Я договорилась с Инайей и Викторией пообедать вместе. Леон все еще спал как убитый, и я долго сомневалась, можно ли его так оставлять. Не знаю, нормально ли подобное поведение для демона, но будить его, пожалуй, не стоит.

Виктория задерживалась, и мы с Инайей заняли уютный столик в кафе у окна, выходившего на дождливую улицу.

– Давай посмотрим «Солнцестояние», – предложила подруга, потягивая «мимозу» и обдумывая тему для грядущего киновечера. – Или лучше классику? «Изгоняющий дьявола»?

– Ты же знаешь, я всегда за Фридкина, – ответила я. Коктейли здесь наливали без ограничений, что было кстати: первый я уже допила. На душе скребло, тревога не отпускала, и я надеялась, что прогулка меня успокоит, но легче не стало. – Потом напьемся вина и включим «Фокус-покус».

– О, точно! Я принесу новое «пино». Очень вкусное. – Инайя улыбнулась. – Если честно, давно пора было заскочить к тебе в гости. Прости, что некогда.

– Хватит извиняться, – рассмеялась я. – У меня дома все равно бардак.

Бардак – мягко сказано. После нашествия тварей мой дом не лучшее место для гостей. А если вспомнить про спящего на диване демона… Я даже подумывала, не перенести ли наши посиделки к Инайе. Кто знает, когда Леон очнется и захочет ли он уходить.

Или… захочу ли я его отпускать.

Инайя листала на телефоне список ужастиков, выискивая новинки. Я расслабилась, глядя на мутный дождь за окном. Люди пробегали мимо окон, прикрывая головы куртками и шлепая ногами по лужам. Дождь я любила, но сегодня он навевал сонливость. Кольнула зависть к Леону: я тоже не отказалась бы вздремнуть.

Над городом клубились тучи – темные, плотные, готовые разразиться грозой. Они закручивались, словно пар над сухим льдом. Инайя что-то говорила, но ее голос звучал глухо, издалека, отдаваясь эхом в пустоте.

Небо изменилось. Тучи задвигались слишком быстро, неестественно – никогда таких не видела. Они стали почти черными, лишь слабые вспышки молний высвечивали их истинную природу.

Это были не тучи. Это были щупальца. Гигантские, бесконечные, извивающиеся.

Голову будто схватили ледяными руками. Сердце забилось тяжело и медленно. Я хотела отвернуться, закрыть глаза, но тело не слушалось. В горле запершило, грудь сдавило – словно я опять тонула, как в недавнем кошмаре. В нос ударил запах сырости, соленой воды и едкой тухлятины.

За тучами двигалась тень – огромная, неописуемая, ворочавшая черными щупальцами.

– Эй! Рэйлин!

Я резко втянула ртом воздух. Инайя отпрянула, округлив глаза. Она схватила меня за руку, выдергивая из жуткого видения. Небо стало обычным: никаких щупалец, только дождь и хмурые тучи.

– Что это было? – Инайя прижала ладонь к моему лбу. Ее пальцы приятно холодили кожу. – Ты вся затряслась, вытаращила глаза. Неужто заболела?

– Все нормально, – пробормотала я, снимая очки и закрывая лицо руками, чтобы стереть из головы жуткий образ. Огромная тварь… от одной мысли о ней мутило. Невозможно представить, что такое существует в реальности. – Просто… задумалась.

– Девчонки, привет! – ворвалась в кафе Виктория, бросив розовую сумку на стул. – Простите, опоздала, семейные разборки. – Обняв меня, она поставила на стол пластиковый контейнер и замахала официанту, щелкая пальцами, чтобы поторопить его. – Вы уже сделали заказ? О, «мимоза»! Хочу, и побольше!

Галлюцинаций у меня прежде не бывало, и такого всепоглощающего ужаса я никогда не испытывала. Может, это паническая атака? Кошмар наяву? Стресс? Или Леон говорил правду и в той шахте и впрямь скрывается бог? Потому что тварь в облаках слишком сильно подходила под его описание.

– Рэй… – Инайя все еще смотрела на меня с опаской, будто ждала, что я снова отключусь.

Виктория оглядела нас.

– Что стряслось? Я что-то пропустила?

– Ничего, – отмахнулась я. – Просто задумалась. И проголодалась, наверное. Все нормально.

Инайя, судя по лицу, мне не поверила.

– Тогда давай тебя накормим, красотка! – Виктория с улыбкой пододвинула ко мне контейнер. – Девочки, вы – мои дегустаторы. – Внутри лежали кексы, покрытые блестящей фиолетовой глазурью и украшенные шоколадными конфетками в виде призраков. – Готовлю вкусняшки на вечеринку в честь Хэллоуина и хочу проверить рецепт. Достаточно ли крепкая пропитка? Она из бурбона с кленовым и шоколадным сиропом.

Без преувеличения, это был один из лучших кексов в моей жизни. Глупо судить о людях по выпечке, но я не могла поверить, будто приверженец смертельного культа станет печь сладости. Серьезно? Чтобы Виктория – и поклонялась древнему божеству? Или Иеремия, не говоря уж про мистера Хэдли… Зловещий образ совершенно не вязался с этой милой семьей.

