– У меня есть для вас некоторое предложение, – помолчав, вздохнул гость. – Мы предлагаем вам доход в сумме десяти тысяч рублей в год, если вы раз и навсегда оборвете все свои связи с жандармами. А если найдете причину отказать в помощи вашему дяде, сумма эту будет увеличена до двадцати тысяч. Согласитесь, дело весьма выгодное. Ничего не делая, получать хорошие деньги.

– Это вы называете хорошими деньгами? – презрительно уточнил Егор, едва удерживая себя в руках. – Это насмешка над этими словами. У меня в сейфе сейчас лежит сумма гораздо больше. Ваше предложение мне не интересно.

– Хорошо. Назовите сумму сами, – катнув желваки на скулах, предложил гость.

– Начните со ста тысяч, а дальше будет видно, – нахально усмехнулся Егор, глядя ему в глаза.

– Считаете это смешным? – злобно зашипел посетитель.

– А разве я сказал что-то смешное? – иронично уточнил парень. – Вы сами просили назвать сумму. Я ее назвал. И то, что вам она не нравится, только ваша беда.

– Вы не понимаете, с кем связываетесь и у кого на пути пытаетесь встать. Я здесь только потому, что мы не хотим лишней крови. Но если вы станете упираться, мы пойдем на все.

– Как я уже сказал однажды одному вашему человеку, в эту игру могут играть двое. Думаю, вам уже известно, что я умею не только переводить, но и воевать. Впрочем, если вы этого не знали, потрудитесь навести справки. Уверяю вас, узнаете много для себя нового, – хищно усмехаясь, закончил Егор.

– Это моя визитка. По этому адресу вы сможете найти меня, чтобы озвучить ваше решение, – помолчав, закончил гость разговор, протягивая парню кусочек тонкого картона. – Очень хочу верить, что вы не настолько глупы, чтобы не понять, что вам делают очень щедрое предложение. В противном случае, за вашу жизнь я не дам и ломаного гроша.

– Я это запомню, – кивнул парень, подпустив в голос звериного рычания и чуть наклоняя голову вперед.

Еще Архипыч отмечал, что именно такое сочетание заставляло любого его противника теряться от сочетания необычных глаз, которые становятся настоящими глазами хищного зверя, и звериного же рычания. Стороннему казалось, что перед ним настоящий зверь. Те, кто был послабее нервами, даже начинали креститься и пятиться, называя его оборотнем. Почти так же произошло и в этот раз. Вздрогнув, посетитель сделал шаг назад и нервным движением сунул левую руку в карман сюртука.

Егор, привыкший подмечать подобные вещи, с ходу понял, что перед ним левша. А это значит, что этот человек может нанести неожиданный удар. Чуть усмехнувшись, парень откинул полу своего френча и, положив ладонь на рукоять револьвера, тихо произнес:

– Не советую. Я буду быстрее.

– Вы правы. Разойдемся тихо, – взяв себя в руки, проворчал гость и, медленно вытянув руку из кармана, направился к дверям.

Выйдя следом за ним на крыльцо, Егор дождался, когда карета выкатится со двора, и, жестом подозвав к себе Михалыча, тихо попросил:

– Дядька, бери коня, и гуся этого отследи до самого дому. Сволочь эта мне смертью грозить посмела. Нам опередить его надобно.

– Спроворю, Егор Матвеич, покоен будь, – зло усмехнулся казак и быстрым шагом прошел в конюшню.

Спустя примерно семь минут он выехал верхом на буланом жеребце и широкой рысью помчался следом за каретой. Благо, до заставы тут была только одна дорога, и сворачивать с нее было некуда. Только если в одну из приписных деревень. Но там этому гусю было делать нечего. Убедившись, что казак сделает все, как нужно, Егор вернулся к делам. Михалыча сменил один из казаков охраны имения, и вскоре парень ехал на стройку.

Управляющий Матвей Поликарпыч включился в дело, моментально сообразив, какие выгоды сулит задумка молодого хозяина. Он уже успел заказать каменные жернова для мукомольни и чугунные для мануфактуры. Так что теперь на реке крестьяне старательно ставили очередную запруду. Никому из них и в голову не приходило спорить или ворчать. За работу Егор им платил живыми деньгами, хотя вполне мог бы этого не делать. На своей земле он по закону был полновластным хозяином.

Вечером Михалыч дал парню полный расклад по непонятному посетителю. Как оказалось, этот псевдофранцуз снимал в городе целый особняк и проживал там с пятью слугами, тоже иностранцами. Из местных у него были только дворовые люди. Истопник, конюх и садовник. Но жили они на подворье, во флигеле, и доступа в дом не имели. Похоже, этот господин делал все, чтобы сохранить свои дела в тайне.

Слуги его были людьми явно бывалыми, крепкими и, по выражению самого казака, явно умевшими с оружием обращаться. Опытному бойцу такие вещи были понятны с первого взгляда. Не поленился он обойти особняк по периметру, чтобы найти черную калитку и возможный потайной выход. Но, к его большому удивлению, ничего подобного в заборе не было. Все для хозяйственных нужд завозилось в одни парадные ворота. Впрочем, такое иногда бывало.

