Те два миллиона, которые Женька попросил для Лельки у отца, можно сказать, спасли нас от полного краха. Бизнес у подруги попер в гору, от заказчиков не было отбоя, деньги потихоньку начали капать на счет.

А у нас беда нагрянула оттуда, откуда не ждали. Отец Жени попал в страшную аварию и умер, не доехав до больницы. Разобравшись с похоронами и отгоревав положенный срок, муж начал разбирать дела погибшего, и обнаружил, что в наследство ему досталась огромная долговая яма. Свекор долгое время успешно скрывал от семьи, что он находится на грани банкротства, пуская пыль в глаза мнимым благополучием, а на деле все оказалось более, чем плачевно.

Нам пришлось продать все! Квартиру, машину, остатки разваливающейся компании, шикарный особняк отца, в общем, все движимое и недвижимое имущество, чтобы хоть как-то перекрыть долги. Мы съехали в малюсенькую съемную квартирку и столкнулись с жестокими реалиями. Ни денег, ни работы. Моих гонораров от переводных книг, после оплаты жилья, едва хватало на то, чтобы худо-бедно прокормиться.

Женька пытался найти работу, но после крупного краха компании отца, брать его желающих не нашлось. И тут на выручку пришла Лелька. Она к тому моменту только закончила расширение производства, и собиралась переезжать в новый офис, большой и просторный.

— Вот, — положила она перед нами на шаткий кухонный стол пачку наличности. — Возвращаю с процентами.

— Так ты у отца брала, — Женька пересчитывал пятитысячные купюры трясущимися руками. — Получается, кредитор твой умер. Можно было не отдавать.

— Не неси чуши! — грубо оборвала его Лелька. — Ты наследник. Если работает в одну сторону, то и в другую тоже. Ты же юрист! Элементарных вещей не знаешь?

— Знаю, — пробормотал Жека, а мне показалось, что он сейчас расплачется.

— Кстати, — Лелька задумчива постучала указательным пальцем по подбородку. — Я юр. отдел формирую сейчас…

Муж поднял на нее глаза, в которых я заглавными буквами прочитала слово «НАДЕЖДА». И это было вовсе не имя его жены, то есть мое. Он увидел во фразе, будто случайно оброненной нашей школьной подругой, шанс на спасение.

— Ты можешь меня взять на работу? — зажмурив глаза выпалил Женька.

— Штат практически укомплектован, — протянула Лелька, и я увидела, как муж изменился в лица. Сразу посерел что ли… — Трое международников и шесть человек по гражданской ответственности.

— Конечно… — еле выговорил Жека и опустился на шатающийся табурет.

— Кто-то же должен теперь этой шатией братией командовать, да? Справишься?

Муж не верил своим ушам. Его рот непроизвольно растянулся в улыбке. Он вскочил, подхватил коренастую Лельку на руки и закружил по кухне. Они снесли цветочный горшок с подоконника и разбили хозяйскую кружку, но никто не обратил на это никакого внимания. Мы все были счастливы.

— Выпить-то у вас что-нибудь есть? — спросила Лелька, когда Жека, наконец, поставил ее на пол.

— Не-а, — развел руками муж.

— Значит так, — Лелька уселась на табуретку, — мое первое распоряжение, как твоего непосредственного начальника — в доме моего главного юриста для меня всегда должна быть заначка. Андестэнд?

— Так точно, Ольга Федоровна! — отрапортовал улыбающийся муж. — Будет сделано!

— Дуй в магазин, а мы тут пока с Надькой что-нибудь перекусить сварганим. Деньги возьми! — подруга достала из кошелька несколько купюр и припечатала их к столу.

— У нас же теперь есть, — Женька кивнул на лежащую на столе пачку.

— Это на первый взнос по ипотеке оставьте, — отмахнулась Лелька, уже изучая содержимое нашего холодильника. — А то живете в клоповнике каком-то! Да, Жека, купи там колбаски какой, сырку, может рыбки красненькой, а то чую, варганить тут особо не из чего…

— Ага, — крикнул Женя из коридора, натягивая кроссовки.

Едва захлопнулась входная дверь, Лелька подошла ко мне, обняла и прижала голову к своей груди.

— Вы чего сразу не сказали, что у вас такая жопа нарисовалась?

— Тебе не до нас было… Я тебя на пять минут потрепаться по телефону не могла вытащить.

— Не до вас… — пробурчала Лелька. — Давай, чтоб я больше такого не слышала, ладно? Вы же мне, как семья!

Я закивала головой, а из глаз самопроизвольно потекли слезы. От облегчения, от радости.