— Уже так поздно, а вы всё ещё здесь... — протянул мужчина, а мне тут же захотелось оказаться где-нибудь в другом месте. Да где угодно, лишь бы подальше от него. — Как удачно, что я тоже, — продолжил вкрадчиво.

— Тоже сверхурочная работа? — я стиснула ушко чашки и старалась выглядеть уверенно, а сама решила, что, если вдруг что, плесну ему горячий кофе прямо в физиономию. Нет, ну правда, как невовремя уехали ребята Алисы и как они мне сейчас нужны хотя бы для того, чтобы знать: всё будет хорошо. Кажется, я уже считаю их и своей командой.

— Да как вам сказать... — он сделал неопределённый жест.

Ага, значит, таки меня ждал. Вернее, поджидал. Плохо дело.

— А вам домой не пора? — спросила с намёком. — Вас, наверное, уже давно заждались... Это мне тут ещё куковать допоздна.

Господи, как сбежать-то отсюда? Маленькая кухонька, я и он... да спасительная чашка кофе в руке. Наверняка выгляжу напуганной, хотя и стараюсь не подавать виду, насколько мне не по себе.

— А моя помощница никогда не задерживается сверхурочно, — зачем-то сообщил он. — Мы с ней, так сказать, успеваем все дела решить в рабочее время.

Ох как нехорошо это прозвучало... очень нехорошо.

— В-вот как, — я нервничала всё сильнее.

— Ну вот сами скажите: зачем тратить личное время на рабочие вопросы, когда его можно истратить на... куда более интересные и занятные вещи... — и улыбка греховная-греховная.

— Это да, — кивнула я. — Например, заняться спортом, — брякнула первую попавшуюся фразу и тут же об этом пожалела, потому что мои слова вполне умышленно были поняты превратно.

Сделав большой глоток кофе, едва не обожгла рот, но это помогло немного собраться, так что я глотнула снова.

— О да, СПОРТ — это лучшее решение, — исполнительный директор наверняка вложил в слово «спорт» несколько иное значение. — Как вам верховая езда? Вы любите быть наездницей?

Я едва не выплюнула напиток прямо в его наглое, с ноткой самодовольства, лицо. Чёрт возьми, вот это нарвалась.

— Я предпочитаю борьбу, — сказала как можно храбрее. — Знаете, бывает, пристают всякие мутные типы и просто нарываются на то, чтобы получить отпор. Хорошо, когда женщина умеет себя защитить, а то мало ли, с кем жизнь сведёт. Вокруг полно всяких неадекватов...

Смурыгин хмыкнул. Определённо, наша словесная игра его забавляла. Он чувствовал свою власть и над компанией, и в данный момент даже надо мной, поэтому не спешил меня отпускать в свободное плавание. Да вашу ж дивизию! Чтобы я ещё раз досрочно сняла наушник и микрофон... Буду таскать их, пока в такси не сяду, чтобы уж наверняка всякие большие шишки не подстерегали возле офиса. Вот не люблю таких наглых типов! Раз денег куры не клюют, думает, что ему всё подвластно?!

— И всё же не женское дело противостоять мужчине, не женское, — он шагнул в комнату, а я еле удержалась на месте, хотя по инерции хотела отступить. Но нет, не покажу ему, что боюсь, пусть не знает, насколько меня встревожил.

— А что делать?! — воскликнула воинственно. — Приходится противостоять. Мужики сейчас по большей части отвратные пошли, одно название. То на женщин нападают, то к чему-то принуждают... И что нам женщинам предпринимать?! Приходится обороняться, пусть даже подручными средствами... Вот, например, та швабра, — указала глазами на швабру с самоотжимом, стоявшую в углу. — Вполне себе оружие, можно съездить по голове. Ну, или ещё по какому-нибудь чувствительному месту.

Отвлекайся на швабру, отвлекайся, а я, если что, чашкой тебя огрею и кофейком оболью!

Я, конечно, понимала, что в кухоньке тоже есть как минимум пара камер и сейчас идёт запись, но всё это Алисины ребята, скорее всего, увидят уже завтра, и в данный момент мне это никак не поможет.

— Знаете, а мне нравятся девушки с огоньком. Это так освежает, — ухмыльнулся мужчина.

Да что ж такое?! Непробиваемый какой-то! Оставит он меня в покое или нет?!

— А что скажете о вашем начальнике, помощницей которого я являюсь? — акцентировала внимание на его подчинённом положении. Ну да, пришлось прибегнуть к чужому авторитету, раз своего пока не хватает. — Ему тоже нравятся девушки с характером?

— Владислав любит испытывать претенденток на прочность. Другое дело я, куда более лояльный и... понимающий. Мои подчинённые и те, кому повезло иметь со мной дело, ещё никогда не жаловались... Если будет тяжело, приходите ко мне, — подмигнул он. — Вдруг что понадобится. Помогу словом и делом... Вы не пожалеете.

Притягательный, гад, и прекрасно об этом знает. Змей, вползающий в душу, вот какие от него ощущения. Его масляный взор облизал меня с ног до головы, не упустив, казалось, ни единой детали. Чёрный бюстгальтер, просвечивающий сквозь белую блузку, привлёк его особое внимание.

О-о-о, как всё печально. Кажется, не тому человеку мы проверку на верность устроили, ой не тому... А жена исполнительного в курсе, что он тут ко всем подряд подкатывает? Да-да, Смурыгин, оказывается, женат, и не просто на ком-то, а на Ольге, старшей сестре Владислава! Эту информацию мне сегодня Алиса подкинула, и очень вовремя. И мне стало грустно за Сонечку, что у неё такой папа. Мне всегда в таких случаях жаль детей. Вон, мой папашка вообще слинял, когда о маминой беременности узнал, этот хотя бы рядом, хотя чему он научит ребёнка с таким-то легкомысленным отношением к женщинам и склонностью к случайным связям?!