Умерла мать Бай Би.

Бай Би узнала об этой новости рано утром, когда ей позвонили по телефону из психиатрической клиники. Когда зазвонил телефон, она нежилась в постели, а за окном моросил дождик поздней осени, в комнате было темно, сыро и душновато. Она спокойно выслушала объяснения, которые на самом деле ничего не объясняли, — просто сообщили, что надо приехать для оформления похорон. Да и сама Бай Би почти ничего не сказала, только выслушала многословные излияния. Даже не спросила о причине смерти матери, ограничившись ответом: «Извините за беспокойство, спасибо».

Положив телефонную трубку, она в растерянности сидела на постели, глядя, как бьются капли дождя об оконное стекло и стекают вниз подобно маленьким водопадикам во время засушливого маловодья.

Не было суеты и растерянности, не было и дешевых, ничего не значащих слез. Она долго, тихо смотрела в окно, потом встала, умылась, позавтракала, но не накрасилась, только поглядела на себя в зеркало. Но все же надела черное платье, потому что чувствовала, что это самая подобающая случаю одежда.

В нем прилично появляться где угодно, как в старинные времена, когда женщины соблюдали трехлетний траур. Захватила черный зонтик, документы матери и отправилась оформлять похороны.

Холодный дождь поздней осени пронизывал до костей, даже под зонтиком капельки попадали ей на лицо и стекали по щекам. Она вытерла их и села в автобус, который направлялся в предместье. В ненастный день автобус оказался странно пустым. Бай Би уселась на свободное место, ничем не выдавая случившегося несчастья, и молча глядела на мелькание разноцветных огней большого города. Они постепенно редели, будто непрерывный дождь смывал все краски.