Дом и усадьба

Дом у нас большой, каменный, с арочным входом. Он построен на взгорочке, рядом с прудом. У каждого члена рода на втором этаже дома есть своя комната, она же опочивальня. А на первом этаже — большой зал, он же столовая, с мраморным камином и отдельной кухней. И третий, вечно пустующий гостевой этаж. И ещё чердак со слуховыми окнами на все четыре стороны.

А в цоколе дома устроена огромная алхимическая лаборатория моего деда Сима.

Этот дом мой дед Сим придумал ещё молодым, очень красивый дом, людям нравится. И теперь уже по всей Красной Окуме много построили похожих. Даже владетельный князь Красной Окумы Мих V из рода Ретт, дед нынешнего, когда строил свой новый дворец, пригласил Сима руководить стройкой, чтобы у него тоже был… по мотивам. Получилось! Князь остался доволен.

Деньги

Наши деньги — это монеты, названные по фамилии великняжеского рода Герр. Сейчас в ходу:

Золотой герр,

Серебряный герр (1/10 золотого),

Медный герр (1/10 серебрянного),

Половинка (½ медного герра),

Четвертачок (½ половинки),

Осьмушка (½ четвертачка),

Грошик (½ осьмушки).

Чеканили герры только в столице — городе Мане, на великокняжеском Монетном дворе и если ловили фальшивомонетчиков, то сразу отрубали им головы без суда и следствия, таков был закон.

Великого князя Гула IV из венценосного рода Герр, нынешнего главу нашего благословенного государства — Союза Свободных Окум или просто Союза, в народе называли «Красноносым». И не только из-за его неуёмной любви к «Князь-Водке» и другим горячительным напиткам. А ещё и потому, что его золотые герры на самом деле были не золотыми, а медными, просто позолоченными, покрытыми тонким слоем золота. И быстрее всего позолота истиралась именно с выпуклого носа великого князя на его чеканном профиле.

— Ну кто же так медь золотит⁈ Даже неловко этим людям платить, — досадовал мой дед Сим и по-тихому новил истёртые герры до золотого сияния у себя в лаборатории.

Просто, макал их пинцетом в специально приготовленный раствор и нагревал в муфельной печи, после чего они приобретали вид абсолютно новых золотых монет и уже никогда не истирались.

— Может легче другие герры сделать, деда, более качественные? — как-то спросил у него я.

— Так-то, конечно, легче… но нет! Это уже называется фальшивомонетничество и за это отрубают голову.

«… если поймают!» — добавил я мысленно.

А цены у нас в Союзе такие, что на один золотой герр можно купить приличную лошадь со сбруей, а на пятнадцать-двадцать — очень даже неплохой домик в провинции. А на один медный герр можно целый день прожить в любой городской гостинице с завтраком, обедом и ужином.

Тот, кто Имя

Мой дед Сим учит меня, что на небесах есть Тот, кто Имя. Это он создал мир и всех нас. Поэтому у нас и церковь — во Имя! Говорят, Он сам её и создал на камне, когда явился к людям и говорил с ними, ещё до того, как его ограбили и убили сильные мира сего.

О тех давних событиях написана Святая Книга, даже две, в смысле, две её части. У нас в доме они обе есть, но всё я не читал, только интересные рассказы с картинками — про сеятеля, про богатого дурака, про десять девушек, такие, поучительные притчи.

Церковь во Имя — это очень сложный и авторитетный институт в нашем в общем-то светском обществе. По малолетству я до конца не понимал его значение, но слышал, что великих князей полагает на княжение именно церковь во Имя. А её главный причтик Нур входит в опочивальню великого князя Гула IV без стука и когда хочет. Прямо, как мама Ани ко мне.

И поэтому у нас здесь всё во Имя! Каменные храмы — во Имя, встал — во Имя, сел — во Имя, пришёл/ушёл — слава Тому, кто Имя! Вроде так правильно, но я всё время забываю. Только когда мой дед Сим перед обедом возглашает благодарственную молитву, то я тоже с ним, хором.

Календарь и время

Календарём и временем у нас ведает церковь во Имя и великокняжеский Учёный Двор в Мане. Я этим мало интересуюсь, но знаю, что сейчас у нас 2025 год от явления людям Того, кто Имя, при котором нам и был дарован этот счёт времени — в году триста шестьдесят пять дней, разбитых на двенадцать месяцев, в сутках двадцать четыре часа, в часе шестьдесят минут, а в минуте шестьдесят секунд. Сами бы люди до такого точно не додумались!

С узнаванием времени у нас никаких проблем. На каждой городской башне установлены солнечные часы, а в храмах во Имя всякий час отбивают в колокола. Ночью реже, через два часа и потише.

