Мелани Дэниелс (Типпи Хедрен), дочь газетного магната из Сан-Франциско, на выходных едет в прибрежный городок Бодега Бэй только для того, чтобы оказаться рядом с едва знакомым адвокатом Митчем (Род Тейлор), накануне разыгравшим ее в зоомагазине, и то ли плюнуть ему в лицо, то ли упасть в объятия. За несколько секунд до встречи ее атакует чайка.

Последний общепризнанный шедевр Хичкока — не менее озадачивающий феномен, чем нападение стаи воробьев на человека. Это веха в поджанре «взбунтовавшаяся природа», который существовал и прежде (взять муравьев и пиявок из радиоактивных страшилок 1950-х), но в современном виде — от «Челюстей» до «Явления» — вышел именно из «Птиц». Однако это кино вообще не о природе, к которой автор был равнодушен, а о чем обычно: злая басня, в которой красивые и слепые (еще до того, как до их глазниц добрались клювы) люди мучают друг друга.

Хичкок виртуозно выводит зрителя из себя. Битый час вместо орнитологического экшена мы смотрим, как стая женщин вьется вокруг самоуверенного самца: бывшая любовница, будущая любовница, мама, сестра. Герои бесконечно куда-то звонят (есть ли мизансцена скучнее?). Вместо музыки — тишина и шелест крыльев. Вместо финала — живописный кадр. Все это, кажется, для того, чтобы зритель уж точно принял единственно возможную сторону — сторону птиц.

Вопрос, чем мы их прогневили, остается без ответа (хотя в разгар десятиминутного диспута в кафе на эту тему кухня принимает заказ на жареную курицу), потому что неправильно сформулирован. Вместо пернатых, которых Хич по старой памяти свистнул у Дафны Дюморье, могли быть мухи или, скажем, табуретки. Вороны и скворцы вылетают прямиком из встревоженного подсознания героев. Светская бездельница, замаливающая грехи юности общественной работой. Защитник слабых, держащийся за мамину юбку. Брошенная учительница, терпеливо ждущая на крыльце возвращения хозяина. Это их желания расправляют крылья, их страхи постукивают в дверь. Их беспомощность (которая у самого режиссера манифестировалась в назойливый обреченный флирт с Типпи Хедрен) принимает форму странных фигур в небесах.