Чуть подумав, Егор попросил казака взять себе в напарники пару бойцов и пару дней понаблюдать за этим домом. Понимая, что дело не простое, Михалыч кивнул и, подумав, вздохнул:

– Денег бы нам малость, Егор Матвеич. Одежу сменить. А то в этом, – он оттянул рукав своей гимнастерки, – нас сразу приметить можно.

– Конечно, – быстро кивнул Егор, доставая из кармана ключи от сейфа. – Вот, держи. Тут тридцать рублей. И одеться как надо, и поесть в городе. Да и просто чтоб были. Мало ли чего.

– Много, барич, – попытался отказаться казак, но Егор только рукой махнул.

– Много – не мало. К тому же вам не в оборванцев одеться надо, а в приличном виде быть. Да и в карманах у вас не должно быть пусто. Даже если полиция остановит, когда деньги есть, они смотрят иначе. Понимают, что не воровать пришел. Но учти, Михалыч. Мне о том гусе все знать надобно. Где бывает, кто к нему ездит, когда спать ложится? Все надо.

– Да уж понял, барич. Покоен будь. Узнаем, – одобрительно кивнув, заверил казак и, хозяйственно прибрав деньги, вышел.

Судя по его реакции, он уже понял, зачем парню нужны такие знания, но это его нисколько не волновало. Похоже, фразу об угрозах он услышал ясно. К тому же покойный Архипыч ему и вправду рассказал все об их совместных приключениях. Так что в конечном итоге казак был, похоже, уверен. Михалыч и его команда вели наблюдение за домом примерно неделю, докладывая обо всем увиденном каждый вечер.

А спустя это время Егор принялся планировать операцию по ликвидации возможной угрозы. В том, что эти джентльмены, не задумываясь, пустят в ход оружие или придумают какую-нибудь пакость, он не сомневался, так что собирался ударить первым. За время их разговора Егор успел убедиться, что французский для этого человека совсем не родной язык и названное ему имя не более чем очередная личина. Акцент у него был весьма характерный. Так что в очередной раз прищемить наглам задранный нос будет в самый раз.

* * *

Отрабатывая удары на мешке, Егор мысленно прокручивал про себя события минувшей ночи и, хищно усмехаясь, ворчал:

– Говорил ведь, что охота на человека – оружие обоюдоострое. Если так и дальше пойдет, вы у меня, твари, от одного моего имени вздрагивать будете. Главное, казаков от полиции подальше держать. Впрочем, и тут можно всегда выход найти. Отговорюсь. Главное, улик против себя не оставлять. Впрочем, они не то что улик, они даже следов ног не оставили.

Вспомнив о дупле старого дуба, что рос на берегу реки, на верхушке небольшого утеса, парень плотоядно усмехнулся, едва не облизываясь от удовольствия. В этот раз они взяли куда больше, чем в прошлый с Архипычем. Но и участников для акции пришлось брать больше. Казаки, помня, что тот непонятный гость посмел прямо угрожать парню, вписались в дело, почти не раздумывая. Отобрав самых молодых и ловких, Егор поставил им задачу, и ночью следующих суток все семеро собрались в узком переулке у заднего забора особняка.

Прислугу из местных решено было просто запереть в их флигеле. Обычные мужики, зарабатывавшие себе на пропитание и обеспечение своих семей. Всех иностранцев было решено взять в ножи, а после провести в доме тотальный обыск. Казаки выяснили, что особняк этот «француз» снимает давно, а значит, устроить в нем пару тайников, имея под рукой верных слуг, ему было не сложно. Так что искать их Егор собирался тщательно и вдумчиво.

Дверь флигеля подперли поленом, а цепного кобеля просто усыпили при помощи свежей говяжьей печенки и смеси имевшихся у казаков травок. Десять минут, и пес спокойно спал, растянувшись возле своей будки. В дом они просочились беззвучно. Учить подобным вещам казаков было, по меньшей мере, глупо. Кусок сталистой проволоки прекрасно справился с широким, увесистым засовом.

Помня, что людская всегда располагается на первом этаже, Егор жестом отправил пятерку бойцов искать слуг, а сам, вместе с Михалычем, принялся осторожно подниматься на второй этаж. Нужно было первым делом найти спальню хозяина и, избавившись от него, забрать ключи от сейфа и тому подобных шкатулок. Бумаги этого псевдофранцуза дяде по службе могут пригодиться. Так что двигался парень по темному коридору, словно привидение. Бесшумно и медленно, попутно заглядывая во все двери подряд.

Спальня обнаружилась за третьей по счету от лестницы дверью. Осторожно приподняв створку, Егор проскользнул в комнату и, присев на корточки, осмотрелся. Понятно, что на кровати кто-то лежал, но кто именно, разобрать было просто невозможно. Мало того, что на улице стояла поздняя ночь, так еще и шторы были задернуты наглухо. Только из коридора падал слабый свет ущербной луны, но проку от него почти не было.