Плюс календари всякие разные — церковные, детские, женские, военные, для огородников. Их продают в лавках книжников.

* * *

Рабства у нас нет.

«Свободным смертный урождается, свободным он должен быть и погребён!».

Так говорит церковь во Имя.

Поэтому, если у умершего нет прямого наследника — сына, а девочки не считаются наследницами, то все его имущество высвобождается в пользу церкви во Имя. При этом долги покойного тоже прощаются всем тем, кому он был должен при жизни. Всё по справедливости!

* * *

Днём у нас, если на небе нет туч, то светит солнце, а ночью в небе видно Луну, иногда огромную, а иногда тонким серпиком. Почему так, мы пока не проходили.

Магия

Ещё у нас есть магия. Её носители только мужчины, примерно, каждый двадцатый. Она передаётся по наследству, от отца к сыну. Так вся наша семья по мужской линии — маги.

Женщин среди магов нет и не было, за редчайшим исключением. Почему? То неведомо. С магией у нас вообще всё не просто.

В стране действует закон «О магии и магах». Мой дед Сим называет этот закон драконовским. По нему государство желает знать точно, у кого из граждан из семей носителей магия уже проявилась, в каком виде и так далее. Всех магов ставят на специальный учёт, ежегодно тестируют и перепроверяют.

Новорождённым мальчикам, у которых специальный прибор «Магия-Детектор» обнаруживает передачу магии, защелкивают на запястье левой руки неснимаемые медные браслеты с большой буквой М посередине — маг. И если кто забывает про ежегодный осмотр, то этот браслет ему напоминает. Он со скоростью биения сердца больно долбит в левое запястье острой иглой энергетического разряда, всё время увеличивая мощность. До тех пор, пока маг сам не прибежит к инспектору-магику:

— Ой-й, дяденька инспектор, больше не могу терпеть!

То же происходило и при спонтанных увеличениях магических способностей мага и когда тоже требовалось вмешательство инспектора. По мере проявления и роста уровня магических способностей, маг может быть идентифицирован так:

«Медный» — латентный, с ещё не проявившимися способностями и/или только-только проклюнувшимися.

«Серебряный» — тест на магическую силу: перенос тяжестей до одной тонны на расстояние один километр.

«Дважды серебряный» — две тонны на два километра.

«Золотой» — четыре тонны на четыре километра.

«Дважды золотой» — восемь тонн на восемь километров.

«Платиновый» — шестнадцать тонн на шестнадцать километров.

«Дважды платиновый» — практически без ограничений.

«Вне категорий» — без ограничений.

«Платина», «дважды платина» и «вне категорий» — это абсолютная редкость. Все знали, что «платина» была у великого князя. А в нашем роду у всех мужчин «золото». Кроме меня, и у меня на левой руке неснимаемый браслет с большой буквой М посередине — маг, из меди.

Уровень магических способностей мага — это промысел Того, кто Имя. Один рождался сразу «золотым» магом, а другой всю жизнь тренируясь и употребляя специальные алхимические составы едва натягивал на «дважды серебряного». Почему так? Неизвестно.

— Магия, это чудесный дар Того, кто Имя, для всех людей, — говорил мой дед Сим, — Другое дело, что у каждого двадцатого мальчика магия проявляется в юности, а у остальных и вовсе не проявляется. Кроме женщин, у которых она итак есть. Говорят же «Все бабы — ведьмы!», а-ха-ха!

— Так уж и для всех? — удивлялся я, — Что, все люди маги?

— Конечно, — улыбался мой дед Сим, — Сам же видишь, как малые дети, даже самые послушные, не могут стоять на месте и всё время подпрыгивают как мячики? Это магическая энергия уже не влезает в их личные аккумуляторы и льётся через край. У большинства это проходит, но некоторые становятся настоящими магами.

Использование магии в гражданском обиходе у нас запрещено. Только в развлекательных, учебных, оборонительных и медицинских целях, да и то под жёстким контролем государства.

Проклюнулись у тебя магические способности, сразу иди сдавайся инспектору-«магику» в великокняжеский Магический Двор в Мане или в его отделение, имеющиеся в каждой окуме. Инспектор всё измерит, всё запишет в свою толстую тетрадь, поменяет «медь» на «серебро», заставит расписаться, что ты ознакомлен с основными положениями закона и гуляй, но не нарушай!

А будешь нарушать закон — кидать файерболы налево и направо или заниматься «чёрной» магией, найдут по браслету как по маяку, обездвижат на расстоянии, посадят в анти-магическую клетку — круглый «стакан» из металлических прутьев, и до суда отвезут в тюрьму. А там уж как судья решит. В общем, ничего хорошего. Вплоть до высшей меры социальной защиты общества — полного развоплощения проштрафившегося мага!

