Вверху: Иероним Бруншвейг. Схема «внутренних чувств» в желудочках мозга.

Ксилография из Liber de arte distillandi, Страсбург, 1525 г.

Внизу: Альбрехт Дюрер. Caput physicum («Физическая голова»).

Ксилография для Trilogium animae, Нюрнберг, 1498 г.

Схема Бруншвейга отражает представление о желудочках как вместилище памяти, воображения и рассудка. У Дюрера эта доктрина становится художественным образом мысли как анатомически локализованного свойства человека.

Когда античная наука утвердила мозг как орган чувствования и разума, вопрос был решен лишь наполовину. Оставалось главное: где именно в нем располагается душа, – и каким образом она устроена?

Наиболее значительные концептуальные сдвиги в поиске ответа на этот вопрос произошли, по-видимому, в IV–V веках. Немесий Эмесский (конец IV – начало V вв.) ранневизантийский богослов и философ, автор трактата «О природе человека», опираясь на идеи Галена о «животных духах» и о полых нервах как путях их проведения, предположил, что, достигая мозга, эти духи попадают в передние (боковые) желудочки, где осуществляется восприятие. Познание он относил к среднему желудочку, а память – к заднему. Возможно, как и Ибн аль-Хайсам, Немесий мыслил этот процесс как последовательность этапов: принятие, обработка и сохранение информации.

У Аврелия Августина и Фомы Аквинского эта концепция получила философское и богословское одобрение и на тысячелетие стала каноном. Между IV и XVI веками было предложено более двадцати ее вариантов. Многие из них, включая приводимую схему Иеронима Бруншвейга, восходили к модели доминиканского епископа и философа Альберта Великого (ок. 1193–1280 гг.). В трактате «Философия природы» он описывал, как «животные духи», порожденные внешними чувствами, обрабатываются системой внутренних чувств (sensus interiores), расположенных в трех желудочках мозга. Возникая в первом желудочке, расположенном в лобном отделе, они затем преобразуются и сохраняются в виде воспоминаний во втором и третьем из них. Особое значение придавалось задней полости: именно туда душа, по его словам, «откладывает» образы. Используя латинское слово cellula – «ячейки», Альберт подчеркивал функцию хранилища, а не просто канала движения духов.

Эти представления приняли величайшие умы Европы и арабского мира – Авиценна, Али Аббас, Роджер Бэкон, Леонардо да Винчи. В ксилографии Caput physicum (1498 г.) – буквально «физическая голова», созданной для философско-медицинского трактата Trilogium animae Людовика из Пруссии, Альбрехт Дюрер (1471–1528 гг.) изображает голову знаменитого гуманиста эпохи Возрождения, своего интеллектуального друга Виллибальда Пиркхеймера, размеченную буквами A—F – предполагаемыми зонами «свойств души» или «сил ума».

Это уже не просто портрет, это визуальная гипотеза: психические качества мыслятся как раздельные и поддающиеся локализации в пространстве мозга – и даже проекции на поверхность головы.