– Фантастика! – воскликнула Инайя. – Но на вечеринке и так будет полно алкоголя, не надо спаивать гостей еще и кексами.

– Рэй, если я тебя не звала, то вот тебе официальное приглашение, – улыбнулась Виктория. – Уже не помню, кого звала, а кого нет. Придут почти все наши.

Вечеринка на Хэллоуин… Это же идеальный вариант!

– Ни за что не пропущу! – Запихнув в рот остатки кекса, я показала большой палец.

Леон упоминал, что у Кента есть древние артефакты и защитные амулеты. Если воспользоваться суматохой и порыться в его вещах, можно найти что-нибудь полезное. Рискованно, конечно, но если в словах демона – хотя бы часть правды, то рассчитывать на Хэдли – полнейшее безумие.

Мы поболтали еще немного, и на время я почти забыла о монстрах в лесу и демоне на диване. Но когда мы собрались расходиться, Виктория вдруг сказала:

– Кстати, если увидите Эверли, дайте знать мне или Иеремии. Ладно?

– А что случилось? – спросила я.

Виктория раздраженно вздохнула, покачав головой.

– Она ушла из дома. Уже давно. Папа беспокоится. – Улыбка у нее получилась натянутой. – Знаете, она слегка с приветом. Мало ли во что вляпается… Просто позвоните мне, если ее заметите, ладно? Мы все за нее волнуемся.

Мы попрощались, и, шагая к машине, я чувствовала, как кексы неприятно растягивают желудок. Интуиция подсказывала: Виктория переживает вовсе не за сестру. Она что-то скрывает.

Если Эверли ушла, у нее были на то веские причины.

Пока меня не было, Леон даже не пошевелился. Осторожно потянув за край его футболки, я заглянула под нее и удивилась. Рана почти исчезла, оставив бугристый шрам, рассекающий татуировки. Я рискнула потрогать его, но Леон не проснулся, лишь слегка вздохнул.

Кто бы мог подумать, что демоны так крепко спят? Впрочем, жаловаться мне не на что. Пока он здесь, я в безопасности. Даже спящий, Леон точно не пропустит появление тварей.

Но как только он очнется, то, скорее всего, уйдет. Я не согласилась принять его условия, а он ищет свою проклятую книгу. На вечеринке, допустим, я найду себе оберег, но до Хэллоуина еще уйма времени. Нужно удержать Леона рядом… уговорить остаться хотя бы ненадолго.

Несколько минут поиска в гугле – и решение нашлось.

Сайт выглядел подозрительно, будто его слепили в девяностых на скорую руку. Но информация на нем оказалась полезной. Заголовок, правда, кричал в духе дешевых таблоидов: «Как связать демона и подчинить его своей воле», – но выбирать не приходилось.

Говорите четко и уверенно.

Отдавайте приказы прямо, без двусмысленности.

Контролируйте демона через связующий круг – он не сможет выйти, пока вы не позволите.

Связующий круг? Я читала о нем в гримуаре. То, что нужно!

Я уже призывала демона с помощью древних символов. Почему бы не попробовать еще один ритуал? Вдруг он заставит Леона остаться и защищать меня?..

На сомнительном сайте, к счастью, нашлись подробные инструкции по созданию связующего круга. Вооружившись ноутбуком и куском мела, я тихонько спустилась вниз. Пора запереть своего демона.

О том, как он разозлится, я старалась не думать. Сейчас важнее другое – выжить любой ценой. Отодвинув ковер, я медленно начертила на полу вокруг дивана круг, нанесла руны и проверила, все ли правильно.

Теперь остается ждать. Если Леон, проснувшись, не сумеет выйти из круга, преимущество будет за мной. Я прикажу защищать меня, пока не найду способ покинуть город или пока монстры не потеряют ко мне интерес.

Если же круг не сработает… Тогда мне точно не поздоровится. Предыдущие наши стычки покажутся детской забавой по сравнению с тем, что Леон придумает за попытку его подчинить.

Но сначала другая проблема – пока демон спит, нужно спрятать жуткие головы, торчащие у меня во дворе. Благо ближайший супермаркет находился совсем рядом: каких-то пятнадцать минут на машине.

Я направилась прямо к стойкам с товарами для Хэллоуина, схватила черные гирлянды, пластиковые могильные плиты, пару скелетов и кучу искусственной паутины. Проще замаскировать головы, сделав их частью декора. Пусть кажутся праздничным антуражем. Иначе мне грозит изоляция до конца дней.

А я хочу хотя бы притворяться, что живу нормально, даже если за мной охотятся жуткие чудища.

Когда я вернулась, уже стемнело. Леон по-прежнему был в отключке, но лежал в другой позе. Значит, скоро очнется. Сердце сжалось от страха. Я в который раз проверила руны на полу, пересчитав каждый знак.

Все сработает. Должно сработать. Демон не сумеет уйти. Будет обязан подчиниться.

Но как же он разозлится… Страшно представить.

Мне и самой не нравилась моя затея. Но ради выживания пойдешь на что угодно.

Пока не стемнело, я обмотала колья во дворе черными гирляндами, чтобы они походили на декор. Конечно, стоило купить тыквы и вырезать на них рожицы, но это потом. Расставляя пластиковые скелеты в игривых позах, я вдруг подумала, что есть человек, который может знать о происходящих в городе событиях больше меня. И это не Хэдли.

Мой отец.

– Привет, крошка, – отозвался папа, вспомнив мое детское прозвище.

Я только сейчас сообразила, что в Испании глубокая ночь. Впрочем, отец всегда был совой.

– Ну что, передумала? Приедешь к нам?

Папа не одобрил мое решение вернуться в родной город вместо переезда в Испанию. Теперь я начинала подозревать, что у него были на то причины. Но сказать прямо, что за мной гоняются монстры, а я пытаюсь подчинить демона, конечно же, было нельзя.

– Звучит заманчиво, но я и тут устроилась, – ответила я с улыбкой, хоть и понимала, что несу чушь. Устроилась… Ага, лучше не бывает. – Просто захотела позвонить, узнать, как у вас дела. Как погода?

Папа любил поболтать и с радостью рассказал про их новый дом, пообещав, что мама обязательно пришлет фото. Они объездили окрестности, заглянули во все бары и кофейни. Я украшала двор, вполуха слушая отца и позволяя себе немного расслабиться. Его голос успокаивал, напоминая о времени, когда мир еще был нормальным.

А теперь все перевернулось с ног на голову.

– Завела уже новых друзей? – спросил отец, наконец дав и мне вставить слово.

Я запнулась.

– Ну… да. Наверное. Тут все очень гостеприимные.

Он рассмеялся.

– В маленьких городках всегда либо принимают по-дружески, либо гонят прочь. Главное – чтобы тебя приняли.

– Люди здесь дружелюбные, – ответила я, со стороны оценивая композицию из двух скелетов: один согнулся пополам, а другой пристроился сзади. Выглядело нелепо, но забавно, поэтому я оставила как есть. – Познакомилась с одним типом, он говорит, что учился с тобой в школе. Его зовут Кент. Кент Хэдли. Помнишь такого?

Пауза затянулась. На миг показалось, что связь оборвалась.

– Хэдли… – медленно произнес отец. – Да, помню. Из местных богачей. Жил в большом доме… где-то… – Он щелкнул пальцами, вспоминая. – На Уотер-Крест-драйв. Как вы встретились?

– На городском фестивале искусств. Я гуляла вместе с его детьми, они милые ребята. – Почему я боюсь задать следующий вопрос? Чего я не хочу услышать? – Ты хорошо знал Кента? Вы дружили?

Отец хмыкнул:

– Не особо. Друзьями мы не были, потому что вращались в разных кругах. Его семья была… скажем так, странной.

– Серьезно? В каком смысле? – Я старалась говорить легко, будто просто болтала, но сердце забилось быстрее. – Странные – типа эксцентричные? Или странные, как маньяки?

– Это маленький город, сама понимаешь, – вздохнул отец. – Сплетни на каждом углу; любой слух рано или поздно принимают за правду. Люди верят во всякую ерунду вроде той, что тебе нравится. Но для них это не шутки. Хэдли живут в Абелуме уже много поколений. Одно из старейших семейств, если не самое древнее.

– Наша семья тоже из числа основателей, верно?

– О да, твой прапрапрадед, Титус Лоусон, приехал сюда, как только начали строить шахту. С тех пор в Абелуме всегда жили представители нашего семейства… пока мы с твоей мамой и бабушкой не уехали. – Он помолчал. – И вот Лоусоны вернулись в город… Эти места, похоже, тянут нас обратно.

– Наверное, – кивнула я, чувствуя смесь облегчения и досады. Хорошо, что отец не испугался имени Хэдли, но вопросов стало больше, а ответов – ни одного. – Как бабушка? Она…

– Рэйлин!

Яростный вопль прогремел по дому точно раскат грома, заставив меня вскрикнуть от испуга и едва не выронить телефон. С деревьев сорвались птицы, словно почуяв беду. По коже пробежал озноб: точно за меня цеплялись невидимые пальцы, но не могли удержать.

– Рэй? Рэйлин! Что, черт возьми, это было? – встревожился отец.

Я затараторила в трубку, пытаясь его успокоить:

– Ничего, правда! Просто телевизор включился, а громкость – на максимуме…

– Рэйлин, ТЫ СОВСЕМ ОХРЕНЕЛА?!

Черт, черт, черт…

– Пап, мне пора, извини. Знакомый зашел в гости.

Я сбросила вызов, чувствуя, что подписала себе приговор. Засунув телефон в карман дрожащими пальцами, медленно обернулась к дому.

Леон проснулся.

– Ты серьезно? То есть феи и правда существуют?

– Да. Но добрыми их не назовешь. Увидеть их непросто – разве что случайно разозлить. – Леон напрягся. – Только не вздумай дразнить их ради красивой картинки.