В народе говорят, что у нас легче прожить обычным человеком, чем с магическими способностями. Приставать будут меньше. Конечно, магию используют и наплевав на государство, да ещё как, но с этим борются.

Как всё у нас устроено

Окума — это княжество, довольно большая автономная область в составе Союза со столицей в городе Ман, что в Окуме Герр, также названной по фамилии венценосного рода.

Лично мне Ман не нравится, слишком уж суетной. Мой дед Сим говорит, что здесь пахнет большими деньгами. Но я, кроме вони конского и верблюжьего навоза, перемешанного с крепкими запахами человеческого пота, пива, духов, рынков, кабаков и ночных борделей, ничего такого не слышу.

— Ещё услышишь, — говорит мой дед Сим.

Всего окум в Союзе пятнадцать, и у каждой своё отличительное название — Синяя Окума, Окума Рыбаков, Золотая Окума, Окума Буу, Окума Йётселькя, Окума Герр и другие.

Окумами, входящими в Союз, управляют владетельные князья, они же ими и владеют, вернее, их роды. У них свои армии — свиты, свои столицы, суды, тюрьмы и т.д. Но оговоренную Союзным Договором часть налогов владельцы окум отправляют в Ман и подчиняются центральной власти. Свиты князей, кроме своих прямых свитских обязанностей, ещё несут охранные, полицейские и оборонительные функции на местах.

Ещё на побережье есть какие-то западные окумы, почему-то не вошедшие в состав Союза, всего числом тринадцать. Я знал названия только самых злобных из них — Окума Ляк со столицей в городе со странным названием Вор Сява и Окума Жмудь со столицей в городе Колывань. Но что и как там происходило, мне было неизвестно.

Материк… Его ещё иногда называют — земля, мир, свет, по-разному. Он очень большой и на нём есть всё — реки, леса, горы, и полуразрушенные древние города какой-то исчезнувшей цивилизации. Обитаемая часть материка, где и находился Союз, это только относительно небольшая полоска земли, выгороженная Сулойскими горами на южном побережье океана, а всё остальное…

«Тёмный лес», — так говорил мой дед Сим.

Материк окружён океаном. Я вижу его каждый день. Он с виду спокойный и тёплый, и практически никогда не штормит. Однако, в нём живут такие жуткие твари… что людям запрещено подходить к берегу ближе, чем на сто метров. Когда одну такую тварь выбросило на берег Красной Окумы во время сильного шторма, где она издохла, вернее, все думали что она издохла, большая часть оцепления из свиты владетельного князя умерло и воинов в свиту пришлось набирать заново. Какая-то запредельно сильная и грязная магия «на смерть». Поэтому морское судоходство и морской рыбный промысел в Союзе отсутствовали вовсе. Суда, лодки и рыба — только речные.

Окума, в которой мы жили — это Красная Окума, самая дальняя. Возможно, так её назвали потому, что почва у нас красноватого цвета — краснозём, которого больше нигде нет. По крайней мере, у нас, в обитаемой части материка.

Нашей Красной Окумой сейчас управляет владетельный князь Мих VII из рода Ретт, противный человек средних лет. Про таких в народе говорят: «из грязи в князи!». Дело в том, что ещё пятьдесят лет назад наша окума была таким захолустьем… Людей в ней жило очень мало, а дворец вконец обнищавшего рода владетельных князей практически ничем не отличался от домов обычных граждан. Поэтому, в отличии от других окум, у нас был всего один город без названия, он же столица окумы, с площадью и тремя кривыми улицами по номерам. Но теперь уже были и множество хуторов, которые различали по фамилиям хозяев-хуторян — Баум, Фогг, Гауф и других. И этому буму роста населения Красной Окумы были причины…

Именно здесь выходят к океану плоские предгорья Сулойских гор, совершенно непригодные для жизни людей или выпаса скота. И пахотной земли у нас относительно мало и когда-то считалось, что здешние краснозёмы прокляты и на них вообще нельзя ничего выращивать. А те, кто это делал, потом голодали. Полчища крыс, мышей и тучи саранчи не оставляли никаких шансов любому урожаю. Почему в других окумах этих тварей не было вовсе или было мало, не знал никто. Но так было! До тех пор, пока в эти места не пришёл жить основатель и глава нашего рода мой дед Сим Бести.

Алхимическая фабрика

А на самом деле, наши краснозёмы очень плодородны, а климат в Красной Окуме мягкий и влажный, «воткни в землю палку, вырастет». Мой дед Сим говорил, что это «кровь Того, кто Имя» делает их такими. Два-три урожая в год! Для работящего хуторянина это означало — довольство, несколько румяных и отожравшихся на хозяйских харчах работников, дом «полная чаша», красавица-жена и куча ребятишек. А для владетельного князя окумы — это богатые налоги, конная свита в золочёных доспехах, охотничьи развлечения, гарем, немалые привилегии и влияние в Мане.

Но всё это стало возможным лишь благодаря главному продукту нашей семейной алхимической фабрики, построенной здесь молодым Симом — средствам защиты растений. Это такие жидкости и порошки, которые уничтожают сорняки, насекомых, грибок, плесень, крыс, мышей, паразитов в шерсти домашних животных и прочую копошащуюся гадость.

Дело в том, что молодой Сим, приехав в Красную Окуму из столицы за благословением родителей своей невесты на брак, как-то гулял по предгорьям Сулойских гор и случайно наткнулся на весьма приличное месторождение каменной соли. Это всё и решило! Уже нахватавшийся кое-каких алхимических знаний и приёмов от таких же как он в Мане, Сим синтезировал из каменной соли драгоценный яд — «Убей-Порошок», Хлор! С этого и началась наша семейная алхимическая фабрика, а с ней и рост численности населения и благосостояния всей Красной Окумы.

Наши препараты из «Убей-Порошка» изготавливаются в разных видах — убивающие насекомых и крыс, ускоряющие рост растений и даже обеспечивающих высыхание зерновых культур перед их уборкой. Ведь мало вырастить тучный урожай, нужно его сохранить, уберечь от прожорливых крыс, мышей и насекомых. Спрос на продукцию нашей фабрики бешеный, а цены вполне доступные. Отсюда и нынешнее довольство быстро размножившихся хуторян и богатство рода владетельного князя.

Конечно, за столько лет с этими нашими препаратами бывали и накладки. Например, кто-то путал дозировку или цвет наклейки на ящике и в результате убивал у себя на поле не только насекомых и мышей, но и весь свой урожай разом, а заодно и саму почву. Естественно, он хватал топор и бежал убивать Сима за то, что он… Ну в общем бежал. Но не добегал!

Развитые постоянной тренировкой и употреблением некоторых секретных алхимических составов магические способности Сима, впоследствии передавшиеся его сыну — моему отцу Миху, а потом и моему старшему брату Эжену, уже тогда позволяли Симу укладывать в глубокий и спокойный сон незадачливого драчуна, ещё метров за пятьдесят до нашего дома. Это и был наш семейный фирменный магический приём «Сонная петля».

Потом, растяпу будили и помогали, обрабатывая его участок другим нашим «волшебным» порошком — содой, и на этом участке уже можно было снова сеять, хорошенечко его перекопав и дождавшись дождя для гарантированного прохождения реакции полной нейтрализации хлора.

Так мы и жили! Не слишком богато, но вполне достойно. Мой дед Сим никогда не рвался за сверхприбылью, хотя мог, монополия же. Он долгое время работал у себя на фабрике наравне с бригадирами, а сейчас, постарев, постоянно сидел у себя в алхимической лаборатории, что-то бесконечно изобретая и создавая. А фабрикой сейчас управлял мой отец Мих и у него неплохо получалось. А мой старший брат Эжен ему помогал. И когда-нибудь я тоже стану управляющим.

«Управляющий собственной алхимической фабрикой „золотой“ маг князь Экола Бести!», — а ведь неплохо звучало!

Не сосчитать, сколько раз моему деду Симу предлагали продать его фабрику, вступить в долю и т.д. С пеной у рта доказывали, что на этом деле можно иметь в сто и даже в тысячу раз больше. Улещали, угрожали, упрашивали. Но всем было отказано!

«Деньги — зло!» — говорил мой дед Сим.

И как же он в итоге оказался прав…

Географические карты

Я убрал тетрадь в холщовую ученическую сумку, встал со стула и подошёл к географической карте, что висела в проёме стены вместо картины. Провёл рукою по старому, пожелтевшему от времени холсту и вздохнув всмотрелся в удивительный мир, в который меня закинула судьба.

Ох-х уж эти наши карты мира — красивые, но бесполезные фантастические лубки, ни проверить, ни опровергнуть! Лет пятьдесят-шестьдесят назад их просто перерисовали с тех, которые смельчаки из археологической экспедиции великокняжеского Учёного Двора в Мане нашли в развалинах какого-то древнего города на той стороне Сулойских гор. Тогда храбрецы-учёные перелетели Сулойские горы на примитивном воздушном шаре и даже сумели на нём вернуться назад! Но никаких Сулойских гор на найденных там картах не было. Потом их, попросту, пририсовали, по факту нахождения!

Так и висят копии этих карт в опочивальнях у подростков, бередя их воображение и хоть как-то компенсируя свойственную возрасту тягу к приключениям и путешествиям.