Мысленно выругавшись, Егор вытянул из ножен специально откованный для этой акции стилет и медленно двинулся к кровати. Все равно от спящего придется избавляться. Тут, как ни крути, или он, или сам парень. Встав в изголовье кровати, парень присмотрелся и едва не выругался в полный голос. Спящий накрылся одеялом с головой так, что только нос наружу торчал. Напрягая зрение до рези в глазах, Егор рассмотрел абрис его головы и, примерившись, одним резким движением всадил клинок туда, где должно было находиться ухо.

Спящий пару раз дернулся, тихо захрипев, и затих. Но проверить результат было нужно. Выдернув кинжал, парень отбросил одеяло и, хищно усмехнувшись, еле слышно проворчал:

– Угадал.

Он действительно угадал. Кинжал он всаживал скорее по наитию и по едва заметным анатомическим признакам. Но все получилось. Из пробитого уха черной струйкой выскользнуло несколько капель крови. Медленно переведя дух, Егор вдруг понял, что Михалыча в комнате нет. Насторожившись, он выскользнул в коридор и тут же едва не столкнулся с казаком, выходившим из дверей напротив.

– Порядок, Егорка, – зло усмехнулся казак. – Нет боле в доме никого. Браты всех слуг взяли.

– Фонари, – тихо скомандовал парень.

Из заплечного мешка Михалыч достал пару потайных фонарей и, ловко чиркнув кресалом, затеплил их. Взяв один из этих приборов, Егор вернулся в комнату, где окаянствовал, и, осветив лицо убитого, зло усмехнулся. Это был тот самый мужик, что приезжал в имение. Убедившись, что главное сделано, парень быстро осмотрел тело и, сорвав с шеи убитого короткий тяжелый ключ, принялся обыскивать его вещи. Связка ключей глухо брякнула. Егор, зажав ее в кулаке, отправился искать кабинет.

Громадный, тяжелый даже не взгляд сейф распахнул свое нутро, и парень, осветив содержимое, тихо присвистнул. Две трети его были забиты купюрами. Остальная треть была занята всякими бумагами. Растерянно почесав в затылке, Егор быстро снял с плеч солдатский сидор и принялся набивать его бумагами. Мешок казака был набит деньгами, как и еще два, принесенные участвовавшими в деле бойцами. Вычистив сейф, парень принялся искать тайники. В том, что они есть, он даже не сомневался.

Под половицей у окна обнаружилась шкатулка примерно сантиметров десять в высоту, с размерами сорок на сорок. Точнее сказать невозможно, не до замеров было. Под подоконником соседнего окна нашелся еще один тайник, с очередной шкатулкой. Не поленился Егор и подставить стул к двери, чтобы глянуть на нее сверху. И как оказалось, не напрасно. Жестяная коробка из-под чая отправилась в мешок, и парень, не забыв отряхнуть стул и вернуть его на место, задумчиво осмотрелся. Похоже, тайники он нашел все.

Теперь нужно было понять, от чего ключ, который хозяин дома носил на шее. Уж больно необычный у него вид. Убедившись, что в кабинете он обыскал все, Егор вернулся в спальню и принялся медленно обходить ее по периметру в поисках очередного тайника. Не поленился он заглянуть и в платяной шкаф, простучав его заднюю стенку. Но и тут ничего подходящего не нашел. Мрачно глядя на тело убитого, парень остановился посреди спальни и, качнув головой, хмыкнул, освещая труп фонарем:

– Ну, и где ты его спрятал? Только не говори мне, что я поторопился тебя убить. Я лучше уйду с тем, что уже взял, чем своих людей подставлю.

Фонарь в его руке чуть качнулся, и под кроватью что-то едва заметно блеснуло. Плавно направив луч света в замеченную точку, парень опустился на корточки и, разглядев, что именно там лежит, удивленно буркнул:

– Да ладно! Вот так, запросто? В спальне под кроватью? Да быть того не может.

Встав у кровати на колени, он вытянул из-под нее небольшой железный чемодан.

– Блин, это у них мода такая, что ли, все особо важное в железных ящиках таскать? – ворчал он, вставляя ключ в скважину.

Замок сыто клацнул, и Егор, помня свои прошлые приключения, сделал шаг назад. Подхватив у печки-голландки кочергу, он подцепил ею крышку ящика и одним движением поднял ее. Что-то тихо щелкнуло, и из крышки уже почти привычно выскочили иглы на углах.

– Любите вы, господа наглы, повторяться, – презрительно усмехнулся Егор, оглядывая содержимое ящика.

Какие-то бумаги, тетради, шкатулки и примерно полторы дюжины кожаных мешочков. Помня, что в такой таре в прошлый раз были золотые монеты, Егор принялся перегружать все в один из своих мешков. Тащить ночью по городу тяжеленный ящик было глупо и не продуктивно. Перекидав все содержимое в мешки, парень высвистал своих помощников и, убедившись, что больше в доме делать нечего, повел их на выход.