Родился поэт в Москве в семье генерал-майора, начальника московского военного госпиталя, поляка по происхождению. Брат отца после революции был директором Русского кадетского корпуса в Югославии. Сестра Татьяна была близкой приятельницей Н. Гумилева, ей посвящен его «Колчан».

Г. Адамович учился во 2-й московской, затем в 1-й петербургской гимназиях. Окончил в 1917 году историко-филологический факультет Петербургского университета. Еще студентом опубликовал несколько рассказов в газетах и журналах. Сблизился с акмеистами, выпустил в 1916 году первый сборник стихов «Облака». Стихи в нем были не слишком самостоятельными. Н. Гумилев отметил в них влияние И. Анненского и А. Ахматовой, но констатировал, что «лучшее, что есть в стихах Адамовича, и самое самостоятельное – «звук дребезжащей струны».

Вторая книга стихов, последняя напечатанная в России, «Чистилище», издана в Петрограде в 1922 году. Кроме стихов, в сборник вошла поэма «Вологодский ангел». Значительное место занимают в книге элегические мотивы:

По этим стихам понятно настроение Адамовича в его последние годы на Родине. После революции он активно участвовал в работе второго «Цеха поэтов» вместе с Г. Ивановым и М. Лозинским. После расстрела Николая Гумилева большинство членов «Цеха» решило покинуть Россию. Легче всего тогда было выехать в Германию. Там члены «Цеха» собрались в Берлине, названном позже Ходасевичем «мачехой российских городов». Даже была сделана попытка восстановить в Берлине памятный по Петрограду «Дом искусств». Там еженедельно выступали с новыми стихами Г. Адамович, Г. Иванов, И. Одоевцева, Н. Оцуп.

В одном из написанных до отъезда из России стихотворений Адамовичу удается найти свою неповторимую интонацию, которая станет определяющей в его дальнейшем творчестве.

В 1923 году Г. Адамович переехал в Париж, как и Г. Иванов с женой И. Одоевцевой. Зимние месяцы старался вместе с ними проводить в Ницце, где у его дяди была вилла. Именно в Париже он стяжает себе славу как умный и проницательный критик. Для возникшей школы поэтов «парижской ноты» он становится наивысшим авторитетом. Однако, будучи в своих вкусах довольно консервативным, критик решительно отверг поэзию Марины Цветаевой, чем вызвал ее гневную отповедь: «И сапог и стих уже при создании носят в себе абсолютное суждение о себе, то есть с самого начала – доброкачественны или недоброкачественны. Доброе же качество у обоих – неснашиваемость. Совпасть с этим внутренним судом вещи над собою, опередить, в слухе, современников на сто, а то и триста лет – вот задача критика, выполнимая только при наличии дара. Кто в критике не провидец – ремесленник. С правом труда, но без права суда. Критик: увидеть за триста лет и тридевять земель».

Г.В. Адамович

Кроме того, Марина, доказывая несостоятельность автора, составляет монтаж из статей Адамовича «Цветник», где одна цитата противоречит другой. Адамович очень обиделся на эту в самом деле резкую статью, но потом, спустя много лет (в 1971 году), откликнулся на свою былую размолвку с Цветаевой почти покаянным стихотворением:

Кирилл Померанцев, встречавшийся с Адамовичем в Париже, сообщает нам подробности его эмигрантской жизни: «Сам он жил предельно скромно: на седьмом этаже, в выходившей на черную лестницу комнате для прислуги, причем лифт доходил лишь до шестого этажа. И это после двух инфарктов. Единственная роскошь, которую он себе позволял, было ездить летом в Ниццу и обратно в купе 1-го класса спального вагона».

О возвращении в Россию он мечтал постоянно, но хорошо понимал невозможность этого.

Кто же этот «Гамлет восточный», от которого зависело долгожданное возвращение в Россию? Оказывается – И.В. Сталин. Некоторых эмигрантов он пустил домой, например Куприна. Отношение к этому «Гамлету» у Адамовича было не то что неоднозначно, а просто полярно. Он и в этом непоследователен и противоречив, но такова вся эпоха.

Адамович был мудрым человеком, мог улавливать колебания политической атмосферы XX века. В его «Комментариях» встречаются глубокие размышления: «Более полутораста лет тому назад Карамзин под непосредственным впечатлением Французской революции задумался над вопросом, который стоит перед нами и до сих пор: как могло случиться, что идеи и принципы несомненно благотворные привели к невиданным в истории ужасам? В чем дело? Случайно ли это?»

«Много позднее Герцен, – продолжает Адамович, – у которого не было оснований относиться к Карамзину с особой симпатией, – вспомнил эти слова и признал, что они «бьют в самую точку».

Однако после Великой Отечественной войны, в 1947 году, судя по публикации в книге «Вторая родина», произошла переоценка ценностей: «Огромные достижения (большевизма) нельзя назвать исключительно материальными. Принцип равенства сияет и глубоко озаряет души (в СССР)… Я не только признаю коммунизм неизбежностью. Я его приветствую и зову… Там (в СССР) нет ни эксплуатации человека человеком, нет ни праздных, ни привилегированных… не будем же говорить о пролитой крови». Эта книга вызвала у его близкого друга Г. Иванова яростную статью «Конец Адамовича».

Правда, в этой статье он пишет: «Адамович не столько ренегат эмиграции, сколько ее жертва».

От своих просоветских симпатий Адамович излечился довольно скоро и, по свидетельству Кирилла Померанцева, «считал Солженицына наследником и Толстого, и Достоевского, равных которому не было не только в России, но и в остальном мире».

В 1972 году он получил частное приглашение в США. С его здоровьем такая поездка была небезопасной. Но он все-таки съездил туда, был хорошо принят, к нему отнеслись с интересом и уважением. Это было его последней радостью.

Умер поэт в том же 1972 году 21 февраля в Ницце.

Незадолго до смерти он рассказывал друзьям, как он удивил своего доктора-француза, сказав, что «не хотел бы для себя скоропостижной смерти, хотел бы иметь два-три дня, чтобы подготовиться». Но скончался он внезапно, сидя перед телевизором.

Имя Георгия Адамовича русскому любителю стихов долгое время было известно разве что понаслышке. Только с 1995 года стали появляться его книги у нас в стране. В 1995 году в Петербурге в издательстве «Logos» вышла книга его критических статей «Одиночество и свобода». И одновременно в Томске в издательстве «Водолей» вышла книга его замечательных стихотворений.