или слухи, — произнес лорд Черч, возвращая Седрика к реальности. — И я вижу, как кипят твои эмоции. Не давай им воли. В Святилище не будет места слабостям.

Седрик подавил рвавшийся наружу колкий ответ:

— Да, мой лорд.

— Наш отряд отправляется в Затерянный город утром. Будь готов.

С суровым лицом Седрик кивнул:

— Я буду готов.

Одарив его пристальным взглядом, от которого Седрик почувствовал себя так, словно с него содрали доспехи, лорд Черч покинул площадку.

Седрик глубоко вдохнул; мысли путались. Нужно дособирать вещи перед паломничеством в Люминарию. Навестить кузницу маны, чтобы магический кузнец перезарядил жетон до завтра. Найти Тристана и попрощаться. Если останется время, заскочить в местную таверну и найти даму, с которой можно провести последние часы перед походом.

Он оторвал руку от столба, и мысленный хаос сменился смущенным любопытством. Дерево, где лежали его пальцы, обуглилось. Раньше он такого за собой не замечал.

Что-то смутно задело его, затрепетало на краю сознания. Он нахмурился, но тут же отмахнулся от этой мысли. Дел много, а времени в обрез.

Седрик развернулся и пошел прочь, пока в воздухе все еще витал легкий запах паленой